Как крымские татары сожгли Москву

Предыстория

Набеги Крымской орды XVI–XVII вв. были одной из самых страшных угроз для Русского государства. Крымское ханство, в сущности, было разбойно-хищническим, паразитическим государственным образованием. В ханстве преобладал присваивающий тип хозяйствования (Разбойно-паразитическое Крымское ханство и борьба с ним; Хищное Крымское ханство).

Экономика основывалась на торговле живым товаром. Крымские отряды совершали набеги и походы на соседние области и страны — Кавказ, Речь Посполитую, Дунайские княжества, Русское царство. Также людей угоняли для продажи в рабство во время частых усобиц и конфликтов с соседними степняками.

Польский посланник Мартин Броневский, несколько месяцев живший в Крыму в 1578 году, отмечал:


Крупные походы, когда орда насчитывала от 50 до 100 тыс. всадников, возглавлял сам хан, который считал себя наследником Золотой (Большой) Орды. В таком походе участвовало почти всё мужское население полуострова. Малые походы и набеги возглавляли калга (наследник престола, командир правого крыла войска), нураддин (третье лицо в ханстве, командир левого крыла войска), беи и мурзы. За Крымом стояла Блестящая Порта (Турция), хан был вассалом османского султана. Османы помогали войском, артиллерией, контролировали ряд крепостей.


Богатые земли Причерноморья, некогда процветающие, были обезлюжены и назывались Диким полем. Весной – летом крымские хищники шли в набег или поход. Если противник успевал собрать и выставить войско, то крымцы обычно уходили, предпочитая не вступать в лобовой бой с сильными русскими и польскими полками, либо пытались обойти, обхитрить, прорваться в тыл. Легкая конница обычно легко уходила от тяжеловооруженных противников.

Если получалось напасть внезапно либо обойти врага, то начиналась облавная «охота на людей». Города-крепости обходили, осадой себя не связывали. Селения брали с ходу, жгли. Всех, кто сопротивлялся, убивали. Также убивали пожилых, раненых, тех, кто не мог идти. Взрослых и молодежь гнали как скот, по пути отсеивали слабых. Наиболее ценный ясырь (детей, молоденьких девушек) везли. Достигнув безопасной территории, проводили новый отбор, заболевших убивали. Делили «живой товар».

На полуострове добычу продавали купцам-работорговцам — туркам, грекам, итальянцам, евреям, арабам и пр. Небольшая часть оставалась к Крыму в качестве рабской силы, обслуги. Остальных вывозили в соседние страны и регионы — Турцию, Ближний Восток, Северную Африку, Персию, Среднюю Азию, вплоть до Индии. Во время перевозки с «товаром», кроме особо ценных представителей (красивые дети, девушки), не церемонились. Смертность была ужасающей. Но гешефт-барыш всё восполнял. Работорговля во все эпохи давала баснословные прибыли.

Русскому государству приходилось принимать особые меры для борьбы с Крымским ханством. На южном рубеже строили особые укрепленные засечные линии, которые сочетали малые крепости и заставы с гарнизонами, и естественные природные препятствия (озера, реки, леса, болота и пр.), усиленные искусственными сооружениями — засеки-завалы, рвы, валы, надолбы-частоколы и т. д.

Также в особо опасный период, либо при получении соответствующих разведывательных данных, на рубеж реки Оки и на засеки выходили основные силы русской армии. Иногда удавалось договориться дипломатическим путем, откупиться «подарками».

Южный фронт

В первый период Москва и Бахчисарай периодически заключали союзы против более сильного противника — Польши. Однако в период правления Ивана Васильевича Москва перешла в наступление и начала давить обломки Золотой Орды. В 1552 году была взята Казань (Жестокий штурм Казани), Среднее Поволжье стало частью Русского государства. В 1556 году русские завершили подчинение Астраханского ханства. Вся Волга оказалась под контролем Русской державы, влияние Москвы распространилось до Кавказа.

Это вызвало сильное раздражение в Бахчисарае, которые претендовал на «улус Джучи» (Золотая Орда). В Турции также хотели расширить свою сферу влияния вплоть до Астрахани и Казани. Началось упорное и кровопролитное противостояние Руси и Крымской орды.

При этом ситуация осложнялась тем, что Русская держава в этот период была связана тяжелой Ливонской войной. Главные силы русской армии были на западном стратегическом направлении. Иван Грозный не мог направить большую армию, чтобы нанести решительное поражение крымцам. Царскому правительству приходилось удерживать Окский рубеж, так как была угроза прорыва крупных сил противника вглубь Русской земли.

Война в Ливонии всё больше истощала военные ресурсы Руси. С южного рубежа полки приходилось перебрасывать на западное направление.

Война на южном фронте продолжалась почти всю Ливонскую войну. Вторжения происходили практически каждый год. Первое время русское командование пыталось отвечать рейдами полков Адашева и казаков Вишневецкого (Война в Поле: как ратники Адашева и казаки Вишневецкого громили крымские улусы). Однако вскоре на это сил уже не осталось, русские переходят к пассивной обороне.

В результате с 1560 года крымцы начинают прорывать русские рубежи. Так, мурза Дивей прорвался к Рыльску и сжег посад. Затем крымские татары пробились через Потежский лес между Тулой и Зарайском. Русские полки догнали врага, тогда татары перебили «полон» и ушли налегке. В 1562 г. орда Девлет-Гирея (правил в 1551–1577 гг.) разорила окрестности Мценска, Одоева, Новосиля, Болхова, Черни и Белёва. В 1563 году крымские царевичи Мехмед-Гирей и Адиль-Гирей разорили Дедиловские, Пронские и Рязанские места.

В 1564 году крымцы смогли прорваться и разорить Рязанские земли. Сам хан осадил Рязань, но нападение отбили. В 1565 году нападение крымцев отразили, сумев вовремя собрать полки на юге.

В 1565 году на самом опасном болховском направлении стали возводить крепость Орёл. Одновременно тысячи людей привлекли к сооружению Большой засечной черты, которую начали строить ещё при Василии III. Однако засеки и крепости не могли сами по себе остановить врага. Требовались крупные силы армии, а они находились на северо-западной и западной границах.

В 1568 году степняки снова ходили на Рязанские земли. В 1569 году большое крымско-турецкое войско совершило поход на Астрахань с целью вернуть контроль над городом и бывшим ханством. Но поход провалился, почти всё войско погибло (Крах крымско-турецкой экспедиции на Волгу).

Весной 1570 года Девлет-Гирей организовал новый поход. Степняки разорили Рязанские и Каширские земли.

Обстановка на границе оставалась тревожной до осени. Разведчики сообщали, что крымцы держат вблизи крупные силы. Летом царь Иван Грозный дважды выводил полки на «берег» (Окский рубеж).

Реформа Воротынского

Крупные прорывы противника встревожили русское командование. Для проверки и организации службы в «Поле» зимой 1570–1571 гг. был направлен опытный воевода, командующий всей обороны «Крымской украйны» Михаил Воротынский. Князь изучил документы Рязанского приказа (приказ — орган государственного управления, предшественник нынешних министерств), который ведал служилыми людьми, военным управлением, а также южными и восточными «украинными» пограничными городами Русского государства. Также он призвал на службу ветеранов-«пограничников».

В феврале 1571 года Воротынский назначил новый устав сторожевой и пограничной службы. «Боярский приговор о станичной и сторожевой службе» действовал более 100 лет. Это был первый в истории России военный устав. Устав предусматривал введение двух основных элементов в пограничной службе: сторожа (постоянная застава с гарнизоном, который стоял дозором и вёл патрулирование) и станица (подвижная застава из нескольких опытных разведчиков, которые вели постоянный поиск противника).

К моменту страшного вторжения весны – лета 1571 г. эта реформа ещё успела сыграть свою роль. Но в 1572 году, когда Воротынский уничтожит крымско-османскую армию в битве на Молодях, русские пограничники сыграют важную роль, своевременно обнаружив врага.

Вторжение 1571 года

Девлет-Гирей, мечтая о возрождении Большой Орды под его властью, надеялся, что Москва под давлением с запада и юга уступит. Отдаст ему Астрахань и Казань, чтобы закрыть угрозу с юга и иметь возможность сосредоточить силы на западе.

Девлет собрал большой поход. Ситуация была благоприятной. Русь вела тяжелую борьбу в Ливонии. Началось новое восстание в Казанской земле, возобновились набеги ногаев, что отвлекало часть сил на восточные границы.

Однако царское правительство было готово встретить врага на Окском рубеже. Там весной уже стояли земские полки Бельского и Морозова (Большой полк), Мстиславского (полк Правой руки), И. П. Шуйского (полк Левой руки), Воротынского (Передовой полк) и И. А. Шуйского (Сторожевой полк). Получив известия о движении противника, в середине мая 1571 г. из Александровской слободы на Оку выдвинулось опричное войско во главе с царем Иваном Грозным и его воеводами Бутурлиным, Ошаниным, Трубецким и Хворостининым.

Девлет, получив известия от перебежчиков и пленных, что русские полки закрыли переправы в районе Коломны и Серпухова, сначала собирался снова прорываться в верховьях Оки и громить Рязанские земли. Однако один из перебежчиков, белевский сын боярский Кудеяр Тишенков предложил обойти русские войска через неохраняемые переправы на реке Жиздре (левый приток Оки) и идти прямо на Москву, в которой не было сильного гарнизона. Так Крымская орда ещё не ходила.

Интересно, что боярский сын Кудеяр Тишенков, известный в русских произведениях как атаман Кудеяр, прочно вошёл в русский фольклор. Он выступает и как благородный разбойник, который грабил богатых и раздавал награбленное бедным (отсюда многочисленные легенды о сокровищах и кладах Кудеяра), и как защитник настоящей (старой) веры, и даже как опальный родственник царя. Церковники распространили слухи о его покаянии. Мол, Кудеяр на склоне лет решил покаяться, и ему дали задание спилить обыкновенным ножом огромный дуб.

«Все погибли от огня»

Крымское войско совершило обходной марш, ставший неожиданностью для русского командования. Крымская орда в районе Перемышля форсировала Жиздру, попала в тыл русскому опричному войску и пошла на Москву. Иван IV, опасаясь плена, ушёл в Ростов.

Земские воеводы, узнав о прорыве противника, немедленно пошли к Москве. 23 мая (2 июня) земские войска были в столице. Они на один день смогли опередить врага. Большой полк и полк Правой руки Ивана Бельского и Ивана Мстиславского встали в Замоскворечье и за Москвой-рекой. Передовой полк Михаила Воротынского и Петра Татева стоял на Таганском лугу. Также столицу оборонял опричный полк Василия Тёмкина-Ростовского, который стоял на Неглинной.

Крымцы разбили стан под Коломенским и пошли в атаку. В бою 24 мая (3 июня) русские отбросили противника. Бельской был ранен и погиб во время пожара.

Крымский хан приказал поджечь город. Благодаря сильному ветру огонь из предместий перекинулся на сам город. Началась настоящая огненная буря. Страшный пожар за несколько часов уничтожил деревянный город. Уцелел только Кремль, однако и там прятавшиеся люди умирали от жара и дыма. От страшного жара разрушались даже каменные сооружения, взрывались склады боеприпасов в башнях Китай-города и Кремля, что привело к сильным повреждениям укреплений.

Летописец отмечал:


Это был самый сильный и страшный пожар в истории Москвы. Видимо, погибла большая часть населения (десятки тысяч людей). Он не щадил ни простых людей, ни знатных. Деревянные храмы, где прятались люди, горели. В каменных обрушивалась деревянная кровля. В каменных подвалах люди гибли от дыма.

Российский историк Сергей Соловьёв писал:


Множество людей погибло в давке, пытаясь убежать из города через дальние ворота. Тысячи людей пытались спастись в Москве-реке и во рвах. Многие погибли. В течение следующего года реку чистили от трупов и завалов, как и сам город. Из-за горы трупов началась эпидемия. Чтобы заново заселить столицу, отменили налоги и ввели беспошлинную торговлю. Привлекали людей для строительства из других городов.

Гибли и самые жадные степняки, которые надеялись на богатую добычу в горящем городе. Они задохнулись, сгорели, погибли под обломками.

Русские полки, стоявшие «на лугах», включая Передовой полк Воротынского, уцелели и были готовы снова вступить в бой. Также имелась угроза прибытия русских подкреплений из других городов. Не желая сражаться и губить воинов, Девлет 25 мая (4 июня) повернул орду в сторону Каширы и Рязани. Орда шла облавой и захватила огромную добычу. Только людей угнали, по разным оценкам, от 60 до 150 тыс. человек. Отягощенная огромной добычей орда ушла восвояси.

15 июня к Ивану Грозному прибыли крымские послы. Они потребовали выплаты большой дани и вернуть Девлету его «юрты» — Казань и Астрахань. Намекали на новое большое вторжение.

Казань Грозный отдавать отказался, на счёт Астрахани обещал подумать. Но не спешил, тянул время. Новое столкновение было неизбежным. В 1572 году Крымская орда, усиленная турецким корпусом, вернулась, но её ждал разгром на Молодях (Как Воротынский и Хворостинин уничтожили крымско-турецкую армию в битве при Молодях).

То есть пожар 1571 года хоть и стал страшным ударом по столице и её населению, не ослабил русскую армию.