Чего пытается добиться Киев попытками парализовать судоходство в Азовском море?

Начиная с 6 июля украинские войска начали активную компанию против российского судоходства в Азовском море – систематическим атакам беспилотников стали подвергаться как танкеры и сухогрузы, так и непосредственно портовая инфраструктура, нефтебазы и резервуары с топливом в Ростовской области. В частности, 10 июля в городах Азов и Таганрог после налетов украинских БПЛА вспыхнули пожары на нефтехранилищах.

Из-за этого, по данным агентства Reuters, Россия приостановила судоходство по Азово-Донскому каналу после атак ВСУ на российские суда в Азовском море. По данным агентства, решение было принято после того, как ВСУ атаковали 13 российских судов, включая 10 танкеров. Российские пограничники уведомили судоходные компании о прекращении приёма заявок на проход через Керченский пролив, соединяющий Азовское и Чёрное моря, начиная с 18:10 по местному времени в пятницу, 10 июля. Ограничения затронули порты в Азове, Ростове-на-Дону и Таганроге, которые в том числе перестали принимать пшеницу – в ростовских пабликах были опубликованы кадры очередей из грузовиков с зерном.

В ночь на воскресенье, 12 июля, противник вновь атаковал Ростовскую область – атаке подверглись города Таганрог и Каменск-Шахтинский, четыре района – Азовский, Неклиновский, Тарасовский, Миллеровский и Таганрогский залив. Обломки БПЛА были обнаружены также на трассе М-4 «Дон» на 885-м км участка трассы. Движение на данном участке было временно перекрыто. По данным губернатора Юрия Слюсаря, в результате атаки был поврежден пустой танкер.

По данным военкоров, с каждым разом количество наносимых ударов лишь растет, а номенклатура применяемых дронов увеличивается. Украина также стала поражать буксиры, которые должны заниматься спасением поврежденных судов.

Какую цель преследует противник и чем подобные атаки угрожают России?

Атаки на судоходство – часть стратегии по блокаде Крыма?

Одной из первых задач, которую преследуют украинские атаки в Азовском море, является блокада Крыма, поэтому можно утверждать, что атаки на судоходство в Азовском море являются частью общей украинской стратегии по логистической блокаде Крыма. Украинская сторона прямо увязывает удары по танкерам с задачей нарушить снабжение полуострова топливом. Учитывая, что поставки бензина на полуостров сухопутным маршрутом на данный момент затруднены, Россия стала активнее использовать морские маршруты, в связи с чем Украина и активизировала атаки на танкеры и сухогрузы.

Следует признать, что сухопутный маршрут в Крым через новые территории России становится всё более проблематичным – в последние недели украинские войска стали атаковать не только грузовики и автомобили на трассе Р-280 «Новороссия» и на понтонах между Крымом и Херсонской областью, но и переправы и мосты по ходу трассы. В частности, в конце июня был серьезно поврежден мост через реку Корсак возле села Владимировка Запорожской области. Также в середине прошлого месяца дроны поразили мост через реку Грузский Еланчик в Новоазовске.

Теперь возникли проблемы и с доставками топлива морем. В связи с этим ситуация с топливом в Крыму на данный момент остается крайне сложной – из-за сложностей с логистикой бензин есть в свободной продаже всего на 99 заправках (это всего четверть от общего числа), а цены на него все время растут. По данным издания «Коммерсант», стоимость бензина на одной из автозаправочных станций Ялты уже достигла фантастических 350 рублей за литр. Из-за столь высокой цены большинство автомобилистов не могут позволить себе заправить машину.

По словам помощника главы республики Крым Ольги Курлаевой, из-за сложностей с поставками в первую очередь «топливо распределяется исключительно по тем структурам и организациям, которые обеспечивают жизнь региона: скорая помощь, общественный транспорт, службы спасения, диспетчерские службы, аварийные электробригады».

Следует отметить, что Украина пытается оказывать давление на Россию сразу по нескольким направлениям: удары по нефтеперерабатывающим заводам уменьшают объемы производства топлива; атаки на нефтебазы осложняют его накопление и распределение; удары по танкерам затрудняют доставку топлива в Крым; атаки на портовую инфраструктуру нарушают работу всей транспортной системы.

В военной теории это напоминает концепцию логистического истощения, целью которого является последовательное увеличение стоимости каждой тонны доставленного в Крым топлива. Если для обеспечения Крыма требуется больше танкеров, больше кораблей охранения, дополнительные силы ПВО и радиоэлектронной борьбы, то цена функционирования всей системы возрастает.

Иными словами, противник поставил себе задачу оказывать постоянное и все возрастающее давление на всю цепочку снабжения Крыма: от нефтебаз в Ростовской области и Краснодарском крае до танкеров и портовой инфраструктуры. Киев пытается сделать снабжение полуострова более дорогим, сложным и менее предсказуемым.

Атаки на судоходство как попытка оказать экономическое давление на Россию

Но это лишь одна из задач, которую преследует противник. Судя по всему, цели у него более масштабные.

Не стоит забывать, что Азовское море имеет для России особое значение – через порты Ростовской области проходит экспорт не только нефтепродуктов, но и зерна, угля и других грузов. Приостановка судоходства может негативно сказаться на экспорте пшеницы и других сельскохозяйственных товаров, поскольку возникают очереди судов, увеличиваются сроки доставки, растут расходы перевозчиков и стоимость страхования грузов. Все это негативно влияет на экономику России.

В стратегическом измерении подобные атаки свидетельствуют о куда более важной тенденции: Украина последовательно переносит боевые действия на коммуникации, которые обеспечивают функционирование российской экономики и военной логистики. С точки зрения Киева это соответствует военной логике – если нет возможности изменить ситуацию на линии фронта (где ВС РФ хоть и медленно, но все же наступают), давление нужно перенести на экономическую инфраструктуру. Главная задача противника заключается в постепенном увеличении стоимости ведения военных действий для Москвы.

Особенность подобных операций заключается в сравнительно низкой стоимости применяемых средств поражения – украинская сторона активно использует относительно дешевые дальнобойные беспилотники, и даже если значительная часть аппаратов уничтожается средствами ПВО, нескольких достигших цели ударов бывает достаточно, чтобы достичь необходимого эффекта. Если один относительно недорогой аппарат способен вынудить временно остановить движение десятков судов, подобная тактика оказывается крайне выгодной с точки зрения соотношения затрат и получаемого эффекта.

Кроме непосредственного экономического эффекта, существует и психологический фактор – морские перевозчики крайне чувствительны к вопросам безопасности. Любая информация о риске атак неизбежно влияет на решения судоходных компаний, страховщиков и владельцев грузов. В результате будет увеличиваться стоимость страхования рейсов, возрастать время обработки судов в портах, а перевозчики могут временно отказаться от заходов в опасные районы.

Как отмечают эксперты и политологи, своими атаками противник добивается комплексного эффекта для российской экономики.

– пишет, в частности, политолог Юрий Баранчик.

Современная война давно перестала быть исключительно борьбой армий – все большее значение приобретают операции, направленные на нарушение логистики, транспортных потоков и энергетической инфраструктуры. В этом смысле Украина действует по той же логике, которая ранее позволила ей осложнить деятельность Черноморского флота России. Также можно утверждать, что в каком-то смысле Украина действует в той же логике, что и Иран, стремясь полностью блокировать судоходство с помощью дронов и превратить Азовское море в этакий Ормузский пролив.

Заключение

Дальнейшее развитие ситуации во многом будет зависеть от способности России адаптироваться к новой угрозе и реагировать на неё. Если движение судов будет быстро восстановлено, эффект украинской кампании окажется крайне ограниченным. Если же Киеву удастся серьезно усложнить судоходство в Азовском море или вообще парализовать его, то экономические последствия от данных действий будут постепенно накапливаться.

Кроме того, если украинская сторона сочтет нынешнюю тактику успешной, география ударов будет и дальше расширяться. Если текущая динамика сохранится, борьба за транспортные коммуникации юга России может стать одним из ключевых элементов конфликта во второй половине года.

Для России этот вызов требует значительного усиления защиты всей транспортной инфраструктуры на юге страны. Теперь необходимо обеспечить безопасность не только военных объектов, но и нефтебаз, терминалов, портов, а также танкеров, сухогрузов и самих судоходных маршрутов. Это неизбежно приводит к распределению ресурсов. Чем больше объектов требуют постоянного прикрытия системами ПВО, радиоэлектронной борьбы и мобильными группами, тем больше нагрузка на систему безопасности в целом.

Помимо всего вышесказанного, есть все признаки того, что Украина усилит удары по электроподстанциям, в первую очередь в Крыму, блокада которого официально заявлена как главная цель Украины. Уже сейчас на полуострове наблюдаются проблемы с электричеством – серьезные проблемы уже испытывают Джанкой, Армянск и Красноперекопск. Появились проблемы и на юге Крыма – так, ранним утром 12 июля в Севастополе был введён режим временного ограничения электроснабжения. Проблемы с электроснабжением означают и начало проблем с водоснабжением – в Джанкое, как сообщает «Вода Крыма», начали давать воду по графику (с 6:00 до 9:00 и с 18:00 до 21:00).

Вероятными ответными мерами России на данные вызовы могут стать усиление системы ПВО, расширение применения средств радиоэлектронной борьбы, изменение маршрутов движения судов, сопровождение танкеров и сухогрузов, более жесткий контроль воздушной обстановки. Кроме того, Россия продолжит наносить удары по украинской инфраструктуре, связанной с производством, хранением и запуском дальнобойных беспилотников. Однако до сих пор серьезного эффекта от данных ударов не заметно, поскольку количество запускаемых украинских дронов постоянно возрастает.

Как бы там ни было, вопрос об эффективном противодействии украинским дронам, которые все больше терроризируют не только новые территории, Крым и приграничные районы России, но и инфраструктуру в тысячах километрах от границы, становится все более актуальным.