Металл войны: как зависимость от вольфрама делает армии уязвимыми

Есть вещества, о которых широкая публика не задумывается до тех пор, пока не грянет канонада. Вольфрам — одно из них. Его название переводится с немецкого как «волчья пена»: средневековые рудокопы замечали, что при плавке олова этот тяжёлый порошок «пожирает» металл, как волк ягнёнка. С тех пор прошло пять столетий, но связь вольфрама с разрушением не только не ослабла — она окрепла до степени, когда этот элемент стал одним из критически важных ресурсов современного военно-промышленного комплекса. Точка на периодической таблице под номером 74 превратилась в геополитическую ось, вокруг которой вращаются вопросы национальной безопасности, экономической устойчивости и стратегического превосходства.

Что делает вольфрам незаменимым

Плотность. Твёрдость. Температура плавления. Три параметра, три фундаментальных свойства, которые определяют судьбу металла.

Плотность вольфрама составляет 19,25 г/см³ — он тяжелее почти всех металлов, кроме осмия и иридия, которые в промышленных масштабах практически не используются. Для сравнения: сталь имеет плотность около 7,8 г/см³, свинец — 11,3 г/см³. Вольфрам почти в 1,7 раза тяжелее свинца и в 2,5 раза — стали. Это означает, что при одинаковом объёме он несёт в себе значительно бо́льшую кинетическую энергию — а значит, пробивает больше.

Твёрдость по шкале Мооса — от 7,5 до 8, что сопоставимо с топазом и почти достигает корунда. Ни один другой ковкий металл не обладает сочетанием такой твёрдости с такой плотностью.

Температура плавления — 3422 °C. Выше, чем у любого другого металла. Это делает вольфрам незаменимым там, где нужно выдерживать экстремальный термический стресс: в соплах ракетных двигателей, в наконечниках артиллерийских снарядов, пробивающих броню, в элементах авиационных турбин. Когда снаряд врезается в стальной лист на скорости полутора километров в секунду, температура в точке контакта мгновенно поднимается до тысяч градусов. Свинец расплавится. Сталь деформируется. Вольфрам продолжит пробивать.

Где рождается вольфрам

Китай: безусловный гегемон
Китай контролирует мировой вольфрам так же, как Саудовская Аравия контролирует нефть. По данным Геологической службы США (USGS), запасы вольфрама в мире составляют около 4,6 миллиона тонн. Из них на долю Китая приходится примерно 2,4 миллиона тонн — более 52 процентов мировых запасов. Но если говорить о добыче, картина ещё более однозначна: Китай обеспечивает от 75 до 82 процентов мирового производства вольфрамового концентрата ежегодно.


Такая концентрация — не случайность, а результат геологии, истории и осознанной государственной политики. Китайские месторождения в провинциях Цзянси, Хунань и Гуандун содержат одни из крупнейших и наиболее разработанных залежей вольфрамовых руд в мире. Параллельно Пекин на протяжении десятилетий проводил политику контроля экспорта: введены квоты, экспортные пошлины и лицензирование. Вольфрам, по сути, стал инструментом стратегического давления — не менее действенным, чем контроль над редкоземельными элементами.

Вторые и третьи
За пределами Китая расклад таков. Вьетнам обладает запасами порядка 100 тысяч тонн и является вторым крупнейшим производителем. Россия — третья: балансовые запасы оксида вольфрама в Российской Федерации составляют около 1,3 миллиона тонн, однако текущий объём добычи невелик в сравнении с потенциалом. По данным ТАСС, все проектные мощности по добыче вольфрама в России могут быть введены в строй к 2030 году, а к этому сроку годовой объём производства оксида вольфрама должен вырасти на 18 тысяч тонн за счёт начала разработки новых месторождений.

Боливия, Австрия, Португалия, Испания, Южная Корея, Великобритания — все эти страны имеют собственные месторождения, но их доля в мировой добыче скромна. Для стран НАТО и их союзников ситуация выглядит тревожно: собственная сырьевая база не покрывает потребностей, и зависимость от китайских поставок остаётся структурной уязвимостью.

США: зависимость без добычи
Соединённые Штаты не ведут коммерческой добычи вольфрама уже более десятилетия. Последние значительные американские шахты были закрыты ещё в начале 2010-х годов в условиях конкуренции с дешёвым китайским импортом. Сегодня страна, располагающая самым мощным военно-промышленным комплексом в мире, вынуждена полагаться на импорт и переработку вторичного сырья — около 30 процентов потребления вольфрама в США приходится на рециклинг.

Для военной державы, расходующей вольфрам в бронебойных снарядах, ракетных соплах и элементах авиационных турбин, это структурная уязвимость, которая с каждым конфликтом становится всё более ощутимой.

Металл на войне

Бронебойные снаряды: ядро пробивания
Главная военная специализация вольфрама — это бронебойные оперённые подкалиберные снаряды, или БОПС. Именно они составляют основу арсенала современных танковых пушек калибра 120 и 125 мм.

Принцип работы БОПС прост и жесток: длинный тонкий сердечник из тяжёлого сплава — вольфрамового или уранового — разгоняется до скорости порядка 1500–1750 м/с и ударяет по броне минимальной площадью сечения. Чем выше плотность сердечника, тем больше его кинетическая энергия в пересчёте на единицу площади, тем глубже он проникает. Вольфрам идеален для этой задачи.


Западные армии используют оба варианта — вольфрам и обеднённый уран. Британские снаряды серии L27 и часть американских боеприпасов содержат обеднённый уран, обладающий дополнительным «пирофорным» эффектом: при пробитии брони он самовоспламеняется, образуя облако радиоактивной пыли внутри боевой машины. Однако урановые снаряды вызывают политические и экологические споры. Вольфрамовые сердечники лишены этого недостатка, что делает их предпочтительным вариантом для экспортных поставок и для стран, не готовых нести репутационные издержки обеднённого урана.

Немецкие DM63, американские M829A3/A4, израильские M322 — все эти снаряды в своих вольфрамовых модификациях используют карбид вольфрама или сплавы на его основе. Каждый выстрел — это от 3 до 5 килограммов чистого вольфрама, уходящего в ствол.

Осколочно-фугасные и противокорабельные системы
Бронебойные снаряды — лишь часть картины. Вольфрамовые сплавы используются в осколочных боевых частях управляемых ракет, в противокорабельных системах, в элементах кассетных боеприпасов. Осколок из вольфрамового сплава при взрыве сохраняет кинетическую энергию на значительно бо́льших расстояниях, чем стальной или свинцовый. Для поражения живой силы, лёгкобронированной техники и авиации на стоянках это критически важно.

Ракетная техника и авиация
Высокотемпературные свойства вольфрама делают его незаменимым в соплах реактивных двигателей, в элементах газовых турбин авиадвигателей, в обшивке гиперзвуковых аппаратов, где трение о воздух разогревает поверхность до температур, недоступных для любого другого конструкционного материала. Сплавы на основе вольфрама с рением и молибденом применяются в турбинных лопатках, работающих при температурах выше 1500 °C.

Противоракетная оборона
Этот аспект менее очевиден, но не менее важен. Элементы систем противоракетной обороны, включая кинетические перехватчики, используют вольфрамовые компоненты в конструкциях, обеспечивающих максимальную пробивную способность при столкновении с боеголовкой противника на встречных курсах, где суммарная скорость может достигать нескольких километров в секунду.

Рынок: взлёт на фоне тревог

Рынок вольфрама переживает период беспрецедентного роста. По данным Fastmarkets, цена ферровольфрама (75% W) на складе в Роттердаме в начале 2026 года достигла 200–210 долларов за килограмм вольфрама — по сравнению с 45–46 долларами за килограмм всего несколькими годами ранее. Это рост в 4–4,5 раза.

На китайском внутреннем рынке картина аналогична. Цены на карбид вольфрама (порошок, ≥99,7%) выросли до 940 юаней за килограмм — увеличение на 213 процентов с начала года. Пара троксид вольфрама (APT) подскочил примерно до 950 тысяч юаней за тонну. Вольфрамит reached 642 тысяч юаней за тонну. Вольфрамовый порошок превысил 1500 юаней за килограмм.

Объём мирового рынка вольфрама в 2025 году, по оценкам Research Nester, превысил 5,26 миллиарда долларов США. К 2035 году прогнозируется рост до 11,25 миллиарда — более чем двукратное увеличение за десятилетие.

Три основных драйвера стоят за этим ценовым ралли.

Во-первых, геополитическая напряжённость. Конфликты на Ближнем Востоке, продолжение боевых действий в Восточной Европе, наращивание военных бюджетов по всему миру — всё это создаёт спрос на боеприпасы, а следовательно, на сырьё для их производства. Война стала главным потребителем вольфрама, обогнав промышленность и гражданское машиностроение.

Во-вторых, ограничения со стороны Китая. Пекин последовательно ужесточает экспортный контроль над стратегическими ресурсами, включая вольфрам. Лицензирование, квотирование, экспортные пошлины — инструментарий, знакомый по редкоземельным элементам, применяется и к вольфраму. Западные страны вынуждены искать альтернативные источники и развивать переработку вторичного сырья: в США уже около 30 процентов потребления вольфрама обеспечивается за счёт вторичной переработки.

В-третьих, технологический рост. Переход к возобновляемой энергетике, электромобили, полупроводниковая промышленность — все эти отрасли используют вольфрам в различных формах. Совокупный спрос растёт, а предложение отстаёт.

Один из немногих сдерживающих факторов на рынке — развитие технологий рециклинга. Компания CERATIZIT, один из крупнейших мировых производителей твёрдых сплавов, в 2024 году достигла уровня переработки вольфрама в 91 процент. Это означает, что из отработанных инструментов и боеприпасов можно извлечь подавляющую часть ценного металла. Однако вторичная переработка не способна полностью компенсировать растущий спрос — она лишь замедляет дефицит.

Иранский конфликт 2025–2026: стресс-тест для запасов

Ирано-американский конфликт, разразившийся в феврале 2026 года, стал самым масштабным стресс-тестом для вольфрамовых supply chain со времён Второй мировой войны. Как писал Foreign Policy, «каждая ракета, выпущенная по Ирану, сжигает запасы вольфрама США».

Операция «Эпическая ярость», начатая американскими силами против Ирана, потребовала колоссального расхода боеприпасов. Бронебойные снаряды для танковых пушек, ракетные сопла для крылатых ракет, элементы систем противоракетной обороны — все эти системы используют вольфрамовые компоненты. Чем дольше продолжается конфликт, тем глубже проникает проблема дефицита в цепочку поставок.

Аналитики и отраслевые эксперты предупреждают, что американские операции стремительно истощают боеприпасы, которые зависят от материалов вроде вольфрама, которые «невозможно немедленно восполнить или легко заменить».

Ценовой взрыв: плюс 500 процентов

После начала конфликта цены на вольфрам взлетели более чем на 500 процентов. Эксперт Крис Берри из House Mountain Partners охарактеризовал ситуацию так:

Пини Альтаус, управляющий партнёр Cove Capital — американской горнодобывающей инвестиционной компании — назвал ситуацию «отчаянной». Его фирма планирует построить завод по добыче и переработке вольфрама в Казахстане при поддержке правительства США.

Накануне начала операций против Ирана Пентагон, по данным Reuters, обратился к горнодобывающим компаниям с просьбой помочь укрепить внутренние запасы критических минералов, включая вольфрам. Точное содержание стратегических запасов Пентагона засекречено, но масштаб запроса указывает на остроту проблемы.

Граселин Баскаран, директор программы критической минеральной безопасности в Центре стратегических и международных исследований, подчеркнула:


Кризис был усугублён тем, что незадолго до иранского конфликта, в конце 2025 года, Пекин ввёл собственный экспортный контроль на вольфрам и другие минералы — в ответ на тарифы администрации Трампа на китайскую продукцию. Это вызвало «цепную реакцию» на рынке: цены подскочили ещё до начала боевых действий, а иранский конфликт лишь подлил масла в огонь.

Кайл Чан, эксперт по китайской промышленной политике из Института Брукингса, предупредил: «Продолжающиеся действия США в иранской войне только усиливают рычаг давления Пекина на Вашингтон по вопросу редкоземельных элементов. Это делает проблему, от которой США хотели уйти, почти ещё более серьёзной — потому что теперь откуда мы будем получать иттрий, неодим или диспрозий, необходимые для ракетных систем?»

Американский ответ: запасы, Казахстан и Невада

Администрация Трампа предприняла беспрецедентные меры для укрепления минеральной безопасности. Был объявлен стратегический запас критических минералов на 12 миллиардов долларов, вложены значительные средства в отечественные горнодобывающие проекты, приняты доли участия во многих частных компаниях. На международном уровне Вашингтон искал партнёрства по минералам с десятками стран и продвигал создание глобального торгового блока по критическим минералам.

С вольфрамом администрация Трампа сделала конкретную ставку. Было поддержано соглашение между Cove Capital и правительством Казахстана — американская фирма должна построить завод по добыче и переработке вольфрама в Центральной Азии. Это относительно незнакомая территория для американского бизнеса, но стратегически важная.


Пентагон выделил 6,2 миллиона долларов компании Golden Metal Resources на разработку вольфрамового проекта в штате Невада. Golden Metal Resources является дочерней компанией Guardian Metal Resources, которая вышла на Нью-Йоркскую фондовую биржу в конце марта 2026 года.

Ограничения с 2027 года

С 1 января 2027 года вступают в силу ограничения Министерства обороны США на источники закупок вольфрама для оборонных цепочек поставок — часть усилий по сокращению зависимости от иностранных конкурентов, таких как Китай. Это означает, что все производители вооружений, работающие с Пентагоном, будут обязаны доказывать происхождение вольфрама — и это происхождение не должно быть связано с Китаем.

Для всех этих мер есть общий ограничитель: время. Крис Берри из House Mountain Partners признал, что пройдут годы, прежде чем Соединённые Штаты увидят «цепочку поставок вольфрама или критическую массу вольфрамового материала, которая каким-либо образом не касается Китая».

Пини Альтаус добавил:

Это означает, что как только существующие запасы вольфрама в США будут истощены, они могут оставаться таковыми долго. Каждая ракета, выпущенная в рамках операции «Epic Fury», — это не просто расход боеприпаса. Это шаг к стратегической уязвимости, которую невозможно восполнить ни в этом, ни в следующем году.

Геополитика тяжёлого металла

Вольфрам — это не просто сырьё. Это инструмент силы. Страна, контролирующая поставки вольфрама, контролирует способность других стран производить современные вооружения. Страна, обладающая собственными запасами и технологиями переработки, обладает стратегической автономией.

Ситуация с вольфрамом во многом повторяет логику нефтяного рынка XX века, но с одним важным отличием: альтернатив нефти — электромобили, солнечная энергия, водород — хоть и медленно, но появляются. Альтернативы вольфраму в военном деле практически нет. Обеднённый уран — да, но он политически токсичен. Свинец — слишком мягок. Осмий и иридий — слишком редки и дороги. Вольфрам остаётся единственным материалом, который сочетает высочайшую плотность, твёрдость, температурную стойкость и приемлемую стоимость.

Вольфрам — металла войны не потому, что он рождён для разрушения. Он рождён для того, чтобы выдерживать экстремальные условия — высокие температуры, колоссальные нагрузки, предельные скорости. Но именно эти свойства делают его незаменимым в военном деле. И пока человечество не изобрело способа вести войны без бронебойных снарядов, ракетных двигателей и кинетических перехватчиков, вольфрам будет оставаться тем самым «волчьим металлом», который определяет расклад сил.

Объём мировых запасов — 4,6 миллиона тонн. Контроль Китая — более половины. Цены — на исторических максимумах. Спрос — растущий. Иранский конфликт — наглядное свидетельство того, как быстро запасы могут иссякнуть.