Война мистера Трампа. Тарифы в борьбе за справедливость
Торговая война между США и Китаем подходит к кульминации. Страницы крупнейших западных СМИ и телеканалов полны мрачных прогнозов. Да, это война без танков и ракет. Но разрушений не миновать. Китайцы уже проводят «тонкую настройку» экономики.
Внутри страны эти меры называются «пакетом целенаправленной политики для повышения внутреннего спроса». Появление «пакета» связывается правительством с ростом торговой напряжённости, которая угрожает ухудшить экономическую ситуацию в стране.
На заседании Государственного совета в Пекине было принято решение сформировать более гибкий ответ на «внешние неопределённости», нежели было предусмотрено ранее путём ужесточения бюджета в текущем году.
Отныне бюджетно-налоговая политика будет «более активной» и будет лучше координироваться с финансовой политикой. Поскольку экономические последствия тарифной войны с США до сих пор неясны, а конца торговому спору не предвидится, китайские политики потянули за некие «рычаги» в надежде стабилизировать неустойчивую экономику.
Пока Пекин не прибегает к широкомасштабному стимулированию или широкому смягчению денежно-кредитной политики. И эксперты не считают, что грядёт разворот политики. Однако «более тонкой настройки» не миновать, отмечает Ларри Ху («Macquarie Securities», Гонконг).
Официальной смены «разумной и нейтральной» политики китайского центрального банка не заявлено. Но шаги, озвученные властями в последние дни, указывают на то, что официальные лица обеспокоены ситуацией с ростом тарифной напряжённости. И на фоне торговых конфликтов с США уже осуществлено рекордное вливание средств в банки. Публикация новых руководящих принципов для управления активами тоже не выглядит случайной.
«Блумберг» напоминает и о некотором «проседании» темпов китайской экономики. Во втором квартале 2018 г. экономика КНР выросла на 6,7 процента, что является самым медленным показателем роста с 2016 года. Ожидается, что в этом году рост замедлится до 6,5 процента.
Госсовет также призвал к более быстрому росту инвестиций и устойчивому финансированию местных инвестиционных проектов.
Лу Тинг, ведущий экономист «Nomura Holdings Inc» (Гонконг) сказал изданию, что Пекин, очевидно, «полностью изменил свою политическую позицию — от первоначального сокращения доли заёмных средств в сторону фискальных стимулов, которые будут подкреплены смягчением денежно-кредитной и кредитной ситуации».
В данной ситуации Поднебесная считает одним из приоритетов предоставление дополнительных налоговых льгот (в размере 65 млрд. юаней, или 9,6 млрд. долл.) компаниям, которые тратятся на НИОКР. Кроме того, предлагается ослабить ограничения на выпуск банковских облигаций малыми фирмами. Частные инвестиции должны наращиваться внутри страны путём внедрения проектов в области транспорта, газоснабжения и телекоммуникаций. Что касается власти, то местным органам велено стремиться к более эффективному расходованию неиспользованных бюджетных средств.
Совокупно меры направлены на ускорение реализации необходимых экономике проектов, облегчение строительства и планирования в отношении тех крупных проектов, что будут соответствовать целям развития и общественному спросу. Особое внимание руководство КНР обратит на фундаментальные исследования и прорывы в сферах основных технологий.
* * *
В итоге Китай не просто готовится ответить Соединённым Штатам тарифной политикой. Китай готовится стать первой экономикой мира — такой, перед которой былому гегемону придётся отступить.
Старый мистер Трамп и ястребы, за ним стоящие, такого экономического и стратегического поворота принять не могут. Им подавай старый добрый мир, где Вашингтон раздаёт ценные указания, а остальные государства, как марионетки, кивают.
Однако «старый добрый мир» остался в XX веке. Поднебесная не заявит вдруг, что сдаётся, что согласна выполнить волю белого господина. Когда-то американский бизнес сам привёз производства и технологии на Тайвань и в Китай. В погоне за дешевизной труда, ростом продаж и новой прибылью. Но за прибылью последовал и убыток (см. выше показатели торгового баланса КНР и США). Убыток уже не на уровне фирм, а на уровне государства. Точнее, не убыток, а хронический финансовый провал. Разные устройства, напичканные технологиями, а заодно штаны, пластмассу и сталь, теперь ввозят в США китайцы. На 505,5 млрд. долл. в год. Да, астрономия. Да, у США дефицит торгового баланса с КНР. Да, Трамп и финансовые круги в отчаянии и взывают к «справедливости».
Почему же? Да потому, что больше им ничего не остаётся. За США нет уже былой экономической силы, а значит, нет и былого экономического влияния в мире.
И в Пекине, где стремятся ускоренно переориентировать часть экономики на внутренний спрос, прекрасно понимают, что США в торговой войне не выиграют. Просто потому, что в торговых войнах победителей не бывает. Политика КНР направлена на сглаживание вероятных последствий от грядущих тарифов Трампа. Как будет сглаживать последствия от торговой войны для родной экономики мистер Трамп, неизвестно. Наверное, расскажет своему народу об очередной несправедливости.
Внутри страны эти меры называются «пакетом целенаправленной политики для повышения внутреннего спроса». Появление «пакета» связывается правительством с ростом торговой напряжённости, которая угрожает ухудшить экономическую ситуацию в стране.
На заседании Государственного совета в Пекине было принято решение сформировать более гибкий ответ на «внешние неопределённости», нежели было предусмотрено ранее путём ужесточения бюджета в текущем году.
Отныне бюджетно-налоговая политика будет «более активной» и будет лучше координироваться с финансовой политикой. Поскольку экономические последствия тарифной войны с США до сих пор неясны, а конца торговому спору не предвидится, китайские политики потянули за некие «рычаги» в надежде стабилизировать неустойчивую экономику.
Пока Пекин не прибегает к широкомасштабному стимулированию или широкому смягчению денежно-кредитной политики. И эксперты не считают, что грядёт разворот политики. Однако «более тонкой настройки» не миновать, отмечает Ларри Ху («Macquarie Securities», Гонконг).
Официальной смены «разумной и нейтральной» политики китайского центрального банка не заявлено. Но шаги, озвученные властями в последние дни, указывают на то, что официальные лица обеспокоены ситуацией с ростом тарифной напряжённости. И на фоне торговых конфликтов с США уже осуществлено рекордное вливание средств в банки. Публикация новых руководящих принципов для управления активами тоже не выглядит случайной.
«Блумберг» напоминает и о некотором «проседании» темпов китайской экономики. Во втором квартале 2018 г. экономика КНР выросла на 6,7 процента, что является самым медленным показателем роста с 2016 года. Ожидается, что в этом году рост замедлится до 6,5 процента.
Госсовет также призвал к более быстрому росту инвестиций и устойчивому финансированию местных инвестиционных проектов.
Лу Тинг, ведущий экономист «Nomura Holdings Inc» (Гонконг) сказал изданию, что Пекин, очевидно, «полностью изменил свою политическую позицию — от первоначального сокращения доли заёмных средств в сторону фискальных стимулов, которые будут подкреплены смягчением денежно-кредитной и кредитной ситуации».
В данной ситуации Поднебесная считает одним из приоритетов предоставление дополнительных налоговых льгот (в размере 65 млрд. юаней, или 9,6 млрд. долл.) компаниям, которые тратятся на НИОКР. Кроме того, предлагается ослабить ограничения на выпуск банковских облигаций малыми фирмами. Частные инвестиции должны наращиваться внутри страны путём внедрения проектов в области транспорта, газоснабжения и телекоммуникаций. Что касается власти, то местным органам велено стремиться к более эффективному расходованию неиспользованных бюджетных средств.
Совокупно меры направлены на ускорение реализации необходимых экономике проектов, облегчение строительства и планирования в отношении тех крупных проектов, что будут соответствовать целям развития и общественному спросу. Особое внимание руководство КНР обратит на фундаментальные исследования и прорывы в сферах основных технологий.
* * *
В итоге Китай не просто готовится ответить Соединённым Штатам тарифной политикой. Китай готовится стать первой экономикой мира — такой, перед которой былому гегемону придётся отступить.
Старый мистер Трамп и ястребы, за ним стоящие, такого экономического и стратегического поворота принять не могут. Им подавай старый добрый мир, где Вашингтон раздаёт ценные указания, а остальные государства, как марионетки, кивают.
Однако «старый добрый мир» остался в XX веке. Поднебесная не заявит вдруг, что сдаётся, что согласна выполнить волю белого господина. Когда-то американский бизнес сам привёз производства и технологии на Тайвань и в Китай. В погоне за дешевизной труда, ростом продаж и новой прибылью. Но за прибылью последовал и убыток (см. выше показатели торгового баланса КНР и США). Убыток уже не на уровне фирм, а на уровне государства. Точнее, не убыток, а хронический финансовый провал. Разные устройства, напичканные технологиями, а заодно штаны, пластмассу и сталь, теперь ввозят в США китайцы. На 505,5 млрд. долл. в год. Да, астрономия. Да, у США дефицит торгового баланса с КНР. Да, Трамп и финансовые круги в отчаянии и взывают к «справедливости».
Почему же? Да потому, что больше им ничего не остаётся. За США нет уже былой экономической силы, а значит, нет и былого экономического влияния в мире.
И в Пекине, где стремятся ускоренно переориентировать часть экономики на внутренний спрос, прекрасно понимают, что США в торговой войне не выиграют. Просто потому, что в торговых войнах победителей не бывает. Политика КНР направлена на сглаживание вероятных последствий от грядущих тарифов Трампа. Как будет сглаживать последствия от торговой войны для родной экономики мистер Трамп, неизвестно. Наверное, расскажет своему народу об очередной несправедливости.
Автор: Mart