Шпионы. Возвращение. Часть 2

Шпионы. Возвращение. Часть 2


В начале XVIII в. сорбоннские богословы решили, что русское правительство склонно к унии православной и католической церквей. Вскоре после смерти Петра I, воспользовавшись возвращением в Россию княгини И. П. Долгоруковой, которая в 1727 году тайно перешла в Голландии в католичество, они прислали с нею иезуита Жюбе под видом домашнего учителя. Жюбе стал разведывать в России обстановку для унии и составлять секретные доклады Сорбонне.

Тем временем группа близких к этому русских аристократов, объединявшихся вокруг некоторых из князей Долгоруковых, строила планы смены царствующей династии.


Предполагалось, что в России после заключения унии будет восстановлено патриаршество, отмененное Петром I в 1721 году. Патриарх-униат должен был обеспечить полное фактическое проведение унии и своим авторитетом поддержать простиравшиеся еще дальше политические планы Долгоруковых. За неимением лучшего кандидата прочили в патриархи тридцатилетнего Якова Долгорукова, получившего за границей воспитание у иезуитов.

Душой всей авантюры был Василий Лукич Долгоруков, дядя Якова. Он учился в Париже, водил там дружбу с иезуитами и, по словам биографа, многого от них набрался. Вернувшись в Россию, он быстро сделал дипломатическую карьеру. Ловкий интриган, член Верховного тайного совета, т. е. один из самых могущественных людей в стране, он вместе с ближайшими родственниками решил возвести свою племянницу на царский престол после смерти Петра II. Было уже заготовлено подложное завещание царя. Но план этот не удался, и в 1739 году В. Л. Долгоруков был казнен.

Княгиня И. П. Долгорукова поспешила отречься от католичества.

Иезуитская затея с унией и возрождением патриаршества входила в планы возвеличения рода князей Долгоруковых. Есть сведения, что уже была завербована группа видных православных церковников на ту же незавидную роль, которую в Литве в конце XVI в. сыграли епископы, возглавлявшие Брестскую церковную унию с Ватиканом (Сведения взяты из книги Р. Pierling «La Russie et le Sainte-Siege», т. IV, Париж, 1907, стр. 350).

«Испанский посол в России граф Лириа был закулисной пружиной заговора, тайно представляя в этом деле интересы Ватикана». Чтобы оградить иезуита Жюбе от неприятностей с властями, он выдал его за своего духовника и для большей безопасности снабдил дипломатическим паспортом. Впрочем, это не избавило Жюбе от высылки из России в 1732 году (об этом заговоре также писали Ф. Успенский, «Сношения Рима с Москвой», журнал «Министерства народного просвещения», 1884, №10, стр. 333-340; С. М. Соловьев в «Истории России с древнейших времён»).

Лириа в своих записках недаром сокрушался о падении Долгоруковых, хотя, разумеется, умалчивал об авантюре с религиозной унией («Письма о России в Испанию дука де Лириа», сборник «Осмнадцатый век», кн. 2 и 3, М., 1869).

Официальное резкое осуждение изгнанного иезуитского ордена не мешало антипатриотически настроенным русским аристократам втайне преклоняться перед ним. К этим доброжелателям иезуитов принадлежала и императрица Екатерина II. Вынужденная бранить их гласно, она втихомолку всячески старалась оградить их от критики.

До каких пределов доходило это стремление, видно хотя бы по следующему примеру. В 1769 году вышла в свет небольшая диссертация магистра Московского университета Д. С. Аничкова «Рассуждение о начале и происшествии натурального богопочитания», крайне обозлившая «святейший» синод тем, что в ней почти открыто высказывались мысли о религии. По-видимому, лишь боязнь правительства привлекать общественное внимание к этому делу избавила Аничкова от наказания, предусмотренного за свободомыслие в вопросах религии царскими законами.

Шпионы. Возвращение. Часть 2


В том же году под измененным названием вышло второе издание этой книжки, из которой автор исключил (вероятно, поневоле) «вольнодумные места». Среди них было и следующее место — в нём цензоры, несомненно, усмотрели либо осуждение императрицы, тайно покровительствовавшей иезуитам.

«Езуиты, — писал Аничков, — самые пастыри христова стада, которых по достоинству столько ненавидит весь мир, приватный из благочестия делают интерес, простирая алчные руки к ненасытному сребролюбию, и под именем спасения разоряют порученное себе от бога и вверенное от монархов стадо, сделав самую веру завесою мнений ложных» (Д. С. Аничков, «Рассуждение о начале и происшествии натурального богопочитания», М., 1769, стр. 23 первого издания).

Шпионы. Возвращение. Часть 2Прошло несколько лет, и от тайного покровительства иезуитам Екатерина смогла перейти к открытому.

В 1772 году, при первом разделе Польши, Россия получила на западе и юго-западе обширные территории. При следующих разделах они выросли еще больше. Православное население составляло там меньшинство. Жившие в тех местах иезуиты к величайшей своей радости — без всяких хлопот и дипломатического торга — вдруг оказались подданными Российской империи.

По-видимому, Екатерина в первое время обеспокоилась этим: почти две сотни неожиданно приобретенных ею иезуитов были способны доставить царской администрации немало хлопот, если бы не поладили с нею. Иезуиты имели столь громкую известность красноречивых ораторов, опытных писателей, что Екатерина серьезно могла опасаться, как бы их коллегии не стали центрами антирусской пропаганды. Поэтому она в особом наказе требовала от своих чиновников «за сими наипаче недреманно смотреть... яко за коварнейшим из всех прочих латинских орденов».

Её особенно смущала полнейшая подчиненность иезуитов Ватикану как единственной верховной власти.

И вот в столь напряженный момент иезуиты сумели оправдать свою репутацию изворотливых политиков: пока прочее католическое и униатское духовенство сопротивлялось мерам русской администрации и, в частности, стремилось помешать присяге белорусского населения русскому правительству, иезуиты демонстративно присягнули первые. Политическое значение этого маневра было велико — он внёс разлад в среду католического духовенства и скоро привел к тому, что присягнули России все священники и монахи в Белоруссии, а также и верующие, из которых многих духовенству уже удалось приобщить к новой вере.

Именно тогда, в 1773 году, когда их орден был распущен папой Климентом XIV, Екатерина тотчас решила извлечь все выгоды из того обстоятельства, что находившиеся в России иезуиты лишились своего международного центра в Риме.

Она не позволила опубликовать папское распоряжение в России. Понимая замысел Екатерины, иезуиты польских губерний России обратилась к ней с просьбой позволить им подчиниться папе — ликвидировать коллегии, имущество ордена и т. д. Императрица ответила отказом.

На протест Ватикана Екатерина резко ответила, что, «во-первых, странно выглядит папская жалоба на покровительство России иезуитам — «надежнейшим поборникам латинской веры», а во-вторых, что «императрица не привыкла кому бы то ни было отдавать отчет в распоряжениях своих в пределах империи» (Ю. Ф. Самарин — «Иезуиты и их отношение к России», изд. 3, М., 1870, стр. 315).

Правительство рассчитывало воспользоваться всем пропагандистским, школьным и шпионским опытом иезуитского ордена в своих целях. Для этого оно строжайшим образом запретило какую бы то ни было связь иезуитов с Ватиканом и вообще с заграницей и подчинило их католическому Могилевскому архиепископу Богушу Сестренцевичу, который стал впоследствии митрополитом — чем-то вроде царского министра по делам католической церкви.

В конце концов, если Екатерина II сумела использовать трудное положение, в которое попал иезуитский орден, то выиграл и Ватикан — и именно потому, что благодаря ей могли до известной степени сохраниться кадры иезуитов, а также преемственность между «старым» «Обществом Иисуса», каким оно было до роспуска «на вечные времена», и «новым» — после 1814 года, когда «вечные времена» уже кончились и по воле восторжествовавшей реакции орден был всюду возрожден Ватиканом.

В своём стремлении использовать его в качестве духовной полиции правительство Екатерины II пренебрегало даже такими фактами, как, например, подделка русских бумажных денег иезуитом Зановичем: на отношении правительства к ордену это преступление не отразилось.

При аресте у Зановича нашли много тысяч фальшивых сторублевых ассигнаций («Записки Льва Николаевича Энгельгардта», М., 1867, стр. 34).

Насколько болезненно воспринимала Екатерина нарекания на свою политику в иезуитском вопросе, показывает очень характерный факт, связанный с издательской деятельностью известного просветителя Н. И. Новикова.

Мы только что видели, какую крупную неприятность навлекло в 1769 года на Аничкова его довольно сдержанное осуждение деятельности «Общества Иисуса»; а ведь в то время иезуитам ещё запрещался въезд в Россию. Поэтому должна быть понятна ярость, обуявшая Екатерину в 1784 года, когда она узнала об опубликовании специальной антииезуитской статьи в новиковском издании «Прибавление к Московским ведомостям». В самом деле, тогда русская императрица была покровительницей иезуитов, уже более десятилетия пользовалась она шпионскими и пропагандистскими услугами их ордена, от которого сочли нужным откреститься даже римские папы, и вдруг в приложении к распространенной русской газете появились чьи-то резкие суждения об «Обществе Иисуса».

Статья вызвала резкую критику со стороны Екатерины. 23 сентября 1784 г. она писала в Москву обер-полицмейстеру Архарову: «Уведомившися, что будто бы в Москве печатают ругательную историю ордена езуитского, повелеваем запретить таковое напечатание; а ежели бы оная издана была, то экземпляры отобрать; ибо, дав покровительство наше сему ордену, не можем дозволять, чтоб от кого-либо малейшее предосуждение оному учинено было».

Было бы трудно высказаться яснее.

Статья (она напечатана без подписи) называлась «История ордена иезуитов». Автор критически обозревал вкратце историю «Общества Иисуса», придерживаясь фактов и делая из них заслуженные резкие выводы. Изложение доведено лишь до описания иезуитских владений в «Южной матерой американской земле» и заведенных там порядков. Ни о крушении парагвайской авантюры иезуитов, ни о дальнейших событиях автор сказать не успел. Он возлагал на иезуитов тяжкую политическую и моральную ответственность за многие бедствия:

«Кто взпомнит о произшествиях, приключившихся в Европе в течение последних двух столетий, тот найдет, что от иезуитов по справедливости можно требовать отчета во вредных действиях, произшедших от изпорченной опасной казуистики, от безпредельных правил церковной власти и от ненависти к терпению, бывших во всё оное время поношением для Римской церкви и навлекших толико зло гражданскому обществу» («Прибавление к Московским ведомостям», 1784 год, №70, стр. 537).

Летом 1917 года

Летом 1917 года в Ватикане организовалось новое министерство — конгрегация по делам восточных церквей. Её задачей было объявлено «восстановление церквей». Особое внимание обращалось на распространение униатства. Однако ничего серьёзного в этом отношении достигнуть Ватикану не удалось — началась революция 1917 года.

Отношения с новым руководством страны не заладились с первых же шагов работы миссий. Преимущественно на территории Польши и прибалтийских государств быстро были образованы новые центры объединения агентов Ватикана. Пробираться тайком в Советскую Россию было слишком трудно и опасно. Поэтому в 1922 году Ватикан решил послать несколько групп легально, под видом миссии для организации помощи голодающим. Несколько таких агентов (среди них были и иезуиты) обосновались тогда в Крыму, Ростове-на-Дону и в Москве.

Миссией руководил опытный разведчик, скрывающийся под маской учёного — американец Уолш. Перед миссией советское правительство поставило главное условие её работы — не вмешательство в политическую жизнь страны. Однако это условие было нарушено и правительство потребовало отозвать иезуита Уолша, имя которого и после не раз появлялось в хронике антисоветских выступлений католических церковников за рубежом. Так, в 1929 году он произнёс в Вашингтоне речь, в которой уговаривал правительство США не вступать в дипломатические отношения с Советским Союзом. В годы второй мировой войны он был яростным противником военного сотрудничества США с СССР. Однако прибывший на смену ему другой католический священник — Герман — не только не прекратил, но ещё и усилил разведывательные действия ватиканской миссии. И за это она была в 1924 году выслана из России.

За этим последовали несколько громких судебных процессов. Так, в Грузии в 1921-1924 годах действовала неаполитанская провинция иезуитского ордена, которая опиралась на грузинских меньшевиков. Затем последовало дело могилёвского архиепископа барона Роппа, приговорённого к расстрелу с заменой высылкой за пределы страны, дело другого католического священника — Буткевича, осуществляющего шпионаж в пользу Англии, дело ленинградского архиепископа Цепляка, дела ксензов на Украине (Ловейко, Жилинского, Скальского, Федукевича и других). Эти и другие процессы приводили к сворачиванию деятельности миссий.

Окончание следует…
Автор: Полина Ефимова


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 5
  1. venaya 18 февраля 2016 06:59
    Иезуиты имели столь громкую известность красноречивых ораторов, опытных писателей, что Екатерина серьезно могла опасаться

    Как это всё напоминает деятельность аналогичных, часто даже не религиохных, организаций сегодняшнего дня. Сейчас подобная деятельность имеет научное название: "Нейро-лингвистическое програмирование" (НЛП). Хотя их сущность и поставленные им задачи не очень то и изменились.
    1. Комментарий был удален.
  2. parusnik 18 февраля 2016 07:37
    Интересные страницы решили раскрыть, особенно период с 1917 года..Ждём окончания..Спасибо, Полина..
    1. Комментарий был удален.
    2. Комментарий был удален.
    3. Комментарий был удален.
  3. Korsar4 18 февраля 2016 08:57
    По разному относиться к Екатерине можно. В вопросах веры она с позиции государственника выступала.

    В Казани весьма почитаемая. В государстве - правила. В дела небесные не вмешивалась.
  4. andrew42 18 февраля 2016 09:34
    "...Неутомимее, чем мыши, границу русскую грызут." "Где не с мечами, там с торговлей. Где не с торговлей, там с крестом". Вот такое ёмкое пояснение,- по Константину Симонову.
  5. Бредович705 18 февраля 2016 22:13
    Ничего по сути не меняется! Гадить России это смысл западного мира! Спасибо Полина! Жду окончания с нетерпением!

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня