Переход к стратегической обороне: экономическая ситуация в Ираке после двух лет Ирано-иракской войны

Ирано-иракская война стала кульминационной точкой эволюции ирано-иракского конфликта, который прошел этапы локальных войн и вооруженных столкновений, примирений и переговоров. На первом этапе войны – осенью 1980 года – хорошо подготовленная и оснащенная новейшими видами оружия иракская армия сумела добиться значительных успехов. Иракские войска, используя фактор внезапности и разброд в иранской армии, смогли сравнительно легко продвинуться вглубь Ирана на 15–60 км и захватить ряд городов и территорию общей площадью в 20 720 кв. километров. В частности, были захвачены Хорремшехр – крупный порт Ирана на побережье Персидского залива, Касре-Ширрин, Мехран и окружены Ахваз и Абадан, где был разрушен один из нефтеочистительных заводов [2].

Уже в конце сентября — начале октября 1980 г. иракская сторона заявила, что она «восстановила» свои законные права, вытекающие из Договора 1975 года, т. е. вернула себе всю ту территорию, которую Иран отказался вернуть. А это значит, что все главные цели войны против Ирана были формально достигнуты. Но гладко было на бумаге… Вскоре линия фронта стабилизировалась и началась позиционная война, а надежды Багдада на то, что Иран примет их условия перемирия, оказались тщетными. Условия, содержащие, в частности, требования по национальному вопросу, были расценены в Тегеране как вмешательство во внутренние дела страны и были отвергнуты [2].

В начале 1982 года иранские войска перешли в контрнаступление и одержали ряд побед. Летом 1982 года в Багдаде заявили, что отводят войска к границам, определенным Договором 1975 года. Одновременно с выводом войск иракская сторона вновь обратилась с призывом к Тегерану начать мирные переговоры, ибо было выполнено одно из условий иранской стороны, однако это обращение было расценено в Тегеране как признак слабости Ирака и было отклонено.

По итогу Ирак был вынужден перейти к стратегической обороне. О данном этапе ирано-иракской войны и порассуждаем в этом материале.

Экономическая ситуация в Ираке в период перехода к стратегической обороне

После того как Ирак вывел свои войска из Ирана и призвал его к мирным переговорам, отношение к Багдаду со стороны мировой общественности, особенно стран Арабского Востока, несколько изменилось – его теперь рассматривали не как агрессора, а скорее как миротворца [2].

Как отмечает аналитик ЦРУ по ирано-иракской войне Стивен Пеллетье (известный утверждениями о невиновности правительства Хуссейна в геноциде курдского населения Ирака) в своей книге «Ирано-иракская война: хаос в вакууме», на самом деле Ирак никогда не планировал вести тотальную войну, которую пытался вести против него Иран. Изначально Багдад рассчитывал на скоротечную военную операцию, а не затяжную войну на истощение. По этой причине Ираку пришлось укреплять свою экономику, мобилизовать больше войск и приобретать больше оружия [1].

Закрытие трубопровода Киркук — Банияс, проходившего через Сирию, весной 1982 года привело экономику Ирака в упадок. До этого финансовое положение страны, хоть и шаткое, не было катастрофическим, поскольку Багдад экспортировал около 1,3 миллиона баррелей нефти в день. Однако после закрытия трубопровода экспорт сократился до менее чем 700 000 баррелей в день – этого едва хватало на содержание страны, не говоря уже о финансировании войны [1].

Мотивы, которыми руководствовалась Сирия, закрывая нефтепровод, однозначно были корыстными – Иран предложил Дамаску выгодную сделку: поставку Дамаску 180 000 баррелей нефти в день в обмен на сирийские товары. Из этого объема Сирия перерабатывала на своих нефтеперерабатывающих заводах около 70 000 баррелей для реэкспорта в Иран. Остальные 110 000 баррелей были использованы для внутренних нужд. У Сирии была и другая причина перекрыть газопровод: Асад надеялся, что, создав проблемы Ираку, он добьется отстранения Саддама Хусейна от власти [1].

По причине прекращения поставок Ираку пришлось брать кредиты у своих арабских союзников – монархи стран Персидского залива, которые и до 1982 года были относительно щедры на помощь, теперь получили сигнал о том, что помощь должна быть продолжена. В результате в 1982 году Саудовская Аравия выделила Ираку 2,5 миллиарда долларов, Кувейт – 2 миллиарда долларов, ОАЭ – 750 миллионов долларов, а Катар – 250 миллионов долларов. Большая часть этой помощи представляла собой прямые выплаты, а также продажу части собственной нефти от имени иракцев [1].

У стран Персидского залива не было иного выбора, кроме как оказать помощь Ираку. После того как они отвергли ультиматум Ирана о разрыве союзов с Багдадом, они стали врагами Ирана. Тем не менее, несмотря на все средства, которые страны Персидского залива вложили в Ирак (по оценкам, к 1982 году эта сумма превысила 20 миллиардов долларов), потребность Саддама Хусейна в помощи не уменьшалась. Ирак вел дорогостоящую войну: он противостоял значительно превосходящим его по численности силам Ирана, используя вооружение, закупленное во Франции и СССР, в Бразилии и странах Восточного блока.

По этой причине вскоре Ираку пришлось брать кредиты у европейцев. Обращение с просьбой о помощи к европейским банкам стало для иракцев огромным испытанием, поскольку, как и Иран, Ирак стремился к финансовой независимости, что до войны было вполне возможно. Стать должником Запада означало попасть в зависимость от «империалистов». Для самопровозглашенного революционного общества это было неприемлемо [1].

Различные финансовые схемы и уловки помогли Ираку удержаться на плаву в финансовом плане, однако положение Багдада было шатким – достаточно было всего одного сокрушительного поражения, чтобы европейцы и арабские союзники списали его со счетов.

Учитывая такую перспективу, иракцы искали альтернативные способы экспорта нефти. К концу 1982 года в их распоряжении остался только трубопровод через Турцию, а также небольшой объем нефти, который доставлялся на рынок через иорданский порт Акаба. Багдад стремился как можно быстрее запустить второй трубопровод через Турцию, который должен был проходить параллельно первому. После завершения строительства этой линии общий объем экспорта нефти из Ирака должен был составить 1 миллион баррелей в день (в дополнение к нефти, поступающей через Акабу).

Также с Саудовской Аравией обсуждался вопрос о строительстве совершенно нового нефтепровода, по которому иракская нефть будет поставляться на терминал в Янбу на берегу Красного моря. Проект International Petroleum Saudi Arabia–I (IPSA-I) обсуждался и раньше, но так и не был реализован.

В остальном Ирак шел по пути жесткой экономии. Несмотря на то, что ряд дорогостоящих проектов были свернуты, на протяжении 1982 и 1983 годов баасисты придерживались политики «пушек и масла». Вместо того чтобы резко затормозить развитие экономики, они поручили министру Тахе Ясину Рамадану заняться ее сокращением («заморозкой» экономики). Благодаря умелому руководству он смог несколько смягчить последствия серьезных сокращений.

Было свернуто строительство многих престижных объектов. Сильно вырос импорт товаров широкого спроса, особенно продовольствия.

Еще одной проблемой Ирака стала нехватка рабочих рук по причине того, что существенная часть рабочих была призвана на военную службу. Если до войны иракская армия насчитывала около 220 тыс. человек, то в связи с войной численность армии увеличилась до 1 миллиона, что было очень тяжело для такой страны, как Ирак, население которого составляет менее 16 млн. человек. В этих условиях Ирак был вынужден активно приглашать иностранных рабочих, в частности из Иордании и Египта (около 1,5 млн. человек) [2].

Экономическая ситуация в Иране в 1982-1983 годах

В свою очередь Иран, напротив, начал оправляться после тяжелого периода первых лет войны. Это было обусловлено целым рядом факторов, в том числе довольно неожиданных. Например, неприязнь шиитского духовенства к модернизации, достигшая апогея незадолго до войны, заставила иранский народ отказаться от потребительского образа жизни, пропагандируемого шахом, что облегчило правительству сокращение импорта, которое вызвало бы инфляцию [1].

Народом, который меньше потребляет, как известно, управлять проще, поскольку, когда люди сосредоточены на базовых нуждах (еда, жильё, базовые потребности), они чаще всего менее склонны к протестам или активному сопротивлению.

Однако Иран процветал не только за счет обнищания своего населения. С помощью своего военно-морского флота он контролировал Персидский залив, самый простой и экономичный маршрут для транспортировки нефти. В течение всего 1983 года Иран беспрепятственно перевозил нефть по водным путям. Ирак практически не осуществлял нападений на судоходство в стратегических водах Персидского залива до 1984 года.

И, что самое удивительное, в 1983 году валютные резервы Ирана увеличились после падения до минимума в 3 миллиарда долларов в предыдущем году. При этом в Ираке ситуация ухудшалась – поскольку страна не могла отказаться от политики «оружие и масло», она не могла улучшить свое долговое положение. Денежные резервы Ирака в 1982 году оценивались примерно в 6 миллиардов долларов по сравнению с 35 миллиардами долларов до войны [1].

Иран улучшил свое финансовое положение в условиях мирового экономического спада, когда в 1981 году цена на нефть упала с 36,71 до 31,71 доллара за баррель. По сути, Иран бросил вызов своим партнерам по ОПЕК, став «пиратом на нефтяном озере», бессовестно сбивая цены. В начале 1982 года иранская нефть продавалась по 30,20 доллара за баррель – почти на 2 доллара ниже котировок ОПЕК.

Кроме того, Иран регулярно превышал свою квоту в ОПЕК – по правилам организации, ему было выделено 1,2 миллиона баррелей в сутки, однако в 1982 году Иран добывал около 2,3 миллиона баррелей в сутки и публично заявлял, что может увеличить добычу до 2,5 миллиона баррелей.

Таким образом, к концу 1983 года положение противоборствующих сторон изменилось в противоположных направлениях: Ирак был серьезно ослаблен и едва удерживался на плаву, а Иран, наоборот, набирал обороты. Поэтому неудивительно, что Иран, несмотря на сокрушительные военные поражения, был настроен на усиление боевых действий и даже не рассматривал возможность переговоров. Однако иранцы слишком опрометчиво поверили в собственные силы – их наступления по большей части никаких существенных результатов не принесли.

Заключение

По истечении двух лет войны Ирак был серьезно ослаблен в финансовом и военном отношениях. В 1982-83 годах его положение было особенно шатким, лишь позднее, пользуясь помощью своих арабских друзей, Багдад значительно увеличил свои военно-воздушные силы и закупил другую современную военную технику – танки, ракеты, артиллерию. Франция помогла Ираку в подготовке летчиков, и с 1984 года в Заливе началась так называемая «танкерная война», вольным или невольным инициатором которой стал Ирак. Годом ранее началась так называемая «война городов»: взаимные бомбежки крупных населенных пунктов.

В 1983 году иранское руководство полагало, что Тегерану следует перейти к войне на истощение с многочисленными атаками вдоль всей 1168-километровой границы с Ираком. В них должны были участвовать Корпус стражей исламской революции (КСИР), «басидж» и регулярные войска, которые должны были организовывать и координировать операции. В этом же году Иран предпринял ряд наступательных операций (операция «Вальфаджр-1» и операция «Перед рассветом»), которые никаких существенных результатов не дали.

Тем не менее в конце 1983 года иранцы активно бахвалились в СМИ заявлениями о том, что в начале 1984-го возобновят атаки на Басру. Они также делали громкие заявления о том, что «устроят пожар» на всем Ближнем Востоке. К реальности, однако, это имело весьма отдаленное отношение.

Использованная литература
[1]. Pelletiere, Stephen C. The Iran-Iraq War: Chaos in a Vacuum. New York: Praeger, 1992.
[2]. Ушаков В.А. Иран и мусульманский мир (1979–1998 гг.). М., 1999.