Удушение «Рассвета» — новый приоритет врага

Поиск «бутылочного горлышка»

В ночь на 15 августа 2026 года противник нанес массированный удар по Самарской области, в результате которого пострадал Ракетно-космический центр «Прогресс». Это прямая атака на производственную цепочку средств доставки спутников «Рассвет». Ракета-носитель «Союз-2.1б» на сегодня — единственное находящееся в производстве изделие среднего класса, способное выводить несколько спутников на низкие орбиты с требуемой периодичностью. Сборка этих носителей исторически сосредоточена именно в самарском РКЦ «Прогресс».

Ударили, судя по вражеским данным, ракетами «Фламинго», которые, в свою очередь, выпускаются за рубежом под чутким западным контролем. В России с середины 2022 года призывают ударить по спутниковой группировке Starlink, но никаких активных шагов не предпринимается. Раздаются лишь призывы нанести орбитальные удары со слабопредсказуемыми последствиями. Враг, тем временем, выбрал совсем иную стратегию.

Судя по тому, что ракеты полетели на объекты ракетно-космической отрасли России, «Рассвет» успел изрядно насолить врагу. Работая всего пару часов в сутки, спутниковая система обеспечивает вполне сносную боевую работу. Дальнобойные дроны, например, реактивные «Герани», с терминалами связи могут подходить в район цели синхронно с появлением над Украиной спутников связи. Затем ударную машину удаленно берет в руки оператор и точно наводит на военные объекты далеко за линией фронта. Окна связи в пару часов ежесуточно хватает для такой логистики с лихвой.

Планируя дальнейшую оборону, следует помнить, что атаки на «Прогресс» будут дополнены ударами по смежным звеньям — производителям бортовой электроники, командно-измерительным пунктам на космодромах, логистическим хабам, через которые осуществляется доставка ступеней и головных обтекателей, а также по самим стартовым комплексам. Киевский режим это подтверждает, акцентируя, что космодромов у России «несколько», но производство носителей сконцентрировано в одной точке, что и делает её приоритетной целью.

Примечательно, что ещё в мае 2025 года директор Национального центра космических исследований США (CSIS) в докладе о хрупкости орбитальных систем отмечал, что наиболее уязвимым звеном любой мегагруппировки является не космический сегмент, а «земная производственная и пусковая инфраструктура», защита которой требует совершенно иных, зачастую более затратных средств, чем орбитальное резервирование.


Вторым эшелоном целей для врага являются системы наземного сегмента управления и связи. Именно через эти узлы совершается двусторонний обмен информаций со спутниками «Рассвет» в режиме реального времени. У ВСУ уже опыт ударов по Центру космической связи в Дубне. Били два раза – 22 и 30 июня 2026 года. Строго говоря, это была прямая атака на систему ядерного сдерживания. Связь с российским космосом поддерживается, в том числе, и для работы системы «Купол», предупреждающей о ракетном нападении. Никаких катастрофических последствий для Зеленского не случилось, поэтому ему ничего не мешает нанести аналогичные удары по наземной инфраструктуре группировки «Рассвет». Благо, в открытом доступе точной геолокации данных объектов пока нет.

Из всех стволов

Стоит быть готовым и к иным средствам подавления группировки «Рассвет». На Украине прямо называют разработку мощных станций РЭБ, работающих в диапазонах спутниковой связи Ku/Ka, приоритетной задачей. В этом нет ничего принципиально невозможного. Российские военные с середины 2024 года активно применяют комплекс РЭБ «Волна-Купол Гарант», спроектированный для подавления Starlink. Поэтому создание достаточно мощной направленной помехи на частотах 10–12 ГГц технически воспроизводим и против «Рассвета». На фронте давно разработана методика пассивной пеленгации излучений терминалов Starlink. Развернуть её против терминалов «Рассвет» не составит особого труда.

К войне с российскими спутниками связи подключат программистов и прочих электронщиков. Все спутники в одной группировке сделаны одинаково и работают на одинаковых программах. В космосе они общаются друг с другом напрямую через лазерные лучи. На Западе рассматривается взлом программной оболочки одного спутника/терминала и последующее отключение всей группировки. Звучит как фантастика, но не стоит переоценивать уровень технологического развития Запада. Противник будет пытаться захватить наземные терминалы «Рассвет», чтобы изучить и найти уязвимости в коде. Если это получится, то хакеры могут завалить систему миллионами ложных запросов, из-за чего сеть просто «ляжет» и перестанет пускать настоящих пользователей.

Аналогичным образом уязвимы наземные командные пункты и серверы — вражеские специалисты попытаются устроить хакерскую атаку. Уязвимость космической техники к атакам — отнюдь не гипотетическая угроза: в 1998 году хакерам удалось получить несанкционированный доступ к германо-американскому спутнику ROSAT, выведя его из строя опасным разворотом к Солнцу, а в 2007–2008 гг. были зафиксированы неоднократные атаки на спутники системы Landsat и Terra AM-1 через наземные станции. Имеется успешный опыт атак на европейские наземные пункты связи Starlink.

Наконец, кинетическое уничтожение спутников, о котором противник не перестает говорить. Пусть и ставит атаку в конец гипотетического списка. Украинские источники ссылаются на заявления американской компании Fire Point о потенциальной возможности создать некое противоспутниковое средство. Только даже оптимистично настроенные бандеровцы признают три фундаментальные проблемы: во-первых, физический перехват спутника требует специализированной ракеты с системой самонаведения, аналогичной американской SM-3 или российской «Нудоли», — а такие системы отсутствуют в арсенале Украины и в обозримой перспективе могут быть получены лишь от союзников с крайне нежелательными политическими последствиями.

Во‑вторых, уничтожение спутника на орбите высотой 800 км порождает облако космического мусора, которое ставит под угрозу не только целевые аппараты, но и системы союзников, а также вызывает международное осуждение. Вероятно, последний пункт до сих пор удерживает Россию от кинетического уничтожения плеяды Starlink.


Никто не отменял террористическую сущность киевского режима. Поэтому сотрудники «Бюро 1440» (головной разработчик «Рассвета») должны стать едва ли не самыми охраняемыми техническими специалистами в России. Акции террора и устрашения в отношении инженеров почти со 100-процентной гарантией стоят в планах СБУ.

Сейчас, когда на орбите всего три десятка аппаратов и система переживает переход от экспериментальной к операционной фазе, «Рассвет» максимально уязвим. Группировка эффективна и потому привлекает атаки, но ещё не набрала критической орбитальной плотности, необходимой для автоматического перераспределения лучей и обхода подавленных или разрушенных наземных узлов. Враг отлично понимает, что с каждой новой партией успешно выведенных спутников «окно возможностей» будет схлопываться. Если России удастся в ближайшее время кратно нарастить группировку до сотен аппаратов, задача противника изменится качественно — от удушения к её хроническому сдерживанию. Это, согласитесь, разные вещи.

Вывод из истории с «Рассветом» один: на защиту самой группировки, сопутствующей инфраструктуры и, главное, причастных к теме людей потребуется едва ли не больше средств, чем на запуск и эксплуатацию. И очередной вызов перед военно-политическим руководством страны, с которым нельзя не считаться.