Прообраз будущего: техническое превосходство британской ПВО перед «Фау-1»

Евгений Федоров ·

Нетривиальная угроза с воздуха

Ситуация июня 1944 года на Туманном Альбионе выглядела парадоксально. Великобритания располагала самой мощной и технически развитой ПВО планеты: сотни радаров, тысячи орудий, годами отработанные боевые расчёты. И всё это оказалось почти бесполезно против цели, которая летела по идеально прямой траектории, не маневрировала и не уворачивалась. 

V-1, названная немцами Fi 103, несла около 850 килограммов взрывчатки и шла на скорости примерно 560–640 километров в час. Это означало, что от момента, когда расчёт замечал цель, до момента, когда она пролетала над головой, проходили считанные секунды. Классическая зенитная связка «радар — механический прицельный прибор — ручной взвод дистанционного взрывателя» просто не успевала за шустрой «Фау-1»: приборы, настроенные на плотные колонны бомбардировщиков, не отрабатывали высокоскоростные одиночные цели, идущие на 600-900 метрах.


94-мм зенитная пушка QF

Подвижные 94-мм орудия, основные тяжёлые стволы британской ПВО, физически не успевали доворачиваться за целью на таких высотах: скорость их вертикальной наводки была рассчитана на другие задачи. Стационарные стволы с быстрым траверзом существовали, но строились на бетонных основаниях месяцами — темп кампании запаса времени не оставлял. В итоге в первый месяц обороны на каждую сбитую «Фау-1» британцы расходовалось в среднем около 2500 снарядов. В удачные дни из десяти целей, пересекавших огневую зону, зенитчики сбивали одну. Спустя пять недель обстрела половина запущенных ракет всё ещё долетала до Лондона, а на долю зенитной артиллерии приходилось лишь 13% уничтоженных целей. А еще мешали свои же истребители, регулярно залетавшие в зону зенитного огня. 

Первым шагом было изменение конфигурации противовоздушной обороны островов. Батареи переехали на побережье — сначала на юг, затем на узкую полосу между бухтой Сент-Маргарет и Камир-Хейвен. Сделали всё к концу июня 1944 года.

Были и нетривиальные решения. «Матрасом Пайла» (Pile mattress или Pile platform) называли быстровозводимую деревянно-рельсовую платформу для тяжёлых стационарных зенитных орудий, придуманную по инициативе командующего зенитной артиллерией Великобритании генерала сэра Фредерика Пайла. Именно благодаря этим «матрасам» военные за несколько дней развернули вдоль побережья сплошной огневой пояс из сотен скоростных стационарных зениток.

Три технологии

Важнейшими составляющими успеха Великобритании в противостоянии с германскими крылатыми ракетами оказались три уникальные для своего времени технологии. 


Радиолокационная станция орудийной наводки SCR-584

Первая — радиолокационная станция орудийной наводки SCR-584, разработанная в Радиационной лаборатории Массачусетского технологического института (MIT Rad Lab) и поставленная на массовый конвейер автомобильным гигантом Chrysler. В отличие от ранних громоздких радаров дальнего обнаружения, которые требовали от операторов постоянного ручного сопровождения отметок на экране и обладали слишком широким лучом для точной стрельбы, SCR-584 представляла собой автоматический следящий измеритель, смонтированный в стандартном мобильном фургоне. Благодаря использованию новейшего британского резонансного магнетрона станция работала в 10-см микроволновом диапазоне и излучала узкий, сфокусированный луч частотой около 1700 импульсов в секунду.

Принцип её действия опирался на технологию конического сканирования: параболическая антенна диаметром около двух метров совершала быстрые круговые микроколебания вокруг оси визирования. Как только оператор наводил луч на обнаруженный самолёт и переключал систему в автоматический режим, станция захватывала цель. Если самолёт пытался уйти в сторону, вверх или вниз, амплитуда отражённого сигнала на разных участках круговой развёртки мгновенно менялась, и сервоприводы антенны без малейшего участия человека поворачивали тарелку вслед за маневрирующей целью, удерживая её строго по центру луча. В ту же секунду станция выдавала в аналоговый вычислитель текущие координаты цели — её азимут, угол места и наклонную дальность, по изменению которых система определяла скорость и курс.

Инженеры MIT заложили в архитектуру SCR-584 запас прочности на будущее: станция проектировалась для сопровождения целей, летящих со скоростью до 1 130 километров в час — то есть практически у звукового барьера, недостижимого для серийной авиации того времени — и на высотах до 18 километров. Эта избыточность оказалась кстати, когда союзникам пришлось столкнуться с реактивными самолётами и скоростными крылатыми ракетами. Один такой мобильный комплекс обеспечивал работу зенитной батареи из четырёх тяжёлых 90-мм орудий.

Показательно, что свою боевую эффективность SCR-584 доказала ещё до начала летней кампании против немецких «журавликов» — крылатых ракет Фау-1. Боевое крещение комплекса состоялось в феврале 1944 года в Италии, в разгар тяжёлого кризиса на плацдарме под Анцио, где войска союзников оказались прижаты к морю и каждую ночь несли тяжёлые потери от налётов люфтваффе, пользовавшихся темнотой и непогодой. Чтобы спасти положение, две новейшие станции SCR-584 в спешном порядке доставили на берег и по самые крыши фургонов зарыли в прибрежный песок для защиты от осколков и снарядов. Следующей же ночью из дюжины немецких бомбардировщиков, зашедших на удар по плацдарму в полной темноте, семь были сбиты прямым огнём зенитной артиллерии.


Американская 90-мм зенитная пушка и её расчёт во время демонстрации в лаборатории Bell Laboratories в 1943 году. В центре заднего плана фотографии видна аппаратура управления артиллерийским зенитным огнём M9 Gun Director

Второй британский козырь — аппаратура управления артиллерийским зенитным огнём M9 Gun Director, представлявший собой аналоговый вычислитель управления стрельбой, созданный инженерами корпорации Bell Telephone Laboratories. Эта система пришла на смену громоздкому, капризному и устаревшему британскому электромеханическому предиктору Керрисона (Kerrison Predictor), который базировался на сложной системе шестерёнок, кулачков и механических дифференциалов и уже физически не поспевал за возросшими скоростями и высотами полёта новой боевой авиации. В основе M9 лежало принципиально иное инженерное решение — использование электронных схем на вакуумных лампах и прецизионных потенциометрах, что позволяло выполнять математические операции мгновенно и без механического трения или инерции.


Электромеханический предиктор Керрисона

На вход вычислителя поступали текущие координаты самолёта от станции орудийной наводки — того самого радара SCR-584. На основе этих данных M9 мгновенно вычислял вектор скорости цели, её курс, угол пикирования или набора высоты, а затем сопоставлял полученную траекторию с заложенными в электрические контуры таблицами стрельбы, учитывая баллистические характеристики конкретного типа снаряда, время его полёта до точки встречи, поправки на ветер, плотность воздуха, температуру и даже износ стволов. Вычислитель рассчитывал точку упреждения, после чего с помощью мощных сервоприводов напрямую и беспрерывно синхронизировал углы возвышения и азимута всех четырёх 90-миллиметровых зенитных орудий батареи.

Третья и решающая составляющая этого комплекса — неконтактный радиовзрыватель VT (Variable Time, «переменного времени»), который союзники считали одним из главных технологических секретов всей Второй мировой войны. Некоторые его ставили в один ряд с радаром и атомным проектом. Американский радиовзрыватель представлял собой полноценную миниатюрную радиолокационную станцию непрерывного излучения, втиснутую в носовой конус артиллерийского снаряда: она непрерывно излучала радиоволны и улавливала сигнал, отражённый от металлического корпуса цели. Используя эффект Доплера, встроенная схема фиксировала момент максимального сближения, когда частота отражённой волны начинала стремительно меняться, и посылала импульс на детонатор в тот самый миг, когда снаряд проходил на оптимальном расстоянии от обшивки.




Неконтактный радиовзрыватель VT (Variable Time, «переменного времени»)

Внутри металлического корпуса размещалось около 130 миниатюрных электронных компонентов, включая специально разработанные сверхпрочные радиолампы размером с кончик карандаша, а также уникальная ампульная батарея. Чтобы исключить риск случайного подрыва при хранении или заряжании, электролит в этой батарее находился в герметичной стеклянной ампуле: в момент выстрела перегрузка разбивала стекло, центробежная сила вращающегося снаряда раскидывала жидкость по пластинам, и буквально за доли секунды оживавшая электроника начинала сканировать небо. При этом вся хрупкая на вид начинка была залита специальным компаундом и без малейших повреждений выдерживала стартовый удар в 20000 g — нагрузку.

К моменту начала массированных налётов Фау-1 на Великобританию летом 1944 года технология была уже полностью отработана, проверена на флоте в Тихом океане и готова к массовому применению сухопутной зенитной артиллерией. Американская промышленность развернула впечатляющий по масштабам конвейер: на пике производства сотни заводов выпускали до 2 миллионов таких взрывателей в месяц, а к концу войны их общий тираж превысил 22 миллиона штук.

В небе над континентальной Европой стрелять ими долгое время категорически запрещалось, дабы технология не попала в руки гитлеровских конструкторов. Но при обороне Британии орудия располагались вдоль Ла-Манша и, в случае промаха, просто падали в море.

В первую неделю работы прибрежного пояса зенитчики уничтожали 17% ракет «Фау-1». К 23 августа 1944 года доля выросла до 60%. В последнюю неделю августа она достигла 74%, а в отдельные дни — 82%. Расход снарядов на одну сбитую ракету упал с 2500 до 100. 28–29 августа 1944 года зенитчики засчитали себе полсотни с лишним сбитых, а за двое суток — более ста двадцати; в сам Лондон за эти же двое суток попало всего дюжина ракет.


Падающий «Фау-1» в окрестностях Антверпена

Антверпен стал вторым испытанием интегрированной системы ПВО. Когда осенью 1944 года основной целью «Фау-1» оказался главный союзнический порт, американцы развернули вокруг него контур Antwerp-X — исключительно зенитную систему, без истребителей: малая дальность пусков и плотность трасс не оставляли самолетам коридора для работы. В общей сложности концентрировали около 22 тысяч зенитчиков-артиллеристов, объединённых радарным полем и единым центром управления. Немцы трижды меняли направление удара — с юго-востока на северо-восток и затем на север, — но практически безуспешно. За 170 дней обороны сбито 2183 «Фау-1» — 91% от всех обнаруженных. До радиуса доков пробились только 211; непосредственно в порт — 150. Военные историки именуют Antwerp-X первым в истории образцом интегрированной противоракетной обороны.

История противостояния наземных служб ПВО Великобритании с германскими крылатыми ракетами «Фау-1» — это мировой дебют концепции «кнопочной войны», когда кибернетические системы (и их прообразы) устроили между собой войну с минимальным привлечением воли человека. В последующие десятилетия и до настоящего времени именно это определило облик противостояния мировых держав.