Операция «Находка» - образец эффективной радиоигры

Операция «Находка» - образец эффективной радиоигры Во время Второй мировой войны спецслужбы многих государств Европы открыли еще одну среду для противоборства – радиоэфир. Вся огромная территория от Англии до России была охвачена радиоиграми.

Среди всех операций, которые были проведены контрразведывательными подразделениями НКВД и НКГБ, особое место принадлежит радиоигре, которая получила кодовое название «Находка».

10 февраля 1943 года в Управление НКВД Московской области поступил звонок, в котором сообщалось о том, что сторож в одном из населенных пунктов Волоколамского района заметил, как из самолета, низко летящего над землей, высадилось несколько парашютистов. На место происшествия была немедленно выслана оперативная группа чекистов. В результате проведенных мероприятий группе удалось задержать лейтенанта, который назвался Григорьевым Михаилом Петровичем. Первый осмотр не показал ничего подозрительного. Но на то, что это немецкий диверсант, указывала найденная у него радиостанция, упакованная в чемодан, а также большая сумма денег. Откуда у него все это взялось, лейтенант объяснить не смог.


При проведении допроса советские разведчики выяснили, что Григорьев – один из высадившихся парашютистов. Также удалось узнать, что он был радистом Абвера и использовал псевдоним «Гайдаров». Все участники этой диверсионной группы были снабжены формой младшего командирского состава Советской Армии, правдоподобной легендой и необходимыми документами. По словам Григорьева, высадка парашютистов осуществлялась с большими интервалами, поэтому было потрачено много времени на взаимные поиски. Двое из них встретились, а вот третьего так и не дождались. Было принято решение больше не ждать и выбираться из района высадки, поскольку находиться там было опасно. Перед тем как разойтись, они договорились, что в целях соблюдения предосторожности не будут говорить друг другу о постоянном местоположении.

Необходимо сразу отметить, что третьего парашютиста так и не обнаружили. Скорее всего, оказавшись на родной земле, он просто отказался от своей шпионской миссии.

Допрос Григорьева дал определенные результаты. Было выяснено, что перед этой диверсионной группой руководство Абвера поставило вполне конкретную задачу: они должны были высадиться в Московской области поближе к дорогам, и непрерывно следить за перемещениями военных советских эшелонов по направлению от Москвы до Ржева. Планировалось также, что первый выход в радиоэфир должен был быть осуществлен либо сразу же после приземления, либо после того, как диверсанты устроятся на месте.

Начальник управления НКВД, комиссар государственной безопасности 3-го ранга Михаил Иванович Журавлев проанализировал данные, полученные в результате проведенных допросов, а также оценил личность Григорьева и принял решение о начале радиоигры с немецким Абвером.

Немецкий радист охотно согласился сотрудничать с органами советской контрразведки. В том, что он искренне хочет помочь, сомневаться не приходилось. Доказательством этому служило то обстоятельство, что он добровольно рассказал о Катынской и Борисовской разведывательных школах Абвера и их личном составе, а также сообщил об известных ему местах заброски немецких диверсионных групп в советский тыл. 13 февраля в условленное время радист появился в радиоэфире и связался с центром. Он передал информацию о том, что высадка прошла вполне удачно, однако он сумел встретиться только с одним из двух парашютистов, второго же найти не удалось. В конце он заверил немецкое руководство, что готов приступить к работе, и что в самое ближайшее время попытается выйти на связь и доложить о результатах выполнения задания.

Ответная шифрограмма содержала вопрос, не попал ли радист в руки советских чекистов, и не действует ли он под их диктовку. Понятное дело, советская контрразведка насторожилась. Неужели Абвер разгадал их хитрость, и его руководство поняло, что агент был перевербован и передает дезинформацию? В условиях войны разобраться в проблеме было очень непросто.

Однако тот факт, что информация, которая передавалась в немецкий разведцентр, все же прошла тщательную проверку, немного успокоил советское руководство. Советские контрразведчики особенно старались, чтобы дезинформация выглядела правдоподобно, поэтому Оперативное управление Генштаба создало продуманную и эффективную систему. В ее состав входила группа «направленцев» - высококвалифицированных специалистов, тщательно обдумывавших и обрабатывавших дезинформацию, которую необходимо было передать немцам с целью введения их в заблуждение относительно дальнейших действий советского военного командования. Объем этой информации был весьма обширным. За обеспечение связи с этим отделом отвечал заместитель начальника контрразведывательного управления НКВД генерал Л.Ф.Райхман.

Пожалуй, единственным слабым местом всей операции был тот факт, что третий парашютист так и не был найден, что создавало определенный риск разоблачения. Советское военное командование прекрасно понимало, что потеря диверсанта не может не обеспокоить Абвер, который вполне может прекратить радиоэфиры. Именно поэтому оно приняло решение второго радиста пока не трогать, оставить его на свободе, открыто не препятствовать ему, но постоянно держать на контроле все его действия. Когда он пришел к Григорьеву для того, чтобы передать собранную им информацию, за ним было установлено наблюдение. Советским разведчикам удалось установить его точное местоположение, поэтому дальнейшее наблюдение за ним проводили негласные помощники из числа железнодорожников.

Таким образом, можно утверждать, что основная цель, которую преследовала радиоигра «Находка» - это создание дополнительных каналов для передачи дезинформации.

Поскольку за время операции Григорьев проявил себя с самой лучшей стороны, то заслужил доверие и, соответственно, мог выходить в эфир хоть и под контролем, но без физического присутствия советских разведчиков. Он самостоятельно нашел себе жилье у одинокой пожилой монахини, за домом которой было сразу же установлено наблюдение. По соседству с ним поселился сотрудник СКРО НКВД Николай Грачев. И между двумя молодыми людьми даже установились дружеские отношения.

16 февраля была получена новая шифрограмма из немецкого разведцентра, в которой руководство Абвера поздравляло радиста с благополучным прибытием. Поэтому чекисты были уверены в том, что все идет по намеченному ими плану, и ничто не могло предвещать провала.

В конце февраля Григорьев передал шифрограмму о том, что сменил место жительства. С этого момента радиоэфиры стали регулярными – раз в три дня немцам передавалась дезинформация о перемещениях грузов, состоянии ПВО, а также обо всех возможных изменениях в местном военном гарнизоне. Практически каждый раз передавались и данные о погоде, которыми противник очень интересовался. Было очевидно, что немецкая разведка все с большим доверием стала относиться к деятельности своих диверсантов, свидетельством чему является шифрограмма от 21 марта, в которой говорилось о том, что оба лазутчика награждены орденом «За храбрость» 2-го класса.

Поэтому неудивительно, что НКВД решило продолжить радиоигру с целью вывода и захвата фашистского курьера. Однако сделать это было не так просто, поскольку никаких явок на территории Советского Союза предусмотрено не было. В случае возникновения необходимости в каких-либо документах, деньгах или продовольствии, лазутчики должны были подготовить площадку для того, чтобы самолет смог сбросить все необходимое, и сообщить координаты этой площадки в шифровке.

26 марта Григорьев отправил в центр шифрограмму, в которой упоминал о том, что срок действия фиктивных документов истекает, а также то, что необходимы новые аккумуляторы. Через неделю пришел ответ о том, что документы будут сброшены с самолета. Но Григорьеву удалось убедить руководство в необходимости прислать курьера со всем необходимым.

Совершенно неожиданно для чекистов «Находка» привлекла внимание И.Сталина. Поэтому специально для него была подготовлена справка о путях развития операции.

Через два дня возле дома, где жил Григорьев, появился курьер, одетый в форму лейтенанта Советской Красной Армии. Он сообщил радисту, что привез все необходимое, но, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, спрятал сумки недалеко от Волоколамской станции.

О прибытии курьера сразу же доложили Абакумову. Он принял решение арестовать его только тогда, когда тот будет переходить линию фронта, поскольку необходимо было выяснить, где и как это происходит.

Между тем, в Абвер была передана шифрограмма об удачном выполнении задания. Позже радист, который так и остался вне всяких подозрений, получил приказ переместиться на запад, а сама операция «Находка» перешла в юрисдикцию военной контрразведки Советской Армии.

Операция не только способствовала снабжению немцев дезинформацией, но и позволила обезвредить сеть фашистских диверсантов.
Автор: Валерий Бовал


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

Видео в тему

Читайте также
Загрузка...
Комментарии 3
  1. REDiska 11 февраля 2012 17:39
    Интересная статья=)
    REDiska
  2. recitatorus 12 февраля 2012 21:31
    Похоже на школьное сочинение.Рассказ завораживает с первых же пассажей,например как из низколетящего самолёта высадилось несколько парашютистов...видимо без парашютов,а кой хрен они им,все равно открыться не успеют!..Или ещё:третий неуловимый парашютист,который оказавшись на родной земле видимо просто отказался от своей шпионской МИССИИ.Почему не сказать,что агент,скорее всего из уголовников,при первой же удобной возможности просто сбежал!..А как вам:советские контрразведчики особенно старались,чтобы дезинформация выглядела ПРАВДОПОДОБНО!!! !!!А разве есть другие варианты? Ну типа:шпион Григорьев отстучите немцам передовицу "Правды",пусть подавятся!.. good good good
    recitatorus
  3. Delta 13 февраля 2012 11:54
    Куда круче была операция "Березино". Настоящая мистификация, которой поверили немцы

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня