Берлинский кризис. На грани ядерной войны

Берлинский кризис. На грани ядерной войны


Проведенная в период Берлинского кризиса 1948 года американским военным командованием штабная игра "Пэдрон" ясно показала тот факт, что одержать победу в войне против СССР Соединенные Штаты не смогут, даже применив ядерную бомбардировку. В случае вооруженного столкновения с Советским Союзом американские войска необходимо было эвакуировать из Европы в течение двух недель. Это намерение было строго засекречено, как от потенциального противника, так и от союзников.


Просочись информация о результатах штабной игры, и США лишились бы возможности шантажировать СССР угрозой атомного нападения.

В перестроечные и последующие годы ряд основных исторических положений эпохи "холодной войны" стал подвергаться пересмотру, среди них и факт реальности атомного удара по СССР в те годы, когда американцы обладали монополией на ядерное оружие. Сторонники новых подходов предлагают такую версию известных событий, согласно которой атомный шантаж Соединенных Штатов был вообще блефом, преследовавшим цель повлиять на советское руководство в интересах сдерживания "коммунистической экспансии" в Европе и Азии.

Насколько далека от истины подобная трактовка фактов, можно судить хотя бы по той лихорадочной активности, с которой в течение периода с 1946 по 1949 год создавались один за другим "чрезвычайные рабочие планы" превентивной атомной войны против СССР. Вот только наиболее известные из них: "Пинчер", "Граббер", "Бройлер", "Халфмун", "Флитвуд", "Троян", "Оффтэкл", "Дропшот".

К примеру, по плану "Дропшот", разработанному в 1949 году, планировалась продолжительная (в течение 2-4 недель) атомная бомбардировка нескольких тысяч целей на территории Советского Союза. Эти ядерные удары, планы которых занимают три объемистых тома, должны была принести Соединенным Штатам решительную победу, к счастью для всех, руководство США не рискнуло совершить роковой шаг.

О заключительном докладе по военной игре "Пэдрон", прошедшей в мае-июле 1948 года штабом армии США с целью проверки чрезвычайного рабочего плана "Халфмун", у нас почти ничего не известно. Хранящийся в Национальном архиве США документ, был по историческим меркам не так давно рассекречен. Несмотря на обязательную пропагандистскую часть, в которой СССР обвиняется в стремлении к мировому господству, что, по мнению американцев, является поводом для предполагавшегося уничтожения крупнейших советских городов, доклад содержит и ряд важной информации, в силу которой реализация американской агрессии хоть и является гипотетически возможной, но оказывается чрезмерно рискованным делом. Речь идет о множестве тесно связанных между собой политических и военно-технических проблем. И среди них на первом месте вскрывшаяся неспособность армий США выполнить определенные планом "Халфмун" задачи.

Было выяснено, что американские войска не в состоянии обеспечить защиту американских баз в Средиземноморье, на Ближнем и Дальнем Востоке, с которых должны были стартовать стратегические бомбардировщики для нанесения ударов по целям в СССР. Более того, военные аналитики сделали вывод, что американские войска смогут сопротивляться советским армиям от силы две недели, после чего им придется бросить европейских союзников и убегать с континента.



Таким образом, документы этой штабной игры не оставляют никаких сомнений относительно роли, отводившейся администрацией Соединенных Штатов, Франции, Западной Германии и другим будущим участникам Североатлантического пакта, разразись война в 1948 году. Хотя американская дипломатия и обещала правительствам этих стран эффективную защиту в случае вооруженного конфликта с Советским Союзом, армия США не располагала тогда необходимыми силами и ресурсами, что делало обещания политиков и дипломатов невыполнимыми. Именно этот неприличный по отношению к союзникам факт и послужил одной из главных причин, в силу которых план "Халфмун" и материалы, проводившейся с целью его проверки штабной игры, долгое время были тщательно засекречены.

Закономерен вопрос, достаточно ли объективно оценили эксперты штаба армии США свои наземные силы, не занизили ли они их возможности, рассчитывая таким путем добиться от президента и Конгресса увеличения ассигнований на собственные нужды.

Вряд ли здесь возможен однозначный ответ. Известно, что пересмотр стратегических концепций в связи с принятием ядерной доктрины, совпавший по времени с массовой послевоенной демобилизацией, привел к значительному сокращению численности американских сухопутных войск. Упала их роль и престиж в обществе, резко снизились расходы на содержание. Эйфория по поводу обладания атомным оружием породила в некоторых влиятельных кругах мнение, что надобность в обычных вооружениях и вооруженных силах едва ли не совсем отпадает. Приоритет по всем параметрам отдавался стратегической авиации и предназначавшемуся, для решения глобальных задач, флоту. "Пэдрон" показала руководству страны ущербность принятой стратегической концепции, выявила те проблемы военного планирования и строительства, на которые следовало обратить особое внимание, имея в виду вероятность широкомасштабной войны с Советским Союзом.

Но сценаристы из Пентагона, похоже, не без умысла, придали разыгранным на театрах военных действий ситуациям особый драматизм. Этому имеется объяснение. По мере развития чехословацкого, а затем Берлинского кризиса 1948 года в США разворачивался гигантский пропагандистский спектакль, и именно он, по мнению ряда авторитетных исследователей, в основном и побудил Конгресс решиться на такую непопулярную меру, как резкое увеличение военных расходов, ложившихся на американских налогоплательщиков. С этой поры и начинается в послевоенных Соединенных Штатах Америки пресловутая гонка вооружений. В свете данных фактов военная игра "Пэдрон" выглядит уже не заурядной штабной тренировкой, а значительно более важным событием, имеющим большую предысторию.



В марте 1947 года президент США Г. Трумэн огласил названную его именем политическую доктрину, объявившую сферой национальных интересов США практически весь земной шар, а борьбу с "советским коммунизмом" в мировом масштабе — важнейшей приоритетной задачей. 26 июня того же года на борту президентского самолета с колоритным названием "Священная корова" Г. Трумэн подписал два документа: «Закон о национальной безопасности» и документ о назначении на только что созданную должность министра обороны США Дж. Форрестола, занимавшего ранее пост военно-морского министра. Закон юридически закрепил создание современной военной машины США, а Дж. Форрестол приступил к выполнению этой задачи. Названный деятель вошел в историю не только в связи с помутившими его рассудок и приведшими к самоубийству галлюцинациями на почве советской угрозы. Он получил известность также благодаря необычайно энергичным усилиям в наращивании военной мощи и углублении конфронтации с СССР.

11-14 марта 1948 года в местечке Ки-Уэст под его председательством прошла конференция руководящего состава вооруженных сил США, определившая перспективы развития ВВС, ВМФ и армии, их роль и задачи. Именно на ней было решено приступить к постройке авианосца водоизмещением 80 тыс. т — первого из кораблей большой серии, предназначенных нести на борту атомные ударные самолеты для атомных бомбардировок целей в СССР, а также добиваться возобновления принудительного призыва граждан США на военную службу и дополнительных ассигнований на оборону.

Дж. Форрестол возглавлял Пентагон менее двух лет, с июня 1947 по март 1949 года, но за этот срок сумел серьезно усовершенствовать военную машину Соединенных Штатов. При нем как блины пеклись "чрезвычайные рабочие планы" атомной войны против Советского Союза. Только в 1948 году их было разработано не менее трех.



Деятельность Дж. Форрестола и его команды совпала с событиями в Чехословакии и Германии. Приход к власти в Праге коммунистов в первой половине 1948 года вызвал бурную реакцию в США. Американский политолог Д. Ерджин писал, что администрация его страны преувеличенно мрачно оценила события в Чехословакии, чтобы добиться поддержки Конгрессом ряда ключевых программ, среди которых были введение всеобщего военного обучения и восстановление ограниченной воинской повинности.

Вслед за чехословацким кризисом 1948 года последовал Берлинский, имевший необратимые последствия. Именно в результате него политика двух великих держав окончательно сошла на рельсы "холодной войны" и покатилась по ним с нарастающим ускорением. Как известно, в марте 1947 года Вашингтон выступил с программой восстановления и развития экономики пострадавших в результате Второй мировой войны стран — планом Маршалла (в тот период государственный секретарь США).

Хотя именно в это время советские лидеры всерьез рассматривали перспективы заключения долгосрочного экономического соглашения с Соединенными Штатами, призванного на взаимовыгодной основе способствовать преодолению послевоенной разрухи в СССР, план Маршалла был воспринят ими с большой настороженностью. Основания для этого имелись. 24 июня 1947 года советский посол в США Н.В. Новиков направил В.М. Молотову пространную телеграмму, в которой, анализируя предложенный госдепартаментом экономический проект, выражал твердую убежденность, что в "конечном итоге он сводится к созданию западноевропейского блока, как орудия американской политики".

И у руководства СССР были причины подозревать, что багаж американских инициатив имел «двойное дно». Так, советская разведка выявила факт тайного соглашения между США и Великобританией о том, чтобы при реализации программы послевоенного восстановления Европы, прекратить репарационные платежи СССР из текущей продукции западногерманских предприятий.

Парижское совещание представителей ведущих европейских держав в июле 1947 года, в ходе которого американские предложения встретили отрицательную реакцию Советского Союза. Стоит сказать, что подобная реакция прогнозировалась и даже провоцировалась Соединенными Штатами, стремившимися во имя реализации программы помощи Западной Европе, принести в жертву свои отношения с СССР и странами Восточной Европы. Все это подвело черту под взаимовыгодным экономическим сотрудничеством между вчерашними союзниками. Уже в ноябре 1947 года Вашингтон начинает вводить настоящую систему ограничений и запретов в сферах финансов и торговли, который стали началом экономической войны Запада против Востока.

Состоявшаяся в феврале 1948 года, теперь без участия советских представителей, Лондонская конференция великих держав фактически дала "зеленый свет" созданию сепаратного западногерманского государства. Одним из первых шагов в этом направлении явилась денежная реформа, начатая в июне 1948 года в Западной Германии, приведшая к резкому обострению ситуации вокруг Берлина. Справедливо опасаясь, что вся масса отмененных в западных зонах оккупации денежных знаков хлынет в Берлин и в советскую зону, Москва распорядилась о прекращении всякого железнодорожного, автомобильного и водного сообщения западных оккупационных зон с Западным Берлином. Фактически установив блокаду этой части германской столицы, советская сторона в то же время продолжала снабжать ее топливом, электроэнергией и потребительскими товарами из Восточного Берлина и своей зоны оккупации.

В течение 1948 года шло нарастающее предъявление взаимных претензий в экономической, транспортной и прочих сферах. При этом Советский Союз проводил более гибкую политику и чаще шел на уступки. Как телеграфировал посол США в Москве Б. Смит, в сентябре 1948 года, по его мнению, в Кремле полностью не учли возможности, что США действительно могут пойти на эскалацию конфликта вплоть до прямого военного столкновения. В это же время англо-американская разведка сообщала, что в Советском Союзе не наблюдается подготовки к мобилизационным действиям. При этом в США все-таки осознавали недостатки своего оперативно-стратегического положения в центре Европы. Вот, что писал в эти дни влиятельный американский политик Уильяма Леги: "Для Америки военная ситуация в западном Берлине является безнадежной, поскольку нигде нет достаточных сведений и нет никакой информации, что Советский Союз испытывает какие-либо неудобства из-за внутренней слабости. В интересах США было бы уйти из Берлина..."



Но вскоре СССР согласился на снятие блокады. Таковы были события, которые могли привести к Третьей мировой войне в 1948 году. Именно готовность США к ее началу и проверял американский генштаб в ходе военной игры "Пэдрон" — первого из целой серии аналогичных мероприятий штабов американских вооруженных сил в период долгой "холодной войны".



Источники:
Лавренов С., Попов И. Берлинский кризис 1948-1949 гг. // Советский Союз в локальных войнах и конфликтах. М.: Астрель, 2003. С. 108-129.
Федоров С. Из истории «холодной войны» // Обозреватель. 2000. № 1. С. 51- 57.
Батюк В., Пронин А. Шла холодная война // Военно-исторический журнал. 1996. № 3. С. 74-83.
Кортунов С. Война закончилась. Что дальше? // Родина. 1998. № 8. С. 93-96.
Автор:
Инженер-технарь
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

9 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти