Об изменениях в управлении огнем боевых кораблей Российской империи после русско-японской войны

Для оценки изменения средств управления огнем в 1907 г. по сравнению с 1903 г. необходимо рассмотреть, как менялись правила ведения артиллерийского боя в этот период.

Пристрелка

В 1903 г. пристрелка осуществлялась одним орудием среднего калибра на недолетах. То есть сперва надо было добиться падения снаряда на фоне цели, корректируя целик, а затем, постепенно приближая падения к кораблю, добиться попадания и тем самым нащупать дистанцию.

Почему сперва было нужно добиться пристрелки по целику, и лишь потом – по дальности? Дело в том, что при падении снаряда не на фоне цели почти невозможно определить, было ли это падение с недолетом, или же оно легло перелетом. Ну а наблюдаемый на фоне силуэта цели всплеск, очевидно, являлся недолетным.

Почему именно недолеты? Дело в том, что попадание снаряда во вражеский корабль либо же падение снаряда за целью были очень плохо видны, а в ряде случаев — не видны вообще. Речь, разумеется, не идет о японских снарядах, так и норовивших взорваться при первом же касании и дававших черный дым — попадания в корабль такими снарядами, как правило, были видны достаточно хорошо. Наши же снаряды, как бронебойные, так и фугасные, предназначались для взрыва в корпусе корабля или же его надстройках, отчего издалека их взрыв обычно не был виден. К тому же снаряжение русских снарядов тех лет, что пироксилин, что бездымный порох на его основе, хорошо наблюдаемого дыма не давали.

Соответственно, дав первыми выстрелами хорошо видимые недолеты на фоне цели, а затем приближая падения к цели и в какой-то момент их не наблюдая, можно было рассчитывать на то, что снаряд попал во вражеский корабль, то есть достигнуто накрытие.

К 1907 г. изменилось очень многое. Пристрелка должна была производиться уже не одним орудием, но залпами, причем в них требовалось иметь не менее четырех орудий одного калибра. Если на борт могли стрелять восемь таких орудий, то все они должны были участвовать в пристрелке поочередно, дабы не ждать, пока сделавшая залп четверка будет перезаряжена. При этом, в общем случае, пристрелка должна была вестись «вилкой». Если пристрелочный залп давал перелет или же недолет, то изменение расстояния должно было составлять 4% от дистанции, но это требование не являлось догмой, оставаясь на усмотрение управляющего стрельбой.

Отмечалось, что, поскольку учебные стрельбы по щитам так и не дали ответа на вопрос, будет ли видно попадание снарядов в корабль, то накрытием следовало считать:

1) Наблюдение падений снарядов перед целью и за ней — если удалось их увидеть;

2) Наблюдение падения не более трех снарядов на фоне цели — в таком случае, очевидно, снаряд или снаряды, чье падение не было замечено, попали в цель или же дали перелет.

Добившись накрытия, следовало переходить к поражению цели, но в некоторых случаях, если, к примеру, накрытие достигнуто первым же залпом, допускалось повторить пристрелочный залп.

В 1907 г. «вилка» считалась основным способом пристрелки. Но существовали и другие, каковыми следовало пользоваться в особых, крайних случаях. Под «крайним случаем» понималась ситуация, при которой дальномеры выведены из строя и при этом невозможно также определить закономерность движения неприятеля, то есть нельзя сколько-то достоверно прогнозировать величины изменения пеленга и расстояния до цели.

Если «крайний случай» все-таки наступил, то вид пристрелки определялся количеством орудий, которые могли в нем участвовать. Если их было девять или более, то пристрелка должна была вестись ступенчатыми залпами.

Для этого девять орудий делились на три группы по три орудия. Группе №2 назначалась дистанция до вражеского корабля, как ее понимал управляющий артиллерийским огнем. Группе №1 прицел выставлялся на 4% ближе от указанной дальности, а группе №3 – на 4% дальше, чем группе №2. К примеру, стреляя по цели, расстояние до которой предполагалось в 50 кабельтов, прицел группы орудий №2 выставлялся на 50 кбт, группе №1 – 48 кбт, а группе №3 – 52 кбт.

Если 4% от дистанции составляли дробное число, оно округлялось до четверти кабельтова.

Пристрелка производилась залпом всех орудий одновременно. В теории, конечно, первыми должны упасть снаряды орудий группы №1, так как им надлежало преодолеть наименьшее расстояние, затем №2 и №3. Однако отмечалось, что на практике такого из-за «неизбежной неодновременности выстрелов орудий всего залпа» может и не происходить. И что при сильной качке вообще может получиться, что падения группы №3, которые должны случиться последними, будут первыми. Всё это следовало учитывать при оценке результата залпа.


Что особенно интересно – такая пристрелка имеет некоторое сходство с пристрелкой «уступом» или «двойным уступом», каковая стала широко применяться в будущем. Разница лишь в том, что в пристрелке «уступом/двойным уступом» все 9 (или 12, по 4 в группе) орудий должны были давать залп не одновременно, а последовательно, т.е. сперва стреляет группа №1, потом через некоторое время — №2 и еще выждав время — №3, что давало возможность ясно отличать падения одной группы орудий от другой. При этом «двойной уступ» потеснил привычную «вилку», которая стала после его появления архаикой.

Но вот применяемая в 1907 г. пристрелка «ступенчатыми залпами», несмотря на схожесть с «двойным уступом», допускалась лишь в особых случаях и, по мнению составителей «Правил…», не обеспечивала высокой точности стрельбы. Хотя вроде бы принцип тот же, но… Если вдуматься, то не совсем. То, что будет представлено Вашему вниманию ниже, не есть истина в последней инстанции, а только мои размышления: буду рад, если компетентные читатели выскажут свою точку зрения.

Как уже говорилось ранее, стрельба «двойным уступом» перед «ступенчатым залпом» давала всего одно преимущество: позволяла четко различать падения снарядов каждой группы орудий. В то же время, представим себе недолет ступенчатого залпа к моменту, когда правильная поправка по целику определена. Перед вражеским кораблем поднимется девять всплесков, девять столбов воды! Полагаю, в таком случае вполне возможна, если не неизбежна ситуация, когда одни всплески перекроют другие. А что случится, если залп из 9 орудий фактически лег недолетом, но управляющий огнем «потеряет» один или два всплеска? Тогда он решит, что группа №3 дала накрытие, и, рассчитывая корректировку прицела, будет исходить из заведомо ложной информации. В то же время стрельба «двойным уступом» теми же девятью орудиями по три разнесенных по времени залпа позволит хорошо наблюдать падение снарядов каждой группы: если все эти группы дадут недолет, управляющий огнем будет об этом знать.

Можно ли как-то улучшить «ступенчатый залп», не превращая его в «пристрелку уступом»? По моему мнению — нет. Конечно, можно уменьшить количество орудий в группах до двух или даже до одного, ведь пересчитать шесть или даже три падения снарядов будет тогда не в пример проще девяти. Но в таком случае мы утратим преимущество, которое дает залповый огонь, суть которого в том и заключается, что в одну точку прицеливания бьют одновременно несколько орудий. Большим количеством стволов компенсируются разного рода погрешности: те, что дает эллипс рассеивания, ошибки наводчика, чуть упустившего время выстрела, или же, наоборот, давшего его чуть раньше нужного, отчего качка хоть немного, да сбила прицел и т. д.

Как уже было сказано выше, в 1907 г. (и позднее) считалось, что для корректных наблюдений следует иметь не менее четырех орудий в залпе. Тут же в одной группе и так было меньше — только три. Соответственно, дальнейшее уменьшение стволов сделало бы «ступенчатый залп» слишком непредсказуемым и неточным, в силу чего и было сформулировано требование о 9 орудиях. Если же орудий было меньше, то использовалась пристрелка завесой.

Для пристрелки завесой требовалось только определить, сокращается ли расстояние до цели или увеличивается. Если оно сокращалось, то следовало дать залп заведомо недолетный, а затем — давать залпы с той же установкой прицела (на ту же дистанцию), корректируя только целик, и ждать, пока цель попадет под накрытие. Если дистанция увеличивалась, то делалось всё то же самое, только в начале пристрелки следовало дать вместо заведомого недолета заведомый перелет.

Стрельба на поражение

В 1903 г. предусматривался только один вид ведения огня на поражение цели – беглый огонь. В 1907 г. поражение цели предусматривалось как беглым огнем, так и залпами. При этом, если два четырехорудийных залпа подряд давали недолет (или же перелет), управляющему огнем полагалось изменить поправки по расстоянию с тем, чтобы попытаться вновь добиться накрытия. Причем поправка прицела должна была составить не менее половины поправки, использовавшейся при пристрелке «вилкой», а поправка целика осуществлялась «на глаз».

Если же орудий в залпе было больше четырех, то следовало вносить поправки уже после первого недолетного или же перелетного залпа. И только в случае, если «вернуть» поражение цели не удалось, возвращаться к пристрелке.

Некоторые выводы

Как следует из вышесказанного, изменений случилось очень много, но одно из них хотелось бы отметить особо. В 1903 г. залповый огонь считался, по сути, экзотикой, каковая могла существовать только в необычных условиях: когда из-за большого расстояния и плохой видимости сколько-нибудь эффективно вести беглый огонь на поражение было невозможно. Тогда, и только тогда, боевой корабль должен был переходить на «пристрелочный» огонь, давая залп из всех орудий, дожидаясь его падения, перезарядки наименее скорострельных пушек и лишь тогда давать следующий залп.

В то же время в 1907 г. залповый огонь, по сути, становился основной формой воздействия на неприятеля – его нужно было использовать как в пристрелке, так и при огне на поражение. Инструкции 1907 г. так определяли характер огня:

1) Залповый – когда все орудия одного борта или часть их, по назначению управляющего огнем, производят один выстрел по сигналу и затем ждут нового сигнала (продолжая заряжание и наводку);

2) Беглый – когда каждое орудие стреляет, когда оно готово к выстрелу;

3) Одиночный – когда назначенное, определенное орудие стреляет по сигналу.

Тактическое деление корабельной артиллерии

Инструкции по морской артиллерии 1907 г. предназначались для наиболее современных броненосцев: другие корабли, такие как крейсера, эсминцы и т.д., которые могли не иметь всего того, чем располагали броненосцы, руководствовались ими «в части, касающейся».

Вся корабельная артиллерия делилась на крупнокалиберную (6-дм и выше) и противоминную.

В организационном плане корабельная артиллерия делилась на плутонги. Однако, в отличие от правил 1903 г., объединение в плутонг артиллерии разных калибров не допускалось – только один калибр. Требование, чтобы орудия одного плутонга имели сходные углы обстрела и могли вести огонь по одной цели, сохранялось, но добавлялось новое – орудия в плутонге группировались так, чтобы его командир имел возможность непосредственного управления их огнем. Иными словами, невозможно было включить в один плутонг далеко отстоящие друг от друга пушки, даже если их секторы обстрела совпадали. В неявном виде это правило действовало и в 1903 г., но теперь оно было прописано прямо.

Артиллерийский огонь делился на:

1) Центральный – когда орудием корабля управляет одно лицо из выбранного им командного поста;

2) Плутонговый – когда огнем орудий плутонгов управляли их командиры;

3) Орудийный – когда огнем орудия управлял сам стреляющий.

По характеру обстрела цели огонь делился на:

1) сосредоточенный – по одной цели;

2) не сосредоточенный – по нескольким целям.

Интересно, что понятие сосредоточенного/несосредоточенного огня не пересекалось с разделением огня в «доцусимских» правилах. В 1907 г. под сосредоточенным огнем понималась ситуация, когда по одной цели ведут огонь все орудия, для которых она находится в пределах их углов обстрела. При этом орудия, для которых это требование не выполнялось, хотя это прямо не сказано, могли вести огонь по иной цели. Несосредоточенным огонь становился лишь тогда, когда орудия, способные стрелять по одной цели, вели огонь по нескольким.


Рассмотрим теперь средства управления артиллерийским огнем.

Наблюдательные посты

Правилами 1903 г. организация наблюдательных постов не запрещалась, но и не регламентировалась, оставаясь, по сути, на усмотрение офицеров корабля. Иное дело – 1907 г.

Наблюдательным постом являлась специальная площадка на мачте, причем она должна была находиться выше грузовой ватерлинии не менее чем на 100 футов (т. е. 30,48 м). Использовался наблюдательный пост в самых разных целях, включая обнаружение подводных лодок, мин заграждения, наблюдения за горизонтом, но в артиллерийской части – для определения расстояний и наблюдением за падением снарядов.

Соответственно, наблюдательный пост должен был комплектоваться:

1) Дальномером и микрометром;

2) Стереотрубой;

3) Приборами управления огнем;

4) Приборами для передачи расстояний, а также приборами передачи наблюдений и телефонами в обе боевые рубки;

5) Переговорными трубами в центральные посты;

6) Секундомером;

7) Механическими счетчиками поправок, принимаемых при стрельбе из судовых орудий.

При этом на каждом наблюдательном посту должен был находиться офицер, дальномерный квартирмейстер и дальномерный, гальванер, сигнальщик и еще один нижний чин к переговорной трубе и телефону.

Командные посты

На «Пересвете» было три командных поста: боевые рубки, носовая и кормовая, и центральный пост. В 1907 г. на современном броненосце таковых полагалось иметь целых пять:

1) Носовая и кормовая боевые рубки;

2) Центральные посты под боевыми рубками;

3) Запасной командный пункт, обычно устраиваемый в носовой 12-дм башне.

При этом в каждой боевой рубке должны были находиться следующие приборы и устройства, относящиеся к артиллерийской части:

1) Прибор для наблюдения за результатами стрельбы (как вариант — стереотруба);

2) Два дальномера;

3) Приборы управления огнем, дающие и принимающие;

4) Артиллерийский телефон;

5) Двойная переговорная труба в носовой центральный пост и одинарная — на марс (где, очевидно, располагался наблюдательный пост);

6) Рулевой прибор кап. 2-го ранга Ивкова (к сожалению, не в курсе, что это такое было);

7) Прибор бокового упреждения;

8) Секундомер;

9) Механические счетчики поправок, принимаемых при стрельбе из судовых орудий;

10) Портфель командира.

В портфеле командира содержались папки с информацией о возможных кораблях-целях, с их названиями, водоизмещением, ходом, изображением силуэтов и профиля корабля с расположением брони, а также с указанием, какие пушки нашего корабля эту броню пробивают, а также секторы обстрела орудий неприятеля.

Разумеется, это далеко не полный перечень всего, что было установлено в боевой рубке, но перечислять приборы и устройства, относящиеся к управлению кораблем, минной части и т. д., полагаю излишним. Однако не могу не отметить одно весьма остроумное решение, тем более что оно к артиллерии относилось прямо.

По верхнему краю внутренней вертикальной кромки брони по каждому борту наносились белым цветом курсовые углы корабля через каждые 5 градусов. При этом 0 град. – направление по диаметральной плоскости в нос, 90 град. – траверз, а 180 град. – соответственно, корма. И по той же кромке проведены разноцветные полосы, каждая из которых означала углы обстрела орудий одного калибра, с указанием судовых номеров этих орудий. Тем самым любому, находящемуся в боевой рубке, становилось видно, в секторе обстрела каких орудий находится цель.

Центральные командные посты

Носовой центральный пост считался основным, в нем находились приборы аналогично боевой рубке, за исключением дальномеров, приборов наблюдения за результатами стрельбы и других, не нужных в силу нахождения центрального поста внутри корабля. При этом, насколько я смог разобраться, носовой центральный пост располагал переговорными трубами, связывающими его со всеми плутонгами. В нем должны были находиться офицер-командир поста, трое рулевых, два гальванера и четверо ординарцев.

В то же время кормовой центральный пост явно считался вспомогательным. В нем не имелось связи переговорными трубами с плутонгами, предусматривалась только переговорная труба, соединяющая его с носовым центральным постом. Кормовым центральным постом также заведовал офицер, но численность нижних чинов была снижена наполовину в сравнении с носовым постом.

Запасной командный пост

Обычно располагался в носовой башне 12-дм и был хуже всех оснащен. Предполагалось, что в башне должна быть организована отдельная рубка для командира корабля, а рубка командира башни должна быть такой, чтобы вмещать прибор для наблюдения за результатами стрельбы. Под «рубками» тут, по всей видимости, понимались броневые колпаки в крыше башни.

Собственного дальномера башне не полагалось – только «микрометр типа Люжоля». Передавать данные из башни следовало посредством штатной переговорной трубы, проложенной в центральный носовой пост. Персонала запасному командному посту не полагалось также – в случае чего в запасной командный пост должны были перейти офицер и нижние чины из боевой рубки или центрального поста.

Плутонговые командные посты

Плутонговый командный пост не считался командным постом по аналогии с боевыми рубками и центральными постами. Тем не менее он оснащался минимальным набором необходимых приборов, которые давали надежду хоть сколько-то эффективно управлять огнем отдельного плутонга, в который входили:

1) Микрометр;

2) Труба Цейса или бинокль с сеткой;

3) Принимающие приборы управления огнем;

4) Телефон;

5) Переговорная труба в центральный пост;

6) Секундомер;

7) Механические счетчики поправок, принимаемых при стрельбе из судовых орудий.

При этом в плутонг, помимо его командира, входили также два нижних чина – гальванер и дальномерный.

Рассмотрим теперь изменения в средствах передачи информации из командных постов в плутонги.

Продолжение следует...