Кто и как растит для России нового фюрера? Часть 2
Мы продолжаем начатую тему коловращений и плясок оппозиции вокруг молодежи как потенциального электората. И сегодняшняя наша тема — что, собственно, делает государство в этом направлении.
Вообще, если по справедливости, то как всегда — ничего. Чисто украинский сценарий «онижедети», что с них взять, других проблем хватает. Конечно, когда совсем подгорит, то головы полетят. Хорошо, что у нас они просто полетят, а не как на Украине, в Ростове-на-Дону.
Но — тем не менее.
Вообще, ситуация печальная, и мы не первый раз об этом говорим. Родители заняты выживанием, школа занимает позицию «мы учим, а не воспитываем», вузы заняты в основном личным заработком. Все красиво, всем плевать. Подрастающие организмы предоставлены сами себе, что фактически всех устраивает, и в первую очередь, наше государство.
Хотите заниматься? Не вопрос. Не запрещено ничего, за исключением вещей, предусмотренных законом. Но не запрещено — это еще не разрешено. Точнее, разрешить можно, но с реализацией возникают проблемы.
Чтобы было понятнее — любой каприз за ваши деньги. Демократия и рынок во всей красе.
Хотите, чтобы ваш ребенок стал звездой спорта? Какие проблемы? Хоккей? Купите форму, арендуйте лед — и вперед! То же самое с любым видом спорта. Но мы не о спорте, мы о патриотизме.
Патриотизм — штука вообще такая… Никому особо не нужная, если нет пожара, кризиса или выборов на носу. Военно-патриотические клубы есть в каждом городе, но вряд ли основное большинство может похвастаться нормальной базой и финансированием. ВПК — это удел упоротых и оголтелых индивидуумов, своей гражданской совестью и личным умом понимающих, что надо что-то делать. И делают, в основном «невзирая» и «превозмогая».
Вообще, то, что эти клубы еще есть, заслуга в первую очередь тех, кто не опустил рук и продолжает колотиться своей закаленной башкой в стену государственного наплевательства. Мы Москву и им подобные городишки не берем в расчет, Россия — это, к сожалению, не Москва и Питер. Это несколько большее понятие.
Но с уверенностью скажем, что 90% ВПК в России основное свое время тратят на побирушничество и поиск спонсоров. И хорошо, что спонсоры находятся, не у всех долларорубль в мозгах. Кто нашел — живут, кто нет — существуют.
Спросите, а как же государственные программы и гранты? Ответим: а вы этот грант, самый завалящий, пробовали выиграть? Один из авторов выиграл. Точнее, ВРОО, в котором он уже не работал, выиграло написанный им грант. Когда директор поспорил с одним функционером на 12%, что грант не выиграет и на третий год. Но — выиграл. И 12% проспорил.
И опять же деньги. Экипируйся, оплати дорогу, питание и далее по списку. Кто может себе это позволить — делает. Кто не может — сидит дома у экрана компьютера или смартфона и… Сидит, короче, и ждет лучших времен.
Внимательный читатель может упрекнуть нас в том, что мы огульно заявляем о том, что термин «молодежная политика» растоптан и уничтожен, что в стране нет реальных молодежных организаций, развивающих и транслирующих достойные русского мира смыслы. Ну да, фактически нет. А существующие в придонном слое военно-патриотические клубы оказать должного влияния просто не в состоянии.
Ага! А как же проект «Юнармия»? Это же всероссийская могучая организация, созданная самом Шойгу! Что скажете, критиканы?
А мы запросто разочаруем и здесь. Если вы подумали, что «Юнармия» — почти единственная конструктивная организация молодых в стране, то это вы зря. Это имиджевый проект успешного менеджера Сергея Шойгу, не более того.
Вот, наконец-то, скажет читатель, показалось истинное либеральное лицо авторов. На САМОГО Шойгу рот разинули.
Да успокойтесь, не на Шойгу. У него других дел больше нет, как проектом этим заниматься? Есть, и мы это распрекрасно понимаем. Это все те же эффективные менеджеры, только в Минобороны. Шойгу тут не при делах, но раз его персоной воспользовались для раскрутки, то вот вам и камень в огород.
Увы, но «Юнармия» — это тоже про элитку, по аналогии с первой статьей, для «Саш Спилбергов». Про детей обеспеченных, которые могут попросить у родителей только на одну летнюю форму 20 тысяч рублей (столько же на зимнюю).
Тут еще не стоит забывать, что это в первую очередь дети, которые, черт возьми, при правильном питании растут. И через год надо что? Правильно, еще денег вливать.
Скажете, патриотизм стоит денег? Ну, мы просто спросим у читательской аудитории, которая у нас довольно возрастная: а вы, уважаемые, детей-внуков в «Юнармию» отдали? Нас вся Россия читает, «Юнармия» в 76 регионах представительство имеет. Есть кто, отзовитесь? Фото своих юнармейцев покажите…
Чтобы не возникало полемики о пользе этой красивой организации для общества, приведем наглядно скрин новостей сайта «Юнармии».
Наблюдательные журналисты окрестили это движение «Русской каморрой». Для тех, кто закончил знакомство с итальянской мафией на сериале про комиссара Каттани «Спрут», поясним: «Каморра» — мафия бедных в Неаполе. А наша молодежная организация называется просто и со вкусом — «АУЕ», что расшифровывается как «арестантско-уркаганское единство» и еще несколькими подобными вариантами.
Это молодежное крыло воровской, тюремной культуры, так сказать, кузница кадров. За Уралом в некоторых небольших городах это движение практически контролирует процесс жизнедеятельности. В сети есть масса документальных фильмов об этом. Но суть в другом.
Организация управляется сетевым методом — за каждым учебным заведением есть «смотрящий», над ним «смотрящий» за несколькими школами, выше «смотрящий за районом», а на самом верху обычно зэк, управляющий через доступные средства связи всей системой.
Каждый школьник каждый месяц сдает небольшую денежку — для «дачек» за забор в виде сигарет, чая, ну вы понимаете. Быть частью «АУЕ» значит иметь поддержку в молодежной среде, значимость и уважение во дворах, школах, ПТУ и так далее. Идея общака, стаи, коллектива словно идея комсомола: «дисциплина в интересах коллектива».
Ярчайший пример самоорганизованной группы граждан, объединённых одной идеей, существующих без финансирования государства. А если почитать криминальные сводки, то там можно увидеть массу акций рассматриваемой организации, не в пример календарю событий «Юнармии».
И в криминальную хронику полезно заглянуть.
Вообще, Россия такая страна, что бесхозным тут ничего валяться не будет. Подберут. Это касается не только материальных ресурсов, а сегодня — тем более не только материальных.
Ярчайшие примеры безразличия государственной машины. Ведомственные молодежные организации «чтобы были», молодежная политика под дудку «эксперта» Саши «Спилберг». Вот, собственно, и все.
А настоящие, идейные молодежные течения себе дорогу найдут — одни пойдут с селфи-палками требовать дом для уточки и свергать Димона, другие будут организованно собирать с детей дань и нападать на полицейских, третьи будут «болеть» за футбол и устраивать охоту на болельщиков из другого клуба.
Такое ощущение, что государству граждане не нужны. Им нужны бабуины, управляемые стадным рефлексом бегающими за своими кумирами то туда, то сюда.
Волей-неволей вспомнишь Василия Макаровича Шукшина: "Видел Степан, но как-то неясно: взросла на русской земле некая большая темная сила — это притом не старик митрополит, <...> не царь даже, не его стрельцы — они люди, людей ли бояться?.. Но когда днем Степан заглядывал в лица новгородским, псковским мужикам, он видел в глазах их тусклый отблеск страшной беды. Оттуда, откуда они бежали, черной тенью во все небо наползала всеобщая беда. Что это за сила такая, могучая, злая, мужики и сами тоже не могли понять. Говорили, что очутились в долгах неоплатных, в кабале… Но это понять можно. Сила же та оставалась неясной, огромной, неотвратимой, а что она такое? — не могли понять. И это разжигало Степана, томило, приводило в ярость. Короче всего его ярость влагалась в слово — «бояре». Но когда сам же он хотел вдуматься — бояре ли? — понимал: тут как-то не совсем и бояре. <...> Они, собаки, во многом и многом виноваты: стыд потеряли, свирепеют от жадности… Но не они та сила.
Та сила, которую мужики не могли осознать и назвать словом, называлась — ГОСУДАРСТВО».
Мы не только отвергаем, мы предлагаем. А предложение в этой ситуации может быть только одно: страну спасет только создание настоящей федеральной молодежной организации или, на крайний случай, китайский опыт с Тяньаньмэня. Выбор то, собственно, невелик… Или Тяньаньмэнь, или Майдан. Суть одна, результаты разные.
Сегодняшняя политика нашего государства, точнее, ее полное отсутствие, ведет именно туда, на любую из вышеуказанных площадей. И уповать на то, что «кустари-одиночки» из военно-патриотических клубов выправят ситуацию, просто глупо. Не менее глупо, чем заигрывать и подрастающим поколением с помощью сладкой улыбки и щебетания юной блогерши Саши Спилберг.
Не поймут и не простят. А насколько современная молодежь может быть жестокой, мы все видели в Киеве и Одессе. Аналогов в России почему-то не хочется.
Продолжение следует…
Вообще, если по справедливости, то как всегда — ничего. Чисто украинский сценарий «онижедети», что с них взять, других проблем хватает. Конечно, когда совсем подгорит, то головы полетят. Хорошо, что у нас они просто полетят, а не как на Украине, в Ростове-на-Дону.
Но — тем не менее.
Вообще, ситуация печальная, и мы не первый раз об этом говорим. Родители заняты выживанием, школа занимает позицию «мы учим, а не воспитываем», вузы заняты в основном личным заработком. Все красиво, всем плевать. Подрастающие организмы предоставлены сами себе, что фактически всех устраивает, и в первую очередь, наше государство.
Хотите заниматься? Не вопрос. Не запрещено ничего, за исключением вещей, предусмотренных законом. Но не запрещено — это еще не разрешено. Точнее, разрешить можно, но с реализацией возникают проблемы.
Чтобы было понятнее — любой каприз за ваши деньги. Демократия и рынок во всей красе.
Хотите, чтобы ваш ребенок стал звездой спорта? Какие проблемы? Хоккей? Купите форму, арендуйте лед — и вперед! То же самое с любым видом спорта. Но мы не о спорте, мы о патриотизме.
Патриотизм — штука вообще такая… Никому особо не нужная, если нет пожара, кризиса или выборов на носу. Военно-патриотические клубы есть в каждом городе, но вряд ли основное большинство может похвастаться нормальной базой и финансированием. ВПК — это удел упоротых и оголтелых индивидуумов, своей гражданской совестью и личным умом понимающих, что надо что-то делать. И делают, в основном «невзирая» и «превозмогая».
Вообще, то, что эти клубы еще есть, заслуга в первую очередь тех, кто не опустил рук и продолжает колотиться своей закаленной башкой в стену государственного наплевательства. Мы Москву и им подобные городишки не берем в расчет, Россия — это, к сожалению, не Москва и Питер. Это несколько большее понятие.
Но с уверенностью скажем, что 90% ВПК в России основное свое время тратят на побирушничество и поиск спонсоров. И хорошо, что спонсоры находятся, не у всех долларорубль в мозгах. Кто нашел — живут, кто нет — существуют.
Спросите, а как же государственные программы и гранты? Ответим: а вы этот грант, самый завалящий, пробовали выиграть? Один из авторов выиграл. Точнее, ВРОО, в котором он уже не работал, выиграло написанный им грант. Когда директор поспорил с одним функционером на 12%, что грант не выиграет и на третий год. Но — выиграл. И 12% проспорил.
И опять же деньги. Экипируйся, оплати дорогу, питание и далее по списку. Кто может себе это позволить — делает. Кто не может — сидит дома у экрана компьютера или смартфона и… Сидит, короче, и ждет лучших времен.
Внимательный читатель может упрекнуть нас в том, что мы огульно заявляем о том, что термин «молодежная политика» растоптан и уничтожен, что в стране нет реальных молодежных организаций, развивающих и транслирующих достойные русского мира смыслы. Ну да, фактически нет. А существующие в придонном слое военно-патриотические клубы оказать должного влияния просто не в состоянии.
Ага! А как же проект «Юнармия»? Это же всероссийская могучая организация, созданная самом Шойгу! Что скажете, критиканы?
А мы запросто разочаруем и здесь. Если вы подумали, что «Юнармия» — почти единственная конструктивная организация молодых в стране, то это вы зря. Это имиджевый проект успешного менеджера Сергея Шойгу, не более того.
Вот, наконец-то, скажет читатель, показалось истинное либеральное лицо авторов. На САМОГО Шойгу рот разинули.
Да успокойтесь, не на Шойгу. У него других дел больше нет, как проектом этим заниматься? Есть, и мы это распрекрасно понимаем. Это все те же эффективные менеджеры, только в Минобороны. Шойгу тут не при делах, но раз его персоной воспользовались для раскрутки, то вот вам и камень в огород.
Увы, но «Юнармия» — это тоже про элитку, по аналогии с первой статьей, для «Саш Спилбергов». Про детей обеспеченных, которые могут попросить у родителей только на одну летнюю форму 20 тысяч рублей (столько же на зимнюю).
Тут еще не стоит забывать, что это в первую очередь дети, которые, черт возьми, при правильном питании растут. И через год надо что? Правильно, еще денег вливать.
Скажете, патриотизм стоит денег? Ну, мы просто спросим у читательской аудитории, которая у нас довольно возрастная: а вы, уважаемые, детей-внуков в «Юнармию» отдали? Нас вся Россия читает, «Юнармия» в 76 регионах представительство имеет. Есть кто, отзовитесь? Фото своих юнармейцев покажите…
Чтобы не возникало полемики о пользе этой красивой организации для общества, приведем наглядно скрин новостей сайта «Юнармии».
Наблюдательные журналисты окрестили это движение «Русской каморрой». Для тех, кто закончил знакомство с итальянской мафией на сериале про комиссара Каттани «Спрут», поясним: «Каморра» — мафия бедных в Неаполе. А наша молодежная организация называется просто и со вкусом — «АУЕ», что расшифровывается как «арестантско-уркаганское единство» и еще несколькими подобными вариантами.
Это молодежное крыло воровской, тюремной культуры, так сказать, кузница кадров. За Уралом в некоторых небольших городах это движение практически контролирует процесс жизнедеятельности. В сети есть масса документальных фильмов об этом. Но суть в другом.
Организация управляется сетевым методом — за каждым учебным заведением есть «смотрящий», над ним «смотрящий» за несколькими школами, выше «смотрящий за районом», а на самом верху обычно зэк, управляющий через доступные средства связи всей системой.
Каждый школьник каждый месяц сдает небольшую денежку — для «дачек» за забор в виде сигарет, чая, ну вы понимаете. Быть частью «АУЕ» значит иметь поддержку в молодежной среде, значимость и уважение во дворах, школах, ПТУ и так далее. Идея общака, стаи, коллектива словно идея комсомола: «дисциплина в интересах коллектива».
Ярчайший пример самоорганизованной группы граждан, объединённых одной идеей, существующих без финансирования государства. А если почитать криминальные сводки, то там можно увидеть массу акций рассматриваемой организации, не в пример календарю событий «Юнармии».
И в криминальную хронику полезно заглянуть.
Вообще, Россия такая страна, что бесхозным тут ничего валяться не будет. Подберут. Это касается не только материальных ресурсов, а сегодня — тем более не только материальных.
Ярчайшие примеры безразличия государственной машины. Ведомственные молодежные организации «чтобы были», молодежная политика под дудку «эксперта» Саши «Спилберг». Вот, собственно, и все.
А настоящие, идейные молодежные течения себе дорогу найдут — одни пойдут с селфи-палками требовать дом для уточки и свергать Димона, другие будут организованно собирать с детей дань и нападать на полицейских, третьи будут «болеть» за футбол и устраивать охоту на болельщиков из другого клуба.
Такое ощущение, что государству граждане не нужны. Им нужны бабуины, управляемые стадным рефлексом бегающими за своими кумирами то туда, то сюда.
Волей-неволей вспомнишь Василия Макаровича Шукшина: "Видел Степан, но как-то неясно: взросла на русской земле некая большая темная сила — это притом не старик митрополит, <...> не царь даже, не его стрельцы — они люди, людей ли бояться?.. Но когда днем Степан заглядывал в лица новгородским, псковским мужикам, он видел в глазах их тусклый отблеск страшной беды. Оттуда, откуда они бежали, черной тенью во все небо наползала всеобщая беда. Что это за сила такая, могучая, злая, мужики и сами тоже не могли понять. Говорили, что очутились в долгах неоплатных, в кабале… Но это понять можно. Сила же та оставалась неясной, огромной, неотвратимой, а что она такое? — не могли понять. И это разжигало Степана, томило, приводило в ярость. Короче всего его ярость влагалась в слово — «бояре». Но когда сам же он хотел вдуматься — бояре ли? — понимал: тут как-то не совсем и бояре. <...> Они, собаки, во многом и многом виноваты: стыд потеряли, свирепеют от жадности… Но не они та сила.
Та сила, которую мужики не могли осознать и назвать словом, называлась — ГОСУДАРСТВО».
Мы не только отвергаем, мы предлагаем. А предложение в этой ситуации может быть только одно: страну спасет только создание настоящей федеральной молодежной организации или, на крайний случай, китайский опыт с Тяньаньмэня. Выбор то, собственно, невелик… Или Тяньаньмэнь, или Майдан. Суть одна, результаты разные.
Сегодняшняя политика нашего государства, точнее, ее полное отсутствие, ведет именно туда, на любую из вышеуказанных площадей. И уповать на то, что «кустари-одиночки» из военно-патриотических клубов выправят ситуацию, просто глупо. Не менее глупо, чем заигрывать и подрастающим поколением с помощью сладкой улыбки и щебетания юной блогерши Саши Спилберг.
Не поймут и не простят. А насколько современная молодежь может быть жестокой, мы все видели в Киеве и Одессе. Аналогов в России почему-то не хочется.
Продолжение следует…
Автор: Роман Скоморохов