Зверства бандеровцев

И такие зверства на счету "героев украины"!

Читаем и впитываем. Это предстоит доносить до сознания наших детей. Нам надо учиться благопристойно интерпретировать подробную страшную правду о злодеяниях героев-бандеровцев зварыче-хоружевской нации.
Подробные материалы о борьбе "героев нации" на этой земле с мирным населением можно легко нарыть в любом поисковике.

Это наша гордая история.


"...уповцы в день годовщины УПА решили преподнести своему «генералу» необычный подарок – 5 голов, отрезанных у поляков. Тот был приятно удивлен как самим подарком, так и находчивостью своих подчиненных.
Подобное «рвение» смущало даже видавших виды немцев. Генеральный комиссар Волыни и Подолья обергруппенфюрер Шене просил «митрополита» Поликарпа Сикорского унять свою «паству» 28 мая 1943 года: «Национальные бандиты (курсив мой) проявляют свою деятельность также в нападениях на безоружных поляков. По нашим подсчетам, на сегодня замордовано 15 тыс. поляков! Колонии Янова Долина не существует».

В «хронике СС стрелковой дивизии «Галичина», которую вела ее Войсковая управа, имеется следующая запись: «20.03.44 г.: есть на Волыни, который, вероятно, уже в Галичине, украинский повстанец, который хвалится, что своей мотузкой удавил 300 душ поляков. Его считают героем».

Поляки издали десятки фолиантов таких вот фактов геноцида, ни один из которых бандеровцы не опровергли. Рассказов же о подобных деяниях Армии Крайовой наберется не более чем на общую тетрадь. Да и ту еще следует подкрепить существенными доказательствами.

Причем не обошли вниманием поляки и примеры милосердия со стороны украинцев. К примеру, в Вирке Костопольского уезда Франтишка Дзеканьская, неся свою 5-летнюю дочурку Ядзю, была смертельно ранена бандеровской пулей. Та же пуля задела детскую ножку. На протяжении 10 дней ребенок находился при убитой матери, питаясь зернами из колосков. Спас девочку украинский учитель.

При этом он наверняка знал, чем ему грозило подобное отношение к «чужакам». Ведь в том же уезде бандеровцы замордовали двоих украинских детей только потому, что они воспитывались в польской семье, а трехлетнему Стасику Павлюку разбили голову о стену, держа его за ножки.

Разумеется, страшная месть ожидала и тех украинцев, которые без вражды относились к советским воинам-освободителям. Районный проводник ОУН Иван Ревенюк («Гордый») вспоминал, как «ночью из села Хмызово привезли в лес сельскую девушку лет 17-ти, а то и меньше. Ее вина заключалась в том, что она вместе с другими сельскими девчатами ходила на танцы, когда в селе стояла воинская часть Красной Армии. Кубик (комбриг войскового округа УПА «Туры») увидел девушку и попросил у Варнака (проводника Ковельского округа) разрешения лично допросить ее. Он требовал, чтобы та созналась, что «гуляла» с солдатами. Девушка божилась, что этого не было. «А я сейчас это проверю», – усмехнулся Кубик, заостряя ножом сосновую палку. Через мгновение он подскочил к пленной и острым концом начал втыкать ей между ног, пока не вогнал сосновый кол в половой орган девушки».

В одну из ночей бандиты ворвались в украинское село Лозовое и за полтора часа убили свыше 100 его жителей. В семье Дягун бандеровец зарубил троих детей. Самому маленькому, четырехлетнему Владику, отрубил руки и ноги. В семье Макух убийцы застали двоих детей – трехлетнего Ивасика и десятимесячного Иосифа. Десятимесячное дитя, увидев мужчину, обрадовалось и со смехом протянуло к нему ручки, показывая свои четыре зубчика. Но безжалостный бандит полоснул ножом головку младенца, а его братику Ивасику топором разрубил голову.

Из села Волковыя в одну из ночей бандеровцы привели в лес целую семью. Долго издевались над несчастными людьми. Затем, увидев, что жена главы семьи беременна, разрезали ей живот, вырвали из него плод, а вместо него затолкали живого кролика.

«Они превзошли своими зверствами даже немецких садистов эсэсовцев. Они пытают наших людей, наших крестьян... Разве мы не знаем, что они режут маленьких детей, разбивают о каменные стены их головки так, что мозг из них вылетает. Страшные зверские убийства – вот действия этих бешеных волков», – взывал Ярослав Галан. С подобным гневом зверства бандеровцев обличала и ОУН Мельника, и УПА Бульбы-Боровца, и правительство Западно-Украинской Народной Республики в изгнании, и Союз Гетманцев-Державников, обосновавшийся в Канаде.

Пусть запоздало, но все же раскаиваются в своих преступлениях и некоторые бандеровцы. Так в январе 2004 года в редакцию «Советской Луганщины» пришла пожилая женщина и передала пакет от своей ушедшей недавно из жизни подруги. Гостья редакции объяснила, что своим визитом она выполняет последнюю волю уроженки Волынской области, активной в прошлом бандеровки, которая к концу жизни переосмыслила свою жизнь и решила своей исповедью хоть на малую толику искупить непоправимый грех.

«Я, Вдовиченко Надежда Тимофеевна, уроженка Волыни... Я и моя семья просим простить нас всех посмертно, потому что, когда люди будут читать это письмо, меня уже не будет (подруга выполнит мое поручение).
У родителей нас было пятеро, мы все были завзятые бандеровцы: брат Степан, сестра Анна, я, сестры Оля и Нина. Мы все ходили в бандерах, днем отсыпались по хатам, а ночью ходили и ездили по селам. Нам давались задания душить тех, кто укрывал пленных русских и самих пленных. Этим занимались мужчины, а мы, женщины, перебирали одежду, отбирали коров и свиней у погибших людей, скот резали, все перерабатывали, тушили и укладывали в бочки. Однажды за одну ночь в селе Романове задушили 84 человека. Старших людей и старых душили, а детей маленьких за ножки − раз, ударил головкой об дверь – и готово, и на воз. Мы жалели своих мужчин, что они крепко намучаются за ночь, но за день отоспятся и на следующую ночь − в другое село. Были люди, которые прятались. Если мужчина прятался, принимались за женщин...
Других на Верховке убрали: жена Ковальчука Тилимона долго не признавалась, где он, и открывать не хотела, но ей пригрозили, и она вынуждена была открыть. Сказали: «Скажи, где муж, и мы тебя не тронем». Она призналась, что в стоге соломы, его вытащили, били, били, пока забили. А двое детей, Степа и Оля, хорошие были дети, 14 и 12 лет... Младшую разодрали на две части, а мать Юньку уже не надо было душить, у нее разрыв сердца случился. В отряды брали молодых здоровых парней, чтобы душить людей. Так, из Верховки два брата Левчукив, Николай и Степан, не захотели душить, убежали домой. Мы приговорили их к казни. Когда поехали за ними, отец говорит: «Берете сыновей – и я иду». Калина, жена, тоже говорит: «Берете мужа – и я иду». Вывели их метров за 400 и Надя просит: «Отпустите Колю», а Коля говорит: Надя, не проси, у бандеров никто не отпросился и ты не выпросишься». Колю убили. Надю убили, отца убили, а Степана живым забрали, две недели водили в хату в одном белье − рубашка и штаны, били шомполами железными, чтобы признался, где семья, но он был твердый, ни в чем не признался, и последний вечер побили его, он попросился в туалет, один повел его, а была сильная метель, туалет был из соломы, и Степан прорвал солому и убежал из наших рук. Нам все данные давали из Верховки земляки Петр Римарчук, Жабский и Пучь.
...В Новоселках Ривненской области была одна комсомолка Мотря. Мы ее забрали на Верховку к старому Жабскому и давай доставать у живой сердце. Старый Саливон в одной руке держал часы, а в другой сердце, чтобы проверить, сколько еще будет биться сердце в руке. И когда пришли русские, то сыновья хотели поставить ему памятник, дескать, боролся за Украину.
Шла еврейка с ребенком, убежала из гетто, остановили ее, забили и в лесу закопали. Один наш бандера ходил за девушками-полячками. Дали ему приказ убрать их, и он рассказал, что сбросил в ручей. Их мать прибежала, плачет, спрашивает, не видела ли я, говорю, что нет, идем искать, идем над тем ручьем, я и мать туда. Нам был дан приказ: евреев, поляков, русских пленных и тех, кто прячет их, всех душить без пощады. Задушили семью Северинов, а дочка была замужем в другом селе. Приехала в Романове, а родителей нет, она плакать начала и давай вещи откапывать. Бандеры пришли, одежду забрали, а дочку живьем в тот же ящик закрыли и закопали. И осталось дома двое ее маленьких детей. А если б детки приехали с матерью, то и они были б в том ящике. Был еще в нашем селе Кублюк. Его направили в Котов, Киверцовский район, на работу. Поработал неделю и что же – отрубили голову Кублюку, а дочку взял соседний парень. Бандеры приказали убить дочку Соню, и Василий сказал: «Идем в лес за дровами». Поехали, привез Василий Соню мертвой, а людям сказал, что дерево убило.
Жил в нашем селе Ойцюсь Тимофей. Старый-старый дед, что он сказал, так оно и будет, был то пророк от Бога. Когда пришли немцы, им сразу донесли, что есть такой в селе, и немцы сразу же поехали к старому, чтобы тот сказал, что с ними будет... А он им говорит: «Ничего я вам не скажу, потому что вы меня убьете». Переговорщик пообещал, что пальцем не тронут. Тогда дед им и говорит: «До Москвы вы дойдете, но оттуда будете убегать, как сможете». Немцы его не тронули, но когда старый пророк сказал бандерам, что удушением людей Украины они ничего не сделают, то пришли бандеры, били до тех пор, пока не забили.
Теперь опишу про свою семью. Брат Степан был завзятый бандеровец, но и я не отставала от него, ходила везде с бандерами, хотя была замужем. Когда пришли русские, начались аресты, вывозили людей. Нашу семью тоже. Оля договорилась на вокзале, и ее отпустили, но пришли бандеры, забрали и задушили ее. Остался отец с матерью и сестрой Ниной в России. Мать старенькая. Нина наотрез отказалась идти работать на Россию, тогда начальство предложило ей работать секретарем. Но Нина сказала, что советского пера в руках держать не хочет. Ей снова пошли навстречу: «Если ты не хочешь ничего делать, то распишись, что будешь выдавать бандеров, и мы тебя отпустим домой. Нина, долго не думая, расписалась, и ее отпустили. Еще Нина не приехала домой, как ее уже ждали бандеры, собрали собрание парней и девушек и судят Нину: смотрите, мол, кто поднимет на нас руку, со всеми так будет. По сегодняшний день не знаю, куда ее дели.
Всю свою жизнь носила тяжелый камень в сердце, я ведь верила бандерам. Я могла продать любого человека, если кто-то что-то скажет на бандеров. А они, окаянные, пусть будут прокляты и Богом, и людьми на веки вечные. Сколько людей порубили невинных, а теперь они хотят, чтобы их прировнять к защитникам Украины. А с кем же они воевали? Со своими соседями, душегубы проклятые. Сколько крови на их руках, сколько ящиков с живыми закопано. Людей вывозили, но они и теперь не хотят возвращаться на ту бандеровщину.
Слезно умоляю Вас, люди, простите мне мои грехи» (газета «Советская Луганщина», январь 2004, N 1)...".










135 пыток и зверств, применяемых террористами ОУН — УПА к мирному населению

Вбивание большого и толстого гвоздя в череп головы.
Сдирание с головы волос с кожей (скальпирование).
Нанесение удара обухом топора по черепу головы.
Нанесение удара обухом топора по лбу.
Вырезание на лбу «орла».
Вбивание штыка в висок головы.
Выбивание одного глаза.
Выбивание двух глаз.
Обрезание носа.
Обрезание одного уха.
Обрезание обоих ушей.
Прокалывание детей колами насквозь.
Пробивание заострённой толстой проволокой насквозь от уха до уха.
Обрезание губ.
Обрезание языка.
Разрезание горла.
Разрезание горла и вытягивание через отверстие языка наружу.
Разрезание горла и вкладывание в отверстие куска.
Выбивание зубов.
Ломание челюсти.
Разрывание рта от уха до уха.
Затыкание ртов паклей при транспортировке ещё живых жертв.
Разрезание шеи ножом или серпом.
Нанесение удара топором в шею.
Вертикальное разрубание головы топором.
Сворачивание головы назад.
Размозжение головы, вкладывая в тиски и затягивая винт.
Отрезание головы серпом.
Отрезание головы косой.
Отрубание головы топором.
Нанесение удара топором в шею.
Нанесение колотых ран головы.
Резание и стягивание узких полосок кожи со спины.
Нанесение других рубленых ран на спине.
Нанесение ударов штыком в спину.
Ломание костей рёбер грудной клетки.
Нанесение удара ножом или штыком в сердце или около сердца.
Нанесение колотых ран груди ножом или штыком.
Отрезание женщинам груди серпом.
Отрезание женщинам груди и посыпание ран солью.
Отрезание серпом гениталий жертвам мужского пола.
Перепиливание туловища пополам плотницкой пилой.
Нанесение колотых ран живота ножом или штыком.
Пробивание живота беременной женщине штыком.
Разрезание живота и вытаскивание наружу кишок у взрослых.
Разрезание живота женщине с беременностью на большом сроке и вкладывание вместо вынутого плода, например, живого кота и зашивание живота.
Разрезание живота и вливание вовнутрь кипятка — кипящей воды.
Разрезание живота и вкладывание вовнутрь его камней, а также бросание в реку.
Разрезание беременным женщинам живота и высыпание вовнутрь битого стекла.
Вырывание жил от паха до стоп.
Вкладывание в пах — вагину раскалённого железа.
Вставление в вагину сосновых шишек вперёд стороной верхушки.
Вставление в вагину заострённого кола и пропихивание его до горла, навылет.
Разрезание женщинам передней части туловища садовым ножом от вагины до шеи и оставление внутренностей снаружи.
Вешание жертв за внутренности.
Вкладывание в вагину стеклянной бутылки и её разбивание.
Вкладывание в анальное отверстие стеклянной бутылки и её разбивание.
Разрезание живота и высыпание вовнутрь корма, так называемой кормовой муки, для голодных свиней, которые этот корм вырывали вместе с кишками и другими внутренностями.
Отрубание топором одной руки.
Отрубание топором обеих рук.
Пробивание ладони ножом.
Отрезание ножом пальцев на руке.
Отрезание ладони.
Прижигание внутренней стороны ладони на горячей плите угольной кухни.
Отрубание пятки.
Отрубание стопы выше кости пятки.
Ломание тупым инструментом костей рук в нескольких местах.
Ломание тупым инструментом костей ног в нескольких местах.
Перепиливание туловища, обложенного с двух сторон досками, пополам плотницкой пилой.
Перепиливание туловища пополам специальной пилой.
Отпиливание пилой обеих ног.
Посыпание связанных ног раскалённым углём.
Прибивание гвоздями рук к столу, а стоп к полу.
Прибивание в костёле на кресте рук и ног гвоздями.
Нанесение ударов топором в затылок жертвам, предварительно уложенным на пол.
Нанесение ударов топором по всему туловищу.
Разрубание топором целого туловища на части.
Ломание по живому ног и рук в так называемой лямке.
Прибивание ножом к столу языка маленького ребёнка, который позже висел на нём.
Разрезание ребёнка ножом на куски и разбрасывание их вокруг.
Разпарывание живота детям.
Прибивание маленького ребёнка штыком к столу.
Вешание ребёнка мужского пола за гениталии на дверной ручке.
Выбивание суставов ног ребёнка.
Выбивание суставов рук ребёнка.
Удушение ребёнка накидыванием на него различных тряпок.
Бросание маленьких детей живьём в глубокий колодец.
Бросание ребёнка в пламя огня горящего здания.
Разбивание головки младенца, взяв его за ножки и ударив о стену или печь.
Подвешивание монаха за ноги возле кафедры в костёле.
Посадка ребёнка на кол.
Подвешивание на дереве женщины вверх ногами и издевательство над ней — отрезание груди и языка, рассечение живота, выкалывание глаз, а также отрезание ножами кусков тела.
Прибивание маленького ребёнка гвоздями к двери.
Вешание на дереве головой вверх.
Вешание на дереве ногами вверх.
Вешание на дереве ногами вверх и опаливание головы снизу огнём зажжённого под головой костра.
Сбрасывание со скалы вниз.
Утапливание в реке.
Утапливание сбрасыванием в глубокий колодец.
Утапливание в колодце и забрасывание жертвы камнями.
Протыкание вилами, а после жаренье кусков тела на костре.
Бросание на лесной поляне взрослого в пламя костра, вокруг которого украинские девушки пели и танцевали под звуки гармони.
Вбивание кола в живот насквозь и укрепление его в земле.
Привязывание человека к дереву и стрельба в него как по мишени.
Выведение на мороз нагишом или в белье.
Душение скрученной намыленной верёвкой, затянутой на шее, — арканом.
Волочение по улице тела при помощи верёвки, затянутой на шее.
Привязывание ног женщины к двум деревьям, а также рук выше головы и разрезание живота от промежности до груди.
Разрывание туловища при помощи цепей.
Волочение по земле привязанного к телеге.
Волочение по земле матери с тремя детьми, привязанных к возу, запряжённому конём, таким способом, что одна нога матери привязана цепью к возу, а к другой ноге матери — одна нога самого старшего ребёнка, а к другой ноге самого старшего ребёнка привязан младший ребёнок, а к другой ноге младшего ребёнка привязана нога самого младшего ребёнка.
Пробивание тела насквозь стволом карабина.
Стягивание жертвы колючей проволокой.
Стягивание колючей проволокой одновременно двух жертв.
Стягивание колючей проволокой одновременно нескольких жертв.
Периодическое стягивание туловища колючей проволокой и каждые несколько часов поливание жертвы холодной водой с целью прихода в себя и ощущения боли и страданий.
Закапывание жертвы в стоячем положении в землю по шею и оставление её в таком положении.
Закапывание в землю живьём по шею и срезание позже головы косой.
Разрывание туловища пополам при помощи лошадей.
Разрывание туловища пополам привязыванием жертвы к двум пригнутым деревьям и в последующем их освобождением.
Бросание взрослых в пламя огня горящего здания.
Поджигание жертвы предварительно облитой керосином.
Обкладывание вокруг жертвы снопами соломы и их поджигание, делая, таким образом, факел Нерона.
Вонзание ножа в спину и оставление его в теле жертвы.
Насаживание младенца на вилы и выбрасывание его в пламя костра.
Срезание лезвиями кожи с лица.
Вбивание между рёбер дубовых кольев.
Вешание на колючей проволоке.
Сдирание с тела кожи и заливание раны чернилами, а также обливание её кипящей водой.
Прикрепление туловища к опоре и бросание в него ножами.
Связывание — сковывание рук колючей проволокой.
Нанесение смертельных ударов лопатой.
Прибивание рук к порогу жилища.
Волочение тела по земле за ноги, связанные верёвкой.