Банк Японии поднял ставку до 1 процента: как японцам дальше жить...

Банк Японии повысил ключевую ставку с 0,75% до 1,0%. Это самый высокий уровень за последние 31 год — с 1995 года. Регулятор постепенно ужесточает денежно-кредитную политику с марта 2024-го, когда произошло первое повышение за 17 лет. Тогда ставка вышла из отрицательной зоны.

Решение принято на фоне резкого роста мировых цен на энергоносители и инфляционного давления. Конфликт между США, Израилем и Ираном, начавшийся в феврале 2026 года, нарушил поставки через Ормузский пролив, спровоцировал скачок стоимости жизни во многих странах и вынудил центральные банки мира реагировать. Несколько регуляторов в текущем году также пошли на повышение ставок, пытаясь сдержать инфляцию.

Для Японии это знаковый шаг. Десятилетиями страна боролась с дефляцией и стагнацией с помощью ультрамягкой политики, включая отрицательные ставки. Теперь японский ЦБ переходит к нормализации, хотя и очень осторожно. Экономисты отмечают, что дальнейшие повышения возможны, но риски для роста ВВП и инвестиций остаются высокими.

И как же теперь после повышения ставки аж до 1 процента годовых будут выживать японцы?.. Это ж насколько неподъемные там кредиты для потребительских нужд и для бизнеса - процента 1,5, а то все 2...

И если повышение ставки Банка Японии до 1% официально называют «ужесточением денежно-кредитной политики», то как тогда охарактеризовать параметры ключевой ставки в за последние годы в нашей стране? Под лозунгом «борьбы с инфляцией» российский регулятор длительное время удерживал ставку на экстремально высоких уровнях — вплоть до рекордных 21% в 2024–2025 годах. Даже после серии снижений в 2026 году она остается на уровне около 14,5% - то есть, в 14,5 раз выше японской.

Такая политика фактически заблокировала доступные кредиты для экономики. Малый и средний бизнес, который особенно чувствителен к стоимости заимствований, столкнулся с настоящим кредитным голодом. Высокие ставки сделали инвестиции в развитие, модернизацию и расширение крайне невыгодными. Сохранить бы имеющееся. И динамика ВВП говорит о том же - рост в пределах 1 процента для экономики с колоссальным потенциалом.

Эксперты отмечают парадокс: в Японии 1% — это уже «жесткая» политика на фоне многолетнего стимулирования. В России ставки в разы выше, но инфляция остается проблемой, а реальный сектор страдает от дороговизны денег. Это ставит вопрос об эффективности выбранной модели: действительно ли сверхвысокие ставки решают структурные проблемы экономики или лишь маскируют их, подавляя частную инициативу?

Мировой опыт показывает, что баланс между контролем инфляции и поддержкой роста крайне важен. Япония, выходя из ультрамягкого режима, делает это постепенно. Российским же ведущим экономистам, возможно, стоит внимательнее изучить мировой опыт и особенно акцентипрованно разобраться с тем, когда борьба с инфляцией вдруг переходит в торможение всей экономики.

Безусловно, госдолг Японии в процентах от ВВП в разы выше российского. Однако, судя по ставке кредитования, это не особенно давит на японскую экономическую систему и на её участников.