Снаряд вместо ракеты: сможет ли Sceptre переписать правила артиллерии

В прошлом году американская компания Tiberius Aerospace представила проект перспективного управляемого артиллерийского снаряда TRBM 155HG Sceptre. Изделие построено на решениях, нехарактерных для ствольной артиллерии, — однако именно они, по замыслу разработчика, должны вывести дальность и точность стрельбы на принципиально новый уровень. Недавно стало известно, что новый боеприпас прошёл первые испытания.

С увеличенной дальностью

Компания Tiberius Aerospace основана в 2022 г. Её головной офис расположен в г. Ньюпорт-Бич (шт. Калифорния), отделения работают в Австралии и Великобритании. Своей задачей фирма называет разработку новых вооружений, в том числе на основе перспективных технологий. Серьёзного опыта реализованных оборонных контрактов у компании пока нет — обстоятельство, которое стоит держать в уме при оценке любых её заявлений.

В мае 2025 г. Tiberius Aerospace впервые вышла из тени: компания приняла участие в лондонской конференции Future Artillery и публично представила свой проект. Как выяснилось, к тому моменту разработчик уже не первый месяц вёл работы над управляемым артиллерийским снарядом повышенной дальности. Проект получил обозначения TRBM 155HG и Sceptre («Скипетр»).

В рамках разработки инженеры решительно отказались от традиционной компоновки и применили оригинальную архитектуру. Боеприпас получил прямоточный воздушно-реактивный двигатель, который и должен обеспечить заметный рост дальности полёта. Параллельно решались вопросы, связанные с электроникой и системой управления: применение в ствольной артиллерии предъявляет повышенные требования к устойчивости и надёжности всех компонентов.

Не менее важной задачей стала экономика. Разработчик стремился сделать снаряд максимально простым и недорогим в производстве — с прицелом на массовое применение, а не на «штучные» удары по особо ценным целям. Параллельно ставились задачи упрощения эксплуатации и боевого применения, для чего предлагались различные конструктивные решения и идеи в области унификации.

На момент прошлогодней премьеры проект TRBM 155HG находился ещё на стадии разработки. Сообщалось об успешном продвижении работ и скором начале подготовки к испытаниям, однако конкретные сроки Tiberius Aerospace не называла даже ориентировочно.


Позже стало известно, что компания разрабатывает ещё один перспективный боеприпас — управляемую ракету Invictus. По конструкции она близка к Sceptre, но имеет увеличенные размеры и предназначена для применения с пусковыми контейнерами и установками. Не исключено, что в ближайшее время начнётся продвижение этой разработки на рынке.

Первые испытания

21 апреля 2026 г. разработчик сообщил о проведении первых полигонных испытаний снаряда TRBM 155HG. Боеприпас опробовали на одном из американских полигонов с использованием совместимой артиллерийской системы. Полноценное боевое применение программой не предусматривалось, однако необходимый объём данных был получен и без него.

В ходе испытаний опытный образец вместе с метательным зарядом дослали в 155-мм орудие неназванного типа, после чего произвели выстрел. В момент разгона и выхода из ствола боеприпас испытал перегрузки порядка 18 000 g — нагрузки, способные превратить любую ошибку проектирования в груду оплавленного металла. Тем не менее все приборы Sceptre сохранили работоспособность: покинув ствол, снаряд запустил двигатель, после чего раскрыл стабилизатор и рули.

Tiberius Aerospace сообщает об успешном проведении испытания и демонстрации всех штатных процессов. Подробности при этом не раскрываются: в частности, остались неизвестными дальность тестового выстрела и особенности работы снаряда в полёте.

По всей видимости, на данном этапе проверялись только устойчивость снаряда к нагрузкам и работоспособность его агрегатов. С этими задачами Sceptre справился — но это, прямо скажем, лишь самый первый и далеко не самый сложный экзамен. Впереди — новый комплекс испытаний, в ходе которого предстоит установить реальные лётные и боевые характеристики, а заодно проверить, насколько громкие заявления компании соответствуют действительности.

Снаряд с двигателем

TRBM 155HG Sceptre радикально отличается от снарядов традиционного облика. Он несёт двигательную установку и систему управления для точного поражения цели — фактически это нечто среднее между артиллерийским снарядом и управляемой ракетой, гибрид, в котором стираются границы между двумя классами вооружений.


Sceptre выполнен в цилиндрическом корпусе с оживальной головной частью. В обтекателе предусмотрено отверстие воздухозаборника с коническим центральным телом. В носовой части размещены выдвижные рули, в хвостовой — складной стабилизатор, раскрывающийся в полёте.

От стандартных 155-мм снарядов изделие TRBM 155HG отличается прежде всего компоновкой, массой и боевой нагрузкой:

• длина — 1,55 м;
  
• диаметр корпуса / калибр — 155 мм;
  
• масса снаряда без метательного заряда — 47,5 кг;
  
• масса разрывного заряда — 5,2 кг ВВ в отсеке объёмом 3,15 л.
  

Несмотря на специфическую конструкцию и обводы, новый боеприпас совместим со 155-мм орудиями стандартов НАТО. С ним предлагается использовать существующие метательные заряды — в металлической гильзе или в сгорающем картузе.

Внутри корпуса размещены приборный отсек, боевая часть, двигательная установка и топливный бак. Часть агрегатов вынесена в центральное тело воздухозаборника, а кормовой отсек отдан под маршевый ПВРД и кольцевой топливный бак.

Для Sceptre разработан оригинальный прямоточный воздушно-реактивный двигатель. Он работает на топливе JP-4, JP-8 или дизельном и развивает тягу более 8 кН. В зависимости от профиля траектории снаряд должен показывать следующие лётные характеристики:

• начальная скорость — М ≈ 2;
  
• максимальная расчётная скорость — не менее М = 3,5;
  
• максимальная высота траектории — 65 тыс. футов (более 19,7 км);
  
• максимальная дальность — 150 км.
  

Разработчик заявляет о применении современной цифровой системы управления, построенной по модульному принципу: по мере развития проекта или по требованиям заказчика возможна замена как аппаратных компонентов, так и программного обеспечения.

В базовой комплектации Sceptre оснащается спутниковыми и инерциальными приборами навигации. С их помощью предполагается достичь кругового вероятного отклонения до 5 м.

В перспективе компания намерена внедрить и более сложные функции — в частности, групповое применение снарядов в режиме «роя» с обменом информацией. Ожидается, что это повысит эффективность артиллерийских ударов и фактически превратит залп батареи в скоординированную «стаю» боеприпасов, действующую как единая система.


Технический портрет «Скипетра» получился впечатляющим — но всякий впечатляющий портрет требует сравнения с натурой. Чтобы понять, насколько революционной является заявленная концепция, имеет смысл посмотреть на неё в контексте мирового рынка управляемых артиллерийских боеприпасов и истории попыток радикально расширить дальность ствольной артиллерии. Картина получится поучительной.

Радикальное решение

Идея оснастить артиллерийский снаряд собственной двигательной установкой родилась далеко не вчера. Уже несколько десятилетий в арсеналах разных армий стоят активно-реактивные боеприпасы с небольшим зарядом твёрдого топлива — компромиссное, но проверенное решение, прибавляющее к дальности обычного снаряда от 25 до 50 %. Концепция снаряда с прямоточным двигателем тоже прорабатывалась ещё в прошлом веке, однако до серийных изделий дело тогда так и не дошло. Сложность миниатюризации, высокая стоимость и недостаточная надёжность — таким был приговор инженеров той эпохи.

Сегодня ландшафт изменился. Гонка дальностей в ствольной артиллерии вышла на новый виток, и Sceptre оказывается отнюдь не одиноким игроком на этом поле. Чтобы оценить место проекта в общей картине, имеет смысл коротко обозреть основных конкурентов.

Конкуренты на рынке

M982 Excalibur — ветеран и эталон высокоточного 155-мм снаряда. Создан совместно Лабораторией армейских исследований (ARL) и центром ARDEC, серийным производителем выступает Raytheon. Боеприпас давно стоит на вооружении США и ряда союзников, успел повоевать в Афганистане, Ираке и на Украине, и доказал свою точность: круговое вероятное отклонение около 4 м считается для него штатным результатом. Дальность ограничена 40 км из 39-калиберных стволов (M198, M777) и 50 км — из 52-калиберных систем класса PzH 2000. По открытым оценкам, один выстрел Excalibur обходится примерно в 68 тыс. долларов — против 800 долларов за обычный неуправляемый снаряд и около 150 тыс. за ракету GMLRS из комплекса HIMARS. Дорого, но статистика показывает, что для поражения типовой цели Excalibur требуется в 14–24 раза меньше выстрелов, чем стандартного M107, — так что экономика, как ни странно, оказывается на стороне «золотого» снаряда.

Vulcano 155 GLR — европейский ответ Excalibur, разработанный итальянской Leonardo (бывшая OTO Melara) совместно с немецкой Diehl Defence. За счёт подкалиберной схемы с раскрывающимся оперением и комбинированной системы наведения (GPS/INS, опционально полуактивная лазерная ГСН) Vulcano выжимает из ствола 52-го калибра до 70 км — рекордный показатель среди серийных снарядов без собственного маршевого двигателя. Из 39-калиберных орудий дальность падает до 55 км — но и это больше, чем у Excalibur на той же платформе. КВО заявлено менее 5 м при инерциально-спутниковом наведении и менее 3 м при использовании лазерного целеуказания на конечном участке. Боевая часть содержит предварительно сформированные вольфрамовые осколки и снаряжается нечувствительным ВВ. Именно Vulcano GLR в августе 2022 года, по данным украинской стороны, поставил неофициальный мировой рекорд боевого применения ствольной артиллерии — точное попадание на 70 км из польской САУ Krab. Всё, что выходит за этот рубеж, требует уже не аэродинамических ухищрений, а полноценного движителя.

BAE HVP (Hyper Velocity Projectile) — заходит к задаче с другого края. Разработанный изначально под рельсотрон, а затем адаптированный под обычные пороховые орудия (включая 155-мм гаубицы и 127-мм морские установки), HVP делает ставку на скорость: на выходе из ствола — около М = 5, что превращает его в перспективное средство поражения и наземных, и воздушных целей, включая крылатые ракеты. Заявленная дальность при стрельбе из 155-мм орудия — до 94 км. По сути, это попытка увеличить эффективную дальность не за счёт двигателя, а за счёт лучшей баллистики и резкого сокращения подлётного времени.

Похожие подходы пробуют и другие игроки. Французская KNDS развивает программу Katana — управляемый 155-мм снаряд с дальностью свыше 60 км. Концерн Raytheon работает над снарядом Extended Range Artillery Projectile (ERAP) — расширенной версией Excalibur, способной поражать как стационарные, так и движущиеся цели на суше и на море; в декабре 2025 года компания отчиталась о завершении ключевого этапа разработки боевой части.

Не остаются в стороне Россия и Китай. Российский 152-мм управляемый артиллерийский снаряд «Краснополь-М2» обеспечивает дальность до 25 км при КВО менее 1 м с лазерным целеуказанием — это специализированное решение для поражения точечных целей, родственное по идеологии скорее американскому M712 Copperhead, чем Excalibur. Параллельно ведутся работы по новым активно-реактивным снарядам для самоходной гаубицы 2С35 «Коалиция-СВ», для которой заявлена дальность до 70 км. Китайская промышленность представила управляемый снаряд GP155 (известный также как GP1) с дальностью до 25 км при стандартной схеме и существенно большей — в активно-реактивном исполнении; по непроверенным данным, новейшие китайские разработки выходят на рубеж 100 км. Концептуально все эти решения остаются в парадигме «эволюционного развития» классического снаряда — без перехода на маршевые ПВРД.

Sceptre на этом фоне делает шаг, на который никто из перечисленных конкурентов пока не решился: ставит на снаряд полноценный маршевый ПВРД и заявляет дальность до 150 км — более чем вдвое больше, чем у Vulcano, втрое больше, чем у Excalibur, и заметно превосходит даже амбиции HVP. Если эти цифры подтвердятся в реальных стрельбах, граница между «снарядом» и «крылатой ракетой» будет окончательно стёрта, а понятие «дальнобойная артиллерия» обретёт принципиально новое значение. Ключевое слово здесь — «если».

Сводная картина по основным конкурентам выглядит так:

Урок ERCA

История показывает, что путь «снарядного экстремизма» усеян обломками неудачных проектов. Свежий пример — американская программа ERCA (Extended Range Cannon Artillery), на которую Пентагон делал большую ставку. Замысел был эффектным: 58-калиберный ствол длиной около девяти метров, интегрированный в платформу M109 Paladin. И в декабре 2020 года на полигоне Yuma эта связка действительно отправила Excalibur точно в цель на 70 км — результат, который тогда казался прорывным.

Однако от лабораторного успеха до серийной системы — пропасть. Экстремально длинный ствол начал стремительно изнашиваться, точность падала уже после нескольких десятков выстрелов, выявились проблемы с балансировкой и живучестью орудия в полевых условиях. В марте 2024 года программа была фактически свёрнута. Армия США выделила 55 млн долларов на изучение альтернатив, и сегодня в качестве кандидатов рассматриваются модернизированный M109 с 52-калиберным стволом от BAE Systems, немецкий колёсный комплекс RCH 155 от Rheinmetall, южнокорейский K9 от Hanwha (с возможной интеграцией 58-калиберного ствола), а также предложения Elbit Systems и General Dynamics. Лабораторные испытания запланированы на 2026 год.

Урок ERCA для Sceptre — поучителен. Можно красиво стрелять на 70 км в идеальных полигонных условиях и при этом оказаться неспособным предъявить армии надёжную боевую систему. Прямоточный двигатель, миниатюризированный до калибра 155 мм и снабжённый системой управления, способной пережить 18 000 g на старте, — это инженерная задача на порядок сложнее, чем удлинение ствола.

И именно здесь сосредоточены главные трудности проекта Sceptre. Создать компактный ПВРД с высокими характеристиками — задача нетривиальная: такой двигатель должен запускаться на сверхзвуковой скорости (М ≈ 2 после выхода из ствола), стабильно работать в широком диапазоне скоростных и высотных режимов, а его агрегаты должны переживать стартовые перегрузки порядка 18 000 g. Артиллерийский способ запуска не прощает компромиссов: и двигатель, и приборы управления должны выдержать удар, в десятки тысяч раз превосходящий гравитацию. При этом всю аппаратуру необходимо скомпоновать так, чтобы она не мешала ни себе, ни работе ПВРД, ни проходу воздуха через тракт двигателя.

Цена дальности

За все эти ухищрения приходится платить — и плата вполне конкретна. У Sceptre на ВВ приходится лишь 5,2 кг — заметно меньше, чем у обычного 155-мм осколочно-фугасного снаряда. Для сравнения: американский M107, классика жанра ещё с 1959 года, несёт 6,86 кг тротила; более современный M795, разработанный как замена M107, — уже 10,8 кг TNT или нечувствительного IMX-101. Иначе говоря, Sceptre на цели несёт примерно вдвое меньше взрывчатки, чем актуальный американский ОФС.

Это закономерный компромисс. Объём корпуса 155-мм снаряда конечен, и в случае Sceptre большая его часть отдана под маршевый двигатель, кольцевой топливный бак, воздухозаборный тракт и систему управления. Для боевой части остаётся отсек объёмом 3,15 литра — отсюда и скромные 5,2 кг ВВ. Дальность и точность куплены ценой могущества.

При заявленном круговом вероятном отклонении в 5 м это, возможно, не такая уж высокая цена. Опыт Excalibur здесь весьма красноречив: статистика американской армии показывает, что для поражения типовой цели управляемого снаряда требуется в 14–24 раза меньше, чем стандартного M107. И это при том, что у Excalibur боевая часть тоже скромная по меркам обычной артиллерии — точность с лихвой компенсирует уменьшенный заряд. Если Sceptre сумеет повторить эту логику на дистанциях в 100–150 км, то 5,2 кг ВВ перестанут выглядеть недостатком и превратятся в осмысленный инженерный выбор.

Уязвимое звено: навигация

Есть, однако, и менее очевидный, но куда более серьёзный вопрос — устойчивость системы наведения к радиоэлектронному противодействию. Опыт боевого применения Excalibur на Украине показал, что даже отработанная и доведённая до серии связка GPS/INS оказывается уязвимой перед современными средствами РЭБ. По данным американских и украинских источников, эффективность Excalibur в условиях интенсивного российского радиоэлектронного подавления упала драматически — с заявленных «практически 100 %» до примерно 6–10 % к концу 2023 года. Снаряды массово уходили в сторону или просто теряли цель. Производителю пришлось экстренно дорабатывать программное обеспечение и аппаратную часть, чтобы хоть как-то восстановить эффективность боеприпаса.

Для Sceptre этот вопрос стоит ещё острее — и по двум причинам. Во-первых, дистанция в 100–150 км означает значительно более длительное время полёта, в течение которого снаряд должен сохранять точную ориентацию в пространстве: чем дольше он в воздухе, тем больше времени у противника на воздействие средствами РЭБ. Во-вторых, чем дальше цель, тем критичнее становится точность спутниковых поправок к инерциальной системе — на больших дистанциях чисто инерциальное наведение неизбежно «уплывает», накапливая ошибку.

Tiberius Aerospace упоминает «современную цифровую систему управления модульной архитектуры», но конкретики о средствах помехозащиты — антеннах с управляемой диаграммой направленности (CRPA), резервных каналах навигации, оптических или инерциальных схемах коррекции на конечном участке — публично не раскрывает. Между тем именно здесь, по всей видимости, и пролегает водораздел между «революционным боеприпасом» и «дорогой игрушкой для условий, в которых противник не воюет всерьёз». Прорыв на 150 км из ствола 155-мм гаубицы — это очень красиво, но если снаряд при первом же серьёзном применении уведёт в чистое поле помехой со стороны противника, технический рекорд так и останется рекордом, а не оружием.

Совместимость как козырь

Зато с другой стороны у проекта есть весомый практический плюс — совместимость со штатной артиллерийской инфраструктурой. Sceptre не требует от армии ни новых орудий, ни специальных пусковых установок: достаточно стандартной 155-мм гаубицы стран НАТО, дополненной набором электроники для программирования снаряда. Это делает порог внедрения принципиально ниже, чем у решений на базе новых ствольных систем вроде ERCA или гипотетических орудий под HVP.

И именно эта прагматичность — пожалуй, самый сильный козырь проекта. История ERCA как раз и показала, что попытка одновременно создавать новый ствол и новый боеприпас под него многократно повышает риск провала: достаточно одной из подсистем «не поехать», и обрушивается вся программа. Sceptre же требует только одного — чтобы заработал сам снаряд. Орудия, метательные заряды, системы управления огнём, погреба, транспорт, обученный личный состав — всё это уже есть в любой армии, использующей 155-мм стандарт НАТО. С точки зрения военного бюджетирования это означает, что внедрение Sceptre — даже при высокой цене единичного боеприпаса — обойдётся принципиально дешевле, чем переход на новую артиллерийскую систему.

В этом, кстати, и заключается главное стратегическое отличие подхода Tiberius Aerospace от ERCA: американская армия пыталась купить дальность ценой полной перестройки артиллерийского парка — Tiberius предлагает купить её ценой одного боеприпаса, оставив всё остальное как есть. Подход красивый и логичный — но в оборонной промышленности красивые и логичные подходы регулярно разбиваются о суровую инженерную реальность. Что произойдёт со «Скипетром», покажут только дальнейшие испытания.

Артиллерия снова становится стратегической

Если отвлечься от инженерных деталей и посмотреть на ситуацию шире, появление снарядов вроде Sceptre — это не просто техническая новинка, а симптом куда более глубокого сдвига в архитектуре современного огневого поражения.

Опыт боевых действий на Украине наглядно показал: классическая ствольная артиллерия, которую ещё десятилетие назад многие западные эксперты списывали в архив как «оружие прошлой войны», вернулась в центр вооружённого противоборства. Более того, она стала одним из главных потребителей высокоточных боеприпасов — тех самых Excalibur и Vulcano GLR, которые в условиях интенсивного конфликта показали себя инструментом не столько тактическим, сколько оперативным. Удар на 70 км из Krab по точечной цели — это уже не «артиллерийская поддержка пехоты» в классическом понимании, а нечто совершенно иное: способность за минуты поразить штаб, склад или РСЗО противника далеко за линией фронта.

Если Sceptre с его 150 км действительно состоится, эта тенденция выйдет на новый уровень. 150 км — это уже не «дальняя артиллерия»: это ближняя оперативно-тактическая дистанция, традиционная вотчина ракетных комплексов класса HIMARS, «Искандер-М» в неядерном исполнении или китайских PHL-191. Ствольное орудие, способное доставать на эту дальность, размывает грань между двумя классами оружия — и делает это с экономикой, для ракетных систем недостижимой. При условной стоимости Excalibur в 68 тыс. долларов и ракеты GMLRS в 150 тыс. появляется любопытная вилка: даже если Sceptre будет стоить как Excalibur или несколько дороже, его выстрел всё равно окажется в разы дешевле ракетного.

Для архитектуры А2/AD (зон ограничения и воспрещения доступа) это означает принципиальное изменение правил игры. Сегодня глубина такой зоны определяется в основном радиусом ракетных комплексов, и для её прорыва противник вынужден тратить дорогостоящее высокоточное оружие. Если же тыловые объекты в радиусе 100–150 км начинают доставать ствольной артиллерией — массовой, дешёвой, развёрнутой по всей линии фронта, — вся концепция «защищённого тыла» рассыпается. Артиллерийская батарея, ранее представлявшая угрозу на 30–40 км, превращается в инструмент стратегического давления.

Есть и обратная сторона. Концентрация огневой мощи в дальнобойных управляемых снарядах требует и соответствующей разведки: GPS-координаты цели должны откуда-то браться, причём в реальном времени, и желательно — устойчиво к радиоэлектронному подавлению. Это значит, что артиллерия XXI века всё больше срастается со спутниковыми, авиационными и беспилотными средствами разведки в единый разведывательно-ударный контур. Sceptre, который запоминает координаты до выстрела и летит на 150 км по инерциальной и спутниковой навигации, — это уже не самостоятельное оружие, а оконечный исполнительный элемент сложной информационной системы. И уязвимости этой системы — постановка помех GPS, ослепление спутников, разрушение узлов связи — становятся уязвимостями самого снаряда.

Тем не менее общий вектор очевиден: артиллерия снова становится стратегической. После полувека, в течение которого её отодвигала на второй план авиация и ракетные комплексы, ствольное орудие возвращает себе роль одного из главных аргументов на поле боя. И проекты вроде Sceptre — это не просто новый снаряд, это претензия на то, чтобы ствол 155-мм гаубицы конкурировал с пусковыми установками крылатых ракет.

Революция или красивая презентация?

Tiberius Aerospace утверждает, что её новый снаряд TRBM 155HG Sceptre способен произвести настоящую революцию в области ствольной артиллерии. Заявления звучат ярко — но история отрасли знает немало громких премьер, после которых проекты тихо растворялись в потоке пресс-релизов. Достаточно вспомнить ту же ERCA: лабораторный рекорд в 70 км, торжественные планы по постановке на вооружение к концу 2023 года — и тихая отмена три года спустя. Стоит держать в уме и общее правило: молодые компании с эффектными презентациями в оборонном секторе чаще не доводят дело до серии, чем доводят. Реальные результаты Sceptre пока куда скромнее амбиций: дело дошло лишь до первых испытаний, подтвердивших самые общие свойства боеприпаса. Двигатель запустился, рули раскрылись, приборы пережили выстрел — на этом перечень доказанных фактов и заканчивается.

Главные вопросы — впереди. Сможет ли ПВРД обеспечить заявленные 150 км? Подтвердится ли на практике КВО в 5 м, особенно при стрельбе на максимальную дальность и в условиях радиоэлектронного противодействия — учитывая, что даже Excalibur с его проверенной комбинацией GPS/INS пришлось дополнительно «прокачивать» против помех после провального опыта на Украине? Удастся ли удержать стоимость снаряда в разумных пределах — желательно ниже отметки в 68 тыс. долларов, на которой остановился Excalibur, — чтобы Sceptre действительно стал массовым средством, а не очередным «золотым» боеприпасом для штучных задач? Наконец, сумеет ли молодая компания, основанная всего три года назад, довести разработку до серийного производства и контракта с военными — там, где спотыкались куда более именитые игроки?

Чтобы наглядно отделить факты от рекламных обещаний, имеет смысл свести нынешнее состояние проекта в три коротких списка.

Что подтверждено документально:

• совместимость с орудиями стандарта НАТО и штатными метательными зарядами заявлена и не противоречит конструкции.
  

Что заявлено разработчиком, но в реальных стрельбах пока не подтверждено:

• групповое применение в режиме «роя» с обменом информацией.
  

Что неизвестно вовсе:

• реальная стоимость одного выстрела в серийном производстве;
  
• предполагаемые сроки серийного производства;
  
• потенциальные заказчики и наличие предварительных контрактов;
  
• устойчивость системы наведения к радиоэлектронному противодействию;
  
• поведение снаряда на максимальной дальности и при стрельбе по подвижным целям;
  
• ресурс двигателя и боеприпаса в условиях длительного хранения.
  

Ответы на эти вопросы потребуют ещё не одного полигонного выезда — и, вероятно, не одного года испытаний.