Спутниковые снимки китайских радаров СПРН

Существенных успехов в деле создания и развёртывания противоракетных систем добились азиатские технологически развитые государства: КНР, Республика Корея и Япония. Но каждая из этих стран шла своим путём. В отличие от Кореи и Японии, в Китае радары предупреждения о ракетном нападении и системы ПРО первоначально создавались на основе собственных наработок. Впоследствии после установления дипломатических отношений с США, получения доступа к западным военным технологиям и начала военно-технического сотрудничества со странами НАТО, китайские специалисты серьёзно продвинулись в области создания радиолокационных станций, построенных на современной элементной базе. Существенную роль в этом деле также сыграла китайская разведка.

Создание китайских радиолокаторов предупреждения о ракетном нападении в годы холодной войны

В середине 1960-х между советским и китайским высшим руководством возникли серьёзные идеологические разногласия, что обострило отношения между странами и в итоге привело к вооруженным столкновениям на границе с использованием бронетехники, ствольной артиллерии и РСЗО. В этих условиях обе стороны, совсем недавно заявлявшие о «дружбе на век», всерьёз стали рассматривать возможность полномасштабного военного конфликта, в том числе с применением ядерного оружия. Впрочем, «горячие головы» в Пекине во многом охлаждал тот факт, что СССР имел подавляющее превосходство в количестве ядерных боеголовок и средств их доставки. Имелась реальная возможность нанесения обезглавливающего и обезоруживающего внезапного ракетно-ядерного удара по китайским центрам управления, узлам связи и важным оборонным объектам. Ситуация для китайской стороны усугублялась ещё и тем, что подлётное время советских баллистических ракет средней дальности (БРСД) было очень небольшим. Это затрудняло своевременную эвакуацию высшего китайского военно-политического руководства и крайне ограничивало срок принятия решения об ответном ударе.

В сложившихся неблагоприятных условиях с целью минимизации возможного ущерба в случае ядерной войны в Китае постарались провести максимальную децентрализацию органов военного управления. Не считаясь с экономическими трудностями и крайне низким уровнем жизни населения, в больших масштабах строили очень крупные подземные командные пункты, склады и противоатомные укрытия для военной техники. На ряде авиабаз в скалах были вырублены убежища для тяжелых бомбардировщиков Н-6 (копия Ту-16), которые являлись основными китайскими стратегическими носителями. Также в КНР ударными темпами совершенствовались ядерные заряды и средства их доставки.

Испытание китайской ядерной бомбы, пригодной для практического использования, было проведено 14 мая 1965 года (мощность взрыва 35 кт), а первый испытательный сброс термоядерного взрывного устройства с бомбардировщика Н-6 произошёл 17 июня 1967 года (мощность взрыва более 3 Мт). КНР стала четвёртой в мире термоядерной державой после СССР, США и Великобритании. Промежуток времени между созданием в Китае атомного и водородного оружия оказался меньшим, чем в США, СССР, Великобритании и Франции.

Однако эти достижения во многом обесценивались китайскими реалиями тех лет. Основная сложность заключалась в том, что в условиях «Культурной революции», приведшей к спаду промышленного производства, резкому снижению технической культуры, крайне негативно сказавшемуся на качестве высокотехнологичной продукции, было очень трудно создавать современную авиационную и ракетную технику. Кроме того, в 1960–1970-е годы Китай испытывал острый дефицит урановой руды, необходимой для производства ядерных боеголовок. В связи с чем, даже при наличии необходимого числа носителей, возможности китайских стратегических ядерных сил (СЯС) оценивались невысоко.

Крупным недостатком китайских БРСД и МБР, разработанных в 1960–1970-е годы, была их неспособность участвовать в ответно-встречном ударе из-за необходимости длительной предстартовой подготовки. К тому же китайские ШПУ по уровню защищённости от поражающих факторов ядерного оружия значительно уступали советским и американским ракетным шахтам, что делало их уязвимыми для внезапного «обезоруживающего удара». Однако следует признать, что создание и принятие на вооружение «Вторым артиллерийским корпусом» баллистических ракет шахтного базирования DF-4 и DF-5 стало значительным шагом вперёд в деле укрепления китайских СЯС и являлось одной из причин создания вокруг Москвы системы противоракетной обороны А-35, способной защитить от ограниченного числа баллистических ракет.

В связи с малым числом развёрнутых БРСД и МБР, в КНР на одну шахту с ракетой, поставленной на боевое дежурство, приходилось до десятка ложных позиций. Поверх оголовка реальной шахты строились бутафорские быстро сносимые здания. Это должно было затруднить вскрытие координат реальной ракетной позиции средствами спутниковой разведки. Стоит сказать, что такой подход сохраняется до сих пор, хотя в современных реалиях это очень наивный способ ввести в заблуждение разведывательные службы технологически развитых государств, в распоряжении которых имеются спутники визуальной разведки с ночным каналом высокого разрешения и космические аппараты, способные осуществлять качественную радиолокационную съёмку.

В силу ряда причин многие российские граждане считают, что в КНР совсем недавно озаботились разработкой радиолокаторов СПРН и перехватчиков системы ПРО, и никакого опыта в данной области китайские специалисты не имеют. На самом деле это совсем не так: первые попытки создания радиолокаторов, призванных фиксировать боевые блоки баллистических ракет и средств поражения боеголовок баллистических ракет, в Китае были предприняты в середине 1960-х годов.

В 1964 году официально была запущена программа создания национальной ПРО КНР, известная как «Проект 640». Согласно информации, опубликованной в официальных китайских источниках, инициатором этого проекта был Мао Цзэдун, который выражал озабоченность относительно уязвимости Китая от ядерной угрозы и заявил по этому поводу:


К разработке противоракетной системы, которая на первом этапе должна была защитить от ракетно-ядерного удара Пекин, привлекли специалистов, прошедших обучение и стажировку в Советском Союзе. Однако в ходе «Культурной революции» значительная часть китайской научно-технической интеллигенции была подвергнута репрессиям, из-за чего проект забуксовал. Ситуация потребовала личного вмешательства Мао Цзэдуна, и после совместного совещания высшего партийного и военного руководства, в котором принимали участие более 30 высокопоставленных учёных, премьер Чжоу Эньлай утвердил создание «Второй академии», на которую возложили ответственность за создание всех элементов системы ПРО. В рамках академии в Пекине был образован «210-й институт», специалисты которого должны были создать противоракетное и противоспутниковое оружие. Радиолокационные средства, аппаратура связи и отображения информации находились в ведении «14-го института» (Нанкинский институт электронной техники).

Для построения даже локальной системы противоракетной обороны потребовалось создание надгоризонтных и загоризонтных радиолокаторов, необходимых для своевременного обнаружения боеголовок баллистических ракет. Кроме того, были нужны радары, способные осуществлять непрерывное сопровождение целей в зоне ответственности и сопряженные с ЭВМ для вычисления траекторий боевых блоков БРСД и МБР, без чего невозможно точное наведение ракет-перехватчиков.

В 1970 году в 140 км к северо-западу от Пекина началось строительство РЛС СПРН Type 7010. Радар с фазированной антенной решеткой размерами 40х20 метров, размещённой на склоне горы Хуанянг, на высоте 1600 метров над уровнем моря, предназначался для контроля космического пространства со стороны СССР. Также планировалось строительство ещё двух однотипных станций в других районах КНР, но ввиду высокой стоимости радиолокационного комплекса Type 7010 реализовать это не удалось.


Аппаратная часть радиолокационной станции Type 7010 находилась в массиве горы, а антенна, ориентированная в северо-западном направлении, располагалась на её склоне.


РЛС, работающая в частотном диапазоне 300-330 МГц, имела импульсную мощность 10 МВт и дальность обнаружения около 4000 км. Сектор обзора составлял 120°, угол места 4–80°. Станция была способна сопровождать одновременно 10 целей. Для расчёта их траекторий использовалась ЭВМ DJS-320.

Станция была введена в строй в 1974 году. Помимо несения боевого дежурства РЛС Type 7010 участвовала в различных экспериментах и успешно фиксировала испытательные и опытно-тренировочные пуски китайских баллистических ракет. Свои достаточно высокие возможности радар продемонстрировал в 1979 году, когда расчёты РЛС Type 7010 и Type 110 смогли точно рассчитать траекторию и время падения обломков выведенной из эксплуатации американской орбитальной станции Skylab. В 1983 году при помощи РЛС СПРН Type 7010 китайцы предсказали время и место падения советского ИСЗ «Космос-1402». Это был аварийный спутник морской системы радиолокационной разведки и целеуказания «Легенда».

Однако наряду с достижениями имелись и проблемы — ламповая аппаратура РЛС Type 7010 оказалась не слишком надёжной, весьма затратной и сложной в эксплуатации. Для сохранения работоспособности электронных блоков воздух, подаваемый в подземные помещения, приходилось избавлять от излишней влаги. Хотя к РЛС СПРН была проведена линия электропередач, при работе станции для большей надёжности энергоснабжение осуществлялось от дизельных энергогенераторов, потреблявших много топлива.

РЛС Type 7010 находилась в работе до конца 1980-х годов, после чего она была законсервирована. Во второй половине 1990-х начался демонтаж основного оборудования. К тому моменту станция, построенная на электровакуумных приборах, безнадёжно устарела.

В паре с радаром СПРН Type 7010 должна была работать РЛС Type 110 с подвижной параболической антенной, предназначенная для сопровождения вражеских боеголовок и точной выдачи целеуказания системам ПРО.


Двухдиапазонный моноимпульсный радар, работающий на частотах 250–270 МГц и 1–2 ГГц, был запущен в опытную эксплуатацию 1971 году в горной части южной провинции Юньнань. Окончательный ввод РЛС Type 110 в строй состоялся в 1977 году. В ходе эксплуатации эта станция продемонстрировала способность точно отслеживать баллистические ракеты и сопровождать космические аппараты на околоземной орбите.

В начале 1980-х началась эксплуатация радиолокаторов, известных на Западе как REL-1 и REL-3. Эти станции, работающие в диапазоне частот 1220–1350 МГц, построены с использованием наработок, полученных в ходе проектирования и эксплуатации РЛС Type 110. Помимо баллистических ракет РЛС REL-1 и REL-3 были способны отслеживать высотные аэродинамические цели на дистанции более 400 км. Дальность обнаружения объектов в ближнем космосе — около 1000 км.


Станции REL-1 и REL-3 обычно эксплуатировались на стационарных радиолокационных постах в комплексе с радарами других типов. РЛС REL-1/3, развёрнутые в автономном районе Внутренняя Монголия и в провинции Хэйлунцзян, контролировали российско-китайскую границу. Радар REL-1 в Синьцзян-Уйгурском автономном районе был нацелен на спорные участки китайско-индийской границы. Хотя по дальности обнаружения баллистических ракет эти станции уступали узкоспециализированным надгоризонтным РЛС СПРН, они, будучи развёрнутыми вблизи ракетоопасных направлений, отчасти компенсировали слабость китайской СПРН в 1980–1990-е годы.


Более 10 лет назад РЛС REL-1 и REL-3 были выведены из эксплуатации и заменены современными радарами.

Современные китайские РЛС СПРН

С момента создания первых китайских радаров СПРН прошло более 50 лет, и за это время разработчики накопили серьёзный опыт, создав ряд станций, воплощённых в металле и поставленных на боевое дежурство. В настоящее время в КНР проблематикой своевременного обнаружения пусков баллистических ракет и слежения за объектами на околоземных орбитах занимается ряд научно-исследовательских организаций. Основными разработчиками китайской системы раннего обнаружения и космического наблюдения являются: 14-й Исследовательский институт (Пекин), Китайская академия наук (Пекин), Китайская академия космических технологий (CAST) (Пекин), Шанхайский институт спутниковой инженерии (Шанхай), Юго-Западный Китайский научно-исследовательский институт электронного оборудования (Чэнду), Сианьский институт космической радиотехники (Сиань).

В конце 1980-х – начале 1990-х продолжилось развёртывание китайских передовых радиолокационных постов, предназначенных для контроля потенциально опасных направлений. Помимо непосредственной фиксации возможной атаки с советской территории, китайских специалистов интересовали ракетные испытания, осуществляемые на полигонах в Казахстане. Если станции, направленные на северного соседа, строились в равнинной местности, то для контроля пусков со стороны Индии радары размещали на вершинах тибетских гор.

В 1989 году в нескольких километрах западней селения Реба, в Тибетском автономном районе Китая, на высоте 4750 метров над уровнем моря началось строительство крупного радиолокационного поста. В 2010 году к двум стационарным радарам под куполом, защищающим от сурового климата Тибета, добавился ещё один, а также капитальное сооружение в виде усечённой пирамиды, размером у основания 25х25 м.


Первоначально в этом месте были стационарно развёрнуты РЛС дециметрового диапазона YLC-4, предназначенные для обнаружения аэродинамических и баллистических целей на средней и большой высоте, на дальности до 450 км. Под третьим куполом, появившимся в 2019 году, скорее всего, находится трёхкоординатный радар JYL-1 с ФАР.

Примерно 12 лет назад введён в эксплуатацию аналогичный объект, расположенный в высокогорье в 5 км северней города Шаннан в Тибетском автономном районе Китая.


В 2013 году недалеко от поселка Зангзугулин, на горной вершине высотой 5180 м, в 4 км от границы с Бутаном появились радиопрозрачные купола крупных радиолокаторов и две антенные решётки, смотрящие в сторону Индии.


Таким образом, можно констатировать, что Китай разместил на ограниченной по площади территории, в непосредственной близости от границы с Индией и Бутаном несколько крупных радиолокационных узлов, способных осуществлять обнаружение самолётов, крылатых и баллистических ракет. Строительство радиолокационных станций и сопряженных с ними коммуникационных центров в высокогорье является очень сложным и затратным делом. Однако с учетом того, что Индия обладает ракетно-ядерным оружием, китайское высшее военно-политическое руководство, не считаясь с трудностями и дороговизной, решило это направление держать под постоянным контролем.

Для замены устаревшего радара Type 7010 в провинции Хэйлунцзян в 30 км к западу от города Шуанъяшань в середине 1990-х была построена новая станция СПРН, контролирующая северное направление.


По внешнему виду это современный радиолокатор с активной фазированной решеткой, похожей на AФАР американской станции AN/FPS-123 Pave PAWS.


Точные характеристики радара неизвестны, но по западным данным, он работает в частотном диапазоне 8–10 ГГц и имеет дальность обнаружения более 5000 км. Под контролем этого радиолокатора находится практически весь российский Дальний Восток и Восточная Сибирь.

В провинции Чжэцзян, в 100 км западней города Ханчжоу на восточном отроге горного хребта, на высоте 1350 метров построен ещё один радиолокационный пост с двумя надгоризонтными радарами СПРН.


В направлении Формозского пролива работает один из крупнейших китайских радарных комплексов, расположенный в 30 км к югу от города Цюаньчжоу, в провинции Фуцзянь, на высоте 750 м над уровнем моря. Комплекс удалён от побережья Тайваня всего на 210 км. Полная функциональная готовность была достигнута в 2022 году.


Западные источники пишут, что помимо РЛС, предназначенных для контроля воздушной обстановки и укрытых радиопрозрачными сферическими куполами, здесь работает радар СПРН, ориентированный на юго-восток и контролирующий ближний космос вплоть до побережья Австралии. Судя по наличию в этом районе сферических обтекателей небольшого размера, кроме радиолокаторов здесь также имеются антенны спутниковой связи. Это даёт возможность в реальном режиме времени транслировать полученную информацию на вышестоящие командные пункты и оперативно выдавать целеуказание станциям наведения систем ПРО и ПВО.

В 2017 году стало известно, что в провинции Шаньдун на востоке страны в составе ещё одного радиолокационного комплекса введена в строй РЛС с АФАР, укрытая в радиопрозрачном обтекателе диаметром 30 метров.


Радиолокатор с антенной, состоящей из нескольких тысяч приёмо-передающих модулей, контролирует воздушное и космическое пространство над Корейским полуостровом.

После свержения иранского шаха Мохаммеда Ризы Пахлеви в январе 1979 года были ликвидированы американские разведывательные станции на территории Ирана. В связи с этим американцы предложили создать в Китае посты для наблюдения за советскими ракетными испытаниями, проводимыми в Казахстане. В советское время в этой союзной республике находился полигон ПРО Сары-Шаган и космодром Байконур, где помимо запуска ракет-носителей велись испытания баллистических ракет и противоракетных систем. Официальное соглашение между Вашингтоном и Пекином было заключено в 1982 году.

Первоначально США предлагали разместить американские станции на китайской территории на условиях аренды. Китайское руководство настояло на том, чтобы объекты совместного использования находились под управлением КНР, и операция проходила в условиях полной секретности. Американские разведывательные станции базировались в Корла и Цитай. Ракетные пуски отслеживались с помощью радиолокаторов и путём перехвата радиосигналов телеметрии. После событий на площади Тяньаньмэнь в 1989 году китайско-американское сотрудничество в данном направлении было свёрнуто, но разведывательные станции, функционировавшие теперь только в интересах Китая, продолжили свою работу.

В 2008 году на южной окраине города Корла в Синьцзян-Уйгурском автономном районе начала функционировать новая РЛС СПРН с АФАР. Широкой публике об этом стало известно из репортажа китайского телеканала CCTV-4.


Уникальной особенностью этой станции стало размещение её на поворотной платформе, благодаря чему имеется возможность кругового обзора. Нижнее основание антенны имеет размер около 18 м. Согласно экспертным оценкам, дальность обнаружения боевых блоков МБР может составлять 4000 км.


Радар, работающий в дециметровом частотном диапазоне, способен работать в режиме обнаружения и выдавать точное целеуказание системам противоракетной обороны. Судя по спутниковым снимкам, после ввода в эксплуатацию примерно 50 % всего времени антенна РЛС в Корла была ориентирована в южном направлении, контролируя зону над Индией и акваторию Индийского океана. Остальное время радиолокатор повёрнут на северо-запад и на север.


В конце 2021 – начале 2022 года велись масштабные работы по модернизации, и перерыв в работе станции составил несколько месяцев. На спутниковом снимке рядом с радаром видна строительная техника и складированные материалы.

Китайские загоризонтные радиолокаторы

В конце 1960-х в КНР начались работы по созданию загоризонтных радиолокаторов, которые первоначально предназначались для обнаружения крупных морских целей. Опытную станцию с длиной антенны 2300 метров построили во второй половине 1970-х. Однако ввиду несовершенства радиоэлементной базы добиться стабильной работы радиолокатора не удалось. Следующий этап работ в этом направлении стартовал в 1986 году, после того как китайские специалисты получили доступ к западным технологиям. Первая ЗГРЛС в Китае вступила в строй в 2003 году, сейчас в распоряжении НОАК имеется пять таких станций.

В глубине территории КНР на удалении примерно в 950 км от побережья, северней и южней города Сянъян, в провинции Хубэй, находятся элементы гораздо более крупной загоризонтной радиолокационной станции. Приемная и передающая антенны этого радара разнесены друг от друга приблизительно на 110 км. Так же как и ЗГРЛС, размещённые на побережье, эта установка ориентирована на юго-восток. Американские радиолюбители на западном побережье США регулярно регистрируют характерные повторяющиеся импульсные сигналы в диапазоне частот 5,8–14,5 МГц.


В составе передающего центра есть три группы антенных решеток, которые работают в трёх разных частотных диапазонах, что позволяет выбирать оптимальную длину волны в зависимости от времени суток и состояния атмосферы.

Приёмные сооружения этой ЗГРЛС находятся в 80 км юго-западней города Сянъян в провинции Хубэй.


Сооружения ЗГРЛС в провинции Хубэй имеют очень значительные размеры. Длина антенных полей передатчика превышает 700 м, а приёмных — около 3000 м. Согласно экспертным оценкам, эта станция может просматривать пространство в секторе 120 градусов, а дальность обнаружения целей на больших высотах превышает 3500 км. Ещё одна такая станция, построенная в районе Внутренняя Монголия, смотрит на северо-запад.

Китайские официальные лица не комментирует назначение загоризонтных радиолокаторов, но, по мнению зарубежных экспертов, радар в провинции Хубэй функционально сходен с советскими станциями типа «Дуга», входившими в систему СПРН СССР. «Двухскачковые» станции, работавшие в КВ-диапазоне, были способны в благоприятных условиях видеть высотные воздушные цели и стартующие баллистические ракеты на дальности 3000–5000 км.

Три стационарных загоризонтных радиолокатора метрового диапазона размещены на побережье, вдоль Тайваньского пролива. Это бистатические радары с антеннами, разнесёнными друг от друга на дистанцию 600–2000 м.


Китайские радары, развёрнутые на побережье, в основном предназначены для слежения за крупными надводными объектами, но могут работать и по воздушным целям, а также фиксировать запуск баллистических ракет с подводных лодок, находящихся в погруженном состоянии.


Впрочем, стоить отметить, что при всех своих плюсах ЗГРЛС не являются решением на все случаи жизни, помимо достоинств у них имеется масса недостатков, и их использование является оправданным в сочетании с другими средствами раннего обнаружения. Возведение и содержание таких радаров является весьма затратным. Их возможности напрямую связаны с состоянием атмосферы и погодными условиями. Загоризонтные радиолокаторы не способны выдавать точное целеуказание по воздушным целям и, по сути, являются системами мирного времени, которые в силу стационарного размещения и очень значительных размеров крайне уязвимы к средствам воздушного нападения.

Продолжение следует...