Россия, Киргизия, Казахстан: игра на поле интеграции

В последние дни немало новостей пришло из Средней Азии и Казахстана. В Интернете началось активное обсуждение самых разных вопросов, касающихся полной ратификации соглашений Киргизии с Россией, грядущего вступления этой страны в Таможенный союз, а также того, что Казахстан — под давлением оппозиции — может из соглашений по ТС выйти. Казахстанской оппозиции не по душе идея создания таких «наднациональных» надстроек, как Евразийский парламент.

I. Москва + Бишкек = ?


Виктория Панфилова («Независимая газета») напоминает, что 26 февраля Киргизия стала первой страной в Средней Азии, которая ратифицировала все соглашения с Россией. Вполне может быть, что до конца года Бишкек вступит в Таможенный союз и присоединится к проекту создания Евразийского экономического союза.

Президент Алмазбек Атамбаев подписал закон о ратификации пакета соглашений между правительствами Киргизии и Российской Федерацией. Сюда входят: списание внешнего долга республики перед РФ (полмиллиарда долларов); строительство крупнейших ГЭС Камбаратинской-1 и Верхненарынского каскада электростанций; соглашение о создании объединённой российской военной базы.

Как считает эксперт Российского института стратегических исследований Аждар Куртов, внешняя политика РФ должна способствовать инновационному развитию экономик стран ЕАС, и, возможно, тем, которые собираются туда вступить.

«Иначе получится модель колониальной системы, при которой Россия развивается в числе прочего и инновационно, а ее «союзники» утверждаются в статусе её сырьевых придатков. Подобное вряд ли кого-то устроит. В том числе и Киргизию, хотя её экономика за последние годы деградировала», — говорит Куртов.


Несмотря на удручающие экономические показатели, Киргизия в конце нынешнего года может стать членом Таможенного союза. Об этом на днях сказал посол России в Киргизии Андрей Крутько. Однако для вступления, по словам упомянутого Аждара Куртова, Бишкеку придётся привести своё законодательство в соответствие с российским: нормы ТС и будущего ЕАС ориентированы на Россию — страну, экономика которой более продвинута. Проще говоря, России придётся взять Киргизию на содержание. Это всегдашняя проблема интеграционных объединений с членами, находящимися на разных этапах экономического развития, считает эксперт.

Но далеко не все киргизы радуются. Казалось бы — тут и строительство, и создание рабочих мест, и «содержание», и списание огромного долга… Нет, иные киргизские господа испугались того, что попадут под каблук Москвы.

К примеру, депутат киргизского парламента Равшан Джеенбеков видит в тесном сближении с Россией появление ещё большей зависимости. По его словам, многие киргизские СМИ находятся под российским контролем, рынки связи и ГСМ — в руках у российских компаний. Вопросы транспортировки, распределения и разведки газа переданы «Газпрому». Вопросы с авиабазой «Манас» может решаться только с согласия ОДКБ, то есть, опять же, России. Теперь вот и гидроэнергетика передана России. Выходит, по мнению эксперта, что во внешней политике г-н Атамбаев «ориентируется только на Кремль». Причём дивиденды для Киргизии, по мнению Джеенбекова, призрачны, а вот для России — очевидны. Кто управляет гидроэнергетикой, тот управляет и Средней Азией.

Иван Гладилин (KM.ru), ссылаясь на ресурс 24kg.org, пишет, что киргизские депутаты в Жогорку Кенеш (парламенте) не возражали насчёт списания полумиллиарда долга, но вот по поводу прочих соглашений разгорелась нешуточная дискуссия.

Вначале министр энергетики и промышленности Киргизии Автандил Калмамбетов напомнил депутатам основные экономические параметры соглашения: финансирование технико-экономического обоснования Камбараты-1 и ВНК осуществляется за счет российской стороны, а Кыргызстан предоставляет право пользования земельными участками и активами. Для строительства КА-1 Россия обеспечит финансирование под 2,5% годовых. Для ВНК Россия вносит 50%, а оставшиеся средства привлекает на условиях «либор плюс 1,5% годовых». На период возврата средств РФ освобождается от уплаты налогов и таможенных пошлин на ввоз спецтехники, а КР устанавливает тариф на экспорт электричества.

Из-за последних пунктов и начался сыр-бор.

«Кыргызстан рискует полностью потерять Камбаратинскую ГЭС-1, — выступила Жылдызкан Джолдошова. — Я не согласна с некоторыми пунктами соглашения, они противоречат национальным интересам. Оно носит кабальный характер, так как все права и акции передаются России. Ратифицировав соглашение, мы потеряем наш суверенитет. Без одобрения России Кыргызстан даже не сможет получать электричество для нужд населения».


Вот так, пишет И. Гладилин, киргизские народные избранники оценили соглашение, по которому Киргизия вносит в проект водные ресурсы, а всё остальное — деньги, технику, специалистов, — даёт Россия. Что касается долевого участия во всех гидроэнергетических проектах, то оно — равное.


Что касается объединённой военной базы, то Москва «умудрилась поставить Киргизию в… привилегированное положение». Руководство России приняло решение выделить на модернизацию армий Таджикистана и Киргизии 1,5 млрд. $, но Бишкеку перепала большая часть — 1,1 млрд., а Душанбе обиделся. Запланированные визиты в Таджикистан первого вице-премьера РФ Игоря Шувалова и начальника российского Генштаба Валерия Герасимова сорвались. Похоже, считает обозреватель, «впору вести речь не о дипломатической победе Москвы, а о явной недоработке в нашей политике».

Между тем Кремль определённо решил вернуться в среднеазиатский регион. И ради этого возвращения Москва готова поставить на кон немалые деньги и даже свою репутацию, замечает Гладилин.

Политконструктор Юрий Юрьев, отвечая на вопрос ИА «REX» об интеграционных процессах, в которые вовлечена Киргизия, говорит:

«Мы не можем знать всех доводов государственной власти. Допустим, что Киргизия позволит стопорнуть орды «Талибана» при его ударе на Север, обойдясь в стоимость двух дивизий, но выполняя службу десяти дивизий. Горная местность Киргизии весьма удобна для обороны, Тянь-Шанский горный массив идеально прикрывает границу с Китаем. Или — эти электростанции и газопоставки будут деблокировать Китай как потребителя энергии, если морские пути энергоснабжения Китая будут отсечены США, что довольно просто. Не исключено, что Киргизия сочтена удобной для контроля региона авиацией или содержит некие редкоземельные металлы, критически важные для России. Подобные аргументы считаются во все времена секретными, а поводом для взаимодействия вполне может быть и «таможенный союз», да хоть «общество киргизско-русской дружбы» или вообще конноспортивное сообщество любителей кумыса».


Даже если Россия «просто седлает горный массив», говорит учёный, то и «это может быть выгодно в сопоставлении с гораздо большей стоимостью иных оборонительных рубежей».

II. Казахстан: вопрос с участием остаётся открытым

Аналитик Александр Шустов («Столетие») полагает, что в интеграционных процессах между Россией, Белоруссией и Казахстаном наступила пауза. Виновник её — Казахстан. Под давлением обвинений в возможной потере части национального суверенитета Астана заблокировала последние интеграционные инициативы Москвы.

Московская идея создания Евразийского парламента, высказанная 13 сентября 2012 года спикером Государственной Думы Сергеем Нарышкиным, была названа секретарём правящей партии «Нур Отан» Ерланом Кариным «только лишь желанием российской стороны». Резко отрицательную позицию в отношении создания Евразийского парламента заняла и казахстанская оппозиция. «Мне представляется, что Евразийский союз в том виде, в каком его видят российские коллеги, больше представляется как попытка присовокупить к России и Беларуси ещё и Казахстан…», — отметил заместитель председателя Общенациональной социал-демократической партии «Азат» Бурихан Нурмухамедов.

Александр Шустов отмечает и то, что в последнее время усилился пантюркистский вектор внешней политики Казахстана. В октябре 2012 года во время визита в Анкару президент Назарбаев произнёс речь с призывами к единству тюркских народов. Между Алтаем и Средиземным морем, по его словам, живет 200 миллионов тюрок, и если они объединятся, то станут «очень эффективной силой в мире». Заодно, как известно, президент критически отозвался о пребывании Казахстана в составе Российской империи и СССР: «…За 150 лет казахи едва не лишились своих национальных традиций, обычаев, языка, религии». После такого выступления эксперты заговорили о вероятном отказе Казахстана от евразийской интеграции в пользу пантюркистского проекта.

Сотрудничество между тюркоязычными государствами в последнее время заметно активизировалось. В конце января 2013 г. азербайджанское информационное агентство «Тренд» сообщило, что на втором заседании комитета по экономическим, торговым, финансовым вопросам Тюркской парламентской ассамблеи планируется обсудить вопрос ликвидации таможенных налогов и создания свободных от налогов зон между участниками организации.

Иван Гладилин (KM.ru), ссылаясь на сайт dialog.kz, отмечает, что казахстанская оппозиция носится с идеей организации референдума по вопросу выхода Казахстана из Таможенного союза и Единого экономического пространства. Правда, дата проведения плебисцита так и не назначена, а тем временем 2015 год приближается. Скорее всего, у оппозиционеров нет согласия на этот счёт.

Что касается вопроса об уровне поддержки в Казахстане евразийской интеграции, то он остаётся открытым. Заместитель исполнительного директора российского политологического центра «Север — Юг» Юлия Якушева отмечает, что в Сети можно встретить противоположные заявления социологов: от уровня поддержки до 80%, а то наоборот — чуть ли не полное отрицание какого-либо позитива в отношении ТС и ЕЭП.

А что же Нурсултан Назарбаев? А он подчёркивает: речь может идти лишь об экономической, но не политической интеграции.

«Евразийская интеграция — это наше экономическое преимущество перед вызовом третьей глобальной индустриальной революции, — сказал Назарбаев в январе, встречаясь с аккредитованными в Казахстане дипломатами. — Мы намерены совершить совместный рывок к новым технологиям и укладам. При этом и Казахстан, и Россия, и Белоруссия остаются независимыми государствами с собственными национальными интересами».


На днях были обнародованы итоги исследования социокультурных последствий сближения России, Белоруссии и Казахстана, проведённого ранее Институтом экспертных оценок и центром «Дискурс». В целом граждане трёх стран считают создание Евразийского союза возможным и даже в какой-то мере желательным. В числе плюсов образования ЕЭП, по мнению респондентов, — хорошая возможность развития внутреннего туризма. ЕЭП открывает и возможности для активной части населения: предприимчивые люди могут получить определённые выгоды. ЕЭП повлияет и на объединение учёных (скажем, по советскому образцу). Руководитель Института экспертных оценок Сергей Павлюк подтвердил, что главный вывод исследования таков: будущее у ЕЭП есть, и оно сильнее противоречий. «В опросе мы все время ставили такой вопрос в скрытом виде. Живуча ещё тенденция жить вместе и работать вместе. И у нас единый рынок может получиться», — подытожил товарищ Павлюк.

Согласно официальной статистике, сообщает упомянутая выше Юлия Якушева, объём взаимной торговли государств — участников ТС — в 2012 году возрос на 8,7% по сравнению с предыдущим годом, внешней торговли — на 3,2%. Белоруссия за 2012 год увеличила экспорт внутри ТС на 10,2%, в России экспорт возрос на 1,6%, импорт увеличился на 3,2%. В Казахстане данные показатели роста составили 6,1 и 26,6%.

По мнению И. Гладилина, «казахские оппозиционеры всего лишь отстаивают интересы полуфеодальной казахской знати».

«Казахстанская экономика… чрезвычайно монополизирована, причём монополизирован отнюдь не только сырьевой сектор. И хуже всего то, что процветают скрытые монополии, когда имеющие хорошую «крышу» компании контролируют все сферы, где есть хоть сколько-нибудь значимый денежный оборот. Вот такому-то доморощенному казахстанскому бизнесу любая конкуренция на рынках, которую так или иначе продвигает интеграция экономик трех стран, — как гость в горле. Отсюда и все разговоры о том, что с дальнейшей интеграцией Казахстан будет всё больше утрачивать свой суверенитет».


Тем не менее, и Москва может кое-что противопоставить казахстанским элитам: ведь успех евразийской интеграции выдвинет на передние роли элиты новые.

Однако этих элит пока не видно.

Алексей Власов (IA-центр) отмечает, что на уровне политических элит сложности в продвижении интеграционного проекта возникли после мартовского саммита ЕврАзЭС: ведь там не было принято решения о немедленном создании Евразийского экономического союза. Именно расхождения между Москвой и Астаной по срокам и последовательности совместных действий привели к тому, что вопрос о формировании ЕврАзЭС был перенесён на 2015 год.

Одной из ключевых причин, предопределивших «торможение», стало то, что, по мнению части казахстанской элиты, российские государственные чиновники недостаточно учитывают интересы Казахстана в процессе формировании новых наднациональных органов. Ни один из интеграционных центров не расположен в Астане. Аналитик признаёт, что эта аргументация заслуживает внимания, поскольку перенос месторасположения ряда органов за пределы России «позволит избежать разговоры о том, что Москва опять возрождает Советский Союз».

Присутствует также «субъективная обида»: казахская сторона полагает, что в российских СМИ и выступлениях некоторых политиков недостаточно отражается роль Назарбаева как «творца и создателя евразийского проекта».

Особую активность в критике евразийского проекта проявляют сегодня в Казахстане общественные деятели Булат Абилов и Мухтар Тайжан. По словам Тайжана, интеграция с Россией — процесс, опасный для независимости Казахстана. Он обращает внимание на то, что в Евразийской комиссии работает 2000 человек, и 84% из них — граждане РФ. Былую жизнь «под юрисдикцией России» Тайжан характеризует следующим образом: «В результате потеряли половину казахского народа в годы голодомора».

Наконец, существует целый слой бизнесменов, несущих потери из-за вступления Казахстана в Таможенный союз и ЕЭП. В их число входят те, кто занимается реэкспортом китайских товаров, например, подержанных автомобилей.

Также многие экономисты обращают внимание на то, что с развитием интеграции казахстанский рынок открывается для российских производителей, а вот обратного процесса не происходит. Но причина, говорит Алексей Власов, тут скорее в том, что казахстанский производитель, за исключением стратегических секторов, ещё «не нарастил мускулы» и не может успешно конкурировать с продукцией российских компаний. Казахстанский экономист Канат Берентаев утверждает, что это временные трудности, а в перспективе возобладает обратная тенденция.

В любом случае, пишет аналитик, экономический фактор в процессе евразийской интеграции остается доминирующим. Можно даже предполагать, что в текущем году партнёры по евразийскому проекту пойдут на ускорение интеграции.

Таким образом, несмотря на пессимистический настрой оппозиции и некоторых общественных деятелей, Казахстан, вероятно, будет двигаться по пути интеграции. Другое дело, что процессы эти не столь быстры, как хотелось бы оптимистам.

Обозревал Олег Чувакин
— специально для topwar.ru
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

336 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти