Дальневосточная рулетка

На следующий день после победы на парламентских и президентских выборах избранный президент Тайваня Цай Инвэнь анонсировала, что после вступления в должность одним из первых её шагов станет создание зоны свободной торговли с Японией. Подобный ход имеет не только политическое и культурное значение (в этих двух сферах два государства и так тесно интегрированы), но и сугубо военное. Токио запланировал масштабную программу перевооружения, в результате которой образуются солидные излишки кораблей и бронетехники, которую мог бы приобрести Тайбэй. Не последнюю роль сыграли и личные контакты, так как Япония поддерживала победившую Демократическую прогрессивную партию все годы её пребывания в оппозиции.




КНР отреагировал на прошедшие выборы бурей негодования в СМИ и масштабными учениями 31 группы армии в соседней с Тайванем провинции Фуцзянь и прилегающей к ней водах. Следует напомнить, что часть этой провинции и по сей день удерживается Тайванем: крупный остров Цзиньмэнь и архипелаг Мацзу, которые расположены буквально в нескольких километрах от континента.

К конфронтации обе стороны толкает и экономика. На Тайване сегодня продолжается спад. Что до КНР, то здесь, по утверждениям финансовых аналитиков, в ближайшие два года ожидается полный крах фондового рынка. Готовясь к нему, инвесторы вывели из Китайской Народной Республики в 2015 году более 1 триллиона долларов. Обвал Шанхайской биржи и стремительный отток капитала из Поднебесной подводят черту под сорока годами «экономического чуда». Дальше либо стагнация, либо рецессия.

Наряду с окончанием длительного периода экономического роста завершается и политическая эпоха — эпоха экспансии, хотя правильнее её было бы называть эпохой простых территориальных захватов. Она началась со времен Гражданской войны и присоединения Тибета и продолжалась далее с поглощением Парасельских островов, Гонконга, Макао, Большого Уссурийского острова, приграничных районов среднеазиатских республик бывшего СССР и других территорий. Следующим должен был стать Тайвань, но не стал. Теперь, вместе с тайванскими выборами перед дальнейшей территориальной экспансией КНР опустился шлагбаум. Точнее, сама экспансия, конечно, возможна — военным путём, который отнюдь не гарантирует победы, и ценой окончательного обвала экономики.

Если Первая мировая война обернулась для Азии лишь стремительным переделом границ, то Вторая мировая прошлась по ней разрушительным молотом, сносящим города, государства и целые регионы. Хуже того, её последствиями оставили недовольными всех, как проигравших, так победителей. Новый формат конфликта, который на Западе именуют гибридной войной, несомненно, сейчас изучают в генштабах всех держав Восточной Азии. Конечно, он применим далеко не везде. В частности, полноценный конфликт на Корейском полуострове или высадка Пекином десанта на Тайване будут скорее проявлениями войны традиционной. Но вот в других эпизодах возможностей для вмешательства становится куда больше. Например, прямое участие кадровых офицеров Тайваня в национально-освободительных движениях на территории южных провинций КНР. Если при власти Гоминьдана, выступавшем, с известными оговорками, за единый Китай, подобное казалось невозможным, то с приходом Демократической прогрессивной партии вероятность таких действий лишь возрастает.

Существенного обострения замороженных конфликтов до середины 2017 года ждать не стоит. Именно к этому сроку в США должен окончательно утвердиться новый президент, что будет избран 8 ноября 2016 года, и будет сформулирована новая линия внешней политики. Наиболее радикальные перемены ждут Дальний Восток при избрании президентом Хиллари Клинтон, известной своими радикальными взглядами. Собственно, именно такого исхода с нетерпением ожидают в Токио, Сеуле, Тайбэе, Маниле и других столицах. Широко разрекламированное «возвращение на Тихий океан» от администрации Барака Обамы на деле оказалось дешёвым пиар-ходом. Более того, союзники США стали получать даже меньше военных гарантий, чем имели при предшественниках Обамы. Этот факт обеспокоил многие правительства региона и стал одним из поводов для критики президента уже в самих США.

Тем не менее, США однозначно будут всё более активно вмешиваться в происходящее. 28 января на базу Кадэна на японском острове Окинава прибыло 26 истребителей США — 14 единиц F-22 и 12 F-16. Шестью днями ранее эти F-22 прибыли в Японию на базу Йокота, в западном Токио. Сейчас это в большей степени демонстрационный шаг, но следующий президент Соединенных Штатов Америки будет однозначно проводить ещё более напористую политику.

Важным этапом в формировании нового азиатского альянса стало разрешение ещё в 2015 году противоречий между Южной Кореей и Японией по вопросу «женщин для комфорта». Ещё в 1965 году между Южной Кореей и Японией был заключён базовый договор, по которому Токио выплачивал соседу 800 млн. долларов — громадную сумму по тем временам, а Сеул отказывался от претензий за ущерб за колониальный период. Однако в 2010-х года на волне разжигаемого в Корее национализма раздались требования потребовать с японцев больше денег в пользу уже конкретных жертв, что вызвало в Токио недоумение и возмущение: мол, за всё давно заплачено. В спор вынуждены были вмешаться американцы и конфликт решили компромиссом. Япония снова принесла официальные извинения и выделила 8,3 миллиона долларов в фонд помощи «женщинам для комфорта», а глава МИД Республики Корея Юн Бён Се заявил об «окончательном и бесповоротном» урегулировании вопроса. Другой скользкий вопрос о островах Лианкур (Токто), отторгнутых Сеулом ещё во времена Ли Сын Мана, две стороны решили пока задвинуть в стол. Не последнюю роль во внезапном примирении оппонентов сыграла и КНДР, войну с которой и в Сеуле и в Токио всё более воспринимают как практически неизбежную.

Что до России, то в Азии она может играть только в трёх возможных ролях: гегемон, авторитетный нейтрал и зависимая страна. Гегемоном пыталась быть сперва Российская империя до 1905 года, затем СССР в 1945-1991 годах. С 1991 года Российская Федерация существует в Азиатско-Тихоокеанском регионе сразу в двух измерениях, оказавшись между статусом авторитетного нейтрала и зависимой страны одновременно, причём с большим постоянным дрейфом от первого именно ко второму.

В пользу её статуса как авторитетного нейтрального государства говорят прошлые заслуги, размеры, ядерное оружие, относительно современные военно-воздушные силы, хоть и устаревший, но всё ещё внушающий уважение Тихоокеанский флот. Немаловажно даже то, что Россия единственная крупная этнически белая страна в регионе. Москва может быть посредником при заключении мира между воюющими странами и, скажем, без России невозможно представить переговоры по КНДР, хотя нашу страну с Северной Кореей связывает один-единственный мост.

Россия, сильная или слабая, в любом случае будет оказывать влияние на региональный расклад сил. Даже невольные или вынужденные действия Москвы способны поменять общий баланс. А действия эти неизбежно последуют по целому ряду объективных причин. В том числе и достаточно радикальные. Так, если до недавних пор Россия выстраивала особые отношения исключительно с Китаем, то экономический спад заставит искать других региональных партнёров — в том числе и в ущерб Пекину. В конце концов, в политике нет вечных друзей и вечных врагов, но есть вечные интересы. Так или иначе, 2016 год в Азиатско-Тихоокеанском регионе будет богатым на разного рода военно-политические события.
Автор:
Игорь Кабардин
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

40 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти