Город вальсов не стал городом руин

В середине марта 1945 года Адольф Гитлер поставил подпись под директивой «Нерон». Документ предписывал полное уничтожение всей инфраструктуры на территориях, которые могли оказаться в руках советских или англо-американских войск. Но Вена для фюрера была не просто очередным городом на карте отступления. Он родился в Австрии. Юные годы прошли здесь — среди венских кофеен, среди улиц, по которым когда-то бродил безработный художник. Столица рейхсгау Остмарк — так Гитлер переименовал Австрию после аншлюса 1938 года — должна была погибнуть вместе с ним.

Эсэсовцы, отвечавшие за оборону так называемой «Альпийской цитадели», получили задачу взорвать соборы, дворцы, мосты и жилые кварталы. Гитлер не собирался оставлять противнику ни камня.

Но в Вене к этому моменту уже действовала другая сила — австрийское Сопротивление. После того как в 1941 году тысячи австрийских солдат не вернулись с Восточного фронта или вернулись инвалидами, энтузиазм аншлюса стремительно угас. Майор вермахта Карл Соколл, участник неудавшегося покушения на Гитлера в рамках операции «Валькирия», установил связь с командующим 3-м Украинским фронтом маршалом Фёдором Толбухиным. Соколл передавал данные о системе обороны города. Гестапо раскрыло заговор — нескольких офицеров публично казнили. Но часть взрывчатки к тому моменту оказалась испорчена. Соколл бежал в расположение Красной армии.

Не стрелять по городу

Штаб 3-го Украинского фронта, опираясь на разведданные Сопротивления, изменил первоначальный план наступления. Вместо удара с юга выбрали слабозащищённые западное и северное направления.

Вена имела для Гитлера стратегическое значение: в окрестностях располагались нефтяные месторождения. В первой половине XX века Австрия занимала третье место в Европе по объёмам добычи нефти — после СССР и Румынии. Без горючего Германия не могла вести войну.

Для обороны города немцы стянули около 430 тысяч солдат, шесть тысяч орудий, семьсот танков и САУ. Мужчин от шестнадцати до шестидесяти лет мобилизовали в фольксштурм, выдали стрелковое оружие и фаустпатроны. Вокруг города вырыли противотанковые рвы, возвели бункеры, заминировали подступы. На улицах выросли баррикады, в старинных домах оборудовали пулемётные точки.


Советское командование задействовало почти 650 тысяч человек, двенадцать тысяч орудий и миномётов, полторы тысячи танков и САУ, около тысячи самолётов. Поддерживали наступление и сто тысяч болгарских солдат. Но подавляющего численного преимущества у наступавших не было. Ставку делали на мастерство и решительность.

А ещё — на приказ, который усложнил штурм, но сохранил город. Командование запретило использовать тяжёлую артиллерию и авиабомбы по историческому центру. Стрелки и сапёры брали Вену улица за улицей, дом за домом. В руках бойцов, кроме винтовок и автоматов, были ломы, кирки и топоры — ломать баррикады и пробивать стены. Внутри зданий шёл ближний бой на кинжальной дистанции.

5 апреля, за день до начала штурма, советские самолёты сбросили над городом осветительные ракеты красного огня — венцы увидели их с крыш и из окон. Это был сигнал.

6 апреля маршал Толбухин обратился по радио к жителям Вены. Он предупредил: нацисты хотят уничтожить город так же, как незадолго до этого был разрушен Будапешт.

Мост, за который платили жизнями

К десятому апреля остатки немецкой группировки оказались прижаты к Дунаю с трёх сторон. Все мосты через реку уже были взорваны — кроме одного. Имперский мост оставался последней переправой. По замыслу немецкого командования, по нему должны были отойти войска на западный берег, после чего мост взорвать. Тогда советским частям пришлось бы форсировать Дунай с огромными потерями.

Мост нужно было захватить целым. Решили высадить десант с бронекатеров Дунайской флотилии.


Стрелковая рота — около ста человек с одной сорокапяткой и четырьмя станковыми пулемётами — получила задачу: захватить мост, обезвредить взрывчатку и продержаться до подхода основных сил. Десант доставили на двух катерах. Поддержку с воды обеспечивали восемь миномётных катеров с реактивными установками.

Катерам предстояло пройти почти пять километров по реке, оба берега которой удерживал противник. Пришлось маневрировать среди обломков взорванного Венского моста и затопленных судов. Идти могли только днём — ночью риск напороться на препятствие был слишком велик.

У Имперского моста десантники взобрались на пролётное строение по канатам под прикрытием дымовой завесы.


По данным донесения 3-го Украинского фронта, все подступы к мосту находились под сильным артиллерийским и пулемётным огнём, а сам объект охранялся крупным отрядом автоматчиков, тремя танками и несколькими бронетранспортёрами. Десантники прорвались через оборону, добрались по фермам до середины моста, перерезали провода и сбросили взрывчатку в воду.

Рота держалась трое суток. Юматов потом рассказывал, что из всего десанта в живых остались он сам и ещё несколько человек.

Утром тринадцатого апреля штурмовые группы прорвали немецкую оборону у Венского моста и с боями вышли к Имперскому. Оставшиеся на восточном берегу немцы были уничтожены или сдались в плен. Остатки сил вермахта на западном берегу начали отступление.

Город, который уцелел

Вена была освобождена к полуночи четырнадцатого апреля. Собор Святого Стефана, Венская ратуша, десятки других исторических зданий уцелели. Советские солдаты спасли город от приказа фюрера.

Совинформбюро сообщило по радио: «Гитлеровцы намеревались превратить Вену в груду развалин. Они хотели подвергнуть жителей города длительной осаде и затяжным уличным боям. Умелыми и решительными действиями наши войска сорвали преступные планы немецкого командования. В течение нескольких дней столица Австрии — Вена освобождена от немецко-фашистских захватчиков».

В ходе операции немецкие войска потеряли около тридцати семи тысяч убитыми и почти сто тридцать тысяч пленными. Советские потери при штурме города составили около девятнадцати тысяч погибшими. Среди мирного населения Вены погибло почти две с половиной тысячи человек.

Тринадцатого апреля в Москве прогремел салют — триста двадцать четыре орудия, двадцать четыре залпа. Более пятидесяти воинских соединений получили почётное наименование «Венских». В СССР учредили медаль «За взятие Вены», которой наградили более двухсот семидесяти семи тысяч человек.

А в августе 1945 года на площади Шварценбергплац открыли памятник советским воинам, погибшим при освобождении Австрии.


Матрос Дунайской флотилии Алексей Чхеидзе вспоминал, как на следующий день после штурма ходил по освобождённому городу:

***
Вена стоит. Собор Святого Стефана стоит. Имперский мост, переименованный венцами в мост Красной армии, стоит. Город вальсов не стал городом руин — потому что весной сорок пятого нашлись люди, которые рисковали жизнью не только ради победы, но и ради того, чтобы город пережил войну.