Русская торпеда

Русская торпеда


Успехи и неудачи первой в мире подводной лодки с торпедным оружием

Ровно 150 лет назад в центре Санкт-Петербурга, на юго-западном берегу Васильевского острова была спущена на воду подводная лодка. Это субмарина первая в мире использовала для подводного движения двигатель особой конструкции, работавший на сжатом воздухе. Все создававшиеся ранее проекты подлодок использовали либо паровой двигатель, либо банальный ручной привод.


Новая конструкция русского изобретателя позволяла обойтись без паровой машины, совсем не подходящей для подводного движения, и без многочисленного экипажа подводных гребцов, вручную вращавших винты. Но помимо этого новшества русская подлодка 1865 года была впервые в мире задумана как единый боевой комплекс, совмещавший движущийся подводный носитель с самоходным подводным оружием, ныне известным под именем «торпеда».

До этого все созданные и проектируемые в мире подлодки оперировали только с неподвижными минами, которые под водой буксировали к вражеским кораблям и подрывали их по проводам, отойдя на безопасное расстояние. Естественно, такая тактика существенно сужала возможности использования подлодок. И только предложенный в Петербурге проект 1865 года действительно обещал сделать подводную лодку по-настоящему смертоносным оружием для всех, даже самых больших кораблей.

Военный художник и царский фотограф


Автором опередившего свое время изобретения был Иван Федорович Александровский. Сын небогатого смоленского дворянина, он родился в 1817 году в Митаве (ныне территория Латвии), где его отец работал таможенным чиновником. Начало жизни Ивана Александровского ничем не предвещало его интерес к подводному оружию — он закончил Императорскую академию художеств в Петербурге, учась живописи у знаменитого Карла Брюллова. С 1849 года в качестве штатного армейского художника Иван участвует в Кавказской войне — живописцы тогда заменяли фотосъемку, в их задачу входило зарисовывать для военного командования особенности местности.

Русская торпеда

Иван Александровский. Источник: moremhod.info


Фактически Иван Александровский совмещал функции военного топографа и разведчика. Именно тогда он серьезно заинтересовался только что возникшей фотографией — в то время это занятие требовало самых современных знаний химии, оптики и механики. Фотографические пейзажи и фотопортреты были не только модным увлечением, но и важным, новым направлением штабной работы, позволяя по-новому фиксировать военную информацию.

Уже в 1852 году Иван Александровский сконструировал первый в мире аппарат для получения стереофотографий. Через несколько лет, в 1859 году, он участвовал в штурме аула Гуниб и сфотографировал сдавшегося в плен имама Шамиля. Завершившаяся Кавказская война оставила и целый ряд рукописных картин Александровского — «Осада крепости Чох», «Разоренный аул Ташкутур», «Русский лагерь под Гунибом» и другие.

Серьезное занятие фотографией позволило Александровскому стать состоятельным человеком. В Петербурге на Невском проспекте он открыл «Заведение фотографических портретов», столичная знать, следуя новой моде, активно фотографировалась и платила немалые деньги за это новое развлечение. Парадное фото тогда стоило дороже, чем билет первого класса на пароход из Петербурга в Лондон.

Опыты с химическими составами и стеклянными негативами сделали Александровского самым успешным фотографом России и одним из лучших в Европе. Он не раз фотографировал царскую семью, а с 1859 года первым в России стал официально именоваться «Фотографом Его Императорского величества». Александровский становится еще богаче — по налоговой статистике 1862 года его «фотографическое предприятие» в Петербурге приносило свыше 30 тысяч рублей годового дохода. Это были огромные по тем временам деньги, на которые можно было купить два добротных дома в столице Российской империи.

Но состоявшийся фотобизнес и личный успех не отвлекли Александровского от проблем Отечества. В то время общество России болезненно переживало неудачи Крымской войны, когда решающую роль в успехе наших противников сыграли британские пароходы. Россия тогда не имела ни кораблей, ни оружия, способных активно противостоять современному и многочисленному паровому флоту Великобритании.

Русская торпеда

Англо-французский флот во время осады Севастополя. Изображение: wwno.org


Иван Александровский, чья биография была тесно связана с русской армией, особо болезненно переживал ее неудачи и техническое отставание. Накануне начала Крымской войны он, уже будучи состоятельным столичным фотографом, совершил путешествие на Британские острова и мог лично наблюдать многочисленные стальные броненосцы англичан. Хорошо знакомый с современной техникой, Александровский прекрасно понимал, что Россия из-за технических и финансовых причин не сможет нагнать Англию, признанную «владычицу морей», по количеству современных кораблей. Для успеха надо было искать принципиально новое решение.

«Духовой самокат»


Позднее Иван Александровский так описывал ход своих мыслей: «Во время моего пребывания в Англии в 1853 году, перед самым началом Крымской кампании, вид грозного английского флота, готовившегося напасть на Россию, впервые меня навел на идею о подводной лодке…»

Но чтобы победить грозный и многочисленный флот требовалась лодка, отличная от прежних проектов с неподвижными минами на носовом шесте и ручным или паровым приводом движения. На идею о сжатом воздухе Александровского навели опыты с пневматическим затвором фотоаппаратов.

Замысел подводной лодки с таким движителем возник у русского художника еще в годы Крымской войны. Но, как писал позднее сам Александровский, «средства для нагнетания воздуха находились в том время в таком еще младенчестве». Пять лет изобретатель потратил на создание и поиск проектов промышленного сжатия воздуха. Первый пневматический двигатель, как тогда говорили — «духовой самокат», Иван Александровский разработал совместно со Степаном Барановским, профессором университета в Гельсинфорсе (Хельсинки), городе, который как раз в те годы становился главной базой нашего Балтийского флота.

1 мая 1862 года проект подводной лодки, движимой силой сжатого воздуха, был представлен в Морское министерство. Однако большинство русских адмиралов после неудачных экспериментов с немецкими проектами подводных лодок, разочаровалось в самой идее подводного корабля и отказалось рассматривать проект Александровского.

Изобретателю понадобился почти год, чтобы лично заинтересовать новым проектом царя Александра II и главу Морского министерства адмирала Николая Краббе. 4 июля 1863 года русский царь подписал особый указ о начале строительства экспериментальной подлодки.

Работы по созданию субмарины были строго засекречены. Но сразу выяснилось, что в России нет государственных заводов, способных производит многие сложные детали двигателя и корпуса лодки. Половину заказов пришлось разместить на частном предприятии «Завод Карра и Макферсона». В наши дни это расположенное в Петербурге предприятие называется «Балтийский завод», ныне он является одним из ведущих в отечественном судостроении. Но полтора века назад завод принадлежал британскому подданному Марку Мак-Ферсону, которого подозревали в связях с английской разведкой еще в годы Крымской войны.

Русская торпеда

Завод Карра и Макферсона. Фото: statehistory.ru


Заказ же на изготовление большой партии баллонов для сжатого воздуха тогда вообще не могло выполнить ни одно находящееся в России производство. И его пришлось размещать в Англии с ее мощной и передовой промышленностью. Так детали еще небывалого и передового проекта, несмотря на заявленную в царском указе секретность, почти сразу же стали известны «потенциальному противнику».

Первые подводные испытания


Не смотря не все технические сложности, к июню 1865 года лодка была почти полностью готова. На тот момент это было самое большое подводное судно в мире, достигая в длину 33 метров. Экипаж лодки составляли 23 человека — если в прежних проектах экипаж был в основном занят вращением ручного привода винта или работой паровой машины, то в новой лодке экипаж наконец получил возможность сосредоточится на управлении судном и его оружием. Что удивительно, но по форме корпуса и расположение основных узлов конструкции лодка Александровского напоминала современные классические субмарины.

Однако до осени 1865 года «Завод Карра и Макферсона» приостановил завершающие работы на лодке, ожидая поступления оплаты из казны. И только к октябрю лодка была окончательно готова к испытаниям и отправлена на буксире в Кронштадт. Первым командиром экспериментальной субмарины был назначен лейтенант флота Павел Крузенштерн, внук знаменитого мореплавателя.

Из-за наступления холодов и появления льда на Балтике, итоговые испытания лодки отложили на будущий 1866 год. Первое полное погружение было запланировано на 19 июня 1866 года — но оказалось, что неопытные моряки испытывают почти суеверный ужас перед перспективой оказаться ниже среза воды. К тому же первые испытания с погружением были действительно смертельным риском, опыт подобных работ в мире был минимален.

Поэтому в первом погружении участвовали только двое — сам не испугавшийся рисковать жизнью изобретатель лодки и вызвавшийся добровольцем механик «Завода Карра и Макферсона». Удивительно, но допущенный к секретным работам и испытаниям механик носил фамилию Ватсон и был английским подданным — понятия о секретности у русских адмиралов XIX столетия оставались еще очень патриархальными. Фактически вся «секретность» заключалась в том, что адмиралы отказались публиковать сообщения о работах и испытаниях в открытой печати.

Первое погружение на глубину в несколько метров прошло успешно, но закончилось аварией – оказалась не закреплена крышка одного из клапанов высокого давления, и вырвавшийся сжатый воздух разбил все электрические лампы внутри лодки. Кто не закрепил клапан — так и не смогли выяснить, а понятие технической диверсии военным XIX столетия было еще неведомо…

Однако последствия аварии на лодке удалось быстро устранить. Испытания продолжились, экипаж уже не боялся погружений, и лодка, полностью скрываясь под водой на несколько десятков минут, проплывала в таком положении до 2 миль. 27 июня 1866 года Иван Александровский с экипажем, находясь под водой, даже распили бутылку коньяка за здоровье императора Александра II.

Сам царь посетил лодку в середине сентября 1866 года и оказался весьма впечатлен, как он выразился, «чрезвычайно умной придумкой». Изобретателя наградили орденом Владимира 3-й степени и денежной премией в 50 тысяч рублей. Премия по тем временам была огромной, но на все исследования и работы, связанные с подлодкой, Иван Александровский потратил 140 тысяч рублей личных средств, все без остатка накопления, заработанные им в качестве фотографа.

«Торпедо» Александровского


Летом 1865 года, одновременно со спуском на воду своего подводного корабля, Иван Александровский предложил Морскому министерству Российской империи и новое оружие для новой лодки. По сути это были уменьшенные копии самой субмарины, так же двигавшиеся под водой мотором на сжатом воздухе — то, что сейчас именуется торпедами. Именно в 1865 году в описании новой подводной лодки ее конструктор впервые применил этот термин в еще неустоявшейся транскрипции — «самодвижущееся торпедо».

Изначально латинским torpedo в науке о рыбах именовались электрические скаты. С начала XIX века термином «торпедо» в России называли морские мины, приводимые в действие по электрическим проводам. Иван Александровский назвал свой проект «самодвижущееся торпедо» или «самодвижущаяся мина».

Русская торпеда

«Торпедо» Александровского. Фото: svpressa.ru


Предложенный проект нового, еще не существовавшего в мире оружия понравился главе Морского министерства Николаю Краббе. Но тут русские адмиралы допустили первую ошибку — руководители Морского министерства посоветовали Александровскому сначала завершить первые испытания подлодки, а потом уже заняться воплощением в жизнь проекта торпед для них.

В 1868 году Иван Александровский вновь представил в Морское министерство уже доработанный проект «торпедо». К тому времени стало известно, что опыты над аналогичными устройствами, приводимыми в движение сжатым воздухом, ведет австрийский флот при помощи известного британского конструктора Роберта Уайтхеда.

Александровский немедленно приступил к испытаниям своих торпед. Однако в царской казне не нашлось для этого эксперимента денег, изобретателю предписали создать новое оружие «на собственные средства с последующим возмещение в случае успеха». Поэтому работы велись кустарно, в частной слесарной мастерской на Казанской улице Петербурга.

Параллельно с работой над торпедами Александровский продолжал испытания подводной лодки. Многочисленные погружения выявили недостатки лодки, причем не столько в проекте, сколько в качестве выполнения работ — например, из экономии «Завод Карра и Макферсона» заменил медные листы обшивки более дешевыми и тонкими латунными. Помимо устранения этих проблем, изобретателю пришлось решать массу ранее неисследованных вопросов, в основном связанных с устойчивым передвижением субмарины на глубине. Впервые в мире была проведена целая серия научных опытов по подводному движению.

В 1869 году подлодка Александровского впервые участвовала в маневрах флота совместно с надводными кораблями. Пройдя под водой почти милю, лодка вынырнула у борта императорской яхты «Штандарт», и ее экипаж на глазах царя в полной парадной форме моментально выстроился на палубе.

На следующий год был запланирован цикл испытания лодки на больших глубинах свыше 25 метров. Однако случилась неожиданная задержка — Россия в то время отказалась от рекрутской повинности с длительным сроком службы солдат и переходила на комплектацию армии путем временного призыва. В связи с этим прежний срок службы рядовых матросов был существенно сокращен и к 1870 году почти весь экипаж подлодки Александровского был уволен в запас. На подготовку нового экипажа ушел почти год, и цикл глубинных испытаний был начат только в 1871 году.

10 июля 1871 года лодка впервые погрузилась на глубину 24 метра. Это стало мировым рекордом погружения обитаемого аппарата подобной величины. Обрадованное флотское начальство без консультаций с конструктором, который отбыл с докладом в Петербург, решило на следующие сутки провести погружение на глубину свыше 30 метров. Этого поспешного погружения корпус лодки не выдержал, и она затонула в Финском заливе у пролива Бьёркезунд (ныне это Выборгский район Ленинградской области).

Два года Иван Александровский потратил на подъем лодки с глубины. В 1873 году ему это удалось при помощи резиновых понтонов собственной конструкции. Естественно, спасение лодки отвлекло его от работ по созданию первых торпед.

«Оскорбительно для русского самолюбия обращаться к Уайтхеду»


К тому времени командование армией и флотом было озабочено очередным конфликтом с Турцией. Боевые действия должны были начаться в ближайшие годы, но после Крымской войны Россия не имела флота на Черном море. Простроить за 2–3 года новый броненосный флот было невозможно, и единственным наступательным средством русского флота против турок могли стать лишь «самодвижущиеся мины», торпеды.

Летом 1875 года в Морском министерства состоялось совещание адмиралов, на котором решалась судьба торпедного оружия. Имелось два варианта — купить за большие деньги торпеды британца Уайтхеда или доработать до готовности торпеды Александровского.

К тому времени «самодвижущихся мины» русского изобретателя прошли успешные испытания, но по скорости уступали британскому варианту. Хотя Александровский разработал проект торпеды в 1865 году, годом ранее, чем получил свой патент Роберт Уайтхед, однако русский конструктор прошедшее десятилетие был вынужден потратить на создание, испытание, а затем спасение затонувшей подводной лодки, в то время как британец сосредоточился исключительно на опытах с торпедным оружием.

Помимо этого торпеды Александровского изготавливались им за свой счет кустарно в слесарной мастерской, тогда как на Уайтхеда работал его собственный большой механический завод в Фиуме (ныне порт Риека в Хорватии), щедро финансируемый австрийским флотом. Неудивительно, что, имея такую фору, британский инженер за несколько лет вырвался вперед в вопросах скорости нового оружия.

Русская торпеда

Роберт Уайтхед и его торпеда. Фото: militaryhistorynow.com


Большинство адмиралов по этой причине высказались за покупку британского проекта. Однако глава Морского министерства Николай Краббе решительно поддержал русского изобретателя. «Господа, — обратился он к подчиненным, — я всегда старался поддерживать русский труд и русские изобретения, а вы? За какую-нибудь трубку, придуманную иностранцем, готовы дать сотни тысяч… Обратите внимание, что Александровский не имеет в своем распоряжении никаких механических предприятий, устройте механическую мастерскую для изготовления торпеды, и я уверен, что Александровский построит торпедо не хуже Уайтхеда».

В итоге Ивану Александровскому удалось быстро увеличить скорость своих торпед в два раза, почти достигнув показателей Уайтхеда. Как писал сам русский изобретатель, за отставание в скорости «никого нельзя упрекнуть, ибо это есть следствие скудных механических средств, имеющихся у нас в России». Главной проблемой в борьбе за скорость стало качество металлов — нужные по прочности и гибкости стали, с успехом примененные англичанином, тогда были большим дефицитом в нашей стране.

К несчастью сторонник русской торпеды адмирал Краббе осень 1875 года тяжело заболел и покинул пост главы российского флота. И в октябре того же года Морское министерство приняло решение не ждать завершения опытов с «торпедо» Александровского, а купить образцы этого оружия у британца Уайтхеда. Против этого решения решительно выступил вице-адмирал Андрей Александрович Попов, создатель первых русских броненосцев. Он с гневом заявил коллегам-адмиралам: «Накануне самостоятельного решения этого вопроса Александровским даже оскорбительно для русского самолюбия обращаться к Уайтхеду».

Однако большинство адмиралов накануне большой войны с Турцией решили не рисковать и, не дожидаясь конца опытов Александровского, купить для флота сотню торпед Уайтхеда. Понимая, что война с турецким флотом не за горами, Иван Александровский подчинился требованиям флотского начальства и даже вошел в комиссию, которая занималась приёмкой британских торпед. «Когда я увидел мину Уайтхеда, — позднее вспоминал русский изобретатель, — то оказалось, что ее устройство основано на тех же принципах, как и мое торпедо, с той лишь разницей, что механизм его мины отличается весьма тщательной отделкой, что и не удивительно, так как он имеет для этого специальный громадный завод, тогда как моя самодвижущаяся мина была сделана без всяких механических средств у простого слесаря на Казанской улице…»

«Руководствуясь высочайшим повелением о сокращении расходов»


В то время торпедное оружие по сложности и стоимости изготовления соответствовало крылатым ракетам XXI века — менее чем за десятилетие Россия выплатила Уайтхеду почти полтора миллиона рублей серебром. Но именно наличие конкурента в лице Александровского позволило русскому правительству почти в два раза снизить первоначальную цену торпед Уайтхеда.

Иван Александровский сразу же внес несколько усовершенствований в конструкцию носовой части британской торпеды, усилив ее поражающую мощь. ПоказателРоберт Уайтхед и его торпеда. Фото: militaryhistorynow.com (http://militaryhistorynow.com)уйаьно, что это русское изобретение почти сразу стало известно Уайтхеду, и он тут же применил его в своих торпедах.

«Самодвижущиеся мины» Уайтхеда были использованы черноморскими моряками России уже в январе 1878 года. Два русских катера «Чесма» и «Синоп» потопили турецкий пароход, впервые в мире произведя успешный боевой пуск торпед.

Судьба же русского изобретателя-энтузиаста Ивана Александровского сложилась поистине трагически. После окончания русско-турецкой войны 1877–78 годов бюджет Российской империи испытывал серьезный дефицит, одновременно русский флот начал дорогостоящее строительство броненосных кораблей на Черном и Балтийском морях. Адмиралы были увлечены новыми, казавшимися непотопляемыми цельнометаллическими броненосцами, эксперименты с подводными лодками казались им ненужной тратой сил и средств.

Напрасно Иван Александровский убеждал Морское министерство, что его субмарина с новыми торпедами «без малейшего для себя риска, незамеченной потопит любой броненосец». Его идеи почти на четверть века опередили свое время — господство подводных лодок моряки всего мира окончательно осознают лишь к началу Первой мировой войны.

Пока же Александровскому пришлось испытать всю горечь неудач. Весной 1881 года террористы убили Александра II, который лично знал изобретателя и симпатизировал его идеям. Новый император был далек от увлечений постаревшего фотографа и летом 1881 года он без колебаний удовлетворил прошение Морского министерства о прекращении всех опытов над лодками и торпедами Александровского в целях экономии бюджетных средств, или как тогда звучал язык бюрократических документов — «руководствуясь высочайшим повелением о возможном сокращении расходов».

Изобретателя уволили из штатов военно-морского флота, затраты на создание подводного оружия оказались невозмещенными. За годы упорной работы над подлодкой и торпедами некогда модное фотоателье Александровского пришло в упадок, опыты и эксперименты съели все финансовые накопления. Последние годы жизни изобретателя прошли в бедности и попытках доказать перспективу подводного флота.

Иван Федорович Александровский умер 13 сентября 1894 года. Ровно через 6 лет Морское министерство, обеспокоенное успешными опытами по созданию подлодок в Европе, вновь организовало комиссию по разработке субмарин. И еще через 2 года в Петербурге на Балтийском заводе построили подлодку «Дельфин», первую подводную лодку, официально зачисленную в списки боевых кораблей Российского флота. В ее конструкции русские инженеры использовали многие наработки, сделанные ранее Иваном Александровским.
Автор: Алексей Волынец
Первоисточник: http://rusplt.ru/sdelano-russkimi/russkaya-torpeda-17465.html


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 12
  1. татарин 174 28 июня 2015 07:15
    Вместо того, чтобы разрабатывать своё и совершенствовать его, наши многие чиновники, от кого зависит продвижение вперёд, всё ещё продолжают преклоняться перед иностранными изделиями и изобретениями am А наше забрасывается, конструкторы и инженеры вынуждены уезжать! Сколько ещё это будет продолжаться - это издевательство над собственными умами и творениями инженерной мысли!?
    1. avt 28 июня 2015 10:51
      Цитата: татарин 174
      Вместо того, чтобы разрабатывать своё и совершенствовать его, наши многие чиновники, от кого зависит продвижение вперёд,

      Вместо того чтобы закипать мозгом в,,праведном гневе" , просто поищите и спокойно почитайте об испытаниях ПЛ,,Почтовый".И если оргазм по типу
      Цитата: sanya.vorodis
      А в итоге оказывается, что "иностранные изделия и изобретения" - плод наших же бывших соотечественников!
      "Нет пророка в своём отечестве"! (с)

      Цитата: Вожик
      Всё, как обычно на Руси...

      отпустит , то вполне себе поймете что -,,Пока же Александровскому пришлось испытать всю горечь неудач. " исключительно по причине несовершенства конструкции в виду невозможности изобретателем отменить некоторые законы физики для достижения заявленных характеристик лодки . А так же поймете справедливость слов министра фон Тирпица", произнесенные им в рейхстаге в 1907 году -,,Франция имеет много лодок , но все те что спущены на воду до 1905 го не имеют никакого военного значения. Германия хорошо распорядилась своими деньгами и людьми, терпеливо выжидая момента, когда техническая мысль разрешит проблему подводной и ныряющей лодки.." Так что не надо преждевременно рвать волосья у себя на всех местах
      Цитата: 3vs
      Всё у нас держится а энтузиастах.

      Везде все держится на этузиастах .Вопрос в другом - в грамотном подходе к этому энтузиазму для вполне себе его практического применения . ,,Занятие наукой есть способ удовлетворить собственное любопытство за государственный счет" и вот задача грамотных управленческих кадров состоит в том что бы это любопытство совпало , как у Тирпица, со вполне себе конкретным решением задач , стоящими перед государством . Плохая статья negative АБСОЛЮДНО экзальтированная в эмоциональном плане при ПОЛНОМ отсутствии каких либо ТТХ по обсуждаемым машинам и их иеханизмам . Короче - интеллигентский БРЕД с подвыванием о тяжкой судьбе изобретателя. negative
      avt
      1. Rostislav 28 июня 2015 15:58
        Все сказанное 50/50. Можно удачно дожидаться нужного момента, как Тирпиц, а можно просто отстать, как с беспилотниками. Догонять трудно.
    2. Nikoha.2010 28 июня 2015 13:39
      Просьба о помощи! Для проведения сложной хирургической операции на лице и последующей реабилитации (удаления следов от множества швов) мне, Александру Романову, нужны деньги. Одно только лазерное удаление шрамов и процедуры обойдётся примерно в шестьдесят тысяч рублей. Общее лечение дорогое поэтому обращаюсь с просьбой ко всем неравнодушным товарищам с «Военного обозрения». Операции будут проводиться в Комсомольске-на-Амуре и Хабаровске. Помогите,если есть возможность.
      Карта сбербанка 4276 7000 1527 1699
      Яндекс 410013268540198

      Реально, подтверждаю!!!
  2. Вожик 28 июня 2015 07:46
    Всё, как обычно на Руси...
  3. 3vs 28 июня 2015 09:09
    Да, как воровали, так и воруют, как чиновники были продажными, так и остались.
    Природа человеческая не меняется!
    Становится грустно, на балы, развлечения у царской казны деньги находились, а
    на стоящее дело денег не было.
    Всё у нас держится а энтузиастах.
    3vs
    1. Scraptor 28 июня 2015 19:16
      У одного царя нашлись, у другого нет (скорее всего потому что так ему бенsоны насоветовали)... вам бы лучше про сейчас стонать, да про 1990-е.
  4. свой1970 28 июня 2015 13:38
    на фото "торпедо" выглядит намного солиднее, чем веретено Уайтхеда стоящее на чурбаках
  5. Алекс 28 июня 2015 15:22
    Передача военных заказов иностранцам, доступ агентов иностранных разведок к секретной технологии, отсутствие средств на собственные разработки при их наличии для закупок аналогичной техники за рубежом... Ничего не напоминает?..
  6. moskowit 28 июня 2015 17:42
    Согласен со многими комментаторами. Зачастую разработки наших конструкторов и инженеров, что русских, что советских встречали такие искусственные барьеры, воздвигаемые власть держащими, что диву даёшься. С юности помню сюжет "Фитиля" о женских сапожках. Придумали и изготовили наши, но как всегда предложение было подвержено забвению, и только когда во Франции на какой то модельной выставке французские манекенщицы щеголяли в сапожках французского или итальянского производства, наши спохватились, но время уже было упущено...
    1. свой1970 28 июня 2015 21:27
      самозванцев и аферистов всех мастей объявляющих себя изобретателями всего самого лучшего история человечества набита битком- управление погодой,пушки курчевского,танк лебеденко,нанофильтры, пси-лучи, шаротанки....
      Именно поэтому чиновники(не только и не столько наши российские) и создают хоть какие нибудь препятствия на пути мошенников
      1. БМ-13 28 июня 2015 21:47
        Цитата: свой1970
        Именно поэтому чиновники(не только и не столько наши российские) и создают хоть какие нибудь препятствия на пути мошенников

        Все правильно, вот только этот фильтр как-то странно работает: только в одном направлении.
  7. Денимакс 28 июня 2015 20:08
    Интесная видиографика по теме.

    https://www.youtube.com/watch?v=zPtI89lqP3M
    Странно что функция прямой ссылки не работает.
    Цитата: свой1970
    на фото "торпедо" выглядит намного солиднее, чем веретено Уайтхеда стоящее на чурбаках

    Представьте что это левое фото.)
  8. RiverVV 30 июня 2015 11:50
    Статья познавательная. Но на самом деле неизвестно, кто у кого спер идею: Уайтхед у Александрова, или наоборот. Скорее всего оба использовали некие одинаковые исходные данные, да и обмен информацией явно шел в обе стороны. Разведки тогда были уже вполне работоспособны, а вот контрразведкой никто особо не заморачивался.

    Интересно, что и Россия, и Англия провели боевые испытания торпед практически одновременно, с разницей по времени всего полгода. При этом русский флот в русско-турецкой войне вполне успешно применил нечто подобное "торпедному вееру". Торпеды с минных катеров были пущены одновременно. То есть прототип Александрова не только не был забыт, но его торпеды выпускались серийно. В статье вероятнее всего ошибка. Англичане ни за какие коврижки не стали бы делиться с главным потенциальным противником новейшей, перспективной разработкой, да еще способной причинить реальный вред их же флоту. "Чесма" и "Синоп" наверняка стреляли торпедами Александрова.
  9. mina 4 апреля 2016 12:47
    статья увы представляет собой псевдопатриотические завывания

    Александров не Смог разработать торпеду, т.к. не сумел решить проблему управления ее по глубине (при том что его по линии разведки включали в состав первой комиссии ездившей к Уайтхеду).
    Устав ждать получить от него что-то реальное Морское ведомство, НАКАНУНЕ ГРЯДУЩЕЙ ВОЙНЫ действовало быстро и решительно - в виде закупки торпед Уайтхеда и мин Герца

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня