Cobra 600 и Р-60 на «Герани»: одна инженерная идея с двух концов фронта

Ракеты ближнего воздушного боя полвека жили на истребителях, и логика была простой: чтобы сбить самолёт, ракету должен принести самолёт. Потом эту логику сломали: ту же ракету сняли с подвески, поставили на грузовик и научили стрелять с земли — так появились зенитные комплексы. А теперь её снова поднимают в воздух. Причём по обе стороны нынешней войны и на машинах без пилота. Зачем возвращать в небо ракету, которую только что приучили работать с земли?

От Sidewinder к IRIS-T

Чтобы понять идею, придётся отойти на семьдесят лет назад. Американская AIM-9 Sidewinder, появившаяся в середине 1950-х, стала родоначальницей целого класса — ракет ближнего боя с инфракрасной головкой самонаведения. Принцип незатейливый: ракета ловит тепло двигателя цели и идёт на него сама, без подсказок с борта. Под такие ракеты во второй половине века строилась вся тактика ближнего воздушного боя в авиации НАТО.


К концу 1990-х Sidewinder устарел, и шесть европейских стран — Германия, Греция, Норвегия, Италия, Испания и Швеция — запустили под руководством Германии программу IRIS-T. Задача формулировалась прямо: сделать европейскую замену американской ракете. Получилась машина другого поколения.

Старые ИК-головки видели цель как одну горячую точку и обманывались тепловыми ловушками. IRIS-T теперь оснащена матричной тепловизионной головкой. Она видит не просто точку, а полное тепловое изображение цели, распознает её форму и игнорирует ложные источники тепла. Добавьте газодинамическое отклонение вектора тяги: отклоняемая струя двигателя позволяет ракете разворачиваться куда резче, чем на одних аэродинамических рулях. В итоге IRIS-T может атаковать цели находящиеся в задней полусфере ракеты/носителя, и захватывать цель уже в полёте, после пуска, то есть ракету можно выстрелить «вслепую», в сторону цели, а головка наведётся сама по пути. От предка остались, по сути, только ближний бой да ИК-наведение — всё прочее переделали заново.

Ракета сходит на землю

Дальше произошло то, чего от ракеты воздушного боя обычно не ждут: её отправили служить на землю. На базе IRIS-T компания Diehl Defence построила семейство наземных комплексов IRIS-T SL — зенитных, стреляющих не с самолёта, а с пусковой установки на грузовом шасси.


Вариантов два. IRIS-T SLS использует практически ту же ракету, что и авиационная версия, и бьёт на дистанции до 12 километров при высоте поражения около 8 километров. Это ближняя зона. IRIS-T SLM получил ракету с увеличенным двигателем. На маршевом участке она идёт по радиокоманде, а в финале переходит на инфракрасную головку. Дальность вырастает примерно до 40 километров, высота поражения — до 20. Это уже полноценная система средней дальности.

К середине 2020-х SLM стал одной из рабочих лошадок европейской ПВО. В рамках инициативы European Sky Shield его выбрали как ключевой среднедальний комплекс минимум восемь стран. Производитель под этот спрос нарастил выпуск ракет: по открытым оценкам, примерно со 150–200 штук в 2023 году до 800–1000 в год. Одна батарея SLM (радар, пункт управления и несколько пусковых установок) стоит, по тем же оценкам, порядка 150–200 миллионов евро.

Здесь стоит быть честным: точная боевая статистика SLM не публикуется, а оценки стоимости самой ракеты гуляют широко — от 1 до 4,4 миллиона евро за штуку, смотря какой контракт и как считать долю разработки. Так что любые цифры тут — ориентир, а не паспорт. В разработке при этом числится вариант SLX с дальностью под 80 километров, и про дальность мы ещё вспомним.

Cobra 600: ракета снова в воздухе

И вот ту же IRIS-T, прописавшуюся было на грузовике, немцы снова поднимают в воздух. На выставке ILA Berlin компания Diehl Defence вместе со стартапом Polaris Raumflugzeuge показала аппарат Cobra 600 — реактивный беспилотник, единственная задача которого возить одну ракету IRIS-T.


Это машина средних размеров с прямым крылом, по облику близкая к скоростным мишенным дронам. Узел подвески ракеты — стандартный пилон от Eurofighter Typhoon: ракета цепляется ровно так же, как на истребителе, дорабатывать её почти не нужно. Силовая установка — микротурбореактивные двигатели JetCat P1000-PRO, каждый развивает тягу около 1100 ньютонов, это примерно как удержать на весу груз массой 112 килограммов. На показанной машине их два.

Самое интересное — то, чего у Cobra 600 нет. У него нет собственного радара и нет оптики для поиска целей. Звучит как недоработка, но сделано так нарочно. Вся разведка и сопровождение остаются на земле, на радарах наземного комплекса; беспилотник получает целеуказание по каналу данных, выводит ракету в нужную точку, а дальше IRIS-T своей тепловизионной головкой сама находит и захватывает цель. Носитель намеренно сделан простым и дешёвым: его не так жалко потерять, и терять в нём, кроме планера и пары дешёвых двигателей, по сути нечего.

• Силовая установка — 2 × JetCat P1000-PRO, тяга ~1100 Н (≈112 кгс) каждый; заявлена возможность установки до четырёх.
  
• Вооружение — одна ракета IRIS-T на стандартном пилоне Eurofighter Typhoon.
  
• Дальность с ракетой — около 400 км от аэродрома.
  
• Собственные сенсоры — отсутствуют; целеуказание от наземной ПВО.
  

Вот ради этой дальности всё и затевалось. Около 400 километров — это почти вдесятеро больше, чем у наземного SLM, и втрое больше дальности SLS. Причём прирост даёт не ракета, а носитель: основную часть пути аппарат проходит как самолёт, на керосине, а ракетное топливо тратится только на финальный бросок к цели. По сути, точку пуска просто вынесли далеко вперёд, туда, где разворачивать сам комплекс с дорогим радаром было бы рискованно.

Тот же приём с другого конца: Р-60 на «Герани»

Любопытно, что к этому же конструктивному решению (летающий носитель без радара плюс ИК-ракета ближнего боя) независимо пришли и с противоположной стороны фронта. И решение там вышло максимально дешёвым.


Известно, что на барражирующие боеприпасы семейства «Герань» (российская версия иранского Shahed-136) стали ставить советскую ракету Р-60 — ровесницу того самого поколения ИК-ракет ближнего боя, что и ранние Sidewinder. Первые сбитые образцы попали на видео- и фотофиксацию в декабре 2025 года, тогда же о них написал Forbes со ссылкой на разбор обломков; к весне 2026-го, судя по открытым данным, выпуск фюзеляжей со специальными нишами под авиационную пусковую установку АПУ-60-1МД приобрёл заводской характер.

Дальше — та самая ирония, ради которой стоит этот раздел. Р-60 наводится головкой «Комар» (индекс ОГС-60ТИ) разработки киевского предприятия «Арсенал», с неохлаждаемым фотоприёмником, то есть по меркам IRIS-T головкой простой и старой. На истребителе ей подавали целеуказание от бортовой РЛС или теплопеленгатора, с углами до 120 градусов. У «Герани» ни того, ни другого нет: внешнему целеуказанию взяться неоткуда.

Дыру закрыли иначе, чем немцы. По разбору, который опубликовало Главное управление разведки Украины, в такой «Герани» стоят две камеры, модем и микрокомпьютер Raspberry Pi 4 — серийная плата ценой в несколько десятков долларов. Оператор наводит дрон на цель грубо, по видеоканалу, выводит её в поле зрения ГСН, а дальше старая одноточечная головка доводит ракету до цели сама, без внешних подсказок. Cobra 600 опирается на наземную сеть ПВО и матричную головку пятого поколения; «Герань» обходится видеокамерой и недорогой платой. Задача-то одна, а инженерное наполнение — из разных эпох.

Встречается и вырожденный случай: весной 2026 года замечены «Герани» с макетами Р-60 вместо боевых ракет — пустышки, изображающие вооружённую угрозу, чтобы выманить и заставить израсходовать дорогие перехватчики ПВО на ложную цель. К технике наведения это отношения уже не имеет, зато доводит до предела саму логику дешёвого носителя.

Чем платят за дальность

У красивой идеи есть оборотная сторона, и в случае Cobra 600 она прямо в чеке. Ракета IRIS-T стоит от миллиона евро и выше, и вешать такую на перехват дешёвого роя «шахедов» бессмысленно: размен выходит не в пользу обороняющегося. Поэтому ниша у Cobra другая — дорогие и опасные цели: скоростные реактивные дроны, крылатые ракеты, пилотируемые самолёты. По роям дешёвых дронов работают чем-то подешевле.

Вторая плата — полная зависимость от канала связи. Раз своих сенсоров нет, всё держится на устойчивом обмене данными с землёй; подавили связь или навигацию — и носитель слепнет. Для машины, которую выносят за сотни километров вперёд, это серьёзное ограничение, а не мелочь в примечаниях.

Аналогичную задачу решают и иначе. Американцы пошли путём одноразового перехватчика со своими мозгами: Coyote Block 2 от Raytheon — это реактивный аппарат с осколочной боевой частью около 1,8 килограмма и дальностью порядка 15 километров, а Roadrunner-M от Anduril взлетает вертикально и сам оценивает угрозу бортовыми датчиками. Это перехватчики ближней зоны, носящие сенсор в себе, прямая противоположность безглазой Cobra. На третьем полюсе — украинские реактивные перехватчики «шахедов», разгоняющиеся до нескольких сотен километров в час: дёшево, быстро, под одну узкую задачу. Проблема в том, что эти решения построены на разной логике (одни несут сенсор в себе, другие зависят от наземной сети), и стыковать их в одном контуре управления ПВО пока толком никто не умеет.

Граница между зенитной ракетой, беспилотником и авиационным носителем на глазах размывается. На подходе IRIS-T SLX с дальностью под 80 километров, и если эту ракету тоже поднять в воздух на носителе вроде Cobra 600, логика «вынести точку пуска подальше вперёд» только усилится. Ракета воздушного боя, похоже, так и не определилась, где ей жить — на земле или в небе. И судя по всему, ответ окажется: и там, и там.