Как США побеждали Иран


В последнее время в США прямо вал публикаций на тему того, как героически представители американских вооруженных сил воевали против Ирана. С чем связано все это – вопрос неоднозначный, но внимание привлекло не столько суть содержания статей, сколько стиль. Стиль, прямо скажем, чарующий и напоминающий сразу несколько вещей из нашей обыденности.

Первым у нас будет начальник космических операций генерал Дуглас Шисс.


Генерал рассказал, что Космические силы США использовали оружие радиоэлектронной борьбы (какое – не сказал, всё очень секретно!) во время операции «Ярость небес» для нанесения некинетических ударов по конкретным целям на территории Ирана.

Это боевое применение стало первым случаем прямого участия Космических сил в высокоинтенсивной военной кампании. Оно показало, как средства радиоэлектронной борьбы могут воздействовать на обозначенные цели без использования обычных боеприпасов. Хотя, может, и не показало, но кто теперь посмеет опровергнуть, особенно по прошествии такого количества времени?

История первая: этот страшный РЭБ



В общем, суть такова: боец из 42-го отряда радиоэлектронной борьбы перенастроил систему, навел ее на заданную цель и выполнил задачу, несмотря на то, что его позиции якобы угрожали приближающиеся ракеты.

Этот эпизод демонстрирует растущую ценность быстро адаптируемых средств радиоэлектронной борьбы на поле боя для выведения из строя вражеских систем, защиты развернутых сил и расширения возможностей командиров во время боевых действий.

Героизьмой полыхнуло, чувствуете? Один боец против приближающихся иранских ракет, но… «Ты же воин Космических Сил Соединенных Штатов!». И, куда деваться, рэбомет подавил всё, от иранских ракет до гусениц и скорпионов. Что говорить о неназванной цели, по которой этот боец должен был отработать?


Военнослужащие Космических сил США, приписанные к 42-му боевому отряду радиоэлектронной борьбы, действуют в зоне ответственности Центрального командования США

К фото, кстати, сейчас вернемся.

Космические силы США раскрыли информацию о миссии 16 сентября 2026 года после выступления генерала Шисса на конференции по вопросам авиации, космоса и кибербезопасности.

Шисс сказал, что возможности Космических сил являются частью «минимального пакета сил» Объединённых вооружённых сил для операции «Ярость», что указывает на то, что командование считает возможности ведения космической и радиоэлектронной борьбы необходимыми для проведения кампании, а не просто дополнительной поддержкой.

Операция «Ярость эпическая» началась 28 февраля 2026 года как возглавляемая США кампания по нанесению ударов по целям в Иране. Центральное командование США включило в список целей командно-контрольные объекты, средства противовоздушной обороны, инфраструктуру баллистических ракет и беспилотников, военные аэродромы и другие военные объекты.

Кампания быстро переросла в крупномасштабную воздушную и ракетную операцию с участием боевых самолетов, бомбардировщиков, самолетов радиоэлектронной борьбы, беспилотных летательных аппаратов, средств противоракетной обороны, военных кораблей и других сил и средств США. Американские войска также защищали региональные базы и оперативные пункты от иранских ракет и беспилотников.

На этом фоне Шисс привел необычайно подробный рассказ о том, как подразделение Космических сил, занимающееся радиоэлектронной борьбой, внесло непосредственный вклад в боевые операции.

Специалист Грей с позывным «Страж», приписанная к 42-му отряду радиоэлектронной борьбы (на фото в первом ряду), была направлена в зону ответственности Центрального командования США и получила приоритетный пакет целей в течение нескольких часов после начала операции «Ярость».

По словам Шисса, она перенастроила свою систему вооружения для выполнения задачи, навела ее на указанную цель и начала вести радиоэлектронную борьбу с противником.

Последовательность действий имеет значение, поскольку она демонстрирует полную цепочку от целеуказания до достижения результата с участием боевого подразделения Космических сил: сотрудники разведки выявили и охарактеризовали приоритетную цель, оперативный персонал получил пакет данных для целеуказания, оружие было адаптировано для выполнения этой задачи, и «Страж» обеспечила необходимый эффект.

Космические силы США не раскрывают информацию о системе вооружения, которую использовала Грей, о цели, которую она поразила, и о точном характере возникшего электромагнитного воздействия. Так сказать, да, можно, а зачем? Истинный патриот поверит и так, а сомневающихся можно записать в эти… в иноагенты, вот. И их мнением, мягко говоря, пренебречь.

Главное – американский боец, в одиночку управляя чем-то очень эффективным и смертоносным, находясь практически в прицеле иранских ракет, выполнила поставленную задачу.

Таким образом, нет подтвержденных данных о том, была ли цель наземной, воздушной или космической, а также о связи этого инцидента с какой-либо конкретной системой радиоэлектронной борьбы Космических сил.

Это «ограничение» имеет значение, поскольку служба уже использует и разрабатывает ряд возможностей, связанных с радиоэлектронной борьбой и контролем космического пространства, но слова Шисса подтверждают только то, как была выполнена миссия, а не то, какое оборудование обеспечило нужный эффект.

Термин «некинетические удары» обычно относится к военным действиям, которые не связаны в первую очередь с взрывными или физическими разрушениями. В контексте радиоэлектронной борьбы он может включать в себя нарушение, ухудшение, введение в заблуждение или блокирование использования противником электромагнитного спектра, что потенциально может повлиять на связь, датчики, командные сети и другие военные функции, зависящие от электроники. Космические силы США не сообщили, какой из этих эффектов был достигнут в ходе операции «Ярость». И был ли он вообще достигнут.

Тем не менее способность быстро перенастраивать оружие после получения приоритетного пакета данных о цели важна с оперативной точки зрения, поскольку цели могут менять частоты, формы сигналов, характеристики передачи и порядок действий, что требует столь же быстрой адаптации со стороны атакующих сил.

«Миссия Грей» также подчеркивает физическую уязвимость персонала Космических сил, дислоцированного даже на удалении от передовой. Генерал Шисс сказала, что ракеты были нацелены на ее объект, пока она продолжала выполнять задачу по ведению радиоэлектронной борьбы. Такая обстановка отражала общий характер операции «Ярость», в ходе которой вооруженные силы США наносили наступательные удары, одновременно защищая базы и военные позиции от иранских ракет и беспилотников.

Из отчета генерала Шисса также следует, что роль Космических сил в совместных операциях теперь не ограничивается обеспечением спутниковой связи, предупреждения о ракетном нападении, позиционирования, навигации и разведывательной поддержки для других родов войск. В данном случае «Страж» получила конкретную оперативную цель и использовала систему вооружения Космических сил для оказания прямого электромагнитного воздействия на эту цель, тем самым вовлекая личный состав Космических сил непосредственно в процесс от сбора разведданных и идентификации цели до подготовки и применения оружия.

Информация о действиях в операции «Ярость» не дает ответа на вопрос, как неизвестное оружие Космических сил будет действовать против, например, китайских или российских систем. Служба не предоставила никакой технической информации, которая позволила бы сделать такой вывод, но она показывает, что КС США используют электромагнитный спектр для воздействия по конкретным целям в боевых условиях и что подразделения Космических сил могут быть интегрированы непосредственно в совместные циклы целеуказания в условиях противостояния противника.

Таким образом, важность заявления генерала Шисса заключается не столько в том, какое именно секретное оружие или цель он упомянул, сколько в том, что он подтвердил сам процесс. Собственно, генерал подтвердил только то, что путь таков, какой он есть. Остальное вторично.

Итого: некий развернутый отряд Космических сил США по радиоэлектронной борьбе получил приоритетный пакет данных о цели, перенастроил оружие для выполнения задачи, обнаружил цель и нанес электромагнитный удар, в то время как его оперативная база находилась под угрозой ракетного удара. Что можно полезного извлечь из этой информации?

Правильно, ровным счетом ничего. Но желающие могут верить в то, что космические силы США обладают далеко идущими возможностями в плане ведения радиоэлектронной борьбы. А не желающие могут подождать еще пару лет момента опубликования более весомых аргументов.

Далее эстафету принимает не менее доблестная авиация.

Начальник штаба ВВС генерал Кеннет С. Вильсбах поделился новыми подробностями о трудностях, с которыми столкнулись летчики во время операции «Ярость», когда на них обрушился шквал иранских ракет и беспилотников.


Его комментарии прозвучали во время программной речи на симпозиуме ВВС и Космических войск по вопросам авиации, космоса и кибербезопасности.

«С тех пор как я стал начальником штаба, мне выпала честь общаться с военнослужащими Центрального командования США (CENTCOM)», — сказал Вильсбах. «Я ходил по взлетно-посадочным полосам, бывал в ангарах технического обслуживания и в операционных центрах, где молодые американцы управляли полетами. Позвольте мне рассказать вам о нескольких отважных летчиках, которых я встретил во время своей недавней поездки на Ближний Восток. Они рассказали мне о том, что пережили на взлетной полосе во время атаки».

История вторая. Горящий ангар



Вильсбах:

Когда ракеты были уже близко, летчики бросились к бункерам, — рассказал генерал, не уточнив, о какой базе идет речь. Через несколько мгновений ракета попала в ангар неподалеку, и находившиеся там самолеты загорелись. Бункер выдержал взрыв, но сила удара так сильно повредила дверь, что она не открывалась, и летчики оказались в ловушке.

Представьте себе эту картину: огонь распространялся, самолет горел всего в нескольких метрах, их товарищи по команде оказались в ловушке внутри, и выхода не было. Несмотря на опасность, летчики бросились к пламени.

Сержант службы безопасности схватил монтировку и взломал дверь. Он спокойно поговорил с летчиками, оказавшимися внутри. Через несколько секунд катапультируемое кресло в горящем самолете взорвалось, и в воздух полетели осколки стекла и металла. Наконец дверь поддалась, и летчики выбрались наружу и побежали в укрытие.

Куда бы я ни шел, я видел летчиков со стальным взглядом воинов, полных решимости выполнить свою миссию и защитить своих товарищей, — отметил Вильсбах. Более 30 000 военнослужащих ВВС были направлены для поддержки операции «Ярость» в дюжине мест. Они служили бок о бок с солдатами, моряками, морскими пехотинцами и партнерами по коалиции.

Шикарное повествование, не так ли? Так и представляю «воинов со стальным взглядом», метавшихся, как курицы в закрытом ангаре. Интересно, а если бы там не оказалось сержанта-охранника с монтировкой, так бы и сгорели? В ожидании, пока придет помощь?

Складывается впечатление, что Вильсбаху просто скормили прикольную сказочку в духе Поля Баньяна или Пекоса Билла, не имеющую под собой ничего на самом деле. Зато есть безымянный герой-сержант и сильные духом летчики, для которых пламя — ничто. То есть герои и перемога налицо.

История третья: взлет F-15E под «обстрелом»



Операция «Ярость эпическая» будет изучаться с точки зрения ее масштаба, точности и скорости, — сказал Вильсбах. За 38 дней боевых действий Объединенные силы нанесли удары по более чем 13 000 военных объектов. Пять сотен самолетов совершили 10 000 боевых вылетов, в среднем более 250 вылетов в день. Наши летчики справились с этой задачей, подняв 1200 тревожных сигналов, проведя 48 ремонтных работ на аэродромах и выполнив более 420 операций по обезвреживанию взрывоопасных предметов».

Цифры, конечно, способны поразить сознание обывателя ничуть не слабее 454-кг фугасной бомбы. Однако за этими цифрами стоят несколько не совсем радужные события. Хорошо, поразили 13 000 военных объектов, разнесли всё напрочь. Запишем. Но:

- 1200 тревожных сигналов — это означает, что что-то летело в сторону американских аэродромов, не так ли?
- 420 операций по обезвреживанию — не означает ли это то, что что-то прилетело, но не взорвалось?
- 48 ремонтных работ — это значит, что что-то прилетело и попало как надо. И взорвалось от души.

И это касается исключительно аэродромов. То есть игра явно не в одну калитку, не так ли?

Вильсбах:
За этими цифрами стоят тысячи решений, принятых летчиками, которым приходилось выполнять свою миссию, несмотря на то что противник активно пытался их остановить. Одним из них был Гаррет, старший сержант, командир экипажа F-15E из Восточного Техаса. Он поступил на службу в ВВС, чтобы путешествовать и увидеть мир. (Ну конечно, в армию именно за тем и идут.)

Мы, конечно, позволили ему достичь этой цели, но я не уверен, что Ближний Восток был именно тем, что он имел в виду. На второй день операции «Яростный рывок» Гарретт находился на взлетной полосе, готовясь запустить четыре истребителя F-15, когда прозвучал сигнал тревоги. Летчики вокруг него бросились искать укрытие. У Гарретта подскочил уровень адреналина. Он точно знал, что означает этот сигнал. Опасность приближалась, но его запуск еще не был завершен.


Истребитель F-15E Strike Eagle ВВС США в регионе Центрального командования Вооружённых сил США

С ним работал молодой техник, и Гарретт отправил его в бункер, а сам остался. Остальная часть команды была разделена, поэтому он привел оружие в боевую готовность и подготовил самолет к взлету.

Гарретт понимал, зачем эти самолеты нужны в театре военных действий. Он знал, поэтому оставался на месте, пока задание не было выполнено. Только после того, как последний истребитель вырулил на взлетно-посадочную полосу, Гарретт наконец укрылся в безопасном месте. Позже, когда кто-то спросил его, почему он так поступил, он ответил просто: его сослуживцам нужны были эти самолеты в воздухе.

Роскошно, не так ли? Дэви Крокетт обзавидовался бы. Ни слова о том, были ракеты или беспилотники, сколько их было. Да, был сигнал воздушной тревоги. Все забегали, как безголовые курицы, остался один лишь техник Гарретт, который продолжил заниматься своим делом.

Не факт, что ракеты прилетели, вой сирен еще не означает, что последуют взрывы на земле. Тут половина читателей европейской части России не дадут соврать. Все уже специалисты, какую область ни возьми: Брянскую, Курскую, Белгородскую, Воронежскую и так далее.

Я здесь соглашусь, что у нас волею судеб свое представление о героизме. Выстраданное такое понимание. И назвать героизмом случай с Гарреттом язык не поворачивается, ну так вот. Просто у мужика оказались нервишки покрепче, чем у основного большинства, начавшего разбегаться по укрытиям. Но, с другой стороны, у американцев правит балом Ее Величество Инструкция, потому прозвучал сигнал — надо нестись в укрытие. А Гарретт поступил в целом по-русски: инструкция инструкцией, а дело надо делать.

Нормальное такое поведение с нашей точки зрения, ну а то, что там из этого сделали героизм, — это уже не наша головная боль.

История четвертая: стойкие дроноборцы и летчики



Вильсбах:

За сотни миль отсюда двое офицеров ВВС, Шанай и Нолан, отслеживали рой вражеских дронов, направлявшихся к их базе. Шанай пошла в ВВС, чтобы обеспечить свою семью. В первые дни «Яростной битвы» она оказалась на защите другой семьи — сотен зависящих от нее летчиков.

Люди бросились в укрытие, когда красная тревога возвестила о приближающейся атаке, но Шанай и Нолан не сводили глаз с экранов перед собой, потому что каждый приближающийся снаряд мог быть нацелен на их товарищей по команде. Шанай 27 лет, а Нолану 21. Подумайте, какую ответственность мы возложили на этих двух военнослужащих. От того, смогут ли они распознать угрозу и принять меры противодействия, зависели сотни жизней. Каждая секунда имела значение. На кону были жизнь и смерть.

В ту ночь Шанай и Нолан вместе сбили более 10 целей ракетами «земля-воздух», устраняя угрозу за угрозой до того, как они могли бы добраться до летчиков, которых они защищали. Были моменты, когда они боялись, как и большинство людей, но смелость — это не отсутствие страха. Смелость — это преодоление страха. Они не отвлекались, доверяли своей подготовке и делали то, на что рассчитывали все вокруг.

Ну вы поняли: эта парочка была операторами ЗРК «Пэтриот». И генерал Вильсбах прославляет их за то, что при объявлении воздушной тревоги эти двое не бросились спасать свои жизни в укрытие, а открыли огонь по приближающимся целям.

То есть сделали то, что должны были сделать. Удивительно.

Вильсбах:

Питер — старший летчик из Нью-Йорка, который провел девять месяцев на Ближнем Востоке в качестве специалиста по авиаперевозкам. Вместе со своей командой он перевозил тяжелые боеприпасы, готовил ракетные комплексы и загружал оборудование для «Пэтриот», в то время как баллистические ракеты и ударные беспилотники неоднократно атаковали их аэродром.

Одна из таких атак стала очень личной. Вражеский дрон уничтожил жилое помещение Питера и почти всё, что он привез из дома.


Представьте, что вы возвращаетесь после 12-часовой смены и видите, что от вашего дома остались одни руины. Те немногие вещи, которые он вез через полмира, исчезли. Реакция Питера сказала мне всё, что я хотел о нем знать. Он сказал, что его имущество можно заменить, но миссию — нет.

Знаете, вот здесь уже хочется всерьез ржать в голосину, распугивая диких мустангов, как тараканов. А что должен был сделать военный летчик-транспортник? Разрыдаться и побежать к психологу?

Воистину, чем дальше, тем страннее, как говорила британка Алиса. Армия США по ходу то еще Зазеркалье.

Дядюшка Вильсбах жжет дальше:

Нужно было найти, идентифицировать, проверить и оценить более 4000 динамических целей. Беспилотные летательные аппараты, воздушные разведывательно-информационные платформы, киберспециалисты, профессионалы в области космических технологий и многие другие превращают огромные массивы данных в информацию, которой могут воспользоваться командиры разведки.

Сьют — старший лейтенант, и его семья славится своими достижениями, оба его деда служили в армии. Я уверен, что они хотели лучшей жизни для своих детей, поэтому его родители выбрали ВВС. Сегодня Сьют летает на MQ-9 и продолжает семейную традицию.


MQ-9 Reaper


Операторы MQ-9 Reaper

Беспилотные летательные аппараты MQ-9, которыми управляли такие пилоты, как Сьют, обеспечивали критически важные возможности для разведки и нанесения кинетических ударов, взлетая с баз в зоне досягаемости вражеского огня. Сьют спланировал и осуществил боевой вылет MQ-9 во время активной атаки. Пока ракеты поражали аэродром, Сьют вырулил на взлетно-посадочную полосу и поднял свой Reaper в воздух. Он передал управление другому экипажу, а затем переключился на наземную станцию управления, чтобы поднять в воздух другой MQ-9. Его экипаж уничтожил приоритетную цель, а затем развернул датчики в сторону своего аэродрома, чтобы проверить взлетно-посадочную полосу на наличие повреждений и определить, можно ли продолжать операции.

MQ-9 был рабочей лошадкой для командования во время операции. Эти БПЛА предоставляли разведданные в режиме реального времени, поразили 860 целей и обеспечили нашим войскам преимущество, лишив противника свободы передвижения. Успех MQ-9 демонстрирует необходимость создания перспективного летательного аппарата, который будет выполнять те же задачи, но с большей живучестью, адаптивностью и меньшей стоимостью.

И вот нельзя не согласиться: MQ-9 – это просто бесподобная машина, способная обеспечить победу в любом конфликте. Правда, при одном условии: если поблизости не будет хуситов. Кто не знает: хуситы – это злые волшебники Зазеркалья, которые своими заклинаниями лишают «птичек» воли и разума, и те, сложив крылышки, падают на землю. Так что у некоторых сказок конец откровенно хреновый. Для MQ-9, естественно.

Насколько героическими являются операторы MQ-9 Reaper, зачастую находящиеся в сотнях и даже тысячах километров от аэродрома базирования БПЛА, это мы оставим на совести той стороны.

История пятая: спасение экипажа F-15E, сбитого над Ираном



Пичес — менеджер по воздушным боям из Техаса. (На наш язык — оперативный дежурный штаба бригады или дивизии в части, касаемой ПВО — прим.) Во время операции «Ярость» она оказалась в эпицентре истории, которую ее семья будет рассказывать из поколения в поколение.

Пичес руководила 134 военнослужащими США и коалиции, ответственными за командование и контроль в сложном боевом пространстве. Ее команда поддерживала операции с участием более 1000 ударных беспилотников и 1200 баллистических ракет противника. Эти цифры сложно понять, но для Пичес командная работа — это не набор символов, мелькающих на экране.

Каждый символ обозначал что-то реальное: самолет, угрозу, экипаж, летчика. Именно в это время двое из этих летчиков оказались в изоляции на территории Ирана. (Этим витиеватым термином обозначается самое элементарное катапультирование после непосредственного контакта с иранской ракетой ПВО – прим.) То, что произошло дальше, стало одним из ключевых моментов операции. Пичес стала одной из тех, кто координировал поисково-спасательные операции, и под ее руководством 176 самолетов, истребителей, бомбардировщиков, заправщиков, разведывательных платформ и сил Командования специальных операций ВВС объединились для достижения одной цели: вернуть американцев домой.

Вильсбах призывает подумать о том, насколько сложна эта задача. Самолеты, работающие на разных скоростях, высотах, с разным запасом топлива, с разными датчиками, вооружением и задачами, в то время как противник активно пытается их остановить. Бригады технического обслуживания готовили дополнительные истребители. Экипажи заправщиков увеличивали дальность полета и продолжительность действия сил, специалисты по разведке отслеживали угрозы. Военнослужащие Командования специальных операций ВВС обладали специализированными возможностями, необходимыми для того, чтобы спасатели могли связаться со сбитыми летчиками и вывести их из-под огня. Каждый из этих летчиков делал что-то свое, но все они вносили вклад в выполнение одной задачи.

Операция по спасению показывает, почему важна интеграция, — добавил Вильсбах. — Для человека, не связанного с нашей профессией, задействовать столько боевых сил для спасения двух человек может показаться чем-то из ряда вон выходящим.

Для летчика причина проста: мы даем друг другу обещание в нашей Клятве летчика. Я никогда не брошу летчика. Если вы оказались в изоляции, ранены или попали в плен к врагу, мы придем за вами.

Мужество и профессионализм, проявленные во время этой миссии, были настолько впечатляющими, что 10 летчиков получили повышение в звании прямо на поле боя. Во время недавней поездки мне выпала честь повысить в звании шестерых из этих героев — от штаб-сержанта до главного мастер-сержанта. Все понимали, что их успех зависит от того, как кто-то другой выполняет свою работу. Именно так сражаются наши военно-воздушные силы.

Что тут можно сказать? Конечно, перемога очень важна, особенно когда вокруг сплошная зрада. Возможно, некоторые ремарки и немного предвзяты, но что поделать, если мы взращены на несколько иной почве? И у нас пока вызывает здоровый смех, когда мальчику дают медаль за то, что он хорошо кушал кашу и не хамил старшим, а взрослого почитают за то, что он просто делал свое дело так, как его надо было делать. Другие времена, иные нравы.

Но если американцам достаточно того, что есть, для поддержания на должном уровне репутации своих вооруженных сил, значит, так тому и быть. Но на самом деле, все это смотрится действительно на уровне сказок про Дэви Крокетта, Пекоса Билла и Поля Баньяна. Собственно, это они плюс Баффало Билл и Билли Кидд на первой картинке. Думаю, что с современных подвигов потомков они хохотали бы примерно так же.

Впрочем, преемственность поколений, даже такая, лучше, чем ничего. И мир посмеется от души, потому что какие времена — такие и герои.