Расстрел на шахте «Вуек». Как погибли польские шахтёры

Тридцать пять лет назад, 16 декабря 1981 года, в Польше произошло знаменитое столкновение рабочих с милицией, вошедшее в историю как «усмирение шахты Вуек». Оно стало одним из наиболее трагических эпизодов в активизации антикоммунистического движения Польши и деятельности небезызвестного профсоюза «Солидарность», сыгравшего ключевую роль в дестабилизации ситуации в ПНР в конце 1980-х годов. Сейчас события на шахте Вуек используются в качестве одного из доказательств «преступности» просоветского режима в Польше, однако вряд ли можно рассматривать трагедию тех лет столь однозначно.

Расстрел на шахте «Вуек». Как погибли польские шахтёры



Как известно, рост оппозиционных настроений в Польше привел к введению в 1981 году военного положения в стране. Этому способствовала деятельность профсоюза «Солидарность», возглавляемого Лехом Валенсой. Еще 11 февраля 1981 года премьер-министром Польши был назначен генерал армии Войцех Ярузельский, с 1969 года занимавший пост министра обороны страны. 18 октября 1981 г. он стал первым секретарем ЦК Польской объединенной рабочей партии (ПОРП). 12 декабря 1981 года Войцех Ярузельский ввел на территории ПНР военное положение. Об этом он известил советское руководство, подчеркнув, что всю ответственность за последствия этого важного шага он принимает на себя. Введение военного положения стало крайней мерой польских коммунистов в попытке нейтрализовать деятельность оппозиции. Представители наиболее радикального крыла ПОРП требовали от партийного и государственного руководства немедленно разобраться с лидерами оппозиции. В первые же дни военного положения Лех Валенса и более 3 тысяч других активистов «Солидарности» были задержаны милицией.

Позиции «Солидарности» были сильны среди части польских шахтеров. Когда в ночь на 13 декабря милиция и органы безопасности начали задержания оппозиционных активистов, был арестован и председатель профсоюзного комитета угольной шахты «Вуек» Ян Людвичек. Шахта Вуек находилась в районе города Катовице на юге Польши, в исторической земле Верхняя Силезия. Уже на следующий день об аресте Яна Людвичека стало известно шахтерам. Рабочие начали собираться группами, высказывать возмущение по поводу происходящего. Протестные настроения разжигали активисты профсоюзного комитета, которые и решили начать на шахте забастовку, чтобы добиться освобождения Людвичека и прекращения преследований активистов «Солидарности». Профсоюзный комитет потребовал немедленно освободить Яна Людвичека, а также прекратить кампанию против «Солидарности» и отменить введенное в стране военное положение. Сначала представители власти попытались утихомирить профсоюзных лидеров, вступив с ними в переговоры, но обе стороны друг друга не поняли и переговоры ни к чему не привели.

Прекрасно понимая, что власть скоро отдаст приказ подавить выступление силой, шахтеры начали строить баррикады. Группы активистов установили посты наблюдателей вблизи от шахты, чтобы вовремя известить остальных о приближении милиции. Действия забастовщиков встретили поддержку со стороны некоторых местных жителей, что было понятно — ведь на шахте работали их родные и близкие. Жители носили шахтерам теплую одежду, помогали продуктами. Одновременно начались выступления и на других угольных шахтах. 15 декабря власти разогнали протестующих на шахтах «Июльский манифест» и Сташиц.

Утром 16 декабря польское руководство отдало приказ о вводе на территорию предприятия специальных подразделений милиции. Для разгона демонстраций и борьбы с массовыми беспорядками в ПНР существовала специальная структура — ZOMO (Zmotoryzowane Odwody Milicji Obywatelskiej, что можно перевести как «Моторизованная поддержка гражданской милиции»). ЗОМО был милицейским спецподразделением, чем-то напоминавшим современный российский ОМОН. Правда, решение о создании ЗОМО в Польше было принято гораздо раньше, чем в Советском Союзе стали создавать отряды милиции особого назначения.



Еще 24 декабря 1956 года Совет министров ПНР, осмысливая события в Познани в июне 1956 года, осознал необходимость создания милицейских подразделений повышенной мобильности, с хорошей подготовкой и особой мотивацией личного состава. В первое время своего существования ЗОМО был укомплектован добровольцами из милиции и армии, которых привлекали хорошей зарплатой и льготными условиями несения службы. Но к 1970-м гг. количество добровольцев, желающих нести столь специфическую службу, резко снизилось, поэтому властям пришлось прибегнуть к комплектованию ЗОМО путем призыва. Безусловно, это сказалось на качестве отрядов, хотя ядро спецподразделений по-прежнему составляли идеологически верные кадры.

В польском обществе к ЗОМО относились весьма прохладно, а оппозиционеры вообще не скрывали своей ненависти к польским «омоновцам». В этом тоже не было ничего удивительного, поскольку полицейские подразделения, применяемые для разгона демонстраций и преследования несогласных часто встречают множество нареканий со стороны общественности. Вроде бы и служба их нужная, но ее специфика настраивает против полицейских спецназовцев не только оппозиционеров, но и многих рядовых граждан. Вот и отряды ЗОМО, которые охраняли общественный порядок, боролись с преступностью и участвовали в ликвидации чрезвычайных ситуаций, вошли в историю благодаря использованию против польской оппозиции. Причем 1981-1983 гг. стали временем максимального применения ЗОМО. Их численность выросла с 6,5 до 12 тысяч бойцов.



ЗОМО составили основу правительственных подразделений, переброшенных утром 16 декабря 1981 года к шахте Вуек. В район шахты прибыли 8 рот ЗОМО, а также подразделения ORMO (резервисты милиции), 3 мотострелковые роты армии и 1 танковая рота. На вооружении правительственных войск находились 30 бронемашин и 7 водометов. Численность шахтеров, готовых принять участие в противостоянии, составляла 500-700 человек. В 9 утра на шахту прибыли заместитель начальника регионального военного штаба полковник Питер Губка, полковник Чеслав Пекарски и вице-президент города Катовице Ежи Сиран. Чиновники потребовали от рабочих немедленно разойтись и прекратить незаконные действия, однако шахтеры приказу городского и военного начальства не подчинились.

Несмотря на холодную погоду, было отдано распоряжение разгонять рабочих с помощью водометов. После этого шахту начали обстреливать специальными средствами со слезоточивым газом. В начале операции правительственные войска старались обойтись без крови и рассчитывали разогнать протестующих с помощью специальных средств. Но это не получилось. Тогда в ход пошли танки, с помощью которых стали таранить стены предприятия и баррикады. После того, как на территорию шахты ворвались бойцы ЗОМО, рабочие вступили с ними в столкновение. Вооружившись инструментами — прежде всего, лопатами, и камнями, они атаковали бойцов спецподразделения. Ранения получили 41 боец ЗОМО и 1 военнослужащий.

Около 11-12 часов дня на связь с министром внутренних дел генерал-лейтенантом Чеславом Кищаком вышел комендант воеводства гражданской милиции в Катовице полковник милиции Ежи Груба. Он сообщил, что на шахте сложилась опасная ситуация, шахтеры приказам милиционеров не подчиняются и оказывают сопротивление с помощью подручных предметов. Полковник сообщил, что командиры отрядов ЗОМО запрашивают разрешение на применение огнестрельного оружия против протестующих. Генерал Кищак применять оружие не разрешил и распорядился вывести милицейские силы с территории предприятия, чтобы обдумать дальнейшие действия власти против протестующих шахтеров. Однако, на самой шахте обстановка к этому времени была накалена до предела.

На территорию шахты вошли бойцы специального взвода ЗОМО, которым командовал прапорщик Ромуальд Цислак. Взвод не был экипирован необходимыми в таких ситуациях щитами и дубинками, а имел на вооружение только пистолеты-пулеметы. Численность взвода составляла около двадцати человек, он включал в себя две команды бойцов. В разгаре столкновения бойцы специального взвода ЗОМО открыли огонь на поражение из боевого оружия. Погибли девять протестующих — Ян Стависиньский, Йоахим Гнида, Юзеф Чекальский, Кшиштоф Гиза, Рышард Гзик, Богуслав Копчак, Анджей Пелка, Збигнев Вильк и Зенон Зайонц. Более двадцати человек из числа протестовавших получили ранения.


Сопротивление шахтеров было подавлено к 17.30 16 декабря 1981 года. К 19.00 шахтеры покинули территорию предприятия. Выступление на шахте Вуек было подавлено. В период с 19 по 22 декабря милицией были задержаны семь человек, которых следственные органы обвинили в непосредственном руководстве забастовщиками. Трое из них были осуждены на различные сроки лишения свободы — от трех до четырех лет. Первое время польское руководство не афишировало подробности произошедшего на шахте Вуек, и лишь спустя две недели после подавления рабочих выступлений председатель Совета государства Хенрик Яблоньский рассказал народу о произошедшем, но при этом не стал подвергать критике применение силы спецподразделениями МВД ПНР.

События на шахте Вуек показали, что польское руководство готово на самые крайние меры в подавлении выступлений антикоммунистической оппозиции. При этом, что интересно, генерал дивизии (генерал-лейтенант) Чеслав Кищак (1925-2015, на фото), возглавлявший в это время Министерство внутренних дел ПНР и бывший главным начальником ЗОМО, не был сторонником тотального подавления оппозиционных движений в стране, хотя и прибегал к жестким мерам в борьбе с «Солидарностью». У Кищака просто не было иного выхода, поскольку в противном случае Польша могла погрузиться в хаос.

После крушения коммунистической власти в Польше и перехода страны на прозападные позиции, началась героизация событий на шахте Вуек. Погибшие шахтеры были объявлены национальными героями. В 1991 году правоохранительные органы Польши начали следствие по делу о применении оружия на шахте Вуек. Однако, состоявшийся в 1997 году суд завершился оправданием одиннадцати бойцов специального взвода ЗОМО, принимавших участие в тех событиях. Еще одиннадцать человек были освобождены от наказания за отсутствием доказательств их причастности к расстрелу шахтеров. Тем не менее, в 1998 году это решение суда было отменено апелляционной инстанцией, после чего дело вернули на доследование. В 2001 г. окружной суд в Катовице вновь определил, что по делу о расстреле шахтеров на шахте Вуек невозможно найти полный комплект доказательств, поэтому установление истинных виновных невозможно. И вновь это судебное решение было опротестовано.

Спустя более, чем четверть века после событий на шахте Вуек, в 2007 году, судебный процесс завершился обвинительными приговорами в отношении бывших сотрудников правоохранительных органов ПНР. Перед судом предстали пятнадцать человек — немолодых мужчин, в 1981 году проходивших службу в специальном взводе ЗОМО. Защита обвиняемых утверждала, что доказательства причастности милиционеров к расстрелу шахтеров отсутствуют, а, значит, подсудимые должны быть оправданы. Сами бывшие бойцы ЗОМО также отрицали свою вину и требовали вынести им оправдательные приговоры. Но дело о расстреле на шахте Вуек имело политический окрас, в некоторой степени являясь символическим для современной Польши. Поэтому на оправдание «зомовцев» судьи пойти не могли, даже при отсутствии существенных доказательств.

Большая часть подсудимых получила от 2,5 до 3 лет тюремного заключения. Самый большой срок получил Ромуальд Цислак, служивший в должности командира специального взвода. Его приговорили к одиннадцати годам лишения свободы. В то же время, суд так и не смог установить, кто непосредственно отдал приказ открыть огонь по шахтерам. Первоначально в этом подозревали Мариана Окрытны, служившего в должности заместителя начальника милиции города Катовице, но доказательств его причастности к отдаче приказа так и не было обнаружено, поэтому суд был вынужден оправдать бывшего милицейского офицера.

В 1989 г. ЗОМО были распущены. В польской прессе с того времени создавался очень негативный образ бойцов этих подразделений, слово «зомовец» стало нарицательным. Примечательно, что, хотя рядовых бойцов и младших командиров отряда привлекли к уголовной ответственности в посткоммунистической Польше, высшее руководство правоохранительных органов ПНР практически не понесло наказания. Тот же генерал Кищак после 1990 года отошел от государственных и политических дел и благополучно доживал остаток своих дней. Лишь в конце первого десятилетия нового века суд вспомнил о престарелом отставном генерале. В 2009 году Кищаку дали 2 года без права амнистии за религиозную дискриминацию — были найдены доказательства, что в 1985 году генерал якобы уволил сотрудника милиции со службы за то, что его дочь прошла первопричастие в католической церкви. В 2012 году 87-летний Кищак был признан виновным в подготовке и осуществлении «незаконного ввода военного положения» в Польше в 1981 года. Однако в 2015 году экс-министр внутренних дел скончался в возрасте 90 лет.

Применение огнестрельного оружия против безоружных шахтеров, по понятным причинам, оценивается в обществе негативно. Однако, не стоит связывать это событие исключительно с особенностями режима генерала Ярузельского. К подобным жестоким мерам в отношении протестующих неоднократно прибегали и продолжают прибегать полицейские службы во многих странах мира, в том числе и в США и государствах Западной Европы, власти которых больше всего любят рассуждать о правах человека.
Автор:
Илья Полонский
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

49 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти