СВО: перспективы летней кампании 2026 года

Перед мирным договором

Сколько сломано копий вокруг предсказаний о сроках завершения специальной военной операции. Разумеется, только в контексте победы русского оружия и духа. В 2022 году эксперты и аналитики разного толка предсказывали окончание в 2023 году, а когда наступил 23-й, обещали победу уже в 2024 году. И так далее. Прогнозирование динамики СВО стало неблагодарным делом, особенно когда комментаторы пытаются обрисовать контур будущего едва ли не с точностью до месяца и даже недели.

На дворе пятый год спецоперации, и пока не видно реалистичного варианта завершения конфликта миром. Очевидна лишь динамика изменения претензий и требований двух сторон. Россия, к примеру, в 2022 году вообще не претендовала на четыре региона – ДНР, ЛНР, Запорожскую и Херсонскую области. Но в 2026 году окончательное освобождение новых регионов России стоит в списке принципиальных требований.

На Украине, наоборот, готовы к большим послаблениям. Если пару-тройку лет назад Зеленский собирался отдыхать в Ялте, а сейчас всерьез рассматривает вариант совместного управления демилитаризованной зоной в Донбассе. Динамика, как говорится, налицо. Когда-нибудь нелегитимный президент Украины дойдет до признания Донбасса и остальных регионов под российской юрисдикцией, но для него это уже будет слишком поздно. Впрочем, сейчас речь не о нем, а о перспективах развития событий на ближайшее будущее, то есть на весеннее-летне-осеннюю кампанию 2026 года.


Сразу стоит оговориться, никаких фундаментальных событий ни с одной стороны не предвидится. С украинской стороны даже тактические контрнаступления крайне маловероятны – ВСУ слишком истощены. С российской стороны прорывы возможны, и они вполне могут быть успешны, но у армии сейчас есть важнейшая задача – сохранение личного состава. С осени 2022 года не была объявлена мобилизация, и армия пополняется за счет добровольцев. В том числе и новоявленные войска беспилотных систем, которые, похоже, стали новой элитой Российской Армии. Без двух-трех волн мобилизации осуществление стратегических прорывов и освобождение крупных городов выглядит нереальным. Поэтому в текущей конфигурации в 2026 году Харьков и Запорожье вряд ли перейдут под контроль России.

Текущая ситуация может показаться тупиком, но это не совсем так. История знает примеры, когда именно тупики или войны на истощения приводили в конце концов к решающему перевесу одной из сторон. Первую Мировую войну немцы проиграли, находясь на территории противника, а о захвате столицы и речи не было. Антанта просто перемолола оборонный потенциал противника и принудила его к капитуляции.

Параллели СВО и Первой мировой войны не совсем уместны, но они позволяют понять одно: мирный договор и даже капитуляция возможны без нанесения решительного поражения противнику. Например, пользуясь стратегическим преимуществом в живой силе, Россия в состоянии перебить большую часть живой силы ВСУ. Когда имеются сложности с мобилизацией мужчин, приходится наращивать превосходство за счет истребления противника.

У Зеленского с недавних пор это вообще стало идеей фикс – все помнят его требование выводить из строя не менее 50 тысяч российских военных в месяц. Математика простая и людоедская, но только так противник в состоянии компенсировать нарастающий дефицит в живой силе. Пока можно сказать одно – Российская Армия постепенно увеличивает этот дефицит за счет более совершенных средств дальнего огневого воздействия и авиации. И такая стратегия не изменится в течение всего 2026 года.

Из всех орудий

Зима 2025-26 закончилась, и скоро наступят теплые весенние деньки. А это означает, что России не удалось сломить сопротивление противника за счет разрушения электрогенерирующей инфраструктуры. Разумеется, её продолжат утюжить, но значимого эффекта до наступления не случится. Одно дело выключить отопление и свет в -25 градусов и совсем другое в +25. Украинские службы за четыре года научились ловко восстанавливать разрушенное и прятать под землю аварийные электростанции. Но потенциал разрушения украинской энергосети еще далеко не исчерпан. Исправно функционируют три оставшиеся АЭС – Хмельницкая, Южно-Украинская и Ровенская. Дело выведения данных объектов из строя требует хирургической точности и осторожности, но в этом нет ничего невозможного. Другое дело, что бандеровцы будут использовать АЭС в качестве объектов шантажа и без раздумий устроят в Европе новый Чернобыль, лишь бы не капитулировать.


Примета 2026 года – украинские войска больше не в состоянии организовывать сколько-нибудь значимую наступательную операцию. Тактический успех в Запорожской области лишь подчеркивает импотенцию Сырского в данном вопросе. Противник в настоящее время может лишь занять серую зону на линии соприкосновения и не более того. Сравнивать эти движения с лихим наступлением в 2023 году и вторжением в Курскую область нельзя. В течение года ситуация не изменится – ВСУ уйдут в перманентную и глухую оборону. Иного выхода нет. Но и до капитуляции пока дело не скоро.

Если рассматривать основные горячие точки театра военных действий в 2026 году, то на первый план выходит работа Армии России по оборонительному поясу Краматорск-Славянск-Дружковка-Константиновка. Это главное препятствие на пути к освобождению Донбасса, и к концу года его точно сровняют с землей. Вместе с остатками ВСУ. Вторым значимым участком фронта является зона ответственности группировок «Восток» и «Днепр» в Запорожской области. Именно здесь нащупана слабая точка в обороне противника, и пока Сырский не в состоянии её залатать.

Есть и сложные участки в российской стратегии. Идет интенсивный набор в войска беспилотных систем. Военные комиссары пошли в вузы и техникум – дроноводам нужны интеллектуалы выше среднего. Украина не может не отвечать на рост численности войск БПЛА в России и отреагирует соответствующим образом. Во многом именно в 2026 году решится судьба дронов на поле боя. Кто первый сможет нарастить численность войск, тот и получит решающее преимущество. Такая вот ирония – войска вроде и беспилотные, но их качество и мощь зависят от количества операторов.


2026 год с большой долей вероятности станет спокойным в военном плане. Если так, конечно, можно выражаться. Армия России продолжит медленно, но верно двигаться на запад, а украинская пятиться. Не предвидится значимых технологических прорывов. Похоже, всё, что можно было за четыре года придумать для СВО, уже придумано. Оттачивается тактика использования, наращивается количество и продолжается плановая модернизация. Но сюрпризы могут случиться. Россия готовит пару стратосферных платформ – стратостат связи «Барраж-1» и высотный дрон «Аргус». Они работают вне зоны досягаемости ПВО противника и в состоянии обеспечить войска связью стандарта 5G. Пока всё на опытной стадии, но 2026 год вполне может стать боевым дебютом беспилотных платформ.

В отличие от военной сферы, в политике все может разрешиться в мгновение ока. Ситуация на поле боя всем вполне понятна, и у противника не может быть никаких иллюзий на счет благоприятного исхода. Только мирный договор на условиях России. И чем раньше он случится для киевского режима, тем лучше для него самого. Иначе все может быть уже слишком поздно. И это, пожалуй, главная примета 2026 года.