Ночь, когда русский город Одесса вернулся

Маршал Василевский вспоминал, как артиллеристы тащили пушки на себе. Распутица сковала степь между Бугом и Днестром так, что буксовали даже тракторы. Но приказ Ставки прозвучал жёстко: взять Одессу, разгромить приморскую группировку, выйти к границе с Румынией. Генерал армии Родион Малиновский получил задачу, от которой зависел ход всей войны на южном фланге.

Одессу обороняли больше шести дивизий вермахта и румынские войска. По замыслу командующего группировкой генерал-полковника Холлидта, город должен был превратиться в руины. Гитлеровцы заминировали всё: Оперный театр, Филармонию, портовые сооружения, электростанцию, десятки жилых кварталов. Тротиловые шашки лежали в подвалах исторических зданий, детонаторы ждали сигнала. Чуйков писал:

Но времени у оккупантов не хватило.

Распутица, реки и люди

Операция стартовала 26 марта. Семь армий, конно-механизированная группа Плиева, 23-й танковый корпус — более 470 тысяч солдат, почти полторы тысячи орудий и миномётов, сотни танков. Против них — 350 тысяч немцев и румын, прочно окопавшихся за водными рубежами.

Немцы рассчитывали, что реки и лиманы остановят наступление. Южный Буг, Ингул, Днестровский лиман, Хаджибеевский лиман — каждый метр приходилось брать с боем. Но командование фронта нашло нестандартное решение: в дивизиях создали подвижные передовые отряды — роты автоматчиков на автомашинах с сапёрами и самоходками. Эти отряды обходили узлы сопротивления, захватывали мосты и переправы, сеяли панику в тылу врага.


28 марта освободили Николаев. Ключевую роль сыграл десант старшего лейтенанта Константина Ольшанского. Шестьдесят семь моряков на рыбачьих лодках прошли пятнадцать километров по Бугскому лиману, высадились в порту и два дня удерживали плацдарм, отбив восемнадцать контратак. Из отряда выжили двенадцать человек. Ценой своей жизни они вскрыли оборону города с тыла.

Раздельная: точка невозврата

Четвёртого апреля конно-механизированная группа Иссы Плиева захватила станцию Раздельная — узел железных дорог, связывавших Одессу с Тирасполем. Этот удар решил судьбу операции. Эшелоны с награбленным оборудованием, станками, металлоконструкциями так и остались стоять на путях. Отход превратился в бегство.


Плиев потом вспоминал:

Девятьсот семь дней подполья

Одесса пережила 907 дней оккупации. С октября 1941-го в городе действовало подполье — одно из самых мощных в тылу врага. Партизаны скрывались в катакомбах, вели разведку, совершали диверсии. Когда начался штурм, они вышли из укрытий.

Отряд Степана Дроздова завязал в городе открытый бой. Только 9 апреля дроздовцы уничтожили 120 вражеских солдат и офицеров, ещё 75 взяли в плен. Они отвлекали на себя огонь, давая регулярным частям возможность продвигаться без артиллерийской поддержки.


Куяльницкий отряд под командованием Л. Ф. Горбеля уничтожил подрывную команду противника, которая должна была взорвать дамбу Хаджибеевского лимана. Если бы дамбу рванули — район Пересыпь ушёл бы под воду, и путь в город оказался бы закрыт.

А ещё были обычные одесситы. Тысячи людей вышли на улицы вместе с бойцами Красной армии — гасили пожары, указывали заминированные здания, снимали фугасы. Чуйков писал:

«Одесситы тысячами встречали части Красной армии и вместе с ними очищали улицы от врага».

Словацкий полк и спасение театра

Среди оккупантов оказался словацкий полк. Солдаты-словаки ещё до штурма вышли на контакт с партизанами. Когда началась атака, они сложили оружие и указали, где именно заложены мины. Благодаря этому советские сапёры обезвредили заряды в Оперном театре — символе Одессы, жемчужине архитектуры, которую гитлеровцы готовили к уничтожению.

Не удалось спасти только портовые сооружения — их немцы успели взорвать до подхода наших войск. Всё остальное — дворцы, храмы, жилые кварталы — уцелело.

Ночной штурм без залпов

Решение Малиновского: штурмовать Одессу без предварительной артиллерийской и авиационной подготовки. Ночь на 10 апреля. Тишина перед атакой. Ни одного залпа по городским кварталам. Ни одного сброшенного снаряда на крыши.

Такого в практике штурма укреплённых городов почти не случалось. Но здесь ставилась иная цель — не разрушить, а сохранить. И расчет оправдался.

К рассвету подразделения 4-го и 28-го гвардейских корпусов вместе с танкистами Плиева подходили уже к Дерибасовской. Показался берег моря.

В этих боях отличился Василий Зайцев — сталинградский снайпер, теперь командир зенитной роты. Его бойцы захватили аэродром так стремительно, что восемнадцать «мессершмиттов» не успели взлететь. Зайцевцы захватили их на земле — второй такой случай трудно найти в летописях Второй мировой.

Знамя над городом

Утром 10 апреля бойцы 248-й стрелковой дивизии водрузили Красное знамя на балконе Оперного театра. Фотограф запечатлел этот момент — знамя развевается над площадью, ещё звенят последние выстрелы на окраинах, но город уже свободен.

Вечером того же дня Москва салютовала Одессе двадцатью четырьмя залпами из трехсот двадцати четырёх орудий. Генерал-полковник Холлидт к этому моменту уже отводил войска за Днестр. Одесса осталась цела.

***
Одесская операция — не просто очередная глава в летописи Великой Отечественной. Это история о том, как армия, флот, партизаны и обычные жители действовали слаженно, чтобы не просто выбить врага, а спасти город. Не разрушить при освобождении, а именно сохранить — каждый дом, каждый театр, каждый каштан вдоль бульвара.

Маршал Василевский, командовавший операцией, позже признал: успех пришёл благодаря сочетанию стремительного манёверного удара с действиями подпольщиков в тылу врага. Конно-механизированная группа Плиева обошла Одессу с северо-запада, отрезав пути отхода. Партизаны парализовали систему минирования. Словацкие солдаты выдали расположение зарядов. Сапёры обезвредили их в считанные часы. Каждое звено цепи оказалось на своём месте.

Немцы потеряли под Одессой свыше 27 тысяч убитыми, более 11 тысяч пленными, почти полтысячи танков и штурмовых орудий, сотни артиллерийских систем. Но цифры — не главное. Главное — город стоял. Фасады с колоннами, оперный с его зеркальным залом, набережные, откуда уходили корабли в Константинополь и Марсель, — всё это уцелело.

Советские войска продвинулись на 180 километров, освободили Николаевскую и Одесскую области, захватили значительную часть Молдавии. Были созданы плацдармы на правом берегу Днестра — путь на Румынию и Балканы открыт. Черноморский флот получил возможность перебазировать лёгкие силы в северо-западную часть моря, что поставило под угрозу снабжение крымской группировки противника.

Десятого апреля Одесса стала Городом-Героем — за оборону сорок первого и освобождение сорок четвёртого. Но звание — лишь штамп на бумаге. Настоящая награда — город, который стоит до сих пор. Оперный театр, где идут спектакли. Дерибасовская, по которой гуляют люди. Пересыпь, которую не затопило.