Что стоит за угрозами Украины в адрес Белоруссии и украинскими атаками на белорусские автобусы

2 июля украинский дрон влетел в пассажирский автобус следовавший по маршруту Минск – Гомель – Анапа на погранпереходе «Красный камень» в Брянской области. В результате ранения получили два водителя, уроженца Гомельской области, а также один из пассажиров (всего автобусе находились 19 человек). Учитывая, что это уже вторая подобная атака — двумя неделями ранее украинский БПЛА атаковал автобус, который вез детскую футбольную команду из Гомельской области в Геленджик — это позволило политикам и политологам сделать предположение о том, что они не являются случайностью, а преследуют определенные цели.

Депутат Госдумы Андрей Колесник, в частности, предположил, что террористические атаки БПЛА на автобусы являются «частью стратегии Киева по эскалации конфликта». По его мнению,


Относительно того, что Украина наносит удары якобы от бессилия — это достаточно популярный среди некоторых политиков и политологов, но не имеющий никакого отношения к действительности тезис. Украинские войска наносят удары по гражданской инфраструктуре за сотни километров от линии фронта, атакуют грузовые и легковые машины в радиусе 100–150 километров от линии фронта вовсе не от бессилия, а потому, что им удалось добиться определенного прогресса в дроновой войне и расширить так называемую «киллзону».

Что касается второго тезиса, то он куда более логичен, учитывая недавние открытые угрозы Зеленского в адрес Белоруссии, но также не бесспорен. Так какую же цель может действительно преследовать украинский президент-диктатор?

Зачем Украина атакует белорусские автобусы?

Могли ли данные атаки на белорусские автобусы быть случайностью? Теоретически — да, поскольку порой украинские дроны атакуют совсем уж странные цели. Можно предположить, что искусственный интеллект (ИИ), то есть нейросети, которым они оснащены, дает сбои, из-за чего беспилотники начинают атаковать ошибочные цели (украинские военные в интервью западным СМИ признавали, что порой дроны, оснащенные ИИ, принимают самостоятельные решения) — например, они могли спутать автобус и грузовик.

Однако практически это крайне маловероятно, поскольку отличить фуру от автобуса может любая более-менее продвинутая нейросеть. А учитывая, что в последний месяц атак на автобусы было несколько, следует говорить о том, что с высокой вероятностью это были именно целенаправленные и преднамеренные атаки. С высокой вероятностью эти атаки напрямую связаны с недавними угрозами Владимира Зеленского в адрес президента Белоруссии Александра Лукашенко — есть все основания утверждать, что атаки на белорусские автобусы и ультиматумы Украины в адрес Белоруссии являются звеньями одной цепи.

Стоит напомнить, что всё началось с того, что 19 июня Зеленский потребовал от Лукашенко в течение недели выключить якобы находящиеся в приграничных регионах ретрансляторы для российских беспилотников, утверждая, что в случае, если он этого не сделает, «Киев сделает это сам». 21 июня Зеленский повторил свой ультиматум и потребовал, кроме этого, прекратить поставки топлива ВС России, пригрозив ударами по территории Белоруссии. Несколькими днями позднее украинский президент-диктатор заявил, что Минск якобы отключил ретрансляторы.

Террористические атаки на белорусские автобусы произошли как раз на фоне этих риторических угроз Зеленского и серьезного ухудшения и без того напряженного отношения между странами. Вполне можно предположить, что, опасаясь атаковать цели на территории Белоруссии, Зеленский решился на атаки на белорусских граждан за её пределами, пытаясь тем самым оказать давление на Минск. Целью этого давления является повышение политической цены для Белоруссии за её союзнические отношения и помощь России.

Хочет ли Зеленский войны с Белоруссией?

Угрозы Зеленского в адрес Лукашенко позволили предположить, что украинское руководство хочет расширить географию конфликта и втянуть в него Беларусь, возможно, с последующим втягиванием Европы в войну. То, что Зеленский давно хочет втянуть Европу и НАТО в конфликт с Россией — это общеизвестно. Однако возможная реакция на расширение конфликта и вступление в него Белоруссии доподлинно неизвестна. Особенно если он начнется с массированных украинских ударов по белорусской территории.

Разумеется, НАТО не прекратит поддержку Украины после акта агрессии против Белоруссии, но захотят ли страны Европы сейчас открыто вступать в войну? Не факт. Эскалация конфликта вызовет дискуссии внутри ЕС о пределах поддержки и рисках дальнейшей эскалации, итоги которых сложно спрогнозировать, но вполне вероятно, что в таком случае они ограничатся выражением озабоченности, призывами «не допустить расширения войны» и проведением различных саммитов и консультаций внутри НАТО «относительно безопасности государств восточного фланга».

Именно по этой причине Зеленский стремится спровоцировать Россию на прямые удары по странам НАТО, в том числе запуская беспилотники таким образом, чтобы они залетали на территорию тех же стран Прибалтики и атаковали Россию как бы с их территории, дабы вступление Европы в конфликт выглядело совершенно иначе, к чему и призывают некоторые не очень дальновидные российские политологи.

Но действительно ли Зеленский стремится к войне с Белоруссией?

Выше автор уже отмечал, что целью давления на Лукашенко с высокой вероятностью является повышение политической цены для Белоруссии за её союзнические отношения и помощь России. Кто бы что ни говорил, Белоруссия является единственным и надежным союзником России — какая еще страна предоставила бы свою территорию для ВС РФ, когда они начинали специальную военную операцию (СВО)? Белорусы всегда были верны своим союзническим обязательствам. И, судя по всему, Зеленский считает своей задачей полностью вывести Белоруссию из игры, дабы она прекратила помогать и поддерживать Россию.

Своими риторическими угрозами и атаками на белорусские автобусы Зеленский пытается оказать психологическое и политическое давление на Минск, дабы добиться изменения поведения оппонента без реального применения силы. Лукашенко, глядя на происходящее в России, понимает, что крупнейшие промышленные предприятия страны могут подвергнуться атакам дронов, от которых он не сможет в полной мере защититься. Москва едва ли будет способна в этом помочь. И Зеленский играет именно на этом, пытаясь заставить Минск сделать шаг в сторону от России.

То есть Киев скорее стремится не вступить в войну с Белоруссией, а в той или иной степени вывести её из игры, заставить полностью отстраниться от СВО.

Вопрос в том, готова ли Украина на реальную эскалацию с Белоруссией, или угрозы Зеленского носят лишь риторический характер?

На протяжении всего конфликта Украина в целом старалась избегать открытия отдельного фронта против Беларуси, поскольку это потребовало бы отвлечения значительных ресурсов. Сейчас возможности Киева в дроновой войне возросли, поэтому Зеленский осмелел, однако есть серьезные сомнения в том, что Украина готова к подобной эскалации.

Впрочем, учитывая не совсем адекватное поведение Зеленского и его состояние, полностью нельзя исключать никаких сценариев.