Навстречу

Если в ходе наступления необходимо нанести поражение противнику, перешедшему к обороне, то встречный бой должен привести к разгрому врага, который сам действует активно, наступательно. Именно поэтому встречный бой является одной из наиболее сложных форм ведения боевых действий. Умела ли русская армия в ходе Первой мировой войны успешно действовать в таких ситуациях?

Встречный бой характеризуется неопределенностью тактической обстановки и обилием случайностей, высоким динамизмом развития ситуации, важностью такого фактора как время - ведь необходимо выиграть время, чтобы упредить врага в развертывании и захвате намеченного рубежа.


Поэтому важнейшими факторами успеха во встречном бою являются эффективные действия командного состава, который может не только грамотно принимать решения, но и делать это максимально быстро в постоянно меняющейся обстановке.

Первая мировая война началась встречным столкновением больших масс войск - ни в одной из войн прошлого не было такого количества встречных боев. Условия возникновения встречных боев были разнообразны, но характерной чертой большинства из них было то, что они представляли собой столкновение противников на марше.

Стремление действовать только наступательно привело к тому, что войска сторон, направленные командованием навстречу друг другу, неизбежно вступали в многочисленные встречные бои.

К чести русской армии, она выигрывала встречные сражения любого уровня сложности.

Так, 4-го августа 1914 г. произошло сражение под Сталлупененом - встречный бой германского 1-го армейского и русского 3-го армейского корпусов. Начавшись неблагоприятно для русских (заминка и временный отход частей 27-й пехотной дивизии – прежде всего 105-го пехотного Оренбургского полка), бой закончился поражением немцев, отошедших к Гумбиннену.

Эталоном встречного боя является Гумбинненское сражение 7 августа 1914 г.

Это встречный бой с попыткой германского охвата русского 20-го армейского корпуса. Главный удар наносили германские 17-й и 1-й армейские корпуса. 20-й армейский корпус выдержал удар и контратаковал. Русский контрудар вызвал панику в германском 1-м армейском корпусе - правый фланг этого соединения начал в беспорядке отступать. К этому моменту потерпел поражение и немецкий 17-й армейский корпус: он был пойман в огневой мешок русским 3-м армейским корпусом и, понеся большие потери, также отступил. 1-й и 17-й армейские корпуса потеряли до 30% своего состава.

Навстречу

1. Командир 20-го армейского корпуса генерал от инфантерии В. В. Смирнов.

2. Командир 3-го армейского корпуса генерал от инфантерии Н. А. Епанчин.

3. Командир 17-го армейского корпуса генерал кавалерии А. фон Макензен.

4. Командир 1-го армейского корпуса генерал-лейтенант Г. фон Франсуа.

К началу сражения германцы обладали преимуществом в численности пехоты (1,3 к 1), в пулеметах (1,5 к 1), в артиллерии (1,7 к 1).

Чтобы опередить противника в захвате оптимальных рубежей, 7 августа авангардная дивизия 3-го армейского корпуса - 27-я пехотная - получила приказ совершить 5-километровый марш-маневр. Начальник дивизии, получив разведданные о движении немецкой 36-й пехотной дивизии, принял решение, упредив немцев в развертывании, вначале занять оборону и нанести потери пехоте противника имеющимися огневыми средствами, а уже затем перейти в наступление.


5. Начальник 27-й пехотной дивизии генерал-лейтенант А.-К.-М. М. Адариди.


6. Германская пехота на марше.

7. Русская стрелковая цепь. Восточная Пруссия, 1914 г.

В то же время командование немецкой 36-й пехотной дивизии, не получив необходимых разведданных о своем противнике, отход передовых русских частей приняло за отступление.


8. Начальник 36-й пехотной дивизии генерал-лейтенант К. фон Хейнекиус.

Увидев тактическую беспечность немецкого командования, командир 108-го пехотного Саратовского полка, подпустив противника на полторы тысячи шагов, приказал трем артиллерийским батареям, поддерживавшим его часть, открыть огонь. И немецкая пехота стала разворачиваться в боевой порядок под убийственным огнем русской артиллерии, тогда как германская артиллерия могла вести лишь огонь по площадям.


9. Командир 108-го пехотного Саратовского полка полковник О. О. Струсевич.

Германские пехотинцы наступали густыми цепями, без применения к местности и самоокапывания. Огонь русской артиллерии заставил наступающих залечь. Когда немцы попытались перебежками все же продвинуться вперед, то на расстоянии тысячи шагов от позиций русской пехоты по ним открыли огонь пулеметчики и стрелки. Пехотинцы противника залегли в 800 шагах от цепей русской пехоты. Немецкая пехота понесла большие потери и кинулась назад.

Немцы решили ударить севернее - силами частей 35-й пехотной дивизии. И вновь, атакуя по той же схеме, германская пехота, понеся крупные потери, была отброшена. В этом случае, несмотря на то что наличие удобных подступов (овраг) к русской позиции помогло германцам накопить свою пехоту для атаки, она была отражена 105-м пехотным Оренбургским полком, который, подпустив противника к своим окопам, пошел в штыковую контратаку. Не выдержав русского штыкового удара, немецкие пехотинцы обратились в бегство.

Наконец, в 14 часов 50 минут командование 36-й пехотной дивизии попыталось в последний раз сбить русских с позиции, вновь атаковав 108-й полк. В этот раз атака германской пехоты была поддержана огнем артиллерийского дивизиона, который занял открытую позицию на расстоянии 1200 шагов от частей 108-го полка. Германский артдивизион успел дать лишь пристрелочный выстрел, как огнем русских батарей был разгромлен и полностью уничтожен. Это обстоятельство так удручающе подействовало на германскую пехоту, что она под огнем русской пехоты и артиллерии бросилась назад.

В итоге, отбив три германские атаки, 27-я пехотная дивизия перешла в наступление.

В ходе этого встречного боя погибло более 2 тысяч немецких солдат и свыше 1 тысячи попало в плен. Русская дивизия захватила 12 орудий, 3 исправных и 10 разбитых пулеметов, более 2,5 тысяч винтовок [Адариди К. М. 27-я пехотная дивизия в бою под Сталлупененом и в сражении под Гумбиненом // Военно-исторический вестник. Париж. 1964. № 24. С. 11]. Таким образом, русская пехотная дивизия, которая имела меньше артиллерии чем противник, вышла победителем во встречном бою. В тот же день также во встречных боях потерпели поражение и остальные дивизии корпусов германской 8-й армии. Немецкие 35-я и 36-я пехотные дивизии, утратив моральную стойкость и сея панику в тылу, отошли за р. Ангерап.


10. Встречный бой 27-й пехотной дивизии 7 августа 1914 г.

Боевые действия в Августовских лесах в сентябре 1914 г. – это встречные боестолкновения, осложненные специфическими условиями местности. Внезапные столкновения войск противников, обоюдные обходы и охваты приводили к тяжелым потерям. Так, батальон 12-го Финляндского стрелкового полка, который вместе с полковой пулеметной командой двигался на Сувалки, обнаружил идущую без охранения по шоссе из Сувалок большую германскую пехотную часть. Тогда начальник пулеметной команды финляндцев, расставив свои пулеметы по сторонам шоссе Августово-Сувалки, замаскировал их. Подпустив немецкую колонну на дистанцию прямого выстрела, пулеметчики перекрестным огнем из 8 пулеметов за минуту ее истребили. Так и осталась лежать на шоссе колонна мертвецов из нескольких сот человек.

Много различных по форме и содержанию встречных боестолкновений произошло и на Юго-Западном фронте. Часть из них была проиграна - вследствие неумелого использования артиллерии, неудачной организации марша, слабой организации охранения, разведки, связи и др. причин.

Так, в августе 1914 г. в ходе сражения под Красником - встречной операции русской 4-й и австрийской 1-й армий - противник, с помощью воздушной разведки установив уязвимость открытого правого фланга русской армии, нанес по нему главный удар. Для этого австрийцы сосредоточили на 30-км фронте 5,5 пехотных и кавалерийскую дивизии (1-й армейский и часть 5-го армейского корпусов). Им противостояли русские 2,5 пехотных дивизии 14-го армейского корпуса. На остальном (40-километровом) фронте австрийской 1-й армии были сосредоточены остальные 4,5 пехотных и кавалерийская дивизии – они должны были сковать главные силы русской 4-й армии. В итоге, в трехдневном бою под Красником с 10 по 12 августа три русских корпуса, прежде всего из-за отсутствия взаимодействия между ними, последовательно были разбиты австрийцами.


11. Командующий 4-й армией генерал от инфантерии барон А. Е. фон Зальца.


12. Командующий 1-й армией генерал кавалерии В. Данкль.

Группировка сил действовавшей южнее русской 5-й армии, с которой она вступила во встречную Томашевскую операцию, характеризовалась растянутым 100-км фронтом ее пяти корпусов. Это равномерное и, соответственно, слабое распределение сил, а также двойственность задачи армии (помогать обоим соседям) быстро привели к кризису на ее флангах. Отсутствие взаимодействия между соседними корпусами привели к тому, что русский 25-й армейский корпус, несмотря на то что 14-го августа его 70-я пехотная дивизия разгромила австрийскую 45-ю пехотную дивизию, не смог развить свой успех из-за начавшегося отхода находящегося севернее Гренадерского корпуса. Это обнажило правый фланг 25-го армейского корпуса и также повлекло его отход. В свою очередь, отход 25-го армейского корпуса увеличивал разрыв с его южным соседом - 19-м армейским корпусом - до 25 км. В итоге к вечеру второго дня операции корпуса 5-й армии были скованы сражениями в трех группах, изолированных друг от друга значительными промежутками местности. И лишь стойкость центрального - 19-го армейского - корпуса и перегруппировка войск 5-й армии позволили постепенно стабилизировать ситуацию.


13. Командующий 5-й армией генерал от кавалерии П. А. Плеве.


14. Командир 19-го армейского корпуса генерал от инфантерии В. Н. Горбатовский.


15. Сражения у Красника и Томашева. Положение сторон 13-14 августа (на карте – нового стиля).

А 13-го августа 1914 г. также в ходе Галицийской битвы между русской 5-й пехотной и австрийской 22-й пехотной дивизиями произошел встречный бой на Золочевских высотах. Успех русским войскам принесли быстрое и решительное развертывание и введение в бой всех артиллерийских средств, стремительный захват инициативы, энергичные действия пехоты, маневрирование на флангах противника. Особо показательными являлись энергичные действия командования русской 5-й пехотной дивизии.


16. Начальник 5-й пехотной дивизии генерал-лейтенант П. А. Парчевский.

В итоге, уже через час после начала боя был скован авангард противника, через три часа главные силы австрийцев перешли к обороне, а через шесть часов бой закончился русской победой. Важнейшее значение имел фактор времени - это касалось как развертывания сил, так и введении в бой огневых средств. Артиллерия австрийского авангарда открыла огонь на 40 минут позже русской артиллерии - тогда как пехота авангарда была уже прижата к земле губительным огнем с дистанции 1200 шагов. Артиллерия главных сил противника открыла огонь еще позже.


17. Русская пехота в Галиции.


18. Австрийская полевая батарея в бою.

Боевая практика подтвердила, что условия возникновения встречного боя могут быть очень разнообразными. Так, 24-го октября 1914 г. на Северо-Западном фронте, вследствие неожиданной контратаки противника, произошел встречный бой между наступающими русскими частями и отходящими германскими. А 10-го ноября 1914 г., во время проведения Лодзинской операции, разгорелся встречный бой между 6-й Сибирской стрелковой дивизией, имевшей задачу завершить окружение германской группы генерала пехоты Р. Шеффер-Бояделя в районе Брезины, и пехотой этой группы, пытавшейся прорваться из окружения.

Русская армия выигрывала сложные стратегические операции, состоявшие из серии встречных сражений. Особенно яркими примерами являются Галицийская, Варшавско-Ивангородская и Карпатская битвы.
Автор:
Олейников Алексей
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

13 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти