Генпрокуратура отмечает рост преступлений террористического характера. Граждане России воюют на Ближнем Востоке и тренируются в лагерях боевиков

В Совет Федерации поступил доклад генерального прокурора Российской Федерации Юрия Чайки. Внимание Юрия Чайки привлекла такая серьезнейшая для национальной безопасности страны угроза как рост числа преступлений террористической направленности. По данным Генеральной прокуратуры РФ, в течение минувшего 2015 года число преступлений террористической направленности выросло на 36,3%. За минувший год в Российской Федерации было зарегистрировано 1538 преступлений террористического характера. Показательно, что основной прирост дали не террористические акты (что радует), а преступления, подпадающие под статью 208 Уголовного Кодекса Российской Федерации «Участие в незаконных вооруженных формированиях»). За минувший год зарегистрировано 1008 таких преступлений. Также резко возросло число установленных правоохранительными органами РФ фактов прохождения обучения в лагерях подготовки террористов и боевиков. В 2014 г. таких случаев было выявлено 76, в 2015 г. — 245.

На самом деле, данные показатели вполне объяснимы. Они связаны с активизацией международных террористических организаций, действующих на Ближнем Востоке, прежде всего — в Сирии. Не является секретом тот факт, что в боевых действиях в Сирии на стороне всевозможных радикальных организаций религиозно-экстремистского толка принимают участие не только выходцы из стран Ближнего Востока, Северной Африки, Южной Азии, но и граждане Российской Федерации. Известно, что зарубежные радикальные организации, чьи ячейки нелегально действуют, в том числе, и на территории России и периодически «накрываются» спецслужбами, ведут активную вербовку сторонников из числа граждан Российской Федерации, в первую очередь — молодежи. Главное «ядро» российских сторонников ИГ и других запрещенных на территории РФ радикальных организаций представляют боевики групп, действующих в республиках Северного Кавказа. Как правило, они являются выходцами из этих республик. Многие из северокавказских радикалов временно прекратили деятельность на территории республик и отправились в Сирию — воевать на стороне местных радикальных организаций. В сентябре 2015 г. представители российских спецслужб озвучили примерное количество граждан РФ и других постсоветских республик (как правило — стран Центральной Азии), воюющих на стороне запрещенного в России ИГ. Речь на тот период шла примерно о пяти тысячах человек. Из них 2400 человек являются гражданами Российской Федерации. Это — весьма значительная и тревожная для России цифра. По некоторым данным, количество российских граждан составляет 8-10% от общего количества боевиков ИГ.


Генпрокуратура отмечает рост преступлений террористического характера. Граждане России воюют на Ближнем Востоке и тренируются в лагерях боевиков


Здесь следует отметить, что для многих российских граждан, исповедующих радикальные течения в исламе, выезд в Сирию связан не только с войной. Земля Сирии для мусульман священна. Многие молодые и не очень люди, восприняв пропаганду зарубежных эмиссаров, стремятся эмигрировать на территорию, контролируемую ИГ, чтобы строить свою жизнь в соответствии с представлениями об идеальном с их точки зрения, праведном устройстве общества. Причем речь идет не только о выходцах из республик Северного Кавказа, но и об этнических русских. Широкую известность получила история с Варварой Карауловой — студенткой из Москвы, которая была задержана на турецко-сирийской границе с группой граждан, собиравшихся проникнуть в Сирию. Позже Варвара Караулова была передана сотрудникам российских спецслужб. Как оказалось, Варвара — образованная девушка из интеллигентной семьи, которой, казалось, светило большое будущее в научном мире, решила отправиться в Сирию, поддавшись на уговоры своего возлюбленного. И таких русских девушек — не столь и мало. Причем поступок Варвары Карауловой, которая только собиралась попасть в Сирию — самый невинный по сравнению с деятельностью других «жен» сторонников радикально-фундаменталистских взглядов. К примеру, в январе 2016 г. в Ростове-на-Дону сотрудниками спецслужб были задержаны три совсем молодые девушки — 25-летняя Наталья Г., 20-летняя Виктория С. и 21-летняя Татьяна К. Их заподозрили в подготовке к совершению террористического акта на территории города — в одном из крупных торговых центров. В результате обыска, проведенного по месту жительства девушек, были обнаружены взрывчатые вещества и религиозная литература, которую отправили на экспертизу — с целью установить, является ли она экстремистской. Ростовским журналистам, которые связались с родственником одной из задержанных девушек, стало известно, что Наталья приняла радикальные взгляды под влиянием своего супруга Саида. Кстати, родственники девушке помогать на тот период отказались — заявили, что «пусть посидит и поумнеет».

Осенью 2015 г. были заведены уголовные дела в отношении молодых женщин, занимавшихся сбором средств для финансирования радикальных организаций. Как сообщают средства массовой информации, во главе группы стояла бывшая студентка Астраханской медицинской академии Дарья И., уехавшая с мужем в Сирию. Три ее соратницы — уроженки Дагестана, работавшие на рынке г. Махачкалы, — непосредственно занимались сбором средств для нужд радикальной организации. Еще одна студентка Астраханской медицинской академии по имени Саида также была обвинена в финансировании террористической организации.

Серьезной проблемой для России может стать возвращение воевавших в Сирии и Ираке боевиков домой. Официальные лица северокавказских республик неоднократно озвучивали, сколько боевиков из региона воюют на Ближнем Востоке. Так, 9 декабря 2015 года министр внутренних дел Республики Дагестан Абдурашид Магомедов сообщил, что по данным МВД, в Сирии воюют около 900 уроженцев Дагестана. По словам министра, все мужчины, воюющие в Сирии, находятся в федеральном розыске. Кстати, интересно, что многие из них выехали в Сирию с семьями — женами и детьми. То есть, очевидно, что они рассчитывали обосноваться на территориях, оккупированных радикалами, на продолжительное время. Из Чечни, по данным средств массовой информации, в Сирию отправилось около 500 человек, 50 из которых были возвращены домой. В отношении 311 выходцев из республики, находящихся в Сирии, были возбуждены уголовные дела. 6 апреля 2016 г. заместитель министра внутренних дел Кабардино-Балкарии Казбек Татуев сообщил, что по данным республиканского МВД, в Сирии в рядах радикальных организаций находятся более 130 выходцев из КБР, в том числе 28 женщин. Со времени начала вооруженного конфликта в Сирии там погибло двадцать жителей Кабардино-Балкарии. Находятся в Сирии и выходцы из других республик Северного Кавказа, регионов Поволжья.

Большую опасность представляет собой появление ячеек запрещенной ИГ на Северном Кавказе. Известно, что часть северокавказского подполья присягнула на верность ИГ, от имени которого даже был совершен ряд террористических актов в республиках Северного Кавказа, прежде всего — в южных районах Дагестана. Опасность переноса на российскую землю опыта участия в боевых действиях в Сирии подчеркнул в одном из своих выступлений и президент страны Владимир Путин. Впрочем, федеральные и республиканские правоохранительные органы предпринимают активные действия по противодействию деятельности радикальных организаций на территории Российской Федерации. Еще в середине декабря 2015 г. директор Федеральной службы безопасности РФ Александр Бортников заявил, что в течение годы были убиты 20 из 26 лидеров радикальных группировок, действовавших на Северном Кавказе и присягнувших на верность ИГ. В то же время, многие активные боевики покинули территорию России и других постсоветских республик и в настоящее время находятся в Сирии и Ираке, вне досягаемости российских правоохранительных органов.



Некоторые выходцы из России и бывших республик Советского Союза сделали в Сирии в рядах радикальных организаций большую карьеру. Активную роль в деятельности радикальных организаций в Сирии, причем не только ИГ, но и «Джебхат ан-Нусра», играют выходцы из Грузии, точнее — из Панкисского ущелья, компактного места проживания грузинских чеченцев — кистинцев. С мая 2013 г. военное руководство отрядами ИГ осуществлял некто Абу Умар аш-Шишани. Настоящее имя выходца из Панкисского ущелья — Тархан Батирашвили. Некоторое время он служил в рядах вооруженных сил Грузии, откуда уволился по состоянию здоровья. На протяжении трех последних лет мировые средства массовой информации неоднократно (как минимум двенадцать раз) передавали сообщения о предполагаемой гибели Абу Умара аш-Шишани. 15 марта 2016 г. о гибели Шишани официально заявил представитель Пентагона, однако ИГ поспешило опровергнуть слова высокопоставленного американского чиновника. 21 марта о гибели Шишани сообщил один из иракских телеканалов. Но и эта информация осталась непроверенной.

Международные экстремистские организации ориентируются, в первую очередь, на молодежь, позиционируя себя как новый перспективный религиозный и социальный проект, способный «изменить жизнь к лучшему». На фоне разочарования в социально-политической и экономической обстановке в родных республиках и областях многие молодые люди становятся падкими на радикальные идеи и с готовностью их воспринимают. Полем деятельности пропагандистов радикальных организаций становится Интернет, прежде всего — социальные сети. На просторах «мировой паутины» эмиссары зарубежных экстремистских структур и вербуют новых сторонников — от тех, кто готов помогать радикалам деньгами до непосредственных исполнителей террористических актов.

В апреле 2016 г. в Ростове-на-Дону прошло антитеррористическое совещание, на котором сообщалось, в частности, что только за последнее время в Интернете было блокировано 125 тысяч аккаунтов, с которых велась пропаганда экстремистских взглядов и террористической деятельности. Российские правоохранители активно взялись за мониторинг социальных сетей именно потому, что там действует множество страниц и сообществ, пропагандирующих радикальные взгляды и осуществляющих коммуникацию их приверженцев. Вместе с тем, социальные сети облегчают не только работу пропагандистов радикальных организаций, но и работу спецслужб. Ведь аккаунты быстро устанавливаются, позволяют отследить примерный круг лиц, вовлеченных в экстремистскую деятельность. Многие сторонники экстремистских организаций попадают в поле зрения правоохранительных органов именно благодаря своему активному присутствию в социальных сетях.
Чаще всего сторонники радикальных организаций проникают в Сирию через территорию Турции. Именно Турция в последние годы стала основным транзитом для сторонников ИГ и других запрещенных организаций, причем власти Турции, формально декларирующие свое стремление бороться с терроризмом, в действительности не оказывают реальных препятствий для проникновения боевиков в Сирию. Конечно, иногда для поддержания позитивного имиджа страны могут задерживаться группы сторонников радикальных организаций на турецко-сирийской границе, но на фоне тысяч людей, проникающих через Турцию в Сирию, задержания десятков выглядят далеко не убедительно. Кроме Турции, еще один «транзит» радикалов в Сирию — Саудовская Аравия, поскольку именно в эту страну прибывают с целью паломничества миллионы людей со всего земного шара. Затеряться среди них группам радикалов ничего не стоит. С целью воспрепятствовать гражданам Российской Федерации отправляться на Ближний Восток и в другие регионы мира для присоединения к радикальным и террористическим организациям, в марте 2016 г. заместитель начальника Главного управления по противодействию экстремизму МВД РФ Владимир Макаров озвучил интересное предложение — запретить подозреваемым в причастности к экстремистской деятельности выезжать за пределы Российской Федерации. Также МВД РФ предлагает составить список стран, выезд в которые будет требовать определенных обоснований со стороны выезжающих туда граждан России. Прежде всего, речь идет о странах Ближнего Востока, Турции, некоторых государствах Южной Азии и Африки.



Что касается граждан Российской Федерации, возвращающихся на родину после участия в сирийском конфликте на стороне радикальных организаций, то они подвергаются уголовному преследованию. На протяжении 2015-2016 гг. в большинстве регионов Юга России проходили судебные процессы по делам граждан, воевавших в Сирии на стороне запрещенных организаций. Осенью 2015 г. генеральный прокурор Юрий Чайка заявил о 650 уголовных делах, возбужденных в связи с выявленными фактами участия российских граждан в рядах незаконных вооруженных формирований, участвующих в боевых действиях на территории Сирии и Ирака. Впрочем, как свидетельствует практика, большинство участников подобных формирований приговариваются судами к небольшим срокам лишения свободы — обычно в районе двух — трех лет, с отбыванием наказания в колонии общего режима. Но не следует, в то же время, надеяться и на то, что победить тенденцию выезда россиян в Сирию для участия в боевых действиях на стороне экстремистских организаций позволит одно лишь ужесточение уголовной ответственности и усиление контроля спецслужб и правоохранительных органов. Экстремизм — проблема социальная, в первую очередь. Наличие в республиках Северного Кавказа, да и в России в целом, многочисленных нерешенных социальных проблем толкает молодых и не очень людей в объятья радикалов. Эмиссары экстремистских организаций находят внимательную аудиторию среди молодых людей, обиженных на жизнь и не нашедших себя в родных республиках или областях.
Автор:
Илья Полонский
Использованы фотографии:
http://smolnarod.ru/
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

25 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти