Путь деградации: китайское импортозамещение отечественного автопрома



Исконно российский автомобиль


Краткая ретроспектива автомобильной отрасли России: с 2021 года по 2026-й год доля исконно отечественных легковых автомобилей выросла с 23% до 26%. В этом предложении полная иллюстрация невеселых событий в российском автопроме за последние пять лет. После того как иностранные компании ушли из России, в обществе зародилась уверенность, что вот теперь мы им точно покажем. Например, покажем, как умеем производить свои собственные автомобили, которые не хуже, а то и лучше импортных.

В истории действительно немало примеров востребованности отечественной техники за рубежом. До начала 80-х годов в СССР выпускали вполне современные автомобили, пусть и в недостаточных для внутреннего рынка объемах. Видимо, что-то подобное, только на новом технологическом уровне, рассчитывали реализовать после 2022 года. Но не срослось. Ситуация в сегменте грузового транспорта одновременно и хуже, и лучше. Лучше потому, что доля исконно российских автомобилей составляет 45-46%. Хуже – в 2021 году этот показатель равнялся 55-56%. То есть четыре года импортозамещения и поиска технологического суверенитета привели к фактической стагнации отечественных брендов на рынке. Парадоксально, но это факт.

Приведенная выше статистика не отражает полной картины, так как не учитывает степень проникновения китайских технологий в производственные цепочки автоконцернов. Начнем с передовика легкового авторынка, который пока удерживает пальму первенства, АвтоВАЗа. Как утверждают руководители автозавода, локализовать с 2022 года удалось не менее 1825 деталей, узлов и материалов, что позволило довести уровень технологической суверенности до 90–95%. Только вот цифра эта отражает локализацию по номенклатуре деталей, а не по стоимости автомобиля.

Эксперт НАМИ Александр Горчаков в 2026 году оценил реальную локализацию той же Granta менее чем в 50%: сравнительно дешёвые кузовные панели и «железо» считать легко, а дорогостоящая электроника и узлы по-прежнему едут из-за рубежа. Импортные комплектующие ранее настолько глубоко проникли в производственную логику АвтоВАЗа, что заводчанам пришлось возрождать производство поршневых групп, шатунов, распредвалов, систем впуска, датчиков и элементов топливной рампы.

В Тольятти полностью локализовали комплектующие для собственной 5-ступенчатой МКПП (ранее ряд подшипников и синхронизаторов поставлялся из-за рубежа), которой оснащаются Granta, Vesta, Largus и базовые версии Lada Iskra. И это далеко не всё – восстанавливать пришлось производство тормозной и рулевой системы, лакокрасочных материалов, подушек безопасности и многое другое. Итогом стало почти двухкратное повышение цены автомобилей Lada.

Стоит понимать, что с 2022 года завод не выпустил ни одного полностью нового узла автомобиля. В Тольятти как не выпускали автоматические трансмиссии, так и не выпускают, а закупают китайские вариаторы WanLiYang. Не смогли даже разработать 6-ступенчатую «механику» и монтируют на Vesta и Iskra агрегаты от того же WanLiYang. Единственное, на что хватило АвтоВАЗ – это модернизация моторов объемом 1,6 и 1,8 литра, мощность которых выросла, соответственно, со 106 до 120 л. с. и с 122 до 135 л. с. Разумеется, форсирование столь заслуженных моторов не может не сказаться на ресурсе, но об этом мы узнаем в ближайшие пару-тройку лет из отзывов покупателей.

Китайское происхождение у климатического оборудования, немалой части электроники и элементов рулевой и тормозной системы. И просвета не видно – недавно стало известно, что АвтоВАЗ заказал у китайского партнера разработку и адаптацию современного бензинового турбодвигателя объемом 1,5 литра (около 150 л.с.) для серийного уже кроссовера Azimut. В следующем году старушка Granta должна получить вариатор, и он тоже будет из Поднебесной.


Модернизированные двигатели - единственные важные новинки "АвтоВАЗа" за последние годы. Источник - autoreview.ru

Кстати, знаете, почему на долгожданном Azimut нет полного привода? Официальная причина проста: платформа Vesta его конструктивно не предусматривает. Но и на горизонте альтернатив тоже пусто. Современные кроссоверы оснащаются межосевыми вискомуфтами — принудительно или автоматически подключающими привод на задние колёса. Этот сравнительно несложный узел выпускается считанными заводами в мире, и все они в орбите влияния Запада: в Россию не продадут, а только в Китай, который нам не перепродаст. Поэтому и приходится придумывать экзотику. В перспективе обещают гибридный Azimut с электромоторами для задних колес и тяговой батареей «Итэлмы». Схема хорошая, но многократно дороже обычной вискомуфты, да и это пока единственный прототип с горизонтом 2028–2029 годов. Есть ещё один вариант — воткнуть в машинку трансмиссию от Niva с её жёстким 4х4, но это уже похоже на анекдот.

В итоге перед нами складывается невеселая ситуация – АвтоВАЗ действительно провел масштабную работу по импортозамещению, но это лишь позволило физически сохранить производство давно устаревшей техники. В Тольятти, наверное, в состоянии создать современный автомобиль на собственной компонентной базе, только вот: «Можно, а зачем?»

Тропы тяжелой техники


У стратегически важного производителя тяжёлых грузовиков из Набережных Челнов ситуация ненамного лучше. После ухода западных поставщиков в 2022 году КамАЗ в рамках импортозамещения переориентировался на китайские комплектующие, оснастив флагманское поколение К5 коробками передач и раздаточными коробками Fast Gear, мостами HanDe, пневмоаппаратурой SORL, а также китайскими топливными системами, турбокомпрессорами и электроникой. Для сравнения: до санкций на К5 стояли мосты Daimler, коробки ZF и турбодизель Liebherr. Завод заявлял о 70-процентной локализации нового поколения и обещал дойти до 100%, но генеральный директор Сергей Когогин позже признал: полное самостоятельное производство всех компонентов экономически нецелесообразно. Если совсем просто, европейская технологическая зависимость сменилась китайской.


«КАМАЗ Компас» построен на базе JAC из N-серии

В среднетоннажном сегменте завод развернул сборку семейства «КАМАЗ Компас», которое конструктивно представляет собой адаптированные китайские грузовики JAC N-серии. Версии послабее — с турбодизелем JAC под индексом КАМАЗ-580, постарше — с локализованным Cummins ISF (КАМАЗ-590) и «шестиступкой» Fast Gear. Российскими здесь являются шасси, рама, зимний пакет и контроль качества при сборке — агрегаты приезжают из Поднебесной.

Ситуация усугубляется прямой рыночной конкуренцией, поскольку Китай не только поставляет заводу детали, но и забирает его покупателей. В 2024 году КАМАЗ впервые в истории уступил лидерство в сегменте крупнотоннажных грузовиков китайскому Sitrak: 19% рынка против 17% (19,4 тысячи машин против 17,3 тысячи). Следом расположились Shacman, FAW и Dongfeng — то есть четыре китайских бренда в пятёрке лидеров. Сейчас ситуация несколько выправилась: доля КАМАЗа выросла с 18% до 33% уже к концу 2025 года, а в 2026-м — до 37%. Но выправилась она только за счёт административных барьеров — утильсбора, запретов на сертификацию и требований к сервисам, а не за счёт конкурентоспособности продукта. Страшно подумать, что случится, если какие-нибудь Sitrak, Shacman, FAW или Dongfeng запустят в стране отвёрточную сборку своих тяжёлых машин, тем самым обойдя заградительные пошлины на границе.


Продолжаем знакомиться с «исконно российскими» грузовиками. В Нижнем Новгороде выпускается «Валдай» — и здесь расклад по степени «исконности» показателен. Средние модели «Валдай 8» и «Валдай 12» построены на газовской платформе (на базе ГАЗона NEXT), но кабина у них китайская, от Foton, а мотор ГАЗ G21B — локализованная копия китайского Foton 4F25TC (~150 л. с., 420 Нм), производство которого локализуют там же, в Нижнем Новгороде. Тяжёлые же «Валдаи» 18, 33 и 45 — это лицензионные грузовики Foton Auman EST, выпускаемые к тому же уже не ГАЗом, а отдельной компанией «Нижегородские грузовые автомобили», которая арендует газовские площади. Итого «российский грузовик» — это китайская кабина, китайский двигатель и китайская платформа. Правда, распределённые по трём моделям.

Наступают китайцы и в лёгком коммерческом транспорте. В 2026 году АвтоВАЗ запустил сборку минивэнов и фургонов под новым собственным брендом SKM. Сборка организована в Тольятти на мощностях дочернего предприятия ВИС-АВТО, которое делит площадку с коммерческими версиями Granta и Niva. На самом деле это переименованная копия коммерческого вэна SRM Jinhaishi (M7) китайской корпорации Shineray Group — конструкции, восходящей к Jinbei Haise X30L, а через неё — к японским мини-фургонам девяностых. Задний привод, рессорный мост, бензиновые моторы 1,5–2,0 литра. Внешне — точная копия китайского оригинала до мелочей, за исключением шильдика.

Справедливости ради, в Тольятти есть и проект доморощенного минивэна — Lada B-Van на растянутой платформе Lada Vesta. Инвестиции оценены в 21 млрд рублей. Макет этой машины показывали президенту страны в январе 2025 года, серийный запуск планировался на 2027-й, однако проект отложен до восстановления рынка: Максим Соколов назвал его динамику «вялой» и пообещал вернуться к B-Van, «когда рынок будет готов». По данным инсайдеров, реальный горизонт сдвинулся на 2029 год.

Далее идёт Sollers — целиком и полностью зависящий от Китая. В 2022 году компания перестроила производство на китайских платформах — преимущественно концерна JAC Motors, а в сегменте автобусов — компании Ankai. К 2026 году на заводах в Ульяновске, Елабуге и Владивостоке налажен выпуск широкого портфеля: на УАЗе собирают рамные пикапы ST6, ST8 и ST9 (на базе JAC T6/T8/T9); в Елабуге — коммерческие фургоны Atlant и семейство SF5, минивэны SF1 и SP7; в Ульяновске — грузовики Argo и среднетоннажники серии TR; во Владивостоке — автобусы SA6 и SA9. Отдельным проектом показан предсерийный рамный внедорожник Sollers S9 — первый непикаповый легковой автомобиль марки, представленный в июне 2026 года; серийный выпуск пока только запланирован, а конструктивно машина родственна пикапу ST9, то есть тому же JAC T9.


Найдите в этом списке российскую технику. Источник - tverigrad.ru

Параллельно Sollers углубляет локализацию ключевых узлов. В Елабуге налажено производство локализованных китайских дизелей объёмом 2,0 и 2,7 литра, а шестиступенчатые механические коробки собирают на площадке Заволжского моторного завода. Ещё показательнее — схема раздела собственности с китайскими партнёрами: в ноябре 2026 года Sollers передал 49% ульяновского предприятия «Компоненты системы безопасности» (подушки безопасности, рули, электронные блоки управления) компании Hefei Hengyi International Trade, связанной с JAC, а в мае 2026-го отдал 20% «Штамповых технологий» — штамповщику JF Mould. Обе сделки прошли по одной схеме: технологии и ноу-хау в обмен на долю в бизнесе. Причём завод подушек безопасности строился на 1,5 млрд рублей, из которых 1,2 млрд дал государственный Фонд развития промышленности. То есть российский бюджет финансировал площадку, половина доходов от которой теперь уходит китайскому партнёру. Называть это импортозамещением — надо иметь очень крепкие нервы.

Кто-то ждал новый российский УАЗ? Не дождётесь никогда — будут только китайские.

Главный вопрос: если китайские партнёры в один прекрасный момент отвернутся от отечественного автопрома, где будем искать импортную технологическую базу? Всё просто — или в Индии, или, совсем на худой конец, в Иране. Если уже деградировать технологически, то с музыкой.