Новый иранский президент Хассан Роухани: маяк либерализма или «золотая середина»?

Новым президентом Ирана по результатам выборов стал 64-летний Хассан Роухани (набрал 18,613 млн. голосов, или более 50%, при примерно 80-процентной явке на выборы). Этот человек — тот, о котором можно смело сказать: профессиональный государственный деятель. Во время войны Ирана с Ираком он занимал ведущие посты в командовании ВС ИРИ, в 1989-2005 гг. председательствовал на Высшем совете национальной безопасности и являлся главой делегации на переговорах по ядерной программе. Занимал он и другие высокие должности, а также двадцать лет был депутатом меджлиса.

Новый иранский президент Хассан Роухани: маяк либерализма или «золотая середина»?



Краткие сведения о его биографии приводятся на сайте РИА «Новости». Роухани родился 12 ноября 1948 года. Он окончил Тегеранский университет, получив степень бакалавра в области права, и Каледонский университет Глазго (Великобритания), получив степень доктора права.

В период ирано-иракской войны занимал ведущие посты в командовании вооружёнными силами Ирана. В 1989-2005 гг. являлся председателем Высшего совета национальной безопасности, главой делегации Ирана на переговорах по иранской ядерной программе.

С 1991 года Роухани — член совета целесообразности, с 1992 года — глава Центра стратегических исследований Ирана. С 1999 года — член совета экспертов.

В 1980-2000 годах он был депутатом меджлиса, а в 1992-2000 гг. являлся заместителем председателя меджлиса.

Роухани объяснил свою победу на президентских выборах. «Это великое эпическое событие (выборы главы государства) открывает нам новые возможности, и страны, которые выступают за демократию и открытый диалог, должны с уважением относиться к иранскому народу и признавать права Исламской Республики», — сказал он во время первого публичного выступления после победы. «Это победа ума, сдержанности и прогресса над экстремизмом», — цитирует далее его слова «Интерфакс».

Поздравления с победой оказались довольно дружными. Мировые державы вроде бы и забыли о своих разногласиях.

Как сообщила «Би-би-си», США готовы к переговорам с властями Ирана по вопросу ядерной программы после победы Роухани.

Верховный представитель Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Кэтрин Эштон пожелала Роухани успехов в формировании правительства и обещала сотрудничать с новым иранским руководством в целях скорейшего дипломатического решения иранской ядерной проблемы.

Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун поздравил Роухани с победой.

Владимир Путин тоже поздравил Роухани с избранием, сообщила пресс-служба Кремля.

Как сообщает сирийское официальное агентство SANA, Башар Асад направил поздравительную телеграмму Хасану Роухани по случаю его избрания на пост президента Исламской Республики Иран.

От имени сирийского народа глава государства поздравил нового президента Ирана, получившего поддержку миллионов избирателей, и пожелал ему успехов на новом поприще.


Товарищ Асад подтвердил решимость своей страны продолжать развивать отношения дружбы и сотрудничества между Сирией и Ираном во всех областях. В частности, совместно противостоять планам агрессии, гегемонии и нарушения национального суверенитета стран региона.

Генеральный директор Центра по изучению современного Ирана Раджаб Сафаров, чьё мнение приводит «Интерфакс», считает, что Роухани, скорее всего, возьмёт курс на восстановление отношений с Западом. «Полагаю, что в любом случае Хасан Роухани и его команда откажутся от курса жёсткого противостояния с Западом, который восемь лет подряд проводился при Ахмадинежаде. Плохие отношения с Западом во многом обусловили крайне сложное экономическое положение Ирана и резкое снижения уровня жизни населения», — заявил он.

Он добавил, что «решить экономические проблемы без изменения внешнеполитического курса Тегеран не сможет, и поэтому следует ожидать, что Роухани придаст иранской ядерной программе прозрачный характер».

Глава комитета Госдумы по международным делам Алексей Пушков считает, что избрание Роухани помешает Вашингтону осуществить силовые действия в отношении Тегерана. В твиттер-записи Пушкова говорится: «Победа Роухани в Иране сильно затрудняет для США военный сценарий в отн. Ирана. Как можно бомбить страну, где у власти президент-реформатор?»

Игорь Панкратенко, советник директора Института внешнеполитических исследований и инициатив, в статье «Иран: вопросы после выборов» («Фонд стратегической культуры») рассуждает на тему того, почему на Роухани, набравшего 50,68% голосов на выборах, поспешно навесили ярлык либерала, и насколько будет он предан Верховному лидеру.

«Если посмотреть на заголовки неиранских медиа после 14 июня, то заметно некое ликование «широкой либеральной общественности», отчего-то решившей, что седьмой президент Ирана — из числа «духовно близких». Читая прогнозы, так и представляется, что завтра-послезавтра иранцы стройными колоннами и с ленточками пойдут в «светлое будущее общества потребления». Ну-ну…»


Автор полагает, что причинами самообмана либеральной общественности являются невежество на пару с некомпетентностью. Иранское понимание того, что такое консерватизм, а что такое либерализм, весьма существенно отличается от западного. Любопытен и ещё один нюанс, проистекающий из специфики иранского политического поля: «консерватор» в международных делах может быть «либералом» в делах внутренних, и — наоборот.

Аналитик считает, что иранское общество, отдав голоса Роухани, голосовало за более взвешенного в словах президента. В ходе предвыборных дебатов Ахмадинежад подвергался критике не за социальные реформы и не за курс на освоение мирного атома. Критиковался он за невыдержанность заявлений, которые давали Западу повод для очередной санкционной или информационной атаки на ИРИ, пишет автор.

«Иранское общество, пропитанное традициями «мягкой силы», взвешенности, бережного отношения к балансу интересов элит, просто не смогло на данном этапе «переварить» наступательности и агрессивной динамики Ахмадинежада…»


Роухани, считает аналитик, — своего рода компромиссная фигура на тот переходный период, за который молодая политическая элита должна преодолеть внутренние разногласия, выступить единым фронтом.

По итогам прошедших выборов представитель Белого дома Джей Карни отметил мужество иранского народа: «Мы уважаем волеизъявление иранского народа и поздравляем их с участием в политическом процессе… Мы надеемся, что иранское руководство прислушается к воле иранского народа, проявленное в данном голосовании». И. Панкратенко отмечает, что этот пассаж плохо согласуется со сделанным раньше заявлением главы Госдепартамента о том, что «выборы в Иране не являются ни свободными, ни демократическими».

Слова Джона Керри, сказанные им ещё в конце мая, приводит Сергей Строкань («Коммерсантъ»). Он отмечает, что, стремясь не давать повода для недовольства, власти Ирана попытались сделать выборы-2013 предсказуемыми и бесконфликтными. Они сняли с гонки ряд фигур: из 686 претендентов на пост президента Совет стражей конституции зарегистрировал лишь восемь кандидатов.

Находившийся с визитом в Израиле глава Госдепа немедленно обрушился на иранские власти с критикой: «Совет стражей сузил список почти семисот потенциальных кандидатов до восьми лиц, которые представляют исключительно интересы режима. Это вряд ли можно назвать выборами по тем стандартам, которыми руководствуется большинство стран и народов, отстаивающих принципы свободных, честных, состязательных, прозрачных выборов».

По мнению главы американской дипломатии, «иранскому народу не позволят не только избрать того, кто мог бы выражать его точку зрения, но и принимать участие в деятельности, составляющей неотъемлемую часть подлинной демократии».

Критика не только типичная для Госдепа, но на сей раз превентивная. Когда мистер Керри говорил это, до выборов в ИРИ оставалось ещё почти три недели.

К тому же принципами свободных выборов озаботиться бы самому Вашингтону, где в одном округе штата Огайо кандидат Обама получил в ноябре 2012 г. 108% голосов, а сама система «выборщиков» давно подвергается заслуженной критике. Да и, хоть в США зарегистрировано сорок партий, правят государством по очереди лишь две: Демократическая и Республиканская, то есть в стране сложилась политическая дуополия. Выдвижение всего двух окончательных кандидатов от этих партий на выборы почему-то не кажется Госдепу «недемократичным». Всё это очень подходит под пословицу о бревне в глазу.

Глава МИД Ирана Али Акбар Салехи в ответ сказал Госдепу: «Лучший совет американским официальным лицам — получать информацию из надёжных источников и от специализированных советников. При этом они должны осознавать возможные последствия подобных несправедливых комментариев».

Касательно же возможной «либерализации» в Иране мнения есть разные. Противоположные есть мнения.

Канал «Euronews», к примеру, сообщает об ожидании тегеранцами преобразований. Роухани для иранцев стал символом перемен, утверждают обозреватели. «Да здравствуют реформы!» — скандируют жители Тегерана. В пух и прах разбив консерваторов, Роухани гарантировал народу свободы, обещал «вернуть этику в политику», поднять с колен экономику и наладить отношения с остальным миром, передаёт канал.

Неназванный житель Ирана говорит: «Народ проголосовал! Поддержка бывших президентов Рафсанджани и Хатами, особенно в последние несколько дней, и самоотвода Арефа, — всё это воодушевило страну и позволило этим выборам открыть дорогу реформаторам».

Дмитрий Зеленин (ИТАР-ТАСС, Бейрут) пишет, что 64-летний политик, имеющий религиозный сан ходжатольэслама, популярен у молодёжи, которая и ждёт от него модернизации. Как отмечает обозреватель Али Бадрам, иранцы рассчитывают, что новый президент выступит инициатором политики «инфитаха» — либерализации в экономической и во внутриполитической сфере.

В предвыборной программе Роухани обещал, что после избрания разработает «Хартию гражданских свобод» и выпустит из тюрем политических узников, в том числе активистов «зелёной волны».

По мнению телеведущего Гассана бен Джидду, триумф демократии в Иране и успех Роухани свидетельствует, что иранцы сумели преодолеть раскол в обществе, вызванный президентскими выборами 2009 года и последовавшими за ними репрессиями против вождей оппозиции. «Иран вступает в новую эпоху, укрепив внутренний фронт перед серьёзными внешними вызовами», — подытоживает бен Джидду.

Что касается отношений Ирана с Россией после победы Роухани, то, как сказал РИА «Новости» руководитель российского Института стратегических оценок Александр Коновалов, Тегеран не будет так нуждаться в России, как он нуждался в ней прежде в качестве опоры в борьбе с США.

«Когда главным врагом Ирана был Вашингтон, и борьба велась, главным образом, с США, волей или неволей Тегеран обращался к России как к опоре в этой борьбе», — отметил товарищ Коновалов. Однако, по его мнению, «если она (борьба) сменится какой-то формой сотрудничества, достаточно разумной, то для Ирана не будет так важна потребность в опоре на Россию как силу, которую можно противопоставить в конфликте с США».

Роухани, добавил Коновалов, отражает интересы тех, кого можно сгруппировать под лозунгом «Мы хотим перемен»: молодёжь, студенты, женщины, гендерные движения, интеллигенция. «Перемены будут, но не совсем такие, которых бы нам хотелось, потому что они будут, прежде всего, касаться улучшения отношений с Западом, вывода Ирана из тяжёлого экономического положения, в котором он находится, несмотря на огромные углеводородные богатства. Ирану надо уходить из-под санкций», — считает эксперт.

А вот Раджаб Сафаров считает, что развитие и углубление отношений с Москвой, скорее всего, станут одним из приоритетных направлений внешней политики нового иранского президента. «Роухани — прагматик, и поэтому при нём отношения с Россией, как минимум, не ухудшатся. А скорее всего, следует ожидать проявления интереса со стороны Ирана эти отношения активизировать. Подход здесь прагматический: Россия важна для Ирана в качестве серьёзного игрока по решению проблем Каспия, а также для как можно быстрого входа в Шанхайскую организацию сотрудничества. Я лично общался с Роухани. Он хорошо относится к России», — приводит слова эксперта «Интерфакс».

В заключение следует отметить, что заметное удивление Запада по поводу результатов выборов в Иране (которые пришлось срочно признавать, несмотря на предварительные горячие заявления Джона Керри) говорит о никудышной работе нынешних американских аналитиков, промахнувшихся как в оценке выборов, так и в предсказании того, кто окажется фаворитом гонки. Нелегко же будет мистеру Керри, а также его патрону Обаме теперь выстраивать отношения с тем человеком, кто, получается, был избран недемократично и представлял «исключительно интересы режима»! Если Госдепу не нравился тон, которым разговаривал с Западом товарищ Ахмадинежад, то этот самый Запад всегда забывал о том тоне, который он допускал и допускает по отношению к своим политическим оппонентам.

Видимо, Вашингтону придётся поучиться выдержке и умению вести диалог у Хассана Роухани. Впрочем, и Керри, и Обама в этом смысле — безнадежны. Фигуры вроде Саманты Пауэр и Сьюзен Райс, сплотившиеся в последнее время вокруг них и давно прославившиеся агрессивно-менторской риторикой, говорят о многом…

Обозревал и комментировал Олег Чувакин
— специально для topwar.ru
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

35 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти