Лучший истребитель люфтваффе

Бой освещает облака


«Skipper 190s on a starboard… roger… (грохот очередей) …заходит сзади… ганнер ю копи… ганнер…»
(«Командир, 190-е справа, понял…»)




Но стрелок не успел ответить командиру — в один миг вся хвостовая часть была оторвана пушечной очередью. Обломки неслись к земле: «Мэйдэй! Мэйдэй! Мэйдэй!»

«Браунинги» клинило от перегрева, но эти чертовы FW-190 словно не чувствовали попаданий. Оглушительный пушечный залп — и «крепость» пошла к земле, по частям. Через несколько минут все было кончено. Внизу пылал Геттинген. В закопченном небе оседали купола американских парашютов.

Небо украсили свастики и черные кресты. Герои люфтваффе пошли на снижение, но путь им преградили трассы 50-го калибра — к месту битвы подтянулись запоздалые «Мустанги».

Через несколько минут все было кончено — над разрушенным Геттингеном повисли купола немецких парашютов.

Двадцать девять FW-190 ценой потери одного P-51.

Описания боя в различных источниках различаются деталями и модификациями самолетов, но общая картина выглядит однозначно. Бомбардировщики сожгли город, их сожгли «Фокке-Вулфы», которых сожгли «Мустанги».

Сентябрь 1944 года, 75-летию тех событий посвящается


445-я бомбардировочная группа заблудилась, вышла не на ту цель, осталась без прикрытия и схлестнулась в бою со «штурм штаффелями» из состава 3-й, 4-й и 300-й эскадр люфтваффе.

Эскадрильями ПВО, оснащенными особой модификацией FW-190 — «Штурмбок» («Таран») и укомплектованными фанатиками и штрафниками. По легендам, пилотов «штурм штаффелей», вернувшихся без побед, на земле ждал расстрел. Но это всего лишь легенды.

445-я бомбардировочная группа погибла почти в полном составе. Из 35 «Либерейторов» (по другим данным, 37) на базу вернулись всего четыре, из которых трое восстановлению не подлежали.

Легкость, с которой «Штурмбоки» разделались с «Либерейторами», показывает, насколько эффективными были истребители FW-190A-8/R8 при встрече с четырехмоторными крепостями.

Однако скорость, с которой «Фокке-Вулфы» «слили» воздушный бой «Мустангам», вызывает еще больше вопросов.


Даже при неучтенных потерях от огня бомбардировщиков, записанных в счет побед «Мустангов» (таких было как минимум шесть), общая картина боя над Геттингеном свидетельствует, что с истребителями FW-190A-8/R8 было что-то не так. Подозрения подтверждаются всей дальнейшей историей и тактикой применения «Штурмбоков».

Осада «крепостей»


Для тех, кто не привык читать долгие тексты, вся суть — в одном абзаце. Типичный «фронтовой» истребитель того периода — одномоторный поршневой самолет со взлетной массой около 3,5...4 тонн, из которых до 40% могло приходиться на полезную нагрузку (топливо, оружие, боекомплект, авионику) имел мало шансов справиться с «летающей крепостью». Для этого ему бы потребовалось сделать несколько заходов, что на практике было маловероятно. Не хватило бы ни времени, ни боекомплекта.

Читатели могут привести в пример рейд на Швайнфурт и Регенсбург (1942). Но он лишь подтверждает мой тезис. Люфтваффе пришлось стянуть к месту событий почти 400 Ме-109G и FW-190, которые «кусали» армаду бомбардировщиков на протяжении всего рейда — за час до подхода цели и на обратном пути. Сбили 60 «крепостей», но сколько у них заняло по-времени? Б-17 успели отбомбиться, цель разрушена.

Большинство истребителей той эпохи в лучшем случае были вооружены одной-двумя пушками калибра 20 мм. У немцев в разгар войны появились четырёхпушечные модификации «Фокке-Вулфов», но их число в разы уступало «Мессершмиттам».

Вторая пара пушек на большинстве FW-190 до конца 1943 г. состояла из MG-FF. По массе снаряда и совокупности др. характеристик MG-FF лишь отдаленно напоминала другие артсистемы калибра 20 мм. По дульной энергии она даже уступала 12,7-мм пулемету УБС. Именно поэтому MG-FF оказалась достаточно легкой, чтобы стать дополнением к паре MG-151/20 у истребителей «Фокке-Вулф». Или кто-то полагал, что убер-инженеры наши способ радикально увеличить % полезной нагрузки?

Большинство истребителей и у нас, и у немцев, и у союзников были вооружены примерно на одном уровне. «Мессеры», «Яки» — одна-единственная мотор-пушка. Двухпушечные «Лавочкины» появились только к середине войны.


Абсолютный сплав стали и огня. Пушка ШВАК, установленная в развале цилиндров двигателя М-105


Где обычным истребителям взять огневой мощи, чтобы справиться с « летающей крепостью»?


Площадь её крыла — как у трех «Юнкерсов», четыре мотора, многократное дублирование и рассредоточение всех важных систем, прикрытых 900 кг броневых плит.

Лучший истребитель люфтваффе


Настоящей «экзотикой» стали 37-мм пушки «Аэрокобр» и Як-9Т. Огневая мощь никогда не была излишней, но чересчур сильная отдача и мизерный б/к делали их спорным решением в воздушном бою. Только снайперский огонь одиночными выстрелами. Неслучайно потенциал «Авиакобры» был раскрыт только в СССР, где они попадали в гвардейские полки. Их пилотировали настоящие асы и летчики-снайперы, способные «оседлать» любую технику и воспользоваться её скрытыми достоинствами.

У немцев не было ни «Аэрокобр», ни Як-9Т. Но были армады «крепостей» над головой.

Лучшее, что смогли придумать убер-инженеры, — заменить две 20-мм пушки в наружной части крыла «Фокке-Вулфа» на орудия калибра 30 мм с боекомплектом 55 снарядов на ствол. Вторую пару пушек в корневой части крыла оставили без изменений (MG.151/20 с боекомплектом 250 снарядов).

Увеличение калибров прошло без значительных последствий. Ведь в плане маневренности и ЛТХ истребителю FW-190A-8 деградировать было уже некуда. Немало постарались и создатели пушки MK.108, создав компактный «обрез» с длиной ствола всего 18 калибров.

Для экономии веса на многих «Фокке-Вулфах» демонтировались синхронизированные пулеметы MG.131 ввиду отсутствия в них смысла при наличии столь мощного пушечного оружия. Однако данная мера уже никак не могла спасти «Фоку» от перегруза.

Сколько волка ни корми, а слон все равно больше


Отвратительная баллистика немецких 30-мм авиапушек отчасти компенсировалась размерами воздушных целей. Таким же образом решалась проблема выбора упреждения при стрельбе разными калибрами (2х20 мм, 2х30 мм). Главное — сблизиться и дать очередь, засыпая пространство раскаленным металлом. В отличие от «свистелок» Me.262, из-за значительной разницы в скорости проводивших вблизи цели доли секунды (чтобы пальнуть разок и скрыться в облаках на 800 км/ч), тихоходный «Штурмбок» имел достаточно времени, чтобы сблизиться со стороны хвоста, прицелиться и «накормить» крепость бикалиберным огнем.

Этот прекрасный план был неполным без одного обстоятельства. При указанной схеме атаки истребитель гарантированно подпадал под интенсивный обстрел.

У фронтовых бомбардировщиков ВМВ число оборонительных «стволов» зачастую превосходило число членов экипажа (яркий пример — Ю-88). Как только противник выходил из зоны обстрела одного пулемета, стрелку (штурману, бомбардиру) в тесной кабине приходилось ползти к следующему, приводить его в боевое положение и целиться снова. Данное обстоятельство сильно обесценивало значение оборонительных средств.

Именно по этой причине 90% воздушных побед на Восточном фронте, и с нашей, и с немецкой стороны, было одержано истребителями с дистанции менее 100 метров. Заходили с хвоста — и били в упор. Стрельба с больших дистанций была повсеместно признана неэффективной, на грани полной бесполезности.

Но всё менялось при встрече с Б-17 и Б-24.


Б-17 и Б-25 в совместном полете. На самом деле Б-25 "Митчелл" не лучший пример в этом сравнении; один из самых крупных двухмоторных бомбардировщиков, со взлетной массой, большей, чем у двух Пе-2 или трех пикировщиков Ю-87. Но даже он радикально уступал по размерами Б-17. Красноречивое свидетельство того, насколько необычной целью была "летающая крепость"

На её борту имелось достаточно места для размещения 10-11 членов экипажа. Каждый сектор пространства прикрывала одна или несколько турелей, со своими стрелками — плотность огня не позволяла безнаказанно приближаться к ним даже на короткое время.

Искусством ведения снайперского огня в люфтваффе владели единицы. Баллистика немецких авиапушек также не поощряла попытки стрелять с дистанций более 150 метров. Поднятым на перехват немецким истребителям следовало научиться «держать» хотя бы несколько попаданий 12,7-мм пуль, пока их пушечная очередь с малой дистанции не сразит четырехмоторную цель.

Главная особенность «Штурмбока»: исключительная по авиационным меркам защищенность


Заводской комплект R-8 (Rustsatzе 8) для превращения в полевых условиях FW-190A-8 в «штурмовой» истребитель, помимо замены пушек, предусматривал бронестекла толщиной 30 мм для подвижной части фонаря кабины. Снаружи кабину окутали накладки из стали, дополнительную защиту получили снарядные ящики пушек. Все это монтировалось на «Фокке-Вулф» поздней модификации А-8, и без того имевшего внушительную защиту:

— лобовое стекло — 57 мм;
— боковые передние скосы фонаря — 30 мм;
— бронекольцо вокруг воздухозаборника — 5 мм;
— бронекольцо вокруг предыдущего кольца — 3 мм;
— нижняя часть капота — 6 мм;
— плита перед снарядным ящиком крыльевой MK108 — 20 мм вертикально;
— плита над снарядным ящиком крыльевой MK108 — 5 мм горизонтально;
— накладки по бортам кабины — 5 мм;
— плитка под отсеком MG131 — 5 мм горизонтально;
— плитка от предыдущей плитки до лобового бронестекла — 5 мм;
— бронеспинка — 5 мм;
— бронеплитка защищающая плечи сзади — 8 мм;
— бронезаголовник — 12 мм.

Выбор типа истребителя на роль охотника за «крепостями», для которого имело смысл проводить работы по повышению защищенности. Здесь выбор FW-190 перед Me-109 был очевиден. Широкий 14-цилиндровый мотор воздушного охлаждения «Фокке-Вулфа» защищал собой кабину пилота. Одновременно он обладал достаточной живучестью, чтобы продолжать работу при потере одного или даже нескольких цилиндров. Наконец, FW-190, по мнению немцев, еще сохранял модернизационный потенциал. В отличие от «Мессершмитта», чья взлетная масса была меньше почти на тонну, а возможности конструкции достигли предела еще в 1942 году.

Немцы взяли самую тяжелую 4-пушечную модификацию «сто девяностого», и без того уступавшего в маневренности всем ровесникам, и добавили еще защиты и оружия!

А теперь мы со всем этим попытаемся взлететь…


18 квадратных метров крыла позволяли 5-тонной машине оторваться от ВПП, но дальше начались очевидные трудности.

В процессе эволюции FW-190 были затронуты многие параметры: добавлялось и убавлялось вооружение, повышалась живучесть, росла мощность двигателя, появились новые моторы, о которых даже не мыслили при создании этого истребителя (проект «Дора»), менялась внутренняя компоновка, корректировалась длина фюзеляжа. Изменялось все, кроме площади крыла. Новое крыло означало бы создание и запуск в серию нового самолета. Такого немцы позволить себе уже не могли.

Более 270 кг на кв. м крыла на взлете! Даже при «боевой массе» с 50%-ным остатком топлива удельная нагрузка на крыло FW-190A-8/R-8 оставалась слишком велика для истребителя его эпохи.



Поздние модификации «Фокке-Вулфов» слишком медленно набирали скорость и высоту. Двигателей достаточной мощности для 5-тонных истребителей у немцев в наличии не было.

На это счет имелось два решения: плохое и очень плохое.

Очень плохим решением было оставить всё как есть. Плохим — попытаться создать хоть что-то на основе имеющихся технологий. В результате у люфтваффе появилась система форсажа MW-50 (Methanol-Wasser), которую многие военные историки от авиации считают образцом немецкой расчетливости.

Почему у Ганса заглох мотор


У немцев не было своего аналога «Мерлина» или «Дабл Уоспа» с турбонагнетателем от выхлопных газов, но и не надо. Смеси воды и метанола хватало на 20 минут — на всю продолжительность воздушного боя. Мощность ВМW-801D-2 у истребителя «Фокке-Вулф» увеличивалась на внушительные 20%, достигая на пике 2100 л.с., как у лучших истребителей союзников с моторами воздушного охлаждения.

Правда о системе MW-50 такова: вне зависимости от ёмкости бака длительность непрерывной работы мотора с применением смеси не могла превышать 10 минут. Но самое неприятное — систему нельзя было активировать там, где она была необходима больше всего, на больших высотах. Где находился противник. Для запуска MW-50 требовалось снижаться ниже 5000 м. Данное обстоятельство нарушало немцам всю организацию воздушного боя.

Это далеко не все ограничения на впрыск водо-метанольной смеси. Ганс нажал красную кнопку, мотор взревел — и заглох.

Типичный образец немецкой инженерии. Технологии будущего.

Небесный тихоход


Разгоняться в пикировании, соревнуясь в скорости с другими истребителями, FW-190A-8/R-8 мешал аэродинамический облик, испорченный навесными элементами защиты. Плюс изуродованное пушками крыло. Плюс тупоносый фюзеляж со «звездой» воздушного охлаждения. Конструкторам истребителей с такими двигателями (Ла-5, «Тандерболт») требовалось прилагать значительные усилия, чтобы добиться показателей, аналогичных остроносыми «Яками», «Мустангами», «Спитами» и пр. истребителям с моторами с жидкостным охлаждения. Конструкторы FW-190, в какой-то момент просто на все «забили»…

Все, на что мог рассчитывать FW-190A-8 в воздушном бою, — это его превосходная живучесть.

Даже без применения «Рюстзац-8» он мог выдержать на несколько попаданий больше, чем обычный истребитель. Но при появлении в воздухе вражеских истребителей ему наступал конец. Для «Мустанга» такой противник представлял тихоходную маломаневренную цель. Аналог фронтового бомбардировщика, к тому же лишенного хвостовой оборонительной установки. Заход в хвост после первого виража — и очередь в упор. И никакая защита не спасет того, кто позволит расстреливать себя из шести «браунингов», извергающих по 70 пуль в секунду.

Постараюсь выбрать подходящие слова, чтобы удовлетворить вкусам взыскательной публики. Охотник за крепостями, «Штурмбок», как и его «базовая версия» FW-190A-8, — не истребители в классическом понимании.

Все восторги по поводу их высокой живучести и могучего вооружения (четыре 20-мм длинноствольные (!) пушки или 2х20 + 2х30 мм) следует сопровождать пояснением: к середине 1944 года FW-190 истребителем быть перестал.

Это был «ганшип», летающая огневая точка, которую до выхода к строю бомбардировщиков требовалось прикрывать «обычными» «Мессершмиттами». По правде говоря, Ме-109 надо было самих прикрывать от истребителей союзников, настолько отсталыми были ЛТХ немецких истребителей к концу войны.

Могли ли советские МиГ-3 перехватить Б-17?


Направление эволюции FW-190 и факт появления «Штурмбоков» свидетельствует о следующем. Дискуссии и сравнения могущества вооружения истребителей, сделанные на основе их способности перехватывать четырехмоторные бомбардировщики, не имеют смысла.

Смогли бы высотные МиГ-3 сбить Б-17 в случае гипотетического конфликта с англосаксами? Или Ла-7? Ответ: вопрос задан некорректно. Нужно четко различать задачи.

Типичное вооружение истребителей эпохи ВМВ (1-2 пушки или несколько пулеметов) полностью удовлетворяло их назначению. Борьба с воздушными целями, которые по своей взлетной массе (и всем связанным параметрам) в разы отличались от «летающих крепостей».

Немцы создали уникальный истребитель, способный при свете дня эффективно бороться с четырехмоторными бомбардировщиками. По крайней мере, в расчетных условиях он демонстрировал выдающиеся результаты.

И это не какая-то малочисленная экспериментальная серия.

Тяжелейший FW-190A-8 — самая известная и самая массовая модификация «Фокке-Вулфа», выпущенная в количестве 6655 единиц


Учитывая приоритеты и основной характер задач люфтваффе в 1944 году, а также тот факт, что 2/3 немецкой авиации действовало на Западном фронте, FW-190A-8 с его съемными заводскими комплектами может уверенно претендовать на роль лучшего немецкого истребителя.

Из-за неизбежного прогресса и времени его появления (поздний период войны) «Фокке-Вулф» 190A-8 также может считаться самым технически совершенным из истребителей, созданных в Третьем рейхе. Из тех, что успели принять массовое участие в боевых действиях.

Слабость концепции «Штурмбоков» состояла в том, что «крепости» редко появлялись без сопровождения. Эскортные «Мустанги» за счет значительной взлетной массы (на взлете — 5 тонн, «бочки с бензином») и ламинарного крыла, повышавшего топливную экономичность в дальних рейдах, научились сопровождать стратегические бомбардировщики по всему маршруту. В случае тревоги они могли сбросить громоздкие ПТБ и превратиться над любой точкой Европы в обычные истребители, не уступающие по ЛТХ своим т.н. фронтовым коллегам.



«Штурм штаффелям» удалось одержать несколько громких побед. Помимо бойни над Геттингеном, известен разгром в небе над Лейпцигом в ноябре 1944 г. В тот раз избежать потерь среди «Штурмбоков» позволила тактика, при которой 109-е «Мессершмитты» связали боем «Мустанги» эскорта. Если говорить более откровенно — пожертвовали собой.

Но уже скоро выяснилось, что обеспечивать взаимодействие «штурмовых» групп и групп прикрытия становится невозможно. Для этого у люфтваффе уже не хватало ни топлива, ни аэродромов, ни техники. Территория рейха стремительно сокращались — в последние месяцы войны, вылетев на перехват «крепостей», можно было столкнуться в воздухе с советскими Ла-5.

Финал эволюции FW-190 — это попытки облегчить машину. Вернуть ей возможность вести воздушный бой, действуя в условиях абсолютного господства истребительных сил противника.

Для производства защитных комплектов также перестало хватать материалов. К слову, существовало несколько вариантов «Рюстзац» — для превращения истребителей в самолеты различного назначения. Наиболее известными были R-2 и R-8, обвесы для перехватчиков «крепостей». По мнению историков-моделистов, R-2 и R-8 существовали только в теории. В полевых условиях все самолеты имели разный состав вооружения и защиты, зачастую комплекты применялись не в полном составе. Само понятие «Штурмбок» (Sturmböcke) появилось поздней осенью 1944, когда история сверхзащищенных перехватчиков подходила к концу.

Эпилог


«Штурмбок» был такой один, и сравнивать его просто не с кем. По совокупности ЛТХ не похож на все известные истребители, но таковы были приоритеты люфтваффе.

Главным недостатком «Штурмбока» стало то, что он обещал защитить небо рейха, но не выполнил своего обещания. В эпоху поршневых моторов оказалось невозможно построить истребитель с мощным вооружением, способный самостоятельно, без значительных потерь прорваться к строю бомбардировщиков сквозь истребительный эскорт.

Возможность строить такие самолеты появилась после войны, с развитием реактивных двигателей. МиГ-15 был способен на равных драться с любым противником, сохраняя возможность одним залпом свалить четырехмоторный бомбардировщик. Но медлительные поршневые «крепости» уже уходили в историю.

Что касается спора о лучших истребителях люфтваффе, то он, несомненно, потребует продолжения. У немцев имелись другие интересные образцы авиатехники. Кто из них и в какой период мог претендовать на звание лучшего? Смею заверить, там будет немало сюрпризов.

Автор:
Олег Капцов
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

184 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.

Уже зарегистрированы? Войти