Молдова сжигает мосты

Второго апреля 2026 года в парламентском зале Кишинева произошло событие, которое формально является юридической процедурой, но по сути представляет собой точку невозврата. Шестьдесят депутатов правящей коалиции проголосовали за денонсацию Соглашения о создании СНГ, Протокола к нему и Устава организации. Двадцать шесть парламентариев из числа коммунистов, социалистов, «Нашей партии» и «Альтернативы» голосовали против. Но их голоса ничего не решили. Молдова официально запустила механизм выхода из Содружества Независимых Государств.

Страна станет третьей на этом пути после Грузии, покинувшей организацию в две тысячи девятом году, и Украины, никогда не бывшей полноценным членом. Теперь из бывших советских республик в СНГ остаются восемь государств. Статистика безжалостна: каждый новый выход делает Содружество всё менее содружественным.

Путь длиною в четыре года

Формально процесс начался в марте 2022 года, когда Молдова подала заявку на вступление в Европейский союз. С этого момента Кишинев перестал участвовать в заседаниях СНГ и Евразийского экономического союза, где республика сохраняла статус наблюдателя. В две тысячи двадцать третьем году был запущен выход из Межпарламентской ассамблеи СНГ. К началу 2024 года молдавские власти объявили об отказе от ста девятнадцати из двухсот восьмидесяти двух действующих соглашений в рамках Содружества.

Министр иностранных дел Михай Попшой девятнадцатого января 2026 года официально объявил о запуске процедуры денонсации. Правительство одобрило решение в середине марта. Первое чтение в парламенте законопроекты прошли двадцатого марта. Второе, окончательное чтение состоялось второго апреля. Президент Майя Санду подпишет документы, после чего они будут направлены в Исполнительный комитет СНГ. Ровно через двенадцать месяцев, в соответствии с Венской конвенцией о праве международных договоров, членство Молдовы в Содружестве прекратится окончательно.

На данный момент денонсировано семьдесят соглашений из двухсот восьмидесяти трёх. Ещё около шестидесяти находятся в процессе денонсации. Но власти подчёркивают: договоры экономического и социального характера, которые приносят реальную выгоду, будут сохранены. Кишинев намерен продолжать отношения со странами СНГ на двусторонней и многосторонней основе. По сути, речь идёт о стратегии, которую уже опробовала Грузия: выйти из организации, но оставить в силе полезные соглашения.

В официальном заявлении парламента содержится ключевая формулировка:

Именно так, без оговорок и альтернатив.Евроинтеграция объявлена единственным вектором развития, а разрыв с постсоветскими структурами рассматривается как её необходимое условие.

Голоса оппозиции

Коммунисты и социалисты выступили против. Экс-президент Владимир Воронин назвал решение «предательством» по отношению к гражданам Молдовы, особенно к тем, кто работает в России. Его слова звучат тревожно и конкретно:

Критики указывают на несколько уязвимых точек. Первая и главная: сотни тысяч молдавских граждан трудятся в России и других странах СНГ. Выход из Содружества может поставить под вопрос безвизовый режим и механизм взаимного признания документов. Люди, десятилетиями налаживавшие свою жизнь в этих странах, рискуют столкнуться с бюрократическими барьерами, о существовании которых давно забыли.

Вторая точка боли: сельское хозяйство. Молдавские производители теряют не только выгодный рынок сбыта продукции, но и возможность приобретать удобрения по льготным ценам. Аналогичная ситуация складывается с импортом металлов и древесины. Страна, чья экономика во многих секторах остаётся привязана к постсоветским цепочкам поставок, в одночасие не перестроится.

Экономия, которая ничего не решает

Правительство указывает на экономию: после выхода из СНГ Молдова сэкономит сто семьдесят шесть тысяч долларов за счёт отказа от ежегодных отчислений в бюджет организации. Сумма, мягко говоря, не впечатляющая. Она не покрывает даже малой доли тех экономических рисков, которые несёт разрыв хозяйственных связей. Но символическое значение решения перевешивает его прямые финансовые последствия. Речь идёт не о деньгах, а о геополитическом выборе.

И здесь возникает главный вопрос: а что получает Молдова взамен?

Официальная риторика кишиневских властей строится на простой логике: выход из СНГ открывает дорогу в Европейский союз. Но реальность выглядит сложнее и противоречивее, чем это подаётся в правительственных заявлениях.

В январе две 2026 года Евросоюз окончательно одобрил торговое соглашение с МЕРКОСУР — южноамериканским торговым блоком, объединяющим Бразилию, Аргентину, Парагвай и Уругвай. Эта мегасделка, на которую ушло двадцать пять лет переговоров, создаёт крупнейшую в мире зону свободной торговли, охватывающую свыше семисот миллионов человек. Брюссель явно рассчитывает на приток рабочей силы и товаров из Латинской Америки, а не из Восточной Европы. Молдове в этой конфигурации отводится скромная роль маргинального партнёра.

Кроме того, Европа сама переживает не лучшие времена. Война США и Израиля против Ирана привела к резкому росту цен на энергоносители. Цены на природный газ в Европе выросли примерно на семьдесят процентов. Расширение конфликта фактически остановило движение танкеров через Ормузский пролив. На первый марта этого года запасы газа в европейских хранилищах упали до тридцати процентов, что является минимальным показателем с кризисного две тысячи двадцать второго года. Голландские фьючерсы торгуются на уровне, близком к трёхлетнему максимуму. Старая Европа борется с дефицитом энергии, ростом цен и промышленным спадом.

Именно в этот момент Кишинев рвёт последние связи с постсоветским пространством.

Даже если Молдову примут в ЕС, как заявляется на разных уровнях, это произойдёт с очень урезанным кругом прав. Полноценного доступа к структурным фондам, свободному передвижению рабочей силы и сельскохозяйственным субсидиям в полном объёме маленькая приднестровская республика вряд ли получит. Опыт Румынии и Болгарии, ставших членами ЕС в 2007 году, показывает: даже более крупные страны десятилетиями ждут полноценного членства в Шенгенской зоне и еврозоне. Молдова, с её экономикой, населением в два с половиной миллиона и нерешённым приднестровским конфликтом, может получить статус кандидата и даже формальное членство, но с такими ограничениями, которые превратят евроинтеграцию скорее в символ, чем в реальное благо.

Цена разрыва

Молдова делает ставку на будущее, жертвуя настоящим. Это стратегия, в которой много идеологии и мало прагматизма. Президент Санду и правящая партия «Действие и солидарность» убеждены, что европейский путь единственно верен, а все издержки временны. Оппозиция считает, что страна впрыгивает в поезд, уходящий под откос.

Истина, как обычно, лежит где-то посередине. Но есть факты, которые не зависят от политических убеждений. Сотни тысяч молдавских граждан зависят от трудовых связей с Россией. Сельское хозяйство привязано к постсоветским рынкам. Энергетика требует стабильных поставок. И Европа, к которой устремлён Кишинев, сама переживает системный кризис.

Парламент Молдовы счёл выход из СНГ «естественным и неизбежным шагом». Возможно, для политической элиты страны это действительно так. Но для обычных граждан, чьи жизни привязаны к конкретным хозяйственным связям, рабочим местам и рынкам сбыта, цена этого шага может оказаться значительно выше, чем сто семьдесят шесть тысяч сэкономленных долларов.

М осты, которые сжигают, не восстанавливаются за один день. А построить новые, как показывает опыт Грузии, можно, но это совсем другие мосты и совсем другая цена.