160 лет назад началась героическая 349-дневная Севастопольская оборона

160 лет назад, 25 сентября (13 сентября по старому стилю) 1854 года в Севастополе объявили осадное положение. Началась знаменитая героическая 349-дневная Севастопольская оборона. Оборона Севастополя сломает планы Англии, Франции и Турции по разгрому России и отторжению от неё ряда важных земель, включая Прибалтику и Причерноморье. Русские воины, несмотря на невиданное самопожертвование и мужество, проиграют Севастопольскую битву, но не позволят врагу реализовать масштабные планы по решению «русского вопроса» (вычеркиванию русских и России из истории).

Вопрос об участи Севастополя. Роль Корнилова в организации обороны

После отступления русской армии от Альмы (Первая крупная сухопутная битва в Крымской войне — сражение на Альме; Часть 2) встал грозный вопрос о будущем Севастополя — главной базы Черноморского флота. Союзники, ждавшие от русских подвоха и понесшие в некоторых частях тяжелейшие потери, не спешили к Севастополю. Участник битвы при Альме герцог Кембриджский, на глазах у которого русские батареи расстреляли картечью первую бригаду легкой дивизии, сказал, что если англичане одержат ещё одну такую победу в Крыму, то останутся с двумя победами, но без армии.


Однако не было сомнений, что вскоре противник отойдёт от первого шока и двинется на Севастополь. В этот тяжелейший период на первый план выдвинулся начальник штаба Черноморского флота и войск Северной стороны, а вскоре фактический командир всех войск оставшихся в Севастополе, Владимир Алексеевич Корнилов. Это было не удивительно, учитывая нравственные и умственные качества этого великого русского человека.

Корнилов, так же как и Нахимов, был учеником Лазарева, человеком такого типа, который вызывал любовь простых матросов и уважение врагов. Владимир Алексеевич имел широкое специальное образование и проявил больше административных способностей для организации хозяйства флота и порта, чем Нахимов. Павел Степанович был своего рода «адмиралом-героем», больше блистательным флотоводцем, чем хозяйственником. Поэтому Нахимов, хоть и имел старшинство по службе, без малейших колебаний в эти грозные дни передал вопросы организации обороны Корнилову.

Корнилов и Нахимов стали душой обороны Севастополя. Они оба были горячими патриотами и считали защиту Севастополя делом своей чести. Они уже давно предупреждали командование о необходимости развивать паровой (винтовой) флот, и в спешном порядке укреплять слабо защищённый Севастополь. Однако эти предупреждения и напоминания пропускали мимо ушей. Ещё за 6 месяцев до высадки союзной армии в Крыму Корнилов представил Меншикову проект укреплений, которые предлагалось немедленно возвести в Севастополе. Офицеры Черноморского флота и некоторые горожане города были готовы оплатить строительство укреплений. Меншиков «с негодованием» отверг это разумное предложение. Корнилов упорствовал, видя, какая страшная угроза нависла над Крымом и Севастополем. В итоге он смог настоять на том, чтобы подрядчику Волохову разрешили построить за свой счёт (!) башню для защиты рейда со стороны моря. Это укрепление завершили строить за два дня до высадки союзных войск в Крыму. Именно эта башня спасёт рейд от подхода вплотную вражеского флота к берегу во время первой бомбардировки Севастополя.

После высадки противника в Крыму в Севастополе кипели работы по строительству укреплений. Корнилов отмечал в своём дневнике, что работы идут с большим успехом, люди работают с охотой и большим воодушевлением. 9 (21) — 10 (22) сентября войска Меншикова, потерпевшие поражение на рее Альме, прибыли в Севастополь, но в городе не задержались. Меньшиков приказал 11 (23) сентября покинуть город, и 12-го сам уехал из Севастополя. В результате судьба города оказалась в руках Нахимова и Корнилова. Назначенный Меншиковым начальником севастопольского гарнизона генерал Моллер фактически не руководил обороной, только подписывал приказы и отсиживался в тылу.

Командующие русским флотом ждали немедленной атаки противника на беззащитный с северной стороны Севастополь. Севастополь имел Черноморский флот — 14 линейных кораблей, 7 фрегатов, 1 корвет, 2 брига, 11 пароходов, который бы дал жесткий ответ любому покушению со стороны моря. К тому же берег защищали 13 батарей с 611 орудиями. Этих сил было достаточно, чтобы отразить нападение союзного флота на Севастополь. Наибольшее беспокойство вызывала сухопутная оборона, особенно в северной части города. Северная сторона имела только тонкую стену, которая не была препятствием для современной артиллерии. К тому же имеющиеся укрепления были расположены так неумело и глупо, что окрестные высоты господствовали над некоторыми из них, сводя их значение к нулю. Северную сторону защищало около 200 орудий, но крупнокалиберных было мало.

Вообще, распределение артиллерийского вооружения по Севастополю было сделано неумело. Так, ключевую высоту обороны в центре позиций — Малахов курган, обороняло всего 5 орудий. К тому же они располагались в одной башне, которая не была защищена, и их можно было похоронить под обломками удачным выстрелом. К началу боевых действий в Севастополе не было сделано запасов оружия, боеприпасов и продовольствия.

Только неожиданная ошибка союзного командования спасла северную часть города от захвата. Многие офицеры во французской и английской армиях были убеждены, что удар будет нанесён по Северной стороне. Однако утром 10 (22) сентября британский генерал Джон Бергойн (начальник инженерной службы, до начала войны он помогал туркам в возведении укреплений в Дарданеллах) явился к главнокомандующему английской армией лорду Раглану и предложил воздержать от нападения на Северную сторону и двинуться к Южной стороне. Раглан сам не стал принимать решение и отправил инженера к французскому главнокомандующему маршалу Сент-Арно. Большинство французских генералов также предлагали атаковать Северную сторону. Но тяжко больной Сент-Арно (ему осталось жить несколько дней), выслушав англичанина, сказал, что сэр Джон прав. Обход Севастополя с юга позволял пользоваться гаванями Крыма в этой части Севастополя. Таким образом, союзные войска потянулись от слабо защищенной Северной стороны к югу.

Корнилов и Тотлебен считали, что Божье провидение спасло Севастополь. Если бы противник сразу после Альмы атаковал Северную сторону, город, не готовый к обороне, не имел шансов на длительную оборону. Корнилов отметил в своём дневнике: «Должно быть, бог не оставил еще России. Конечно, если бы неприятель прямо после Альминской битвы пошел на Севастополь, то легко бы завладел им». Правда, русские командиры поскромничали. По сути, Севастополь спасли от немедленного падения, не только ошибки союзного командования, но и решительные действия Нахимова, Корнилова и Тотлебена.

160 лет назад началась героическая 349-дневная Севастопольская оборона

Владимир Алексеевич Корнилов (1806 — 1854)

После Альмы Меншиков не знал, что будет делать противник. 12 (24) сентября он предположил, что противник хочет отрезать Севастополь и весь Крым от Перекопа, то есть от остальной России. И он решил помешать этому. В Севастополе командующий русскими войсками в Крыму оставил весьма слабый гарнизон — восемь резервных батальонов. Такой гарнизон не мог противостоять вражеской армии. По сути, Севастополь был оставлен без защиты с суши. Для формирования флотских соединений и организацию обороны были необходимо время. А враг мог ударить в любое время.

Корнилов возражал против увода армии из Севастополя. Но Меншикова уговорить не смог. Тот считал, что его задача — сохранить связь с Россией и воспрепятствовать полному обложению Севастополя, так как его армия создавала фланговую угрозу войскам западной коалиции. При этом он увёл даже всю кавалерию, ухудшив возможности гарнизона Севастополя по разведке. 13 (25) сентября армия Меншикова вышла к Бельбеку. 14 (26) русские войска расположились на реке Каче. Адмирал Нахимов не одобрил этих маневров и назвал действия Меншиков «игрой в жмурки».

Корнилова Меншиков назначил командующим в Северной части города, а Нахимова — в Южной. Однако, после того как союзники отошли от Северной стороны и обложили Южную, Нахимов попросил Корнилова взять на себя командование. Нахимов стал главным помощником Корнилова. Нахимов в это время считал, что он не способен к самостоятельному командованию на суше. При этом сообщил командующему, что готов погибнуть, защищая город. Видимо, сыграла свою роль и определённая психологическая подавленность Нахимова. Он ясно видел, что город не спасти. Адмирал находился в мрачном расположении духа. При этом он старался скрыть это чувство обречённости, чтобы не подрывать боевого духа бойцов. Судя по всему, Нахимов уже принял тяжелое решение — он погибнет вместе с Севастополем. Надо сказать, что после гибели Корнилова Нахимов уже не подавал признаков подавленности. Он стал главным символом обороны города и не мог позволить себе слабости, подрывающей боевой дух защитников.

Работа Корнилова, Тотлебена, Нахимова и Истомина после ухода армии Меншикова была просто титанической. Непонятно когда эти железные люди спали. Они сделали всё возможное и невозможное, чтобы подготовить Севастополь к тяжёлой борьбе. При этом строить укрепления приходилось не только в условиях постоянного ожидания нападения врага, но нехватки буквально самых элементарных вещей. Так, в Севастополе были и гениальный инженер Тотлебен, и саперы, и самоотверженные работники, но не оказалось железных лопат и кирок (!). Видимо, кто-то годами расхищал деньги, отпускаемые на шанцевый инструмент. Кинулись в Одессу, но там кирок не оказалось, а лопаты отправили только 3 октября на конных подводах, и они прибыли 17 октября. До этого времени приходилось копать и долбить грунт, часто каменистый, а затем и ежедневно восстанавливать разрушаемые вражеской артиллерией брустверы с помощью деревянных лопат.

Тотлебен значительно расширил фронтальную позицию на Северной стороне и фактически заново оборудовал оборонительную линию на Южной стороне. Из-за нехватки времени не было возможности строить мощные, долговременные укрепления. Приходилось работать по всей линии, пользоваться тем, что мог дать город и флот. Тотлебен применил следующие принципы: выбирал ближайшую к городу, удобную позицию, выставлял на ней артиллерию; эти позиции соединял траншеями для стрелков; между основными пунктами обороны кое-где поставили отдельные батареи. В результате Севастополь получил довольно сильную фронтальную и фланговую оборону. Работу вели титаническую. Строили день и ночь. В результате там, где до этого были лишь отдельные укрепления, не связанные с друг другом и имеющие большие не защищённые промежутки, была оборудована сплошная оборонительная линия с артиллерийскими позициями, блиндажами, укрытиями, пороховыми погребами и линиями связи. В итоге противник упустил момент для открытого штурма и приступил к осадным работам.

160 лет назад началась героическая 349-дневная Севастопольская оборона

Памятник генералу Э. Тотлебену в Севастополе

Что делать с флотом?

Когда Корнилов спросил Меншикова: «Что делать с флотом?» Главнокомандующий ответил: «Положите его себе в карман». Корнилов по-прежнему требовал указаний на счёт флота. Тогда Меншиков ответил более определённо: орудия снять, моряков отправить на защиту города, корабли просверлить и приготовить к затоплению, загородить ими вход в бухту.

Ещё 9 (21) сентября Корнилов собрал совещание и предложил, несмотря на огромный численный и технический перевес союзников, выйти в море и ударить по врагу. Гибель была почти неизбежной, но при этом русский флот сохранял честь, избегая «постыдного плена» и мог причинить врагу серьёзный урон, который мог сорвать наступление коалиционной армии в Крыму. Русский флот мог воспользоваться беспорядком в расположении британских и французских кораблей у мыса Улюкола, ударить первым, выйти на близкую дистанцию и пойти на абордаж. В крайнем случае, когда экипажи исчерпали средства борьбы и корабли получали серьёзные повреждения, предлагалось подрывать себя вместе с врагом.

Этот отважный план был одними поддержан, другими отвергнут. Корнилов поехал к Меншикову и заявил о готовности вывести флот в море и ударить по врагу. Командующий категорически запретил это. Он снова приказал затопить корабли. Корнилов продолжал стоять на своём. Тогда Меншиков сообщил, что если Корнилов не будет подчиняться, его отправят на службу в Николаев. Корнилов вскричал: «Остановитесь! Это — самоубийство… К чему вы меня принуждаете… Но чтобы я оставил Севастополь, окруженный неприятелем — невозможно! Я готов повиноваться вам».

Адмирал Нахимов также выступал за решительные действия флота. Но, он был вынужден признать: «…Приложение винтового двигателя окончательно решает вопрос о нашем настоящем ничтожестве на Чёрном море… нам остаётся одно будущее, которое может существовать только в Севастополе …потеряем Севастополь и флот, мы лишимся всякой надежды на будущее; имея Севастополь, мы будем иметь и флот … без Севастополя нельзя иметь флота на Чёрном море; аксиома эта ясно доказывает необходимость решиться на всякие меры, чтобы заградить вход неприятельским кораблям на рейд…» Корнилов обратился к морякам с приказом, где говорилось, что им приходится отказаться «от любимой мысли разить врага на воде» и они нужны для защиты Севастополя. «… Надо покориться необходимости: Москва горела, а Русь от этого не погибла…»

На рассвете 11 (23) началось затопление кораблей. В Севастопольской бухте, поперёк рейда затопили корабли — Силистрия», «Варна», «Уриил», «Три святителя», «Селафаил» и два фрегата — «Флора» и «Сизиполь». Через некоторое время для усиления заграждения дополнительно затопили корабли «Двенадцать апостолов», «Святослав», «Ростислав», фрегаты «Кагул», «Месемврия» и «Мидия». Важность этого мероприятия признал и противник. Французский адмирал Гамелен отмечал, что если бы русские не перекрыли вход в Севастопольскую бухту, то без сомнения что союзный флот после первого выдержанного огня вошёл бы в неё с успехом и установил связь с сухопутными силами.

Надо сказать, что затопление кораблей является проблемой, которая вызывает споры исследователей. Одни считают, что это был необходимый и вызванный военной целесообразностью шаг. Большинство военных историков пришло к заключению, что потопление кораблей было рациональным поступком. Однако существует и прямо противоположное мнение. Так, военный теоретик полковник В. А. Мошнин в специальном труде об «Обороне побережья», который вышел в 1901 году, назвал это событие примером «безумного, бессмысленного уничтожения своих собственных средств…» По его словам, такому поступку нет оправдания.

Военный писатель Д. Лихачев в 1902 году сделал вывод, что заграждение входа на севастопольский рейд затопленными кораблями Черноморского флота имело в тактическом и стратегическом отношениях, отрицательное значение. По его мнению, сухопутную оборону можно было усилить корабельным орудиями и без затопления кораблей. При этом он признавал, что выход Черноморского флота (имевшего 45 кораблей, включая малые корабли) в море для атаки вражеского флота (89 кораблей, включая 50 колесных и винтовых пароходов) не имел надежды на успех. Лихачёв считал, что поспешное решение о потоплении кораблей повлияло на оборону Севастополя. В случае сохранения кораблей осталась бы серьёзная угроза для вражеского флота и морских коммуникаций противника. Это вынуждало противника всю осаду сохранять тесную блокаду Севастополя с моря, чтобы обеспечить свою оперативную базу и коммуникации.

Затопление кораблей было воспринято с глубокой болью всеми моряками. Для них родные корабли были живыми существами, способными оценить все их хлопоты. Однако моряки не впали в уныние, а, наоборот, мобилизовали все свои духовные силы для отпора неприятелю. Формировались новые части, во главе них ставились опытные командиры, распределялись боевые участки. Корнилов и Нахимов определяли главные задачи частей и подразделений. Строились укрепления. С кораблей снимались орудия. В итоге почти вся оборонительная линия (кроме 6-го бастиона) была вооружена корабельными орудиями. Таким образом, Черноморский флот и стал оборонительным рубежом, который защищал Севастополь.

11-12 (23-24) сентября было сформировано 17 флотских батальонов, общей численностью в 12 тыс. человек. Когда брали людей с кораблей, по воспоминаниям капитан-лейтенанта Воеводского, самое трудное было отобрать команду, которая оставалась на корабле. Воеводский отмечал: «Что не сделаешь с этакими людьми? Всякая похвала людям будет недостаточна, только в такое тяжелое время можно оценить их».

Вместе с орудиями перевозили и различные корабельные вещи материалы. Так, цистерны для воды приспособили под пороховые погреба. Перевозили порох, снаряды, различные артиллерийские принадлежности, зрительные трубы и т. д. Изо дня в день бастионы Севастополя усиливались новыми сооружениями и батареями. Люди работали с удивительной энергией, свойственной русскому человеку в дни тяжелейших испытаний. Трудности и опасность делали русских только сильнее, заставляли их проявлять свой невиданный потенциал. Матросы с утра до ночи копали рвы, траншеи, выкладывали стенки, возили орудия и разные припасы, оборудование на горы, а ночью несли дозорную службу.

С каждым днём оборона Севастополя усиливалась. Только за три недели непрерывной работы (с 15 сентября по 5 октября), которая кипела днём и ночью, защитники построили 20 батарей. Артиллерийские вооружение внешних укреплений усилилось в два раза — с 172 до 341 орудия. А всего за время героической обороны Севастополя на сухопутных позициях установили 2 тыс. орудий с русского флота. При этом с самого начала сражения корабельные орудия показали большую эффективность в деле поражения укреплений противника, чем обычные легкие осадные и полевые пушки.

Армия Меншикова вышла к Северной стороне Севастополя только 18 (30) сентября, когда в Севастополе уже давно приняли решение стоять насмерть и вели активные работы по оборудованию позиций. До этого момента от него известий не поступало. Меншиков переправил на Южную сторону три пехотных полка, чем усилил оборону города. Но, командующий по-прежнему мало интересовался тем, что происходит в Севастополе. Свою главную квартиру (штаб) он расположил под Бельбеком. Меншиков сообщил Корнилову, что попытается организовать «диверсию», чтобы отвлечь противника от города. Однако Корнилов и Нахимов сомневались в пользе такого мероприятия и не верили в стратегию командующего. 2 октября Нахимов вывел оставшиеся корабли из Южной бухты и расставил их так умело, что они до своего конца оказывали артиллерийскую поддержку обороне Севастополя.

Таким образом, Россия обязана Корнилову, Нахимову, Тотлебену и Истомину в том, что сильный враг с ходу не взял Севастополь и не захватил русские корабли. Меншиков не справился с задачей организации сухопутной обороны Севастополя. Только железная воля и умение этих великих людей спасли Российскую империю от позора быстрого падения города. Так началась героическая 349-дневная Севастопольская оборона, которая стала одной их самых ярких страниц в русской истории.

К сожалению, Корнилов, организовавший оборону Севастополя, погибнет уже во время первой бомбардировки города — 5 (17) октября 1854 г. Но его миссию на себя возьмёт другой герой Севастополя — Павел Степанович Нахимов.

160 лет назад началась героическая 349-дневная Севастопольская оборона

Айвазовский И. К. 1859 год. Осада Севастополя
Автор: Самсонов Александр


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 16
  1. parusnik 25 сентября 2014 09:21
    Севастополь,город воинской славы России!
    1. Sergei1982 25 сентября 2014 15:29
      Слава Севастополю-городу герои почтим память павших за родину Нахимова,Корнилова,Истомина и многих других.
  2. Cristall 25 сентября 2014 09:55
    За небольшой срок Севастополь увидел 2 глобальные осады(не считая гражданской войны)
    Созданный для обороны флота-он оборонялся от сухопутных армий.
    В Крымскую войну стал Троей.
  3. Loner_53 25 сентября 2014 09:55
    Славная у нас история!Велики дела Наших Предков!Нам бы так. hi
    1. diz1975 25 сентября 2014 18:22
      Именно НАМ БЫ ТАК! Нужно сделать эту америку. Пусть засунут они свои санкции себе в..... А самим развивать экономику, крепить армию, и не дать изолировать себя от остального мира.
  4. brn521 25 сентября 2014 10:22
    "Матрос Кошка" - одна из первых прочитанных мной книг.
    1. Rastas 25 сентября 2014 10:29
      А я в детстве читал "Севастопольская страда" Сергеева-Ценского, очень впечатлило. А во взрослом возрасте прочитал уже "Крымская война" Е. Тарле.
  5. Majorloms 25 сентября 2014 11:11
    Великий город! Атмосфера там своя. Тихая такая, полунапряженная, с недосказанностью и сокрытием эмоций в проулках. Хорошо, что от бешеных укров спасли. Пусть ансамблями из мазанок наслаждаются.
    Majorloms
  6. Vlaleks48 25 сентября 2014 12:10
    Спасибо автору!Необходимо рассказать и о войне на Балтике ,в частности оборона Аландского архипелага и материковой Финляндии!
  7. vodolaz 25 сентября 2014 12:11
    Хочется ещё в Севастополь съездить. И теперь укропы пусть даже и не надеются: Севастополь и Крым-наши! И наши прадеды за них воевали.
  8. Sailor-A 25 сентября 2014 12:21
    Все эти санкции,вся эта херабора и заморская возня по расшатыванию России меркнет перед подвигами,коих было множество в русской истории.Я,советский немец с русской душой читая подобное испытываю гордость за героизм наших предков.
    1. Африканец 25 сентября 2014 20:02
      Спасибо друг. Всего тебе самого хорошего.
  9. штурман 25 сентября 2014 13:54
    наверное единственная крепость капитулирововшая 7 раз
    штурман
    1. Громобой 25 сентября 2014 14:39
      И это были не т.н. почётные капитуляции
  10. 11111mail.ru 25 сентября 2014 16:39
    Севастополь-Севастополь, город русских моряков!
    11111mail.ru
  11. Motors1991 25 сентября 2014 17:46
    Не понятно ,почему автор подвергает остракизму действия Меньшикова?Действия князя ,с моей точки зрения,вполне осмысленные и правильные.Он не заперся в городе ,тем самым не дал прихлопнуть в Севастополе всю Крымскую армию ,как муху.Полностью заблокированная с моря и с суши крепость ,продержалась бы в лучшем случае месяц-полтора.Отойдя от города не дал его окружить полностью,при этом заставил союзников совершить марш по горам в сторону Балаклавы,а это все выигранное время,которое позволило защитникам Севастополя подготовиться к осаде,да и осадой в полном смысле этого слова назвать нельзя,поскольку доступ к городу остался открытым.Флот приказал утопить в бухте ,так это и противники признали правильным.Гарнизон Меньшиков тоже усилил,что он еще мог сделать,обладая столь крохотными силами?Под его командованием был по сути армейский корпус,громко названный армией.Претензия к светлейшему одна,но об этом никто не говорит,потому что все заняты подсчетом пушек,солдат,кораблей и никто не обращает внимание на то ,что при высадке союзников в Евпатории были захвачены склады с провиантом для всей Крымской армии.Потеря магазинов привела к тому,что Россия не могла иметь в Крыму сколько нибудь большую армию,кормить было нечем.В тоже время для союзников это была большая удача,что русские не уничтожили склады,иначе они вряд ли бы усидели под Севастополем целый год,снабдить фуражом,зерном такую орду пароходами тоже проблема не малая.
    1. vlad73 26 сентября 2014 21:53
      В контексте конкретно обороны Севастополя,может быть,какие-то действия "светлейшего"Меншикова и разумны,спорить не буду.Но вот вопрос, можно ли было не доводить до этого,чтобы потом принимать"осмысленные и правильные"действия?Ведь фактически,Меншиков в первую очередь несёт ответственность за все ошибки и неудачи этой злосчастной войны,после которой Россия лишилась Черноморского флота!Кто как не он,главнокомандующий,несёт ответственность за слабость армии и отсутствии укреплений?Кто как не он,возглавлявший посольство в Османской империи перед войной и по факту спровоцировавший эту войну?Да,решения принимал Николай 1,но его взгляд основывался в том числе и на взглядах Меншикова...Прям аналогия с Русско-японской какая-то:шапкозакидатель Куропаткин и то же Николай,только 2й...
      vlad73
      1. Motors1991 27 сентября 2014 18:17
        Политику России определял не Меньшиков,потому за ее провалы нести ответственности не может.В Стамбуле он выполнял Высочайшую волю императора Николая Первого,который был озабочен разделом территории ,,больного человека Европы,,Османской империи,но делал это настолько неуклюже,что нажил больше врагов,чем друзей.Меньшиков был главнокомандующим только Крымской армии ,за другие направления он не отвечал и естественно перекинуть какие-то силы в Крым с других ТВД полномочий не имел,поэтому он мог располагать только на те силы,которые имелись в наличии,по сути один армейский корпус.Этими силами светлейший распорядился вполне разумно,в альминской битве избежал разгрома от вдвое превосходящих по силам союзников,затем отступлением в район Бельбека превратил войну в затяжную,что позволило России выйти из конфликта с минимальными потерями.С моей точки зрения ,Меньшиков в ряду героев Крымской войны не самый последний.
  12. Африканец 25 сентября 2014 20:07
    Пусть прочитают украины это, может тогда поймут вокруг чего существует Русский мир, чем живёт Россия. Пройдёт ещё немного времени и мы ещё больше начнём возвращаться к своим истокам, к тем ручейкам из которых черпает энергию наша душа. И эта оборона Севастополя один из тех ручейков, глотнув из которого становишься гордым за то, что ты Русский.
  13. sborka 25 сентября 2014 21:02
    "Корнилов и Тотлебен считали, что Божье провидение спасло Севастополь" а то, ведь Бог помогает достойным...
    статье плюс, однозначно... " страна, забывшая свое прошлое, не имеет будущего"... а мы помним историю, уважаем ее и делаем выводы... значит, нас не победить( да простят меня за пафос)
  14. vlad73 26 сентября 2014 22:09
    Я бы посоветовал прочесть данную статью в первую очередь"самому главному у.кростратегу"Гелетею(да и не только ему!),который громогласно пообещал "победный марш в украинском Севастополе!"Да только,боюсь,судя по тому прогрессирующему бреду,который регулярно выдаёт этот "стратег",сумеречное состояние г-на Гелетея настолько необратимо и утратило связь с реальностью,что до него(и не только)вообще вряд ли возможно что то донести.
    vlad73
  15. Kazanok 1 октября 2014 10:37
    "До этого времени приходилось копать и долбить грунт, часто каменистый, а затем и ежедневно восстанавливать разрушаемые вражеской артиллерией брустверы с помощью деревянных лопат..." это что такое??
    И такое впечатление что Севастополь был сам по себе а Империя сама по себе... что все остальное время творилось?? как будто Порт Артур какой-то... непонятно.... а так просрали конечно...

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня