Соединенные Штаты Афганистана?

Афганистан при Абдур-Рахмане

Накопившиеся противоречия выплеснулись в восстание Бачаи Сакао (таджика из бедной семьи, провозгласившего себя падишахом Хабибуллой) в 1929 году и свержении Амануллы-хана, в поддержку которого выступили и советские войска. Впрочем, советская помощь Аманулле-хану не помогла, к власти пришел Надир-хан, на которого ставили англичане, сумевшие поставить Советскую Россию в условия, исключавшие увеличение воинского контингента. Новый виток антипуштунских выступлений начался вскоре после свержения Захир-шаха и провозглашения Мохаммедом Даудом республики. Впрочем, описание всех перипетий этой борьбы не входит в цель данной статьи. Перескочим сразу в 2001 год. Что же мы видим? Пик противостояния Талибана (костяк которого составляли пуштуны) и Северного Альянса во главе с Ахмад Шахом Масудом, Исмаил Ханом , Раббани (таджики), Рашидом Дустумом (узбек). Причем, говоря о Северном Альянсе мы должны помнить, что речь идет о вооруженных силах провозглашенного 9 октября 1996 года государства Северный Афганистан (сохранившее за собой прежнее название страны Исламское государство Афганистан), управляемое Верховным Советом. И именно в это противостояние вмешивается НАТО. Основная цель вмешательства – свержение талибов, которые, по официальной версии, поддерживают бен Ладена. Но в Афганистане вторжение воспринимается как помощь в поддержке против гегемонии пуштунов. Но тут происходит следующее: 5 декабря 2001 в Бонне под эгидой ООН (читай США) открывается конференция по послевоенному устройству страны. В тот же день созывается национальная ассамблея старейшин афганских племен Лойа Джирга, на которой представители Северного альянса под давлением США подписывают соглашение о формировании переходного правительства Афганистана. В качестве его главы утверждается пуштун из племени Дуррани клана Поползай и дальний (в европейском понимании, но отнюдь не в афганском) родственник свергнутого Захир-шаха. Спустя два года Лойя Джирга одобряет новую Конституцию страны, вводящую президентскую форму правления, а в 2004 Карзай становится президентом Афганистана. Тут надо пояснить один немаловажный момент. Внутри пуштунов Карзай не пользуется полным доверием из-за своей ярко выраженной проамериканской ориентации и западного менталитета. Среди остальных народностей – он не может пользоваться поддержкой оттого, что пуштун. Собственно, Карзай держится только на американской поддержке, а такого в Афганистане не прощают по определению. Поставив президентом Карзая и не создав ему противовеса в виде сильной фигуры от Северного альянса на посту премьера, американцы загнали себя в стратегический тупик. В Афганистане прекрасно понимают, что Карзай может тысячу раз говорить о демократии и равных возможностях всех национальностей. Но на практике он будет отстаивать интересы пуштунов. Пытаясь найти выход из собственноручно созданного тупика и отвечая на недоуменные вопросы представителей Северного альянса – «за что боролись?», американцы организовали в 2005 выборы в Национальную ассамблею Афганистана. Вот как выглядит этнический состав этого органа: Этническая группа Число мест в парламенте % Пуштуны 118 47,4 Таджики 53 21,3 Хазарейцы 30 12,0 Узбеки 20 8,0 Нехазарейцы-шииты 11 4,4 Туркмены 5 2,0 Арабы 5 2,0 Исмаилиты 3 1,2 Пашаи 2 0,8 Белуджи 1 0,4 Нуристанцы 1 0,4 Итого 249 100 А население Афганистана распределяется по этническому признаку следующим образом Пуштуны 38% Таджики 25% Хазарейцы 19% Узбеки 9% Туркмены 3% Этническая карта Афганистана сегодня выглядит следующим образом:



Логика американцев в создании Национальной Ассамблеи была вполне понятна: обеспечить пропорциональное представительство национальных групп в высшем, по американскому мнению, органе Афганистана. Но и здесь заключалась ловушка. Представление о том, что есть «власть» и «представительство во власти» в Афганистане совершенно иные, чем в странах НАТО. Поэтому представительство в Национальной Ассамблее ничего для национальных групп не значит, и не воспринимается ими как участие во власти. Для них наличие своих представителей в этой Ассамблее – пустой звук, и реальной им представляется только власть президента, премьера, министра, губернатора провинции. Все это приводит нас ко вполне определенному выводу. С уходом контингента НАТО, и даже не уходом – ослаблением, начнется новый виток национального противостояния. Как бы пессимистично это не выглядело – но на ближайшую историческую перспективу совместное проживание пуштунов и других этнических групп в границах современного Афганистана невозможно. Выход здесь может быть только один – либо конфедерация, либо раздел Афганистана по линии Юг-Север. И вариант конфедерации для Запада более предпочтителен, потому как позволит осуществлять привычный принцип «разделяй и властвуй» со всем внешним респектом, без очередного ввода контингента и вооруженного противостояния. Вероятно, отражением споров о таком варианте пост-НАТОвского устройства Афганистана и была оговорка Дэвида Кэмерона.