Военное обозрение

В поисках форта Раевского. Часть 1

12
Черноморская береговая линия укреплений до сих пор порождает массу споров. Одни говорят, что она была бесполезна. Другие же винят гарнизоны укреплений в бездеятельности. По скромному мнению автора, укреплениям не хватало одного – дальновидности столицы. На опасность артиллерийского удара с моря вообще закрывали глаза. Снабжение не только продовольствием, но и боеприпасами задерживалось как ввиду естественных причин (штормы, разливы горных рек), так и по причине недофинансирования. Эта же причина лежала в основе недостаточной надёжности построенных укреплений, которые возводились часто из подручных средств.


Такое же невнимание столицы сказывалось и на личном составе гарнизонов, недостаточном для полноценной обороны против превосходящих сил противника. Службу в этих укреплениях приравнивали к ссылке из-за жутких условий и ежеминутной опасности. При этом герои, выкованные на Кавказе, часто вызывали позже подозрения у «приличной публики». Таким образом, в отдельных фортах почти еженедельные перестрелки вели от полторы сотни бойцов до 3-4 рот. На данный факт влияло и дурное снабжение, большее количество защитников просто физически было невозможно прокормить.


Вид с гор на Анапскую долину

Таким образом, когда горские лидеры могли собрать от пятисот до нескольких тысяч черкесов под ружьё, да ещё и благодаря туркам и европейским «союзникам» вооружить их не только стрелковым оружием, но и артиллерией, начиная с фальконетов, тогда говорить о бездействии гарнизонов было просто подло. Само удержание форпостов империи становилось подвигом.

А укреплений до трагедии Крыма и снятия всех гарнизонов было немало: Николаевское и Новороссийское, Кабардинское и Навагинское, Тенгинское и Михайловское, Геленджикское и Новотроицкое и т.д. Какие-то из них канули в Лету, оставив свой подвиг безвестным, как бой Николаевского форта, о котором можно судить только по руинам укреплений, т.к. гарнизон был полностью уничтожен горцами. Другие прославились на всю Россию благодаря смельчакам вроде Архипа Осипова из Михайловского укрепления.

Но обратимся к истории малоизвестного укрепления, обладающего статусом промежуточного. Оно было расположено на реке Маскага (на картах часто значится другое адыгское название – Мескага), и его чаще всего именовали фортом Раевского (или форт Раевский).

Изначально необходимость сооружения форта была обусловлена несколькими факторами. Во-первых, новое укрепление должно было препятствовать набегам натухайцев на кубанские станицы и Черноморию, т.е. территорию по правую сторону реки Кубань. Поэтому форт в итоге расположился как раз в неприветливых землях натухайских адыгов. Во-вторых, ставшая стратегической дорога между Анапой и Новороссийским укреплением требовала постоянной охраны во время перемещения войск и грузов.

В поисках форта Раевского. Часть 1

Лазарь Серебряков

Место под новый форт выбрал сам Лазарь Маркович Серебряков, назначенный начальником первого отделения Черноморской береговой линии в 1838 году. Он также взял на себя смелость назвать новое укрепление в честь своего брата по оружию Николая Раевского.

Только десятилетия спустя окажется, что форт Раевского был своеобразным потомком куда более древних укреплений. Первые археологи в конце 19 века обнаружат в этом районе остатки античной крепости, заинтересовавшись, почему турки именуют эту местность, похожую местами на древнее городище, Нагай-Кале («кале» обозначает крепость). А в 2011 году российские археологи близ станицы Раевской откопают часть каменной сторожевой башни, предположительно римского периода. Эти сооружения, также предположительно, служили тем же целям, что и форт Раевского после них – охрана стратегических путей.

Форт располагался на южной окраине Анапской долины, т.е. практически в предгорье отрогов Северного Кавказа, недалеко от небольшой речки Маскага (ныне 2-5 м в ширину в зависимости от сезона) с невысоким, но крутым берегом. Укрепление стояло на несколько возвышенном относительно долины плато, что становилось дополнительным аргументом в обороне. Сейчас это место находится километром восточнее окраин станицы Раевской рядом с грунтовой дорогой (ответвление от трассы огибающей станицу), поворачивающей в сторону посёлка Верхнебаканского. Но о самом местоположении с фотографиями местности и элементами обваловки укрепления ознакомимся позже.

Но кто же именно возводил форт на Маскаге? Как ни странно, отряд Раевского. Так, в опубликованных материалах Новороссийского музея приведено письмо от 7 сентября 1839 года Лазаря Серебрякова к адмиралу Александру Меншикову: «Генерал Раевский четыре дня тому назад высадил войска в Анапе для построения укрепления на Маскаге… В Анапе к отряду его присоединится ещё один конный казачий полк. За всем этим едва ли будет иметь под ружьём 2500 человек. И укрепление не ранее глубокой осени может окончить, а осенние земляные работы очень непрочны».


Николай Раевский

Фраза «едва ли» в данном случае отнюдь не показатель слабости, неуверенности в войсках или попытке «набить цену» походу на южную окраину Анапской долины. Дело в том, что в лучшие времена горцы могли собрать, по разным оценкам, от 100 до 200 тысяч бойцов, но хоть и времена эти к 30-40-м годам 19 века миновали, систематические нападения группами от 500 до 3000 штыков были нормой. При этом черкесы прекрасно ориентировались на территории, имели пути отхода и естественные базы в виде многочисленных аулов.

В отчётах командира Отдельного Кавказского корпуса и наместника на Кавказе генерала от инфантерии Евгения Александровича Головина также упоминается форт на реке Маскага: «В 1839 году на черкесском берегу действовал только один отряд генерал-лейтенанта Н.Н. Раевского, которому предназначено было воздвигнуть два прибрежных укрепления: одно при реке Субаши (ныне река Шахе), а другое при реке Псезуапсе и ещё одно промежуточное между Анапою и Новороссийском».

В отчётах от 2 декабря 1839 года всё того же Головина следует, что, «согласно предначертаниям Вашего Императорского Величества», к этому времени построены укрепления в Новороссийске, Вельяминовское укрепление, Тенгинское, Навагинское на Субаши, форт на Псезуапсе и промежуточный форт на Маскаге.

За сухими отчётами и датами на самом деле таится каторжный труд сотен людей, возводивших как сами укрепления, так и защищавшие их от набегов непосредственно во время строительства и после. Непосредственно в недружелюбную тогда землю вгрызались казаки и солдаты славного Тенгинского полка, коих Раевский привечал.



Среди строителей и первых воинов укрепления также был Николай Иванович Лорер, декабрист, участник военных походов 1812-14 годов, оптимист, романтик и член множества тайных обществ, за что, естественно, после ссылки в Сибирь был переведён рядовым на Кавказ в Тенгинский полк. По той тяжёлой осени 1839-го года он оставил следующие воспоминания:

«На Кавказе нельзя никому отстать, ни выдвинуться в сторону, и предосторожности строго соблюдаются. Чуть сломалось что-нибудь у кого бы то ни было, весь караван останавливается и не прежде двигается, как всё приведено в порядок…

К вечеру мы пришли на возвышенное плато и остановились, чтобы строить новый форт. Так как на дворе был сентябрь месяц, то ночью порядочно морозило… Мы зябли и дрожали от холода, а форт Раевский рос и рос себе понемногу.

Какая-то унылость, апатия нас обуяла, и мы жаждали хоть бы перестрелки, а то и её не было. Не слышно в лагере ни музыки, ни песельников, не видно картёжной игры и попоек. И только Данзас, вечно весёлый, нас рассмешит. Но как всему есть свой конец, то и мы дождались обратного восвояси похода… в Анапу. Раевский отпустил гвардейцев в Петербург, 6-месячная экспедиция закончена».


Тут следует уточнить пару деталей. Во-первых, указанный Лорером Данзас является Константином Карловичем Данзасом, в тот момент подполковником и осуждённым на два месяца Петропавловской крепости за участие в дуэли Дантеса с Пушкиным в качестве секунданта последнего. После освобождения он служил в Санкт-Петербурге, но вскоре разругался с начальством и был отослан в Тенгинский полк на Кавказ. Вместе с Раевским участвовал в десантах в устье Субаши (Шахе) и Псезуапсе. По воспоминаниям современников, проявлял безрассудную храбрость, словно искал пули.


Константин Данзас

Во-вторых, 6-месячная экспедиция, о которой писал Лорер, на самом деле длилась несколько дольше. Стартовала она во второй половине апреля 1839-го года в Тамани. На кораблях Черноморского флота войска направились к устью Субаши и достигли его 2 мая. Следующий десант был проведён в устье Псезуапсе уже 7 июля, где после боёв, как и на Субаши, был возведён форт. В общем, официальная закладка форта Раевского 11 сентября 1839 года было венцом утомительного и крайне опасного похода.

Продолжение следует…
Автор:
12 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.

Уже зарегистрированы? Войти

  1. Вольный человек
    Вольный человек 15 ноября 2018 07:03 Новый
    +1
    Автору - большая благодарность. Прочитал с интересом
  2. Челдон
    Челдон 15 ноября 2018 09:18 Новый
    +2
    Меня всегда удивляло,что рядом с солдатами,чья доля всегда незавидная,плечом к плечу стояли офицеры-дворяне,которые могли бы послать все подальше и хлестать шампанское в Петербурге.
    1. Alexey RA
      Alexey RA 15 ноября 2018 11:22 Новый
      +3
      Цитата: Челдон
      Меня всегда удивляло,что рядом с солдатами,чья доля всегда незавидная,плечом к плечу стояли офицеры-дворяне,которые могли бы послать все подальше и хлестать шампанское в Петербурге.

      Не могли - тот же Данзас оказался в тех краях не по своей воле, а по приказу.
      После освобождения он служил в Санкт-Петербурге, но вскоре разругался с начальством и был отослан в Тенгинский полк на Кавказ.

      "Послать всё подальше" в его случае - это вылететь из гвардии и, вероятно, обзавестись репутацией труса.
    2. Хозяин Трилобита
      Хозяин Трилобита 15 ноября 2018 11:27 Новый
      +2
      Цитата: Челдон
      Меня всегда удивляло,что рядом с солдатами,чья доля всегда незавидная,плечом к плечу стояли офицеры-дворяне,которые могли бы послать все подальше и хлестать шампанское в Петербурге.

      Многие предпочитали заниматься именно этим. Съездили разок "на природу" на полгодика, поставили галочку в послужном листе и нормально. Шампанское, оно ведь такое - выдохнуться может, а Кавказ... ну что, Кавказ, он вечно стоять будет... Короче, были всякие.
    3. Tutejszy
      Tutejszy 15 ноября 2018 12:38 Новый
      +2
      Цитата: Челдон
      могли бы послать все подальше и хлестать шампанское в Петербурге.

      Могли бы - после "Указа о вольности дворянства". Но основная масса дворян тогда еще не забыла девиз: "долг дворянина - служить Отечеству!" Как там у Бушкова:
      "В наше «демократическое» время полагается по инерции советских времен считать, что дворяне «на самом деле» не были лучшими людьми России и что их привилегии и богатства даны совершенно напрасно, ни за что. Классовый, понимаете, принцип! На это можно посоветовать только одно… А поезжайте вы, ребята, в Азов. Там отлично сохранились стены турецкой крепости высотой так 25–30 метров. Стоят там бомбарды… диаметром до 80 сантиметров.
      Дальше – понятно. Берем лестницу… длиной 30 метров она будет весить кило 150… Вот такую и берем вдвоем-втроем. Шпагу в зубы и – вперед. На стены! Оттуда падают бомбы, льют смолу и кипяток, стреляют, лестницы специальными рогатинами отталкивают – и вбок, и твой походный товарищ уже корчится внизу с переломанным позвоночником. А ты лезь! И не просто лезь – пистолеты на поясе. Шпага в зубах! Лезь, подбадривая солдат-мужиков, организуя подчиненных, вытаскивая по ходу раненых. Долез? Пистолеты выхватил, дым, гарь, кровища, свинец – в упор, шпагу наголо – вперед! Турок еще полно на стенах, и сдаваться они не собираются. Пенициллин и обезболивающее, кстати, еще не изобрели, поэтому каждая вторая рана – это гангрена и ампутация, а каждая третья, даже по современным меркам небольшая, – смерть в диких мучениях, как у князя, олигарха и дворянина в …цатом колене Андрея Болконского. Страшно? Не хочется? Нечего ерепениться. Сдюжили? Поздравляю, вы дворяне. (...)
      За время пугачевщины больше 300 дворян обоего пола были повешены за то, что отказались присягать Пугачеву – «чудесно спасшемуся Петру III». В точности так, как капитан и капитанша (!) Мироновы. Пугачевцы выстраивали дворянские семьи под виселицей, сначала вешали мужей на глазах жен и детей. Потом матерей на глазах детей. Иногда начинали с детей – может, это на родителей произведет впечатление? Так вот: не сохранилось в истории НИ ОДНОГО описанного случая, чтобы папы и мамы (мамы тоже!) спасали ребенка ценой ложной присяги.
      При этом рядовые солдаты, вчерашние мужики, конечно, обычно предавали, «признавая» в Пугачеве «истинного царя». Но что удивительно, они потом, после подавления бунта, обычно… возвращались обратно «на государеву службу», и их брали! Ну что же, что дали слабину, изменили присяге? Мужики. Что с них взять. Нет в них настоящей чести, что поделаешь.
      А из коренного дворянства только 1 (один!) человек струсил под виселицей и пошел служить Пугачеву. После поражения самозванца кинулся спасаться: ведь он вовсе не был «идейным» врагом Екатерины. Ну, сперва струсил, предал, а потом уже выхода не было. Фамилия этого исторического персонажа – Шванвич. У Пушкина он Швабрин, и все современники сразу узнавали, о ком речь. (...)
      Трудно описать полную меру презрения к Шванвичу всего общества. Шванвич политически умер. Когда его вели в кандалах в суд, женщины старались не коснуться его даже краешком платья. Никто к нему не обращался и не отвечал на его слова, кроме членов суда.
      По приговору его не казнили, а сослали в Туруханский край навечно. Умерла Екатерина, процарствовал Павел, взошел на трон Александр, отгремела война с Наполеоном… Шванвич жил. Никто из Государей, несмотря на традицию, по восшествии на престол его не помиловал. Живой покойник догнивал на берегу Енисея, в лесотундре, добрые сорок лет."
      1. vladcub
        vladcub 15 ноября 2018 14:16 Новый
        +1
        Пугачева кроме Шванвича служил Буланкин и ещё кто-то. Пушкин в первоначальном варианте "Капитанский дочери" главному герою хотел дать фамилию: Буланкин. Когда-то в газете читал заметку:" Пушкин не выдумал Гринева"кажется какой-то Гриневич был с Пугачева,а потом против него. Его отец ездил к Екатерине второй просить о помиловании, а Пушкин для пущего романтизма, этот случай припесал Маше Смирновой
        Кстати за Шванвича ходатайствовал , чтобы сохранили жизнь, Алексей Орлов
        1. Tutejszy
          Tutejszy 15 ноября 2018 14:33 Новый
          0
          Цитата: vladcub
          Пугачева кроме Шванвича служил Буланкин и ещё кто-то

          Если Гриневич и был, то он вряд ли русский. Пугачёву служило чуть более, чем дофига польских шляхтичей - но они-то это делали по идейным соображениям: "лишь бы России нагадить!" Кстати, их-то, в отличие от Шванвича, так не презирали: враги, но предателями их не назовешь!
      2. Михаил Матюгин
        Михаил Матюгин 16 ноября 2018 02:33 Новый
        0
        Цитата: Tutejszy
        За время пугачевщины больше 300 дворян обоего пола были повешены за то, что отказались присягать Пугачеву – «чудесно спасшемуся Петру III». В точности так, как капитан и капитанша (!) Мироновы. Пугачевцы выстраивали дворянские семьи под виселицей, сначала вешали мужей на глазах жен и детей. Потом матерей на глазах детей. Иногда начинали с детей – может, это на родителей произведет впечатление? Так вот: не сохранилось в истории НИ ОДНОГО описанного случая, чтобы папы и мамы (мамы тоже!) спасали ребенка ценой ложной присяги.
        При этом рядовые солдаты, вчерашние мужики, конечно, обычно предавали, «признавая» в Пугачеве «истинного царя». Но что удивительно, они потом, после подавления бунта, обычно… возвращались обратно «на государеву службу», и их брали! Ну что же, что дали слабину, изменили присяге? Мужики. Что с них взять. Нет в них настоящей чести, что поделаешь.

        Удивительные факты...
      3. Flavius
        Flavius 16 ноября 2018 22:04 Новый
        0
        Цитата: Tutejszy
        .. Стоят там бомбарды… диаметром до 80 сантиметров...

        Отлично изложили hi
  3. vladcub
    vladcub 15 ноября 2018 14:27 Новый
    +1
    Выходит Серебряков сам того не зная расположил своё укрепление на месте римского? Тактическая выгода была очевидна и римлянам и Серебрякову.
    "Вызывали подозрение у"приличный публики", эти люди привыкли к смерти и окраса,а на паркете им было тоскливо. Конечно будут подозрительными
  4. Михаил Матюгин
    Михаил Матюгин 16 ноября 2018 02:36 Новый
    0
    Цитата: Восточный ветер
    А в 2011 году российские археологи близ станицы Раевской откопают часть каменной сторожевой башни, предположительно римского периода. Эти сооружения, также предположительно, служили тем же целям, что и форт Раевского после них – охрана стратегических путей.
    Скорее всего - византийского времени, или может быть свидетельства пребывания аланов, или кого то ещё. Автору - респект за материал !
  5. Демон
    Демон 20 ноября 2018 12:15 Новый
    0
    Спасибо автору!!! В паспорте указано местом моего рождения станица Раевская, чем я очень горжусь!