«Могучий мститель злых обид», или Генерал-фельдмаршал И. Ф. Паскевич


Портрет фельдмаршала Ивана Федоровича Паскевича. Работа польского художника Яна Ксаверия Каневского


Его не без основания называли баловнем судьбы – выходец из небогатого малороссийского дворянства, он сделал головокружительную военную карьеру, дослужившись до графского достоинства и звания фельдмаршала. Он пользовался практически абсолютным доверием Николая I, который, будучи еще цесаревичем, уважительно называл этого человека «отцом-командиром». Снявший военный мундир лишь в преклонном возрасте и по причине усталости и ранения, Иван Федорович Паскевич являл собой ярчайший и во многом неповторимый портрет военной элиты России николаевской эпохи.

Из провинции в столицу


Иван Федорович Паскевич прожил чрезвычайно богатую событиями, особенно военными, жизнь. Она часто делала крутые повороты, однако происходило это с непременным набором высоты. Паскевич родился 8 мая 1782 г. в Полтаве в семье небогатых малороссийских дворян. Его отцом был председатель Верхнего земского суда коллежский советник Федор Григорьевич Паскевич, все состояние которого заключалось в приблизительно 500 душах крепостных в поместье, расположенном в Полтавской губернии. Род Паскевичей не отличался знатностью, хотя их предки являлись соратниками Богдана Хмельницкого. В начале XVII века православный дворянин с Волыни Федор Цалый осел в Полтавском полку. Его сын получил прозвище Пасько Цалый, а внук уже обзавелся полноправной фамилией Паскевич. Мать будущего фельдмаршала Анна Осиповна Коробовская происходила из могилевских дворян и родилась на землях, принадлежавших Речи Посполитой.

Мальчик уже в детстве проявил хорошие способности, освоил французский и немецкий языки. Большую роль в судьбе юного Паскевича сыграло решение его деда, всецело поддерживаемое отцом, отправить детей в столицу с целью получения ими достойного образования. Дед Григорий Иванович проживал в то время в Санкт-Петербурге и хорошо был знаком со здешними порядками. В 1793 году Ивана вместе с братом Степаном привезли в столицу и определили на учебу в Пажеский корпус, который являлся не столько военным, сколько придворным воспитательным заведением. Золотой век Екатерины близился к завершению, хотя никто еще этого не предполагал. Время блестящих фаворитов и самоуверенных временщиков, грандиозных замыслов и громких побед – всё это вскоре должно было стать историей. Время это ушло в прошлое вместе с потрясающим своей роскошью и великолепием двором императрицы, который мог лицезреть Паскевич в свои юные годы, и о котором с удовольствием вспоминал потом всю жизнь.

Вскоре наступило короткое, но весьма динамичное правление Павла I. Юноша попал в поле зрения нового императора. В 1800 году, когда до выпуска оставались считаные месяцы, Паскевич был назначен лейб-пажом государя и хорошо показал себя на этом поприще – он был дисциплинирован и исполнителен, что не скрылось от внимания ценившего эти качества Павла Петровича. По окончании Пажеского корпуса Иван получил назначение в элитный Преображенский полк на должность поручика. Одновременно он являлся и флигель-адъютантом императора. Гвардия, хотя в большей части Семеновский, а не Преображенский полк, была связана с последним дворцовым переворотом, во время которого был убит Павел I. Паскевич никогда не распространялся об этих событиях, хотя и не имел к ним никакого отношения.

Начало военной карьеры

Сменивший отца на престоле Александр I торжественно пообещал, что при нем все так же будет, как «при бабушке», и туго натянутые дисциплинарные вожжи павловского периода были ослаблены. Пользуясь гвардейскими вольностями, Паскевич, часто посещал своих родителей в Полтаве – на волне эйфории, охватившей военные круги, избавившиеся от многочисленных и строгих регламентаций и инструкций, на подобное смотрели сквозь пальцы. Верный идеям борьбы с якобинским вольнодумством, Александр I стал активным участником Третьей антифранцузской коалиции, окончательно сформированной весной 1805 г. Россия готовилась воевать с Францией, в которой все меньше было революционного якобинства и все больше имперского пафоса, подкрепленного силой и славой французского оружия.

Тогда же Паскевич получил назначение в армию генерала еще екатерининских времен Михельсона, расположенную на западной границе между Брест-Литовском и Гродно. Эта армия, насчитывавшая более 90 тыс. человек, готовилась вступить в пределы союзной России Австрии. Однако судьба распорядилась так, что верховное командование было вскоре отдано Михаилу Илларионовичу Кутузову. Михельсон крайне болезненно воспринимал такое решение, и молодому Паскевичу, рвущемуся в бой, часто приходилось утешать генерала, оставшегося в Брест-Литовске. Но ратные свершения не прошли мимо так стремившегося к ним Ивана – воспользовавшись чередой неудач русских войск в Европе и так и не распутанным клубком многочисленных противоречий, активизировала свою враждебную деятельность против России Османская империя – старый и настойчивый враг.

В 1806 г. началась очередная русско-турецкая война. Эпицентр боевых действий находился на Дунайском театре, куда старый генерал был направлен главнокомандующим. Там Паскевич и познакомился с настоящей войной. Иван Федорович не был штабным сидельцем, коллекционирующим армейские слухи и сплетни, поглядывая на войсковых коллег с легким оттенком пренебрежения. Он был молод, горяч и жаждал военной славы. Михельсон имел о своем флигель-адъютанте высокое мнение – за умелые действия при блокаде Измаила уже в 1806 г. Паскевич был награжден золотой шпагой с надписью «За храбрость», а в 1807 г. при ночном штурме Браилова 20 апреля получил ранение в голову.

Русско-турецкая война 1806–1812 гг. была характерна регулярными сменами верховных главнокомандующих и напряженной дипломатической борьбой, где причудливо переплелись интересы не только противоборствующих сторон – России и Турции, – но и Англии и Франции. Как флигель-адъютанту, Паскевичу пришлось побывать в столице противника Константинополе, где уточнялись условия шаткого и в конце концов прекратившегося перемирия, а также по вопросу обмена пленными. Он быстро растет в чинах, а мундир украшают все новые ордена – штабная работа осталась в прошлом, и теперь Паскевич настоящий боевой офицер. Примечательно, что молодой офицер вел дневник, главное место в котором уделял не столько личным переживаниям, сколько описанию боевых действий. Это дневник Паскевич вел вплоть до отмеченного своей кровопролитностью Бородинского сражения.

В январе 1811 г. его назначают командовать состоящей из двух полков бригадой в Киеве, причем второй полк – Орловский, ядром которого были так называемые гарнизонные батальоны с большим количеством проштрафившихся солдат, – только предстояло сформировать. Будучи к тому времени генерал-майором, он заменил большое количество офицеров молодыми и энергичными выпускниками кадетских корпусов. Не акцентируя чрезмерного внимания на шагистику, он сосредоточил свои усилия на боевой подготовке, улучшении быта и содержания вверенных ему подчиненных. Все это нелегко далось Ивану Федоровичу – от чрезмерного нервного перенапряжения он заболел и слег. Тем не менее командование оценило его заслуги.

Хоть война с Турцией и подходила к концу, отношения с Наполеоном стремительно ухудшались – зыбкий Тильзитский мир и Эрфуртские договоренности больше не могли удерживать уже готовую разразиться «грозу двенадцатого года». Орловский полк наряду с Нижегородским входил в бригаду 26-й пехотной дивизии Раевского. Армия в преддверии надвигающейся войны укреплялась новыми соединениями – всего в конце 1810 – начале 1811 гг. было спешно сформировано 15 новых пехотных полков и 4 егерских. В январе 1812 г. Паскевич был назначен командиром 26-й пехотной дивизии, входившей в состав 2-й армии Багратиона. На тот момент он был самым молодым дивизионным командиром во всей русской армии – только 11 лет прошло с того времени, как Паскевич оставил парту Пажеского корпуса.

«…Молодые генералы своих судеб»

В июне 1812 г. Наполеон форсировал Неман, и по русским дорогам запылили многотысячные колонны Великой армии. В первых числах июля Багратион предпринял маневр, направленный на соединение с 1-й армией под командованием Барклая-де-Толли. 26-я дивизия двигалась во главе колонны второй армии. Она приняла самое деятельное участие в сражение с корпусом маршала Даву у Салтановки возле Могилева. По итогам этого боя обеим русским армиям удалось благополучно соединиться у Смоленска. На военном совете 4 августа, который был посвящен плану обороны города, Паскевич отстаивал свое видение ситуации, и командующий 7-м корпусом Н. Н. Раевский согласился с его доводами. Бой было решено дать не перед Смоленском, а внутри города. Во время кровопролитного сражения дивизия Паскевича успешно отражала настойчивые атаки противника под командованием маршала Мишеля Нея, лично водившего своих солдат в атаку на русские позиции. Отметились своим упорством и поляки из корпуса Понятовского, традиционно понесшие в Смоленске большие потери. Впоследствии Паскевич за свои умелые действия заслужил похвалу Багратиона и Барклая-де-Толли.

«Могучий мститель злых обид», или Генерал-фельдмаршал И. Ф. Паскевич

Трошин С. Н. «Подвиг артиллеристов батареи Раевского. 1812 г.»


Следующей яркой страницей в биографии молодого генерала было произведшее сильнейшее впечатление на участников и современников Бородинское сражение. Дивизия Паскевича занимала оборону на одном из самых ответственных участков, известных как батарея Раевского. Именно туда был направлен удар французских войск вице-короля Италии и пасынка Наполеона Евгения Богарне. В кульминационный момент борьбы за батарею Раевского, когда, несмотря на ураганный огонь русских орудий, 30-й полк под командованием генерала Бонами де Бельфонтена ворвался на позиции, генералы Кутайсов и Ермолов лично возглавили контратаку. В ней приняли участие и солдаты Паскевича. Во время этого боя под Иваном Федоровичем убило двух лошадей, но сам он не получил даже контузии.

После кровопролитного Бородинского сражения было отступление к Москве, Тарутинский маневр и приведение в порядок понесшей сильные потери дивизии. Из-за убыли в личном составе многие ее батальоны приходилось формировать заново. Затем новые сражения: Малый Ярославец, Вязьма, Ельня, Красный. Паскевичу пришлось взять на себя командование 7-м корпусом вместо заболевшего Раевского, а впереди была Европа. 27 января 1813 г. Паскевич принял от депутации горожан ключи от Варшавы. Впоследствии судьба еще не раз будет его сводить с этим городом. 26-я дивизия была влита в состав так называемой польской армии под командованием Л. Л. Беннигсена и в таком виде приняла участие в Битве народов под Лейпцигом. За отличие в этом сражении Паскевич получил звание генерал-лейтенанта.

На заключительном этапе кампании во время боевых действий во Франции вверенная ему 2-я гренадерская дивизия участвовала в ряде сражений, в том числе и за Париж. Тут в жизнь Ивана Федоровича вновь вмешался случай. На смотре войск по случаю взятия вражеской столицы император Александр I представил его своему 18-летнему младшему брату Николаю Павловичу, отрекомендовав Паскевича как одного из лучших своих генералов. Это факт впоследствии сыграл немаловажную роль в жизни Ивана Федоровича. Николай, всегда живо интересовавшийся военным делом, подолгу расспрашивал Паскевича о подробностях кампаний 1812, 1813 и 1814 годов, они подолгу беседовали и изучали карты боевых действий. Благосклонность к генералу проявляла и вдова Павла I Мария Федоровна. Именно по ее настоянию Паскевич сопровождал младшего из Великих князей, юного Михаила, во время его поездки за границу и по России.

Отношения же с Николаем постепенно переросли в прочную дружбу, продлившуюся почти 40 лет. Первые годы после Отечественной войны Паскевич продолжал командовать своей 2-й гренадерской дивизией, расквартированной в Смоленске. Не скрывал своего отрицательного отношения к такому нововведению, как военные поселения. В 1817 г. Иван Федорович, наконец, женился на 22-летней Елизавете Алексеевне Грибоедовой, приходившейся знаменитому автору «Горя от ума» троюродной сестрой. У них было четверо детей – сын Федор и три дочери.

Несмотря на близость к императорской фамилии, а может, и благодаря этому, Паскевич мог и умел твердо отстаивать свое мнение и не боялся повышать голос даже на Великого князя Константина, младшего брата императора. Будучи наместником Великого Царства Польского, Константин не уделял должного внимания управлению столь проблемного и неспокойного региона, сосредоточившись на детальном изучении особенностей местных представительниц прекрасного пола.

В мае 1821 г. Паскевич был назначен командовать 1-й гвардейской пехотной дивизией. Его непосредственным подчиненным был командир первой бригады Великий князь Михаил Павлович. Второй бригадой командовал друживший с ним Николай. Обстановка в Европе была неспокойная, и Александр I распорядился выдвинуть гвардию поближе к западной границе. Россия была участницей Священного союза трех наиболее сильных европейских континентальных монархий, кроме нее туда входили Австрия и Пруссия. Император слишком идеализировал этот весьма спорный альянс, согласно уставу которого Россия обязывалась оказывать помощь своим союзникам в случае каких-то внешних или, что более вероятно, внутренних потрясений. За время этих полевых выходов и маневров Паскевич и Николай Павлович, который и представить не мог, что ему уготован императорский трон, окончательно сблизились и до конца своих дней будущий царь называл Ивана Федоровича «отцом-командиром».

Политические обстоятельства тогда изменились, и России не пришлось оказывать в тот момент помощь своим западным «партнерам». Паскевич вернулся в Петербург, а в феврале 1825 г. с назначением его генерал-адъютантом, редким в тот период чином, он получил под командование 1-й армейский корпус со штабом в Митаве, куда он и переехал с семьей. Тут Ивана Федоровича застало известие о смерти в Таганроге Александра I. По правилам престолонаследия следующим императором должен был стать Великий князь Константин, с которым у Паскевича были, мягко говоря, натянутые отношения. Однако наместник Польши не захотел взвалить на себя бремя ответственности по управлению империей, поскольку относился к государственным делам с некоторой долей отвращения. Вскоре он отрекся в пользу своего младшего брата, ставшего императором Николаем I. Это весьма существенно повлияло на дальнейшую судьбу и карьеру Паскевича, учитывая их длительную уже к тому времени дружбу. После декабрьских событий на Сенатской площади Паскевич был срочно вызван в столицу, где как доверенное лицо царя возглавил Верховный суд над декабристами. По окончанию разбирательства над попыткой государственного переворота Паскевич собирался отправиться в Москву для участия в предстоящей коронации, однако внешнеполитические обстоятельства внесли свою неумолимую поправку - воспользовавшись некоторым внутренним замешательством в России, против нее начала боевые действия Персия. По приказу Николая Павловича Паскевич назначается командующим войсками на Кавказе.

Кавказ

Персия была довольно неспокойным соседом, хотя не шла ни в какое сравнение с другим, гораздо более враждебным, – Османской империей. В Тегеране не могли спокойно наблюдать на расширение русского влияния и территорий на Кавказе, болели раны от старых поражений, нанесенных Петербургом. Не последнюю роль играли англичане, служившие не только инструкторами в перевооружающейся на европейский манер персидской армии, но и занимавшие важные посты лейб-медиков при шахском дворе Фетх Али-шаха и в окружении наследника престола Аббаса-мирзы. Персы перешли границу без объявления войны, сбив слабые заслоны. Командующим войсками на Кавказе к тому времени был прославленный ветеран Отечественной войны генерал Ермолов, пользующийся огромным авторитетом в войсках. К нему царь относился с известной долей недоверия, подозревая того в участии в заговоре декабристов. Между Паскевичем и Ермоловым также были весьма непростые отношения, поскольку у них были большие разногласия еще во время заграничного похода русской армии 1813–1814 гг.

Иван Федорович был отправлен на Кавказ официально заместителем командующего, но при себе имел письмо Николая I, в котором император, беспокоясь о состоянии здоровья Ермолова, давал недвусмысленно понять, кто на Кавказе теперь главный. Паскевич прибыл на театр боевых действий в августе 1826 г., и старая вражда вспыхнула с новой силой. Возникла конфликтная ситуация, для разрешения которой на Кавказ был направлен генерал-адъютант Дибич. Последний безоговорочно поддержал Паскевича, по отношению к Ермолову вел себя несколько вызывающе. В конце концов, в марте 1827 г. Ермолов был вынужден подать в отставку.

На ход войны, впрочем, это никак не повлияло – первоначальные успехи персидских войск, использовавших фактор внезапности, давно закончились. Еще в сентябре 1826 г., едва прибыв на Кавказ уже в чине генерала от инфантерии, Паскевич нанес поражение вражеской армии у Елизаветполя, имея 10 тыс. человек против 30 тыс. с лишним. Персидский командующий, наследник престола Аббас-мирза был вынужден отступить на свою территорию. К концу года вся территория империи была очищена от противника. Перегруппировав силы и обеспечив бесперебойное снабжение своей армии всем необходимым, Паскевич продолжил наступление.


Франц Рубо. Взятие Эривани


В конце сентября 1827 г. русские войска подошли к хорошо укрепленной и занятой сильным гарнизоном Эривани. Разместив вокруг города осадные батареи, русские подвергли позиции персов массированной бомбардировке. 5 октября Эривань была взята. За этот успех Паскевич был возведен в графское достоинство с титулом Эриванский и награжден орденом Святого Георгия II степени. Получившие столь болезненный удар персы запросили мира, который и был заключен 28 февраля 1828 г. в Туркманчае. Его подписали со стороны России командующий Паскевич и действительный статский советник Александр Обрезков, а с персидской стороны – наследник престола Аббас-мирза. Большую роль в подготовке и подписании этого соглашения сыграл дипломат и родственник супруги Паскевича небезызвестный Александр Сергеевич Грибоедов. Именно он был направлен в Петербург для ратификации Туркманчайского договора. Грибоедов удостоился высочайшей аудиенции, на которой царь объявил не только о возведении своего «отца-командира» в графское достоинство, но и о единовременной выплате ему в качестве награды огромной по тому времени суммы в один миллион рублей. За всю историю русской армии такую денежную премию получил только Паскевич.

Успешно закончив одну войну, Россия начала другую. В апреле 1828 г. Николай I подписал манифест о начале боевых действий против Турции – восстание в Греции продолжало полыхать и подавлялось турками самыми решительными и жестокими методами, несмотря на «осуждение» тогдашним «мировым сообществом». Возможности для диалога были исчерпаны, и тогда Петербург перешел к силовым методам увещевания. По плану военных действий Паскевичу предписывалось атаковать азиатские владения Османской империи, дабы отвлечь ее силы от Дунайского театра войны. В июне 1828 г. войска под командованием графа Эриванского выступили в направлении крепости Карс, располагавшей большими запасами пороха и провианта. Осадив Карс, Паскевич принудил его к капитуляции, взяв большие трофеи. В августе он нанес поражение туркам при Ахалцихе, а 16 числа этот укрепленный город капитулировал. И вновь Николай I щедро наградил своего полководца – Паскевичу был пожалован орден Андрея Первозванного, высший орден империи.


Медаль, выпущенная по случаю взятия Эривани


На следующий год действия Кавказской армии также были успешны – наступление русской армии продолжилось, и кульминационной точкой кампании стало овладение столицей Анатолии, Эрзерума. За его взятие Паскевич был награжден орденом Святого Георгия I степени. Война с Турцией закончилась подписанием Адрианопольского мира, и в день его подписания, 22 сентября 1829 г., Иван Федорович получил звание генерал-фельдмаршала.

Почивать на лаврах долго не пришлось – Николай I поручил Паскевичу новое трудное дело. Требовалось осуществить покорение горских народов, населявших Кавказские горы. Большая часть следующего, 1830 года, генерал-фельдмаршал занимался этим хлопотным и нелегким процессом. Однако его деятельность характеризовалась не только боевыми действиями – он поддерживал заселение края русскими, в Тифлисе по его ходатайству была основана гимназия и институт благородных девиц. Он же стоял у основания газеты «Тифлисские ведомости». Климат Кавказа не очень благоприятно сказывался на Паскевиче – в конце 1830 г. он заболел и попросил императора назначить его куда-нибудь в другое место. И такое место нашлось. В ноябре 1830 г. в Варшаве вспыхнуло восстание, охватившее вскоре все Царство Польское.

Вновь на западе

Находившееся в составе России Царство Польское пользовалось невиданными для всей остальной империи свободами. На его территории действовала конституция, работал польский сейм. Большое количество воинских частей, расквартированных в Царстве Польском, состояли из этнических поляков, а командовали ими офицеры и генералы, многие из которых воевали еще в наполеоновской армии. Традиционные междусобойчики, где высокородные паны выясняли отношения между собой при помощи своих частных армий, более походивших на банды, казалось, навсегда ушли в прошлое. Но местной интеллигенции и части военных, очевидно, этого было мало.

Еще в 20-е гг. начинают формироваться всевозможные кружки и общества, целью которых было воссоздание Речи Посполитой от моря до моря. Из Царства Польского поступали тревожные сигналы, однако тамошний наместник, Великий князь Константин, не придавал значения повышению температуры в польском котле, так что рано или поздно он должен был взорваться. 1830 г. характерен для Европы резким увеличением революционной активности, и поляки решили, что их время пришло. Мятеж начался в Варшаве с выступления польских войск в ночь с 17 на 18 ноября. Из-за явного несоответствия должности Константина, его склонности к либерализму и нежелания принимать волевые решения русский гарнизон, довольно многочисленный, днем 18 ноября покинул Варшаву, при этом наместник, не желая кровопролития, отпустил остававшиеся верными польские части фактически на соединение с мятежниками. Поляки на радостях создали временное правительство и начали неистово кричать о свободе.

Для подавления мятежа была создана армия под командованием фельдмаршала Дибича, которая смогла оттеснить поляков к Висле и нанесла им ряд поражений. Однако сам Дибич вскоре скончался от холеры в Пултуске, и в июне 1831 г. его место занимает Паскевич. Вскоре польская армия была оттеснена к Варшаве, и к августу 1831 г. столица мятежников была обложена 85-тысячным русским войском. Город был сильно укреплен – поляки занимались оборонительными работами еще с весны 1831 года. Не желая лишнего кровопролития, Паскевич предложил осажденным капитулировать в обмен на амнистию, но ожидаемо получил отказ.


Орас Верне. Штурм Варшавы в 1831 г. Взятие укрепления «Воля»


25 августа начался штурм Варшавы, и после двух дней отчаянных боев командующий польскими войсками генерал Крюковецкий сообщил через парламентеров, что город «подчиняется воле законного правительства». Во время сражения Паскевич был контужен близко пролетевшим ядром, и командование взял на себя Великий князь Михаил. В Петербург был отправлен внук Суворова с кратким известием: «Варшава у ног Вашего Императорского Величества». Такой оборот, перекликающийся со знаменитым суворовским рапортом Екатерине II, Николаю I пришелся по вкусу, и Паскевич был возведен в княжеское достоинство с именованием Варшавский и титулом Светлейший.

После падения Варшавы мятеж начал стремительно угасать, и к октябрю 1831 г. боевые действия закончились. Император назначает Паскевича наместником в Польше и одновременно командующим всеми расквартированными тут войсками. В отличие от предшественника фельдмаршал был деятельным на своем посту. В первую очередь началось укрепление края – были возведены крепости в Варшаве, Ивангороде и Новогеоргиевске. Большое внимание было уделено совершенствованию полицейского аппарата и института сыска. Против польского либерального подполья велась активная борьба, впрочем, Паскевич не демонстрировал тут какой-то чрезмерной жестокости, предпочитая применять не виселицу, а ссылку в Сибирь. Во многом именно благодаря этим профилактическим действиям в новый пик европейской революционной активности, наступившей в 1848 г., Польша оказалась в целом спокойным регионом.

Однако фельдмаршал был вновь востребован на военном поприще. Священный союз, любимое детище Александра I, был уже к этому времени откровенным анахронизмом, пережившим свой век, однако, когда формально союзная Австрия заполыхала пламенем Венгерского восстания, Николай I счел своим долгом оказать всецелую поддержку молодому императору Францу Иосифу, который оказался перед прямой перспективой развала собственной империи. Для оказания помощи в деле наведения порядка была выделена русская армия, командовать которой назначили Паскевича. В июне 1849 г. он во главе вверенных ему войск вошел на территорию Венгрии. Это оказалось решающим фактором в подавлении восстания: потерпев ряд поражений, венгры были вынуждены сложить оружие. Паскевич действовал в кратковременной кампании весьма осторожно и неторопливо, стараясь держать силы в одном кулаке. Прусский король и австрийский император пожаловали ему фельдмаршальские чины своих армий, а Николай I приказал оказать «отцу-командиру» царские почести. Впоследствии Франц Иосиф «с благодарностью» отплатил Николаю за его помощь – в годы Крымской войны Австрия заняла враждебную России позицию, стянув к границам войска.

На короткий период Паскевич вновь вернулся к управлению Царством Польским, однако в 1853 г. Россия вступила в новую войну, названную вскоре Крымской. Паскевич был вызван на Дунай в действующую армию, куда и прибыл в апреле 1854 года. Он подверг критике довольно смелый и вполне реальный план кампании, предложенный Николаем I: форсировать Балканские горы и нанести удар непосредственно по столице Османской империи, как в войну 1828–1829 годов. Однако Паскевич отговорил императора от подобных смелых замыслов, и усилия армии были направлены в первую очередь на овладение многочисленными турецкими крепостями, особенно одной из самых мощных – Силистрией. Приняв командование от князя Горчакова над Дунайской армией, Паскевич начал осуществлять свои острожные планы.


Памятник Паскевичу в Варшаве, ныне не существующий


Военная фортуна в этот раз не проявила обычного своей благосклонности к Ивану Федоровичу – во время рекогносцировки турецких позиций у Силистрии 24 мая 1854 г. он был сильно контужен ядром. Сдав командование Горчакову, фельдмаршал отправился в свое имение в Гомель для поправки здоровья, которое начало угасать. Последнее ранение оказало сильное воздействие на состояние уже пожилого полководца. Известие о смерти Николая I и о падении Севастополя окончательно добили его. Он ненадолго пережил своего императора, бывшего ему другом, и скончался 1 февраля 1856 г. Его прах нашел свое последнее упокоение в Гомеле. Иван Федорович Паскевич является единственным за всю историю русской армии полным кавалером двух орденов – Святого Георгия и Святого Владимира. Памятник Паскевичу, установленный в 1870 г. в Варшаве, был разрушен по инициативе немецких оккупационных властей в 1917-м. Такова история жизни малороссийского дворянина, потомка казаков Полтавского полка, неутомимого полководца и верного друга.
Автор: Денис Бриг


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 19

Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти
  1. parusnik 7 февраля 2017 13:42
    Он подверг критике довольно смелый и вполне реальный план кампании, предложенный Николаем I: форсировать Балканские горы и нанести удар непосредственно по столице Османской империи, как в войну 1828–1829 годов. Однако Паскевич отговорил императора от подобных смелых замыслов, и усилия армии были направлены в первую очередь на овладение многочисленными турецкими крепостями
    ....Да история, не терпит сослагательных наклонений..А могло быть все иначе и предпосылки для этого были...Благодарю , Денис..
  2. Монархист 7 февраля 2017 17:06
    Денис,Вы в очередной раз приоткрытым сундук из пещеры Аладина. В своё время нам триндели:Паскевич такой сякой,он жандарм тупой и пр. Как бы мы не относились к Николаюю1 или Паскевичу,но полный кавалер орденов Св. Георгия и Владимира,а в русской армии эти ордена "к дню Рождения"не давали
    1. Vladislav 73 7 февраля 2017 17:35
      Цитата: Монархист
      Как бы мы не относились к Николаюю1 или Паскевичу,но полный кавалер орденов Св. Георгия и Владимира,а в русской армии эти ордена "к дню Рождения"не давали

      Это точно!Вообще,за всю историю ордена Св.Георгия полными кавалерами стали только 4 человека,и фельдмаршал Паскевич один из них.
  3. knn54 7 февраля 2017 17:25
    Увы,но в Украине как не знали, не знают и не хотят знать лучшего из всех полководцев каких когда-либо имела Малороссия.
    Прав был Кобзарь:
    "Славных Прадедов великих правнуки поганые"!
  4. Vladislav 73 7 февраля 2017 17:31
    Отличный обзор жизненного пути выдающегося военачальника и государственного деятеля РИ XIX века! Спасибо,Денис! good hi
  5. Slug_BDMP 7 февраля 2017 17:43
    Впервые узнал о Паскевиче классе в 7-8-м, читая роман Х-М Мугуева "Буйный Терек". Действие романа так или иначе вращается вокруг фигуры Ермолова, которого автор явно идеализирует. Паскевич изображен его антиподом- столичный дуболом, не знающий Кавказа. Лично храбрый, но полководец- никакой (все Елисаветпольское сражение просидел на барабане, никак не влияя на его ход). В общем отношение сформировалось негативное.
    Оказалось что не всё так просто. Последнее время пошли публикации противоположного толка.
    Хорошо, что доброе имя полководца восстанавливается.

    ПС. Кстати, Паскевичу была посвящена одна из передач цикла "Час истины" на канале "365 дней ТВ", очень содержательная и интересная. Рекомендую.
    https://www.youtube.com/watch?v=yDzX_0bc_94
  6. Пеший 7 февраля 2017 20:05
    Сколько мятежей устраивали поляки против России и все равно к ним относились мягко, может надо было по жестче, всех виновных к стенке и на виселицу остальных на каторгу. Может и решили бы таким образом польский вопрос.
  7. Cartalon 7 февраля 2017 21:17
    Крайне противоречия фигура, хороший генерал, который получил слишком много восхвалений при жизни и был немедленно забыт после смерти. Упадок русской армии перед крымской войной и его вина тоже, он единственный кто мог повлиять на Николая, но вероятно тоже считал, что всё благополучно в армии.
    1. V.ic 8 февраля 2017 07:29
      Цитата: Cartalon
      генерал, который получил слишком много восхвалений при жизни

      Согласитесь, что получил вполне заслуженно, за службу в стою, а не на паркете.
      Цитата: Cartalon
      Упадок русской армии перед крымской войной и его вина тоже

      ...почти полное отсутствие нарезного оружия, железной дороги в Крым и пр. и пр. ... Вина не больше, чем у любого писаря при штабе дивизии!
      1. sivuch 8 февраля 2017 09:30
        Да побольше ,конечно ,чем у писаря . Он имел огромное влияние на Николая Первого .Почти ни один кадровый вопрос от комполка и выше не решался без него .И ,например ,о нарезном оружии Паскевич мог бы подумать и до войны .Возможно (хотя тут точно неизвестно ) ,что Паскевич преувеличивал опасность войны с Австрией .
        Но значительно меньше ,чем самого Николая .Тот мог бы сам сообразить ,что генерал уже немолод ,к началу Крымской войны ему стукнуло 72 года ,а в этом возрасте люди становятся консервативными и зачастую нерешительными .С Массена ,например ,это случилось в гораздо более молодом возрасте -еще и 60 не было .
  8. Pilat2009 7 февраля 2017 21:59
    Цитата: Монархист
    В своё время нам триндели:Паскевич такой сякой,он жандарм тупой и пр

    Ну а что вы хотели-все кто подавляет революционные выступления априори является "жандармом"
    Нелишне будет заметить что после обретения независимости Польша стала ярым врагом России и СССР
  9. Pilat2009 7 февраля 2017 22:03
    Цитата: Cartalon
    но вероятно тоже считал, что всё благополучно в армии.

    А когда у нас было в армии все благополучно?Поначалу всегда все было печально.Практика показывает что раз в 50 лет необходимо менять тактику,стратегию и вооружение.Ну и генералов,когда то бывших героями
    1. V.ic 8 февраля 2017 07:33
      Цитата: Pilat2009
      раз в 50 лет необходимо менять тактику,стратегию и вооружение.Ну и генералов,когда то бывших героями

      ...а верховный главнокомандующий всё-таки Вас не послушался и установил предельный возраст для генерал-лейтенантов в 60 лет.
  10. Prometey 8 февраля 2017 07:18
    Наряду с Суворовым, Паскевич - полководец русской армии, который не проиграл ни одного сражения, в военных кампаниях.
    1. datur 8 февраля 2017 18:55
      [quote=Prometey]Наряду с Суворовым, Паскевич - полководец русской армии, который не проиграл ни одного сражения, в военных кампаниях. ТАК и САЛТЫКОВА не забудьте!!!! Победитель Фридриха , а не абы кто!!!!
  11. Наган 8 февраля 2017 18:36
    Приходилось бывать в имении Паскевича в Гомеле. Парк просто великолепный, вполне на уровне питерских и европейских, в Нью Йорке и окрестностях ничего и близко похожего нет. Дворец (при советской власти был музей, что сейчас не знаю) чем-то похож на Елагин дворец в Питере. Но почему-то в музее Паскевич только вскользь упоминался как бывший хозяин дворца, и ничего кроме, а ведь личность как минимум неординарная.
  12. moskowit 8 февраля 2017 20:42
    "...в семье небогатых малороссийских дворян. Его отцом был председатель Верхнего земского суда коллежский советник Федор Григорьевич Паскевич, все состояние которого заключалось в приблизительно 500 душах крепостных в поместье, расположенном в Полтавской губернии...."

    Я, не совсем согласен с автором, по поводу "небогатых дворян". Во первых, чин "коллежский советник" находился в шестом классе "Табеля о рангах" и был равен чину "полковник". Во вторых, 500 душ крепостных это "ревизские души"-мужчины... В третьих, земли в Полтавской губернии это само по себе богатство... Приведу для сравнения один пример. Бабушка М.Ю.Лермонтова, Арсеньева Елизавета Алексеевна имела имение в Тарханах, Пензенской губернии с таким же количеством крепостных. Так оно(имение) приносило ей годовой доход в размере 20 000 рублей и Елизавета Алексеевна считалась богатейшей помещицей...
  13. ротмистр 22 мая 2017 14:46
    Спасибо за статью, у Вас хорошо получается. Напишите о Барклае де Толли.
  14. Карен 9 июля 2017 23:42
    [quote=Slug_BDMP]Впервые узнал о Паскевичей........ Лично храбрый, но полководец- никакой (все Елисаветпольское сражение просидел на барабане, никак не влияя на его ход)./quote]
    Не на пустом месте это объявлялось. К примеру, он даже не просидел на барабане, а отправил приказ об отступлении. Мадатов сказал поссыльному, что есть выбор для него: или остаться и увидеть своими глазами победу русского оружия, или вернуться к Паскевичу и сообщить об отказе выполнить этот приказ.
    ... Ну и можно вспомнить Пушкина, что перед отъездом, на встрече с Ермоловым, услышал его оценку данного полководца - "граф эрихонский".
    ... Меня терзают смутные сомнения, что именно он и налоумил Николая встать грудью на защиту Турции от египтян в 1830-м.
Картина дня