Генерал от инфантерии Алексей Ермолаевич Эверт и судьба Виленской стратегической операции

В отечественной истории сложилось мнение: генерал от инфантерии А. Е. Эверт - полная бездарность, безинициативный и бесталанный военачальник. Так ли это и каковы заслуги этого генерала в боевых операциях Первой мировой - прежде всего в Виленской стратегической операции?

Кавалер Золотого оружия за Русско-японскую войну А. Е. Эверт был незаурядным офицером и человеком. Нас интересуют лишь факты, дающие представление о нем как о генерале мировой войны.

22 августа 1914 г. в ходе Галицийской битвы А. Е. Эверт принял командование над 4-й армией Юго-Западного фронта. В этот день его войска добились крупного успеха в боях у Лопенники. В дальнейшем, несмотря на помощь австрийцам со стороны частей германского Силезского ландверного корпуса, в ходе бессмертного боя у Тарнавки 26 - 27 августа германский корпус вместе с правым флангом австрийской 1-й армии были разгромлены и стали отступать. Войсками 4-й и 9-й армий был осуществлен оперативный прорыв. За Галицийскую битву А. Е. Эверт 18 сентября 1914 г. был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени.


В ходе тяжелой весенне-летней кампании 1915 г. 4-я армия успешно действовала под Опатовым (в мае) и Люблиным (в июне-июле). На тот момент потеря Люблина и Холма позволяла противнику отрезать от тылов все войска, находившиеся на левом берегу Вислы – т. е. выполнить задачу, стоявшую перед южной «клешней» его «Летних стратегических Канн». Но на маневр противника в виде удара в стык 3-й и 4-й армий русское командование ответило контрманевром в виде флангового удара по ударной группировке австро-германцев. Всего корпуса армии А. Е. Эверта (прежде всего 25-й армейский) в этих победоносных боях захватили до 30 тыс. пленных.

И 7 октября 1915 г. за бои под Опатовым и Люблиным, а также успехи в Виленской операции командарм был награжден орденом Святого Георгия 3-й степени.


Ил. 1. Главнокомандующий армиями Западного фронта генерал от инфантерии А. Е. Эверт за работой.

О его роли в последней – Виленской операции и пойдет речь.

Эта стратегическая оборонительно-наступательная операция русских Западного и Северного фронтов на северо-западном направлении развернулась 9 августа – 19 сентября 1915 г.

После падения Ковенской крепости и форсирования немцами р. Неман Ставка установила, что центр тяжести боевых усилий противника переносится на Виленское направление и вследствие сосредоточения на ТВД крупных сил (к северу от Полесья – 8 армий) для облегчения управления Северо-Западный фронт 4 августа был разделен на 2 фронта: Северный и Западный.
А. Е. Эверт возглавил последний.

Противник планировал нанести удар в наиболее слабое и уязвимое с оперативной точки зрения место русского боевого построения - в стык Северного и Западного фронтов, лишь прикрытый слабой кавалерийской завесой. Ситуацию усугубляло отсутствие полноценных резервов за русскими 5-й и 10-й армиями.

9 августа германские войска нанесли свой главный удар между р. р. Неман и Вилия. Неожиданно для противника, внеся этим коррективы в его оперативное планирование, 17 августа русские войска начали контрнаступление. Особую роль в этих боях сыграл переброшенный в Виленский район Гвардейский корпус.

Но русское контрнаступление выдохлось, и после перегруппировки, 27 августа германская 10-я армия ринулась на Вильно – Сморгонь, Неманская - на Двинск, а кавалерия обеих армий должна была прорваться на стыке между русскими 5-й и 10-й армиями Северного и Западного фронтов соответственно.

28 августа германская 10-я армия прорвала русский фронт у ст. Новосвенцяны. Германская кавалерия отбросила немногочисленную русскую конницу и ринулась в русские тылы. Образовался значительный (50-км) разрыв между флангами русских фронтов. Ударная группа противника мощностью в пять кавалерийских дивизий совершила прорыв. 29 августа под ударами правого фланга армейской группы Й. фон Эбена и конной группировки войска правого фланга русской 10-й армии отброшены.

Что в этой ситуации предприняло командование Западного фронта?
А. Е. Эверт усиливал направление на межфронтовом стыке. Важнейшим его решением был марш-маневр, рокировка целого ряда соединений – только это могло принести положительные оперативно-тактические результаты. А. Е. Эверт сообщал в Ставку что отдал приказ 14-му армейскому и 4-му сибирскому армейскому корпусам выдвинуться форсированным маршем - первому на Молодечно, а второму - на Ошмяны.

Но до подхода этих резервов в ситуации, когда 5-я армия прижалась к Двине, противник продолжал успешные действия. Три дивизии германского конного корпуса продвигались в направлении оз. Свирь – Вишневское, а шесть пехотных дивизий немцев (т. е. 2 – 3 корпуса или целая армия) вышли на фланг и в тыл русской 10-й армии. 1 сентября противник продвигался в направлении Мейшагола-Неменчин, захватил г. Вилейку и подошел к г. Молодечно.

Но соединения русской 10-й армии упорно держались. К ее флангу уже подходили фронтовые резервы, направленные А. Е. Эвертом, в то время как ударная группировка противника теряла пробивную силу, а войска дугообразно растянулись.

Особое значение в деле перелома хода Виленского сражения в пользу русского оружия А. Е. Эвертом придавалось маневру сосредотачиваемой за Вилией у Ошмяны-Молодечно 2-й армии Западного фронта – она должна была закрыть брешь между 5-й и 10-й армиями. Фактически генерал пошел на проведение контрманевра, по масштабам превосходящего перегруппировки в ходе Галицийской битвы и Варшавско-Ивангородской операции, но в гораздо более тяжелых коммуникационных условиях.

И в результате, в ходе боев 2 - 3 сентября ударная группа противника была остановлена частями 2-й армии, выдвигаемой к разорванному стыку двух фронтов.

Генерал от инфантерии Алексей Ермолаевич Эверт и судьба Виленской стратегической операции

Ил. 2. Боевые действия 4 сентября.

С 10 сентября развернулись яростные встречные бои на Вилейке и у Нарочи, и к 11-му прорыв германцев был ликвидирован. Германская 10-я армия сама получила разрыв фронта с Неманской армией, и, будучи разбросана на большом пространстве от д. Глубокое до р. Западной Березины, утратила пробивную мощь.

Контрудар русских войск по прорвавшейся группировке привел к поражению германской кавалерии, отброшенной из района Молодечно к оз. Нарочь. Таким образом, прорыв был ликвидирован.

Исследователь Свенцянского прорыва советский комбриг Н. Евсеев писал о командующем Западным фронтом, что в оценке сложившейся оперативно-тактической ситуации, в деле оперативного руководства войсками, в организации маневра он проявил гораздо большие дарования, показал больше умения, чем прославленные немецкие генералы - «идейные наследники» Мольтке. Командующему русским фронтом, как отмечал историк, удалось вырвать у германского генералитета инициативу, опередить его в развертывании своих войск на реке Вилии - и он заставил противника перейти к обороне, причем в условиях очень скудного боевого снабжения и при почти равном с германцами количестве своих штыков.

Контрманевр 1-й, 2-й, 3-й и 10-й армий Западного фронта при ослабшей маневроспособности и скверных коммуникациях был выполнен блестяще. В отличие от командующего Северным фронтом Н. В. Рузского А. Е. Эверт обладал должным кругозором, не ограничивал свою оперативную деятельность разграничительными линиями двух фронтов, действовал по-деловому - организуя операции своих армий в интересах обоих фронтов. Прекрасно уяснив сущность германского маневра, он оттягивал свои армии к Двине – чтоб примкнуть к Северному фронту. Ведь сомкнуть фланги фронтов являлось важнейшей оперативно-стратегической задачей, чего не понимал Н. В. Рузский, предпочитающий отводить левый фланг своего фронта на Двину, а присылаемые ему резервы зачем-то отправлял на свой правый фланг – к Балтике.

Только благодаря компетентному оперативному руководству А. Е. Эверта удалось выправить положение. Командующий Западным фронтом в сжатые сроки осуществил перегруппировку вначале четырех, а затем еще шести армейских корпусов и пяти кавалерийских дивизий, снятых с фронта в нужном месте и в нужное время, выведенных в резерв и выдвинутых преимущественно походным порядком вдоль фронта в сторону прорыва.

Германский историк Х. Риттер писал: «Дела начались успешно с прорывом тонкого русского фронта севернее Вильны. Когда решающий фланг X германской армии направили на Сморгонь и Молодечно, его уже встретили дивизии, взятые у Лиды и Слонима из отходившего оттуда русского фронта и повернутые к северу. Далеко ушедшая вперед германская армейская кавалерия делала все возможное…. Однако, она не могла помешать русской пехоте ранее германской достигнуть железно-дорожной линии Вильна - Молодечно. Охват… преждевременно наткнулся на быстро сформированный оборонительный фланг и не достиг успеха….».

Вывод корпусов в резерв при сложившейся обстановке был сложным и рискованным делом – фронт ведь мог быть прорван противником на другом участке. Но А. Е. Эверт не страшился этого риска. Он смело выводил свои соединения в резерв, причем они были вовремя отправлены в ключевой пункт - на стык фронтов. Предугадывая ход разворачивающихся событий, он не опаздывал с перегруппировкой. Сам старый солдат, А. Е. Эверт при реализации своего маневра «опирался» на солдатские ноги. В условиях ненадежной (и слабой) инфраструктуры он правильно рассчитал параметры марш-маневра с учетом специфики местности и развития оперативной ситуации - и намного опередил немцев. Русская пехота покрывала 30 км, а кавалерия - 60-70 км в сутки (в то время как вышедшая на оперативный простор германская пехота давала темпы 15 км, а кавалерия – 20-25 км в сутки). То есть русские двигались в 2 раза быстрее немцев, развивающих прорыв. Марши русских войск были проведены четко, без отставших, было организовано усиленное питание людей и лошадей. Некоторые русские корпуса прошли по 200 километров.

Причем все маневрирование резервами (за исключением 1-го Конного корпуса) было осуществлено из глубины, и войска с марша вводились в бой.

Грамотно был и осуществлен маневр отхода. Н. Евсеев отмечал, что отход армий Западного фронта был толково организован, а отрыв частей от германцев был выполнен безукоризненно.

Во многом благодаря этому замысел противника на окружение крупной группировки русских войск рухнул.

Штаб Западного фронта массово применял радиосвязь - действовали 56 радиостанций. Причем штабы фронта и армий имели пеленгаторные станции и успешно вели радиоразведку, в частности, продублировали разведданные войсковой и авиационной разведки о сосредоточении в конце августа немецких войск западнее Вильно (зафиксировав скопление германских радиостанций в этом районе).

Штаб Западного фронта взял на себя руководство операцией на межфронтовом стыке, качественно поставил службу разведки, точно и своевременно определил группировку и даже планы немцев при подготовке операции. В процессе операции он умело руководил армейскими перегруппировками. Причем, даже в условиях напряженной ситуации ему удалось сохранить жесткость в руководстве операцией.


Ил. 3. Главнокомандующий армиями Западного фронта генерал от инфантерии А. Е. Эверт на позиции.

Того же А. Е. Эверт требовал и от подчиненных, в частности, когда 6 сентября телеграфировал командующим своими армиями, что поведение противника отличается дерзостью и энергичностью, доходящей до нахальства, в то время как действия русских нерешительны и вялы. Командующий фронтом отмечал, что в последнее время подзабыт суворовский завет: «быстрота - натиск» и требовал от начальников всех степеней помнить, что побеждает лишь тот, кто к этому страстно стремится и умеет это внушить подчиненным. Именно таких командиров, заявил генерал: «буду высоко ценить».


Ил. 4. Перегруппировка армий Западного фронта.

Стабилизация фронта после Великого отступления – этот, без сомнения стратегический успех, был одним их важнейших последствий Виленской операции – и Алексея Ермолаевича Эверта лично.
Автор: Олейников Алексей


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 13

Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти
  1. BRONEVIK 12 декабря 2016 07:24
    Реальные заслуги реального человека.
    Все как-то раньше было односторонне, а у каждой медали ведь две стороны.
    Для меня это ценная и абсолютно новая информация.
    Спасибо автору за отличную статью.
    1. Венд 12 декабря 2016 10:30
      В отечественной истории сложилось мнение: генерал от инфантерии А. Е. Эверт - полная бездарность, безинициативный и бесталанный военачальник.
      Ну не в отечественной, а в советской истории. В советской истории вообще в России были одни убийцы, бездарные военные, которые проиграли все войны.
      1. murriou 9 марта 2017 01:24
        А что, факт проигрыша РЯВ и всех подряд значимых сражений в ней вызывает сомнения?
        Или вызывает сомнения результат Восточно-Прусской операции в самом начале ПМВ? Великое отступление 1915г - великая победа? Нарочская операция стала победной? А провал наступления летом 1917г. - свидетельство гениальности его планов?
  2. parusnik 12 декабря 2016 08:09
    Исследователь Свенцянского прорыва советский комбриг Н. Евсеев

    В 1924 г. окончил Высшие академические курсы при Военной академии РККА. В 1928 г. окончил КУВНАС при Военной академии имени М. В. Фрунзе. В 1931-1933 гг. — слушатель Особой группы Военной академии имени М. В. Фрунзе. С февраля 1934 г. — преподаватель общей тактики Военной академии имени М. В. Фрунзе, а с апреля 1934 г. — старший руководитель кафедры конницы той же академии. С января 1937 г. — начальник кафедры военной истории той же академии.Автор труда "Свенцянский прорыв"-1933.Награжден орденом Красного Знамени в 1921.Арестован 21 июня 1937 г. Военной коллегией Верховного суда СССР 20 сентября 1937 г. по обвинению в участии в военном заговоре приговорен к расстрелу. Приговор приведен в исполнение в тот же день. Определением Военной коллегии от 2 апреля 1957 г. реабилитирован.
    1. BRONEVIK 12 декабря 2016 08:20
      Военный историк, завкафедрой. Ученый хороший, читал его "Свенцянский прорыв". За что человек смерть принял - непонятно.
  3. Rotmistr 12 декабря 2016 08:46
    Это кстати к вопросу о плохих русских генералах, которые якобы во всем уступали немцам. Благодарю за интересный материал
  4. RPG_ 12 декабря 2016 16:15
    То что он допустил прорыв его полная вина, а то что он не допустил развития прорыва (ценой гибели Гвардии) как бы не велика заслуга.
    Так и есть А. Е. Эверт не решительный и бездарный генерал так как неудачных операций в его карьере гораздо больше чем успешных. Один только саботаж Брусиловского прорыва чего стоит. Он генерал мирного времени и мог только хорошо выслуживаться да парады со смотрами устраивать.
    1. BRONEVIK 12 декабря 2016 16:29
      Прорыв на стыке допустил не только он – за стык-то отвечают оба фронта. И из истории как правило поэтому немцы и старались долбить туда – не поймешь чья конкретно зона ответственности.
      Ну а в кампании 1916 г. Эверта с Куропаткиным обвиняли в малой активности, что не так как надо поддержали брусиловское наступление.
      Во-первых, конечно, и на старуху как говорится бывает проруха. Но дядька-то в любом случае видно боевой, не ангажированный – недаром спокойно доживал при Советской власти.
      А во-вторых, может не все так однозначно, может спокойная позиция в чем-то и правильная? Зачем было вообще рвать пупок в ходе Брусиловского прорыва – если это все равно ничего кроме как минимум миллиона общих потерь за полгода и соответственно приближения революции не дало (а этот надрыв приблизил революцию конкретно - как считают историки).
      Россия и так до этого достаточно за два года выполнила свой союзнический долг – куча только германских войск ушла на наш фронт: 2 корпуса во время Марнской битвы, 4 корпуса во время и после Лодзинской операции, масса войск в 1915 г. и т.д. Может хорош?
      Может и не надо было в 1916 году вообще сильно напрягаться? Посидели бы потихонечку в глухой обороне, людей сэкономили.
      Вместе с союзниками в любом случае победили бы. Глядишь, и революции не было, а если бы и была – то после победы. От Гражданской войны может быть Бог бы отвел.
      Кто его знает – умеренные позиции ведь не самые плохие однако.
      Посмотрите и с такой точки зрения тоже.
      1. Rotmistr 12 декабря 2016 16:38
        С Куропаткиным в один ряд ставить Эверта нельзя!
        Да и Куропаткин кстати не во всем уж плох. Его очень любили солдаты, был заботливым начальником. Этого не отнять. Из него получился б хороший начальник тыла, не командующий фронтом конечно.
        Но уж лучше бы Северным фронтом продолжал командовать он, чем потом вернулся Рузский – масон и изменник Родины-уговорщик-заговорщик в деле отречения Императора
      2. Андрей Ж 12 декабря 2016 21:23
        Хм, интересная, однако, точка зрения!...
      3. антивирус 20 декабря 2016 13:50
        А во-вторых, может не все так однозначно, может спокойная позиция в чем-то и правильная? Зачем было вообще рвать пупок в ходе Брусиловского прорыв
        ПЛАТИЛИ КРОВЬЮ ЗА СНАБЖЕНИЕ
  5. Андрей Ж 12 декабря 2016 21:22
    Статья - отличная ! Супер ! Главное - доходчиво,лаконично и просто. Спасибо!
  6. Barcid 13 декабря 2016 07:00
    Спасибо за статью. Хорошие интересные данные
Картина дня