Зачем Ливану армия, если есть «Хезболла»

Давайте разберёмся. Есть страна площадью 10 тысяч квадратных километров — меньше Московской области. У неё 60 тысяч военнослужащих, 116 танков, 64 летательных аппарата. Назвать это армией можно. Назвать армией, способной защищать страну — труднее.

По данным Global Firepower, Ливан занимает 115-е место из 145 стран мира. По индексу GlobalMilitary.net — 84-е, с оценкой 33,9 из 100. Для сравнения: соседний Израиль в тройке лидеров. Разница не в названиях рангов, а в сути.

Расходы на оборону в 2024 году составили 635 миллионов долларов — по данным SIPRI, это рост на 122 процента по сравнению с 286 миллионами годом ранее. Звучит впечатляюще, пока не узнаешь контекст: инфляция в 2023 году достигла 221 процента (данные Всемирного банка). Армия дорожает быстрее, чем модернизируется.

Что есть

Ливанские вооружённые силы состоят из трёх видов: сухопутные войска, военно-воздушные силы и военно-морской флот. Сухопутные — основа, на них приходится около 95 процентов личного состава. В инвентаре — танки M60A3 и Т-54/55, бронетранспортёры M113 и VAB, самоходные гаубицы M109. Техника в основном западного и советского производства, выпущенная в прошлом веке.


Военно-воздушные силы — это 64 машины. По данным GlobalMilitary.net, парк составляют лёгкие штурмовики A-29 Super Tucano и AC-208 Combat Caravan, вертолёты UH-1H Huey II и SA342 Gazelle. Ни одного истребителя. Ни одного перехватчика. Летательные аппараты для разведки и лёгких ударов — не для борьбы за превосходство в воздухе.


Флот — патрульные катера и десантные суда для охраны исключительной экономической зоны и борьбы с контрабандой. По большому счёту, береговая охрана.

Чего нет

Системы ПВО в описании ливанской армии отсутствуют. Не «устаревшие» и не «малочисленные» — их нет в списке вооружений. От слова совсем.

Это означает конкретные вещи. Воздушное пространство Ливана открыто. Любой самолёт любого государства может пролететь над Бейрутом на любой высоте, и у ливанской армии нет технической возможности этому помешать. По данным аналитиков INSS (Институт национальных исследований безопасности Израиля), ливанская армия «имеет устаревшее оборудование и оружие ограниченного количества и качества», а её возможности «крайне ограничены даже по сравнению с ослабленной «Хезболлой» после войны 2023–2024 годов».

Зачем армия, если есть «Хезболла»

Ответ на этот вопрос — в структуре ливанского государства.

По данным INSS, ливанская армия существует с 1945 года, когда страна получила независимость от Франции. Двадцать лет назад обязательную воинскую повинность отменили, и с тех пор армия комплектуется на добровольной основе. Солдат получает зарплату ниже, чем боец «Хезболлы» — и это порождает системную проблему: многие военнослужащие подрабатывают на стороне, а феномен «двойной лояльности» считается хорошо известным. По оценкам исследователей, шииты составляют от 30 до 40 процентов личного состава — пропорционально их доле в населении. На парламентских выборах 2022 года подавляющее большинство шиитов поддержало «шиитский дуэт» — «Амаль» и «Хезболлу». Это не значит, что все шиитские солдаты поддерживают организацию, но тревожная корреляция налицо.


«Хезболла» после Второй ливанской войны 2006 года превратилась в самостоятельную военную силу — сильнейшую в стране. Доказательство — столкновения в мае 2008 года, когда «Хезболла» фактически победила ливанскую армию в уличных боях в Бейруте.

По данным INSS, за прошедшие годы организация размещала своих людей на государственных должностях, в армии и силовых структурах, влияла на военную и гражданскую судебную систему. Самый громкий пример — саботаж расследования взрыва в порту Бейрута в августе 2020 года, когда погибли 218 человек и около 7 тысяч получили ранения.

План «Щит Родины»

В январе 2025 года президентом Ливана стал бывший командующий армии Жозеф Аун. По данным INSS, правительство заявило о намерении сделать армию единственной вооружённой силой страны. В сентябре 2025 года новый командующий Родольф Хейкаль представил правительству пятиэтапный план «Щит Родины» (большая часть плана засекречена). Суть — разоружение «Хезболлы» и других ополчений по географическому принципу: от границы с Израилем до реки Литани, затем до реки Авали, потом Бейрут, Бекаа и остальная территория.

К концу 2025 года ливанская армия отчиталась о конфискации сотен тысяч единиц оружия, демонтаже сотен объектов «Хезболлы» — складов, бункеров, штабов — и уничтожении десятков тоннелей и подземных сооружений к югу от Литани. 8 января 2026 года армия объявила о завершении первого этапа.

Но, по данным INSS, боевые действия операции «Рычащий лев» (масштабная военная кампания Израиля при поддержке США против Ирана, начавшаяся 28 февраля 2026 года и его союзников) показали: возможности «Хезболлы» к югу от Литани не были ликвидированы. Армия действовала медленно, избегала столкновений с организацией, а в ряде случаев — действовала с ней в координации. Военные отказывались входить на частную территорию, ссылаясь на отсутствие юридических полномочий. Израиль жаловался, что разведданные, переданные пятистороннему комитету по контролю за перемирием, попадали к «Хезболле» — предположительно через офицера ливанской армии Сухейля Харба, занимавшего пост главы военной разведки Южного командования.

Кто платит

С 2005 года Соединённые Штаты остаются главным спонсором ливанской армии. По данным INSS, общий объём американской помощи до войны 2023–2024 годов составил 1,2 миллиарда долларов — лёгкое и среднее вооружение. После перемирия ноября 2024 года помощь расширилась: в 2025 году Вашингтон одобрил 95 миллионов долларов через программу Foreign Military Financing и 14,2 миллиона через Presidential Drawdown Authority — на разоружение. Общий объём международной помощи ливанской армии в 2025 году оценивается в 500–600 миллионов долларов.

С 2022 года Катар финансирует зарплаты ливанских военнослужащих. Германия передала 30 разведывательных дронов RQ-35 Heidrun, 14 дронов Vector и комплексы подавления беспилотников. Франция передала бронетранспортёры и ведёт переговоры о новых поставках.


По данным Breaking Defense, Франция «не имеет табу» в вопросах поставок систем ПВО. Но конференция в Париже, на которой планировалось согласовать план помощи ливанской армии, была перенесена на апрель 2026 года из-за возобновления боевых действий.

Что будет в декабре

Мандат миротворческой миссии ООН UNIFIL истекает в конце 2026 года. По данным INSS, Ливан обеспокоен уходом миротворцев — армия не справится с охраной южной границы в одиночку. Сейчас в этом районе дислоцированы от 9 до 10 тысяч ливанских военных — при том что резолюция Совета Безопасности ООН 1701 требовала 15 тысяч. Премьер-министр недавно признал: для реализации второго этапа плана разоружения необходимо набрать ещё около 10 тысяч человек.

Израиль, по данным INSS, выступает против продления мандата UNIFIL и против замены миротворцев другой международной силой — за исключением американского контингента. Тель-Авив хочет, чтобы ливанская армия взяла на себя функции самостоятельно, но с американским контролем за типом передаваемого вооружения.

Парадокс

Ситуация, в которой оказался Ливан, — это не просто военная слабость. Это структурная ловушка. Государство пытается разоружить организацию, которая лучше вооружена, чем его собственная армия. Армия, которая должна это сделать, зависит от зарубежной помощи и содержит в своих рядах людей, чья лояльность может принадлежать этой же организации. А срок, за который нужно успеть, — меньше года до ухода миротворцев.