Маленький кораблик с большой добычей



Оживление царило на берегах Темзы в районе Детфорта уже с утра 4 апреля 1581 года. Увеличивающаяся толпа зевак с все возрастающим нетерпением и любопытством ожидала прибытия самой королевы Елизаветы. Событие обещало быть примечательным, Ее Величество собиралась посетить свежевыкрашенный и нарядно разукрашенный флагами корабль, пришедший сюда по особому случаю. Более двух лет походов и боев в трех океанах, далеких материков, островов и архипелагов остались за кормой этой морской странницы, несущей звучное имя «Золотая лань».

Для удобства восхождения на корабль высокой гостьи и ее многочисленной свиты был обустроен деревянный мост, на котором теперь толпился праздношатающийся люд. В какой-то момент возникла сумятица и давка, мост рухнул, и часть верноподданных королевы-девственницы оказалась в холодных водах Темзы. Однако конструкцию быстро восстановили, и к приезду королевского кортежа о досадном конфузе поспешили забыть. Под барабанную дробь и протяжные звуки труб Елизавета поднялась на борт «Золотой лани». Королеве шел 48-й год, но она по-прежнему не оставляла мысли о замужестве. Ее неустанно сопровождал личный представитель герцога Алансонского, родного брата короля Генриха III Валуа, – де Маршомон. Последний должен был в скорее начать переговоры о бракосочетании герцога и королевы.



[/left]Реплика «Золотой лани», изготовленная в 1973 г., на вечной стоянке на южном берегу Темзы

Елизавета отличалась умом и остротой языка, и при посещении «Золотой лани» не могла отказать себе в удовольствии в очередной раз съязвить по поводу испанских пока еще партнеров. Френсис Дрейк, человек с загорелым и украшенным шрамом лицом, не так давно приведший этот корабль в Портсмутскую гавань, преклонил колено для церемонии. Держа в руке меч, королева заметила, что король Испании требует вернуть драгоценную добычу «Золотой лани» вместе с головой ее капитана Френсиса Дрейка, и что в руке ее золоченый меч, которым она его «казнит». На палубе корабля смелого и талантливого пирата посвятили в рыцари, а ассистировал королеве по ее просьбе не кто иной, как де Маршомон – это был политический и ярко выраженный антииспанский выпад, символизирующий англо-французское сотрудничество.

[center] Маленький кораблик с большой добычей [/center]

После торжественной части имел место грандиозный банкет, где капитан – уже сэр Френсис Дрейк – сыпал любезностями и подарками. Елизавете была подарен большой серебряный ларь и украшенная драгоценностями лягушка, как бы намекая на персону возможного жениха, герцога Алансонского – Ее Величество со свойственным ей сарказмом именовала того «моей лягушкой». Офицеры и придворные в тот день получили внушительные денежные презенты. Жизненный курс Френсиса Дрейка в очередной раз сопровождал сильный попутный ветер. Впереди была удачная карьера, богатство, успех и, конечно, слава. Все эти преимущества мореплаватель получил, совершив вторым после Фернана Магеллана кругосветное путешествие и привезя в трюмах «Золотой лани» добычи на 600 тысяч фунтов стерлингов, что равнялось двум годовым бюджетам Английского королевства. И за такое можно было пожаловать рыцарское звание, закрыв глаза на многое. Даже на бурные сцены испанского посла Бернардино де Мендосы.

Золотые реки, серебряные берега

Открытие Нового Света дало невиданный импульс в развитии Испании. Королевская власть обзавелась территориями, размеры которых впечатляли даже на картах, энергия, напор и амбиции заскучавшего после окончания Реконкисты обедневшего дворянства были направлены в нужное русло. И главное, из-за океана все более ощутимым потоком стало поступать вожделенное золото. Одно за другим рушились индейские государства, наделяя победителей горами добычи и трофеев. Золота становилась все больше – его сноровисто переплавляли в слитки, заботливо укладывали в трюмы галеонов, после чего пускались в долгий и трудный путь в Европу. Масштабы обретенных богатств поражали: как величественно смотрелись эти сокровища по сравнению с тем, что удавалось изъять из мавританских городов и замков, во времена, когда государственная казна зачастую умещалась в нескольких окованных железом сундуках.

Текущие из разных мест Центральной и Южной Америки золотые ручьи постепенно сливались в полноводный поток стремящегося через Атлантику драгоценного металла. Он давал Испании богатство и власть, могущество и силу. И он же станет источником ее слабости, перешедшей в немощность, но это случится много позже. Пока что на дворе был XVI век, и гордое знамя испанской монархии держал в своих набожных и безжалостных руках Филипп II. Его владения были поистине огромны, а армия и флот Его Величества внушали страх и уважение всем многочисленным недругам.

Однако были те, кто взирал на мощь Испании с чуть меньшим страхом и еще меньшим пиететом, поскольку их увлекали более приземленные и практические чувства. Англия в силу ряда причин не успевшая вонзить клыки в самые лакомые куски американского пирога, приноравливалась зачерпнуть щедрой пригоршней, а если удастся, и чем-то более объемным из текущего через Атлантику золотого потока. Королева Елизавета, имевшая не перегруженное нежностью и сантиментами детство, слишком рано пережившая казнь матери, опалу со стороны властного и жестокого отца, Генриха VIII, смерть брата и сестры, была незаурядным правителем. Располагавшая прекрасными учителями, начитанная и любознательная, она получила еще и второе образование, ценность которого была даже выше учебных истин – жизненное.

Англия остро нуждалась в средствах для развития собственной экономики, торговли и мануфактурного производства. Необходимы были ресурсы для противостояния могущественной и к тому же католической Испании. И их просто не было возможности добыть быстро и в достаточном количестве, кроме как позаимствовать у той же Испании – путем хорошо организованного отъема. Для этой цели Елизавете, «королеве-бесу», как с большой долей серьезности называли ее некоторые, нужны были две вещи: корабли и капитаны. В Англии XVI век известен, кроме всего прочего, еще и целой плеядой морских пиратов, многие из которых были удостоены рыцарского звания. И неудивительно – в средневековой (и не только) Европе грань между разбойником и рыцарем была причудливо тонка.

Непростой парень из Девоншира



Жизненный путь Френсиса Дрейка к рыцарскому титулу и званию адмирала начался примерно между 1540 и 1545 годами в Девоншире. Мальчик родился в семье йомена, а уже в 12 лет ушел в плавание простым юнгой торгового корабля и с той поры с морем не расставался. Он хорошо проявил себя в морском деле и поэтому, когда владелец судна, приходившийся Дрейку родственником, скончался, то завещал свой корабль Дрейку. Так почти в 18 лет Френсис стал полноправным владельцем небольшого барка «Юдифь».

Через несколько лет, в 1567 г., по предложению другого родственника Джона Хокинса, совершил экспедицию вместе с другими английскими кораблями в Вест-Индию. Бассейн Карибского моря уже становился питательной средой для формирования целой пиратской индустрии, занимающейся захватом испанских галеонов с золотом и серебром. Процветал тут и другой выгоднейший бизнес – торговля рабами из Африки. Именно этим и планировал заняться Хокинс. Захватив рабов в Гвинее, причем часть пленников подарил ему местный вождь в знак благодарности за оказанные услуги при борьбе с оппонентами, англичане отправились в Вест-Индию, где планировали выгодно сбыть «живой товар». Поначалу их коммерческая деятельность была достаточно выгодной – часть африканцев удалось выгодно продать в колониях Вест-Индии. Но потом экспедиция подверглась нападению испанской эскадры, от которой смогла уйти только «Юдифь» и корабль Хокинса «Миньон». В Англию они возвращались отдельно друг от друга, причем на «Миньоне» свирепствовал жестокий голод, уничтоживший большую часть экипажа. Однако немало полученной от сделок и захваченной у испанцев добычи удалось спасти, и она принесла хорошую прибыль.

Быстро уяснив перспективы, и в первую очередь финансовые, Дрейк в 1572 г. организовал уже собственную экспедицию в Вест-Индию с целью потревожить спокойствие и финансовое благополучие тамошних подданных испанского короля. На двух кораблях под названием «Паша» и «Лебедь» вместе со своим младшим братом корсар направился в район Панамы, где располагался один из важнейших транспортных и перевалочных узлов по отправке серебра и других драгоценностей в Европу. Во время этого похода ему посчастливилось захватить в этом районе большое количество серебра и вернуться в августе 1573 года в Плимут уже богатым и известным человеком.

Из множества английских корсаров, промышлявших на испанских коммуникациях, Дрейк показал себя одним из самых незаурядных, смелых и удачливых капитанов. На вырученные средства корсар приобрел большой дом и три корабля, сам став судовладельцем. Несколько лет его жизнь была более-менее спокойной. Однако в 1575 г. начинается очередной виток обострения англо-испанских противоречий, когда аргументы уже начинают измерять массой пушечного ядра. При дворе королевы Елизаветы тоже были не против прочистить орудийные жерла. Государственный секретарь Френсис Уоллсингем, по совместительству являющийся главой «партии войны», предложил смелый план: снарядить и отправить морскую экспедицию, в задачи которой входило бы нанесение Испании ударов в самых чувствительных и уязвимых частях мира.

На должность командующего подобным предприятием Уоллсингем предложил Дрейка, с которым был знаком лично. Идея пришлась по душе – было создано специальное коммерческое сообщество на паях, куда вложился сам государственный секретарь, высокопоставленные придворные и коммерсанты. Дрейк тоже внес значительную сумму. Все эти меры были приняты для финансирования рискованной, но обещавшей хорошие прибыли экспедиции. Наиболее подходящим районом действий, по мнению Дрейка, должна была стать Америка. Корсар был удостоен тайной аудиенции у Елизаветы, которая полностью поддержала идею и план предприятия, пожелав принять в нем личное, но тайное финансовое участие. Дрейку королева настоятельно порекомендовала держать язык за зубами, в противном случае пригрозив отрубить ему голову.

Вся первая половина 1577 г. прошла в подготовке к экспедиции. Всю информацию о предстоящих планах держали в тайне. Во-первых, испанский посол Бернандино де Мендоса имел достаточно золота для поддержания энтузиазма своих многочисленных осведомителей, во-вторых, в Лондоне имелась и влиятельная партия мира, которая не желала войны с Филиппом II и поэтому могла наделать глупостей. Экипажам кораблей как бы между прочим говорилось о походе в Средиземное море. Де Мендоса же был уверен, что Дрейк отправится в Шотландию. Отношения между Англией и Испанией достигли отметки «безнадежно», и в предстоящей войне уже никто не сомневался. В Лондоне открыто набирали добровольцев для предстоящих наземных операций в Нидерландах. На фоне усиливающейся воинственной риторики Дрейк вышел в море почти не замеченным. 15 ноября 1577 г. его корабли покинули Плимут.

Через океан

Берега Англии под командованием корсара покинули (как оказалось вскоре, ненадолго) пять кораблей. Самым крупным из них был «Пеликан» – грузоподъемностью чуть более 100 тонн и оснащенный 22 пушками. Роль младшего флагмана выполняла 80-тонная «Елизавета» под командованием Джона Винтера, представителя знатной семьи, принявшей участие в финансировании экспедиции. Три остальных корабля были меньшего размера: 50-тонный «Бенедикт», 30-тонный «Златоцвет» и 15-тонный «Лебедь». Личный состав на всех кораблях насчитывал 164 человека, которым перед отплытием сообщили, что эскадра отправляется в Александрию. Однако вскоре после отплытия корабли попали в шторм, и некоторые из них получили серьезные повреждения. Пришлось вернуться в Плимут и, произведя необходимый ремонт, выйти в море 28 ноября, окончательно покинув родную гавань.

[center] [/center]
[center]Схема кругосветной экспедиции «Золотой лани»[/center]

На случай потери друг друга из вида в море была оговорена точка сбора у острова Могадор, расположенного у Марокканского побережья. 25 декабря, пользуясь попутными ветрами, эскадра Дрейка собралась в назначенном месте. После пополнения запасов и заключения ряда торговых сделок с местным населением корабли двинулись в сторону мыса Кап-Блан на западном побережье Африки. В эту точку пришли в середине января уже нового, 1578 года, захватив по пути несколько испанских кораблей. Забрав с них все ценное и большую часть провианта, Дрейк отпустил испанцев. Один из трофейных кораблей он решил оставить у себя, передав владельцу вместо него «Бенедикт». Нового участника экспедиции переименовали в «Христофор».

Через несколько дней англичане снялись с якорей и направились к островам Зеленого Мыса, где был захвачен испанский корабль с большим грузом различных товаров. Однако самым ценным трофеем было наличие на испанце опытнейшего штурмана, 60-летнего Нуньеша Сильвы, которого, после того как испанский экипаж был отпущен, Дрейк любезно попросил остаться. Впоследствии Сильва находился на эскадре в качестве штурмана более 15 месяцев.

В первых числах февраля корабли покинули острова Зеленого Мыса и двинулись в сторону Бразилии. Теперь уже все экипажи знали о целях и задачах похода. 1 апреля 1578 г. впередсмотрящие заметили, наконец, берег. Это была Южная Америка. Преодоление Атлантики прошло беспрепятственно, и 5 апреля эскадра подошла к берегу устья Ла-Платы. Экипажам требовался отдых после долгого плавания. Переждав неожиданно разразившийся шторм во многом благодаря мастерству Нуньеша Сильвы, и сделав необходимую передышку, Дрейк вошел в устье Ла-Платы и двинулся вверх по реке. Поход был спокойным, удалось пополнить запасы пресной воды.

Через неделю Дрейк повернул обратно и, выйдя из реки, направился на юг вдоль побережья. Тут обнаружилось, что один из кораблей, «Лебедь», пропал. Сигналы о том, что его командир, Томас Доути не обладал достаточной степенью надежности, Дрейк получал еще в Англии, но поначалу не придавал этому значения. 12 мая корабли встали на якорь в удобной бухте, однако внезапно потемнело, и началась буря. Утром следующего дня выяснилось, что исчез «Златоцвет». Двигаясь далее на юг и достигнув бухты Святого Юлиана, памятной тем, что в ней останавливался сам Магеллан, Дрейк решил организовать поиски исчезнувших кораблей своей поредевшей флотилии.

«Елизавета» была отправлена на юг, а сам корсар направился на север, где вскоре встретил исчезнувшего «Лебедя». С беглеца были сняты все припасы и вооружение, экипаж распределен на другие корабли, а сам «Лебедь» – уничтожен. Над Доути состоялся суд: его обвинили в краже добычи с испанского корабля, которая была нагружена на «Лебедь», и в дезертирстве. Ему был вынесен обвинительный приговор, и через несколько дней бывший капитан был обезглавлен вблизи того места, где 5 лет назад Магеллан повесил вице-адмирала своей экспедиции Х. Картагена в сходных обстоятельствах.

Уменьшившаяся в размере флотилия 17 августа после двухмесячной стоянки в бухте Юлиана – длительный отдых перед долгим походом – продолжила путь. Теперь в ее составе было только три корабля: «Пеликан», «Златоцвет» и «Елизавета». «Лебедь» был уничтожен еще в мае, а состояние испанского трофейного корабля «Христофор» было признано не подобающим для дальнейшего похода, и от него также избавились.

20 августа англичане увидели Мыс Девственниц, или, как его называли англичане, мыс Девственной Марии. В честь английской королевы-девственницы был произведен салют, и потом Дрейк приказал переименовать свой флагман «Пеликан» в «Золотую Лань». Именно это животное был изображено на гербе королевского фаворита Христофора Хеттона. 22 августа 1578 г. флотилия Дрейка вошла в Магелланов пролив, скоро корсарам предстояло познакомиться с новым для них океаном – Тихим.

Грозные просторы Тихого океана

Форсирование Магелланова пролива проходило медленно, с остановками для пополнения запасов воды и охоты на тюленей. Местное население, встречавшееся англичанам, было настроено дружелюбно, охотно соглашаясь на меновую торговлю. 6 сентября Дрейк и его спутники увидели Тихий океан. Англичане называли его Южным морем. Уже на следующий день, 7 сентября, разыгрался жестокий шторм, который не утихал, по словам очевидцев, 52 дня. Вскоре корабли потеряли друг друга из виду, а «Золотую лань» отнесло намного южнее. Дул сильный ветер, днем не было видно солнца, а ночью – луны и звезд. Так продолжалось вплоть до 28 октября, когда стихия, наконец, успокоилась. На всех известных картах того времени к югу от Южной Америки был изображен огромный материк под названием «Неизвестная Южная Земля». Дрейк выяснил на собственном опыте, что к югу от Магелланова пролива находится не огромный материк, а водный простор. Добравшись до мыса Горн, «Золотая лань» сделала там двухдневную остановку, где корабельный пастор Флетчер оставил памятную надпись.

Еще до выхода флотилии в Тихий океан Дрейк предусмотрел ситуацию, когда корабли могут потерять друг друга, и назначил точку сбора заранее. 30 октября флагман корсара находился уже в виду берегов Перу. Продвигаясь вдоль побережья к северу, Дрейк 25 ноября достиг острова Мучо, где было решено пополнить запасы пресной воды. Командующий экспедицией вместе с группой матросов высадился на берег. Местные индейцы вначале встретили пришельцев дружелюбно, принесли свежей провизии, и пообещали показать источники воды. На следующий день англичане вновь высадились на острове, но были густо обстреляны из луков – некоторые члены экипажа получили ранения. Дрейку предложили обстрелять остров из пушек, однако он отказался, предположив, что их приняли за испанцев, которых местное население имело серьезные причины недолюбливать. Тогда же Дрейк и получил ранение стрелой в лицо. Главный врач экспедиции умер, его помощник находился на пропавшей «Елизавете», поэтому Дрейку пришлось самому заниматься лечением своих подчиненных. Все они, кроме двух (матрос, получивший более 20 ранений, и слуга капитана) выздоровели.

30 ноября «Золотая лань» встала на якорь в 15 милях от испанского порта Вальпараисо. Пополнив провизию и воду при помощи местных жителей, Дрейк решил нанести хозяевам этих мест визит вежливости. 5 декабря 1578 г. «Золотая лань» вошла на рейд Вальпараисо. Испанцы даже не высказали сомнения, что это их корабль, – другого в этих водах, по их мнению, просто быть не могло. На якоре стояло судно «Капитан Мориаль», груженное вином и золотом. Испанец был рад гостю и встретил его барабанной дробью. Тем временем Дрейк спустил шлюпку и вместе с абордажной партией, вооруженной до зубов, подошел к борту «Капитана Мориаля». Дальше все произошло быстро и совсем не торжественно. Встречавший гостей испанский капитан был сбит с ног ударом палки, и вскоре англичане овладели «Капитаном Мориалем». Никто из команды убит не был, и ее заперли в трюме. Нападавшим досталась большая добыча. После чего англичане наведались и в сам Вальпараисо.

Город состоял на тот момент из десятка домов и нескольких складов, к тому же в спешке оставленных перепуганным населением. Погрузив все найденное продовольствие на шлюпки и направив на «Капитана Мориаля» группу матросов для управления, «Золотая лань» и ее пленник покинули гавань. Испанский экипаж был отпущен на берег кроме штурмана и еще двух моряков. Кроме того, Дрейк забрал все имеющиеся испанские карты. В укромной бухте с трофейного судна, кроме всего прочего, было сгружено 170 бочонков лучшего испанского вина.

После жестокого двухмесячного шторма, который вынесла «Золотая лань» при знакомстве с Тихим океаном, корабль начал давать течь, и ему требовался ремонт. После нескольких неудачных попыток 22 декабря 1578 г. была найдена подходящая бухта с большим количеством рыбы. Ремонт продолжался до середины следующего месяца – тут же в бухте был встречен и новый 1579 год. 18 января одинокий флагман Дрейка направился на север. Корсар не терял надежду разыскать своих исчезнувших спутников – до сих пор ни о «Елизавете», ни о «Златоцвете» не было никаких известий. По пути англичане неоднократно высаживались на берег в поисках пресной воды, в которой испытывали постоянную нужду. Также осуществлялись нападения на небольшие испанские прибрежные городки, в которых, тем не менее, удавалось взять богатую добычу.

Наконец в 15 милях от порта Кальяо Дрейк перехватил небольшой испанский корабль из Лимы. Интереса в качестве трофея он не представлял, зато его капитан дал англичанам любопытные сведения. По его словам, в Кальяо стояли корабли, пришедшие туда с грузом золота и других драгоценностей. Часть содержимого трюмов уже успели разгрузить, однако была вероятность, что некоторые еще не избавлены от своей драгоценной ноши. Ночью Дрейк вошел в гавань Кальяо, где на якорях стояло несколько десятков кораблей. «Золотая лань», ни в чем не заподозренная, встала между ними. Абордажная партия осмотрела ряд кораблей, экипажи которых находились на берегу – испанцы были так уверены в своей безопасности, что с пренебрежением относились к караулам и вахтам. Впрочем, трюмы оставленных без присмотра кораблей были действительно пусты.

Тем не менее от нескольких захваченных врасплох матросов корсарам удалось выяснить некоторые новости, а также сведения об испанском судоходстве в этих водах. Пока корсары перерезал якорные канаты, чтобы в случае преследования создать дополнительную сумятицу, прибывшие таможенные чиновники заподозрили неладное и подняли тревогу. «Золотой лани» пришлось срочно сниматься с якоря, захватив по пути из гавани очередной испанский корабль «Святой Христофор» с богатой добычей. Когда испанцы опомнились, то послали за Дрейком два спешно снаряженных корабля. Увидев погоню, корсары перегрузили всю добычу со «Святого Христофора» к себе и отпустили его вместе с освобожденными пленниками. Погоня за «Золотой ланью» продолжалась целый день и ожидаемо не увенчалась успехом. Преследователи ни с чем вернулись в Кальяо, а удачливые корсары продолжили свой поход в северном направлении.


[left]
«Золотая лань» атакует галеон «Какафуэго». Старинная гравюра

Взбешенный вице-король Перу дон Луис де Толедо пребывал в ярости и приказал направить быстроходный фрегат вдоль всего побережья для оповещения, что в здешних водах орудует «дьявол Дрейк». Сам же возмутитель спокойствия, вовсе не претендовавший на подобный громкий титул, продолжал свое плавание, периодически высаживаясь на берег, где собирал сведения и пополнял запасы. Таким образом была получена информация о «Какафуэго», большом торговом судне, перевозившем золото и драгоценности, которое опережало «Золотую лань» на пару дней. Дрейк немедленно организовал погоню.

1 марта англичане настигли столь желанный приз и захватили его без сопротивления. На борту оказалось золота и других драгоценностей на 400 тыс. песо, из которых более ста тысяч принадлежало королю Филиппу II. Это был очень солидный куш, учитывая, что сумма всей ранее захваченной добычи насчитывала около 440 тыс. песо. После того как драгоценный груз «Какафуэго» перекочевал в трюм «Золотой лани», 7 марта испанец был отпущен. Спустя некоторое время капитан «Какафуэго» дал подробные показания панамским колониальным властям в отношении английского корабля, впечатлений от бесед с самим Дрейком и предположений о его дальнейших планах.

Корсар по-прежнему надеялся встретить своих спутников, однако надежда эта становилась от месяца к месяцу слабее. В апреле 1579 г. «Золотая лань» была уже в центральноамериканских водах, доставив своими действиями множество хлопот местным губернаторам. 13 апреля Дрейк зашел в Гватулько, небольшой, но важный в транспортном отношении порт, вызвав переполох у местных жителей. Пополнив провизию и оставив на берегу всех испанцев и португальца де Сильву, «Золотая лань» вновь ушла в океан.


[left][/left]Дрейк и индейцы Нового Альбиона. Из книги Д. Генри. 1774 г.

Корсар планировал вернуться домой еще не хоженым путем – среди моряков и географов ходили слухи о существовании прохода между Тихим океаном и Атлантикой, только на севере. Так пока еще в неясной дымке рождалась идея о Северо-Западном проходе. Англичанин думал, что стоит пройти еще относительно недалеко на север и можно будет через пролив вновь вернуться в Атлантику. Берега были пустынными и однообразными, температура неуклонно снижалась. Начались туманы, а после них и снегопады. Настроение команды падало, и, поняв, что северный проход в Атлантику в данных реалиях неосуществим, Дрейк повернул на юг.

17 июня 1579 г. к северу от современного Сан-Франциско англичане высадились на берег и приступили к постройке форта для защиты от возможного нападения индейцев. «Золотая лань» нуждалась в ремонте перед ожидающимся броском через Тихий океан. Но отношения с индейцами были настолько дружественными, что Дрейк решил объявить эти земли владением королевы Елизаветы под названием Новый Альбион. Но между новыми землями и родным Плимутом оставалось 16 тыс. миль, и надо было возвращаться. Англичане планировали идти домой через Молуккские острова и мыс Доброй Надежды. 23 июля 1579 г. «Золотая лань» оставила за кормой американский берег, начав путь домой.

Возвращение

Первую землю после перехода через океан англичане увидели 30 сентября – после 68 дней плаванья. Туземцы, получив с борта «Золотой лани» различные подарки, ничего не дали взамен – Дрейк прозвал эту землю островом Воров. В конце октября «Золотая лань» прошла мимо Филиппин и 3 ноября подошла к берегам Молуккских островов. Тамошний султан, которому очень понравилась английская музыка, радушно принял гостей, обеспечив их свежей провизией. 9 ноября на небольшом острове к югу от Целебеса была сделана четырехнедельная остановка с целью подготовиться к финишной прямой.

12 декабря земля, получившая за изобилие на ней характерной живности название острова Крабов, осталась за кормой, а 9 января 1580 г. корабль внезапно наскочил на скалу и крепко застрял. Положение казалось критическим – море волновалось, единственная шлюпка могла вместить только 20 из 58 человек команды, к тому же ветер был от берега. Дрейк, не потерявший присутствия духа, приказал выбросить за борт все ненужное, включая часть провианта и оружия. Неприкосновенность сохранялась только для драгоценностей. После 20 часов непрерывных усилий «Золотую лань» удалось высвободить из плена, и она пошла дальше.

Теперь уже хорошая погода благоприятствовала Дрейку – 15 июня его корабль достиг мыса Доброй Надежды, 22 августа остались за кормой Канарские острова. 26 сентября 1580 г., спустя два года, девять месяцев и 11 дней, «Золотая лань» вошла в Плимут. Первым из соотечественников, которого встретил возвращающийся из кругосветного плавания корабль, был рыбак на лодке – у него поинтересовались, жива ли королева, и получили утвердительный ответ. На берегу было малолюдно – в воскресенье большинство народа находилось в церкви, так что встреча корсаров, привезших добычу на сумму, превышающую 600 тыс. фунтов стерлингов, была более чем скромной. Более того, при дворе королевы начались споры о законности захвата Дрейком таких огромных богатств. Сомнения разрешила сама Елизавета, приказав своему пирату явиться к ней во дворец.

Судьба двух других кораблей Дрейка была не столь удачливой: «Златоцвет», по-видимому, погиб во время шторма, а «Елизавета» вернулась домой в Англию по инициативе своего капитана. На Дрейка обрушились заслуженные почести, богатство и слава. 4 апреля 1581 г. на палубе «Золотой лани» его посвятили в рыцари. Но главное дело еще ждало сэра Дрейка впереди – война с Испанией становилась неизбежной, и скоро к берегам Туманного Альбиона отправится знаменитая Непобедимая Армада. Но это уже другая история.
Автор: Денис Бриг


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 31

Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти
  1. Андрей из Челябинска 5 апреля 2017 07:12
    Как всегда - обстоятельно и превосходно!
    1. Алекс_1973 5 апреля 2017 09:20
      Автору действительно спасибо за обстоятельный рассказ. Только вот надо помнить о том, что Дрейк и другие английские пираты стояли у истоков становления самого кровожадного, подлого, лживого и ненасытного государства на планете Земля. Испанию погубило индейское золото, так как вместо того чтобы пускать полученное золото на модернизацию и перевооружение промышленности, испанские гранды предпочитали его просто тратить в свое удовольствие. Англичане в этом плане оказались умнее и дальновиднее. Но в итоге для всего мира это стало катастрофой. Для Америки в первую очередь, так как коренное население было выбито всеми способами включая самые изуверские. Тоже самое англичане проделывали везде, куда только дотягивались их окровавленные рученки. В итоге на Земле родился кровавый монстр, который существует и по сей день в виде англоговорящих стран объединенных уже не под Британским флагом, а под флагом бывшего доминиона Британии США. И они как и пятьсот лет назад пьют кровь по всему миру.
      Не стоит об этом забывать! Так что романтика парусов и соленых брызг, это только красивая романтическая завеса, за которой прячется кровавая пиратская рожа, жажда крови и наживы...
      1. voyaka uh 5 апреля 2017 12:04
        "самого кровожадного, подлого, лживого и ненасытного государства на планете Земля"///

        Чего это Вы так на Испанию наехали? Ну, жадные были конкистадоры, ну, давили индейцев
        жестоко своей инквизицией, ну, набили Испанию и Европу золотом (золотой ночной горшок - норма у каждого аристократа) , вызвав инфляцию и собственное банкртоство...
        Но моряки они были прекрасные. Архитектура... Культуру тоже развиввали.
        1. Алекс_1973 5 апреля 2017 12:19
          voyaka uh Сегодня, 12:04 ↑
          Чего это Вы так на Испанию наехали?
          А вы вообще мой комментарий внимательно читали или влезли лишь бы вякнуть? Я вообще то под самым жадным и подлым народом имел ввиду наглосаксов...
          1. voyaka uh 5 апреля 2017 13:05
            А-а! Ну, вообще-то Ваша ненависть психологически объяснима:
            энергичным, удачливым и преуспевающим отстающие всегда люто завидуют.
            Хотя, практичнее самим напрячься.
            1. Алекс_1973 5 апреля 2017 13:45
              voyaka uh Сегодня, 13:05 ↑
              А-а! Ну, вообще-то Ваша ненависть психологически объяснима:
              Типа уязвил? Мы вообще то сами напряглись и заполучили 1/6 часть суши, а вот вас бы без нас не было бы, ни как государства, ни как народа. Так что не вам свой рот открывать и что то там тявкать из под веника, вояка диванный.
              1. voyaka uh 5 апреля 2017 15:33
                Я не ошибся. Грубят, как-правило, неуверенные в себе люди.
                1. Алекс_1973 5 апреля 2017 16:27
                  Я вам еще даже не пытался грубить, не уважаемый. fool Когда начну обделаешься со страху. negative
            2. ava09 29 мая 2017 23:20
              Цитата: voyaka uh
              А-а! Ну, вообще-то Ваша ненависть психологически объяснима:
              энергичным, удачливым и преуспевающим отстающие всегда люто завидуют.

              Гитлер тоже был, до того как напал на СССР, "энергичным, удачливым и преуспевающим" до такой степени, что всю континентальную Европу захватил. Может его ещё в пример "преуспевания" поставите, ведь уничтожение других народов вам, как я понял, без разницы?
      2. ukoft 5 апреля 2017 14:18
        касательно сша есть интересные данные. так потомки англичан среди даже белого(не латиноамериканского) населения далеко не большинство. больше всего белых американцев имеют немецкие корни, на втором месте английские, потом ирландские - кельты, шотландцы и итальянцы в больших количествах.
        так потомков англичан среди белого населения сша гдето 25%.
        так что не совсем они англосаксы. в новый свет уходили в первую очередь предприимчивые, рискованые и практичные люди. что отразилось в национальном характере американцев.
  2. parusnik 5 апреля 2017 07:26
    Благодарю Денис,запах пороха, скрип мачт, морские брызги...
  3. Ольгович 5 апреля 2017 07:51
    Интереснейшие подробности известных событий!
    Благодаря автору, узнал то, до чего самому доискаться было бы просто недосуг.
  4. Никкола Мак 5 апреля 2017 09:15
    Толковая статья - много фактов, дат и цифр!
    Очень полезно такое почитать для общего образования!
    Дрейк и Нельсон - пожалуй самые известные английские адмиралы.
    1. амурец 5 апреля 2017 11:55
      Цитата: Никкола Мак
      Дрейк и Нельсон - пожалуй самые известные английские адмиралы

      Вы забыли наверное, самого главного пирата Карибского Бассейна и вице- губернатора Ямайки Генри Морган (1635 — 1688) - король пиратов
      <<Генри Морган (Henry Morgan) - знаменитый пират-губернатор Ямайки.
      История Ямайки неразрывно связана с этим именем.
      Британский буканьер, знаменитый пират. Организовал самые крупные экспедиции в истории вест-индских буканьеров. Завоевал Панаму (1671). В 1674 году удостоился рыцарского звания>>
      Но это было промерно через сто лет после Френсиса Дрейка.
      http://jamaica-vision.narod.ru/articles/morgan.ht
      ml
      1. Никкола Мак 5 апреля 2017 12:22
        Вы забыли наверное, самого главного пирата Карибского Бассейна и вице- губернатора Ямайки Генри Морган

        До Дрейка он никак не дотягивает как флотоводец. Дрейк - один из спасителей Британии - его фактическое лидерство в сражении при Гравелине против Армады никто не оспаривает. Большим плюсом Дрейку идут также лавры первого англичанина, обогнувшего земной шарик и его смерть в морском походе (ну и что, что от банальной дизентерии).
        У Моргана конец жизни был плохой - фактическая опала (его и до этого уже разок чуть не вздёрнули -за "панамский поход") и смерть на берегу от цирроза печени (вызванным понятными причинами). Да и адмиралом он никогда не был.
        Хотя, если быть объективным, размах грабежа у Моргана был был побогаче - но он и жил в другое время.
        1. Монархист 5 апреля 2017 15:25
          Никола Мак,согласен с Вами:Генри Морган-грабитель,а не моряк
          1. Cartalon 5 апреля 2017 18:12
            Зато у Моргана провалов таких как у Дрейка не было, правда и испанцы у Моргана пожиже были
          2. ava09 29 мая 2017 23:28
            Цитата: Монархист
            Никола Мак,согласен с Вами:Генри Морган-грабитель,а не моряк

            В те времена европейцы, называемые моряками, были в подавляющем большинстве пиратами по совместительству, одни в большей степени, другие в меньшей, одни более известны, другие меньше. Но практически никто не гнушался грабежом на море при удобном случае. Так что "моряк" и "пират" тогда, фактически - синонимы.
  5. Curious 5 апреля 2017 10:30
    Кроме золота и серебра Дрейк привез еще одно своего рода сокровище, которое мы практически ежедневно видим у себя на столе. Это картофель. И хотя однозначного приоритета в этом вопросе перед испанцем Педро Чеза де Леоном исследователи ему не отдают, у Дрейка есть существенный аргумент - памятник. И установлен он не на родине пирата-адмирала, а в немецком городе Оффенбург.
    Памятник был создан в 1853 году художником Андре Фридрихом. Дрейк на нем держит в руках цветок картофеля.
    Надпись на постаменте гласила: «Сэру Фрэнсису Дрейку, распространившему картофель в Европе. Миллионы земледельцев мира благословляют его бессмертную память. Это помощь беднякам, драгоценный дар Божий, облегчающий горькую нужду».

    В 1939 году памятник был уничтожен нацистами. Уцелела только рука с цветками картофеля.
    1. Монархист 5 апреля 2017 15:34
      Спасибо за любопытное дополнение. Уже в какой раз убеждаюсь: сколько среди нас людей которые могут давать шикарный справочный материал
    2. voyaka uh 5 апреля 2017 16:19
      Да. Тут 100% - за картофель надо памятник (из золота smile ) ставить.
  6. ukoft 5 апреля 2017 16:01
    очень интересная для меня эпоха. уже в 16 веке в англии буржуа имели вес получается. и немалый. огораживания кажется в то время были, когда сгоняли крестьян с земли ради овцеводства. и мануфактуры шерстянных тканей были серьезной экономической силой. есттественно и буржуа владевшие ими. у них еще часть знати перешла на товарные отношения. только северные дворяне были дворянам по понятиям. и кончилось это для них плохо.
    1. voyaka uh 5 апреля 2017 16:22
      "мануфактуры шерстянных тканей"///

      Овцеводство было такой ценной отраслью, потому что до эпохи хлопка
      из шерсти изотавливали не только одежду, а - шили ПАРУСА !
      Тепленькие такие... "Под шерстяными парусами..." неромантично как-то? winked
      1. ukoft 5 апреля 2017 16:39
        вроде паруса из льна делали. шерстянных непомню.
        а то что хлопчатой ткани было мало и она была для состоятельных людей. так как в ручную шилась в индии. ну еще где то тоже шили но не так много на экспорт. например японки дома для домашних шили.

        но хлопок вытеснил именно льнянные ткани , шерстянные только частично.
  7. Монархист 5 апреля 2017 16:29
    Денис, спасибо большое за интересный рассказ. Я узнал , что это Ваша работа,когда Вы описали сцену производства Дрейка в рыцари.
    Ниже камрады вспомнили еще одного авантюриста Генри Морган,но сравнение некорректно: Дрейк авантюрист в хорошем смысле этого слова,а Морган-грабитель. Вспомните как поступал Дрейк:"... один из трофейных кораблей он решил оставить у себя,передав владельцу вместо него"Бенедикт". Врядли Морган бы так поступил,он бы скорее сказал хозяину"скажи спасибо,что я забираю только твой корабль,а твою жизнь оставляю"
    У Жюль Верна читал ,у него были и документальные рассказы,как Морган захватывал Панаму:его буканьеры во всю закрывались"живыми щитами"
  8. ukoft 5 апреля 2017 19:11
    Вообще , финансовые возможности испанской империи и англии были несовместимы. Так почему же испанцы не задушили англичан? Господство в море их сильно не заботило , получается. Так чтоб их колонии и корабли не трогали
    1. voyaka uh 6 апреля 2017 08:50
      Моя гипотеза: Испания превращала несметные богатства Нового света
      в предметы роскоши высшего света. Деньги уходили на драгоценности.
      Англичане обращали отбитые у испанцев богатства (пример Дрейка) в
      "средства производства" - новые военные и торговые корабли.
      Верхушка англичан жила довольно аскетично, поэтому легко садилась на
      корабли (где условия жизни, питания были ужасными) и отправлялась "искать приключения" -
      в новые страны - колонии, где часто и оседали.
      1. krass 6 апреля 2017 09:14
        Цитата: voyaka uh
        Моя гипотеза: Испания превращала несметные богатства Нового света
        в предметы роскоши высшего света. Деньги уходили на драгоценности.

        Я бы к этому добавил , что практически неконтролируемый поток золота и серебра хлынувший в Испанию привёл к жесточайшему финансовому кризису -- Испания не смогла переварить этот объём , а именно инвестировать в средства производства и развитие промышленности - в итоге присутствие огромного количества не освоенного золота и серебра привело к резкому падению цены на драг металлы и как следствие обесценивание накоплений .
        Итог -- постепенный упадок экономики Испании и потеря ею мирового лидерства.
        Экономические законы действовавшие тогда , ничем не отличаются от действующих сейчас.
        Англия , в отличии от Испании , сумела их вложить в техническую революцию и промышленный скачок ( скажем честно у Англии и средств было на порядок меньше тк её колонии на тот момент были смехотворны и не богаты золотом и серебром ) -- техническая революция и новые экономические отношения позволили Англии отправить в забытие великую Испанию со всем её тоннами золота в течении 50 - 80 лет.
        Халява на золото и полезные ископаемые совершенно не гарантирует процветание в будущем и Испания в этом прекрасный пример.
        Промышленность и технологии правили миром тогда , правят и сейчас.
        1. ukoft 6 апреля 2017 12:29
          Сегодня это называется голландская болезнь. А так дворянское мировозрение сыграло непоследнюю роль. А вот купцы испанские и португальские силёнок не набрали получается. О себе заявить не могли и продавить себя. Там они тоже третьим сословием
      2. ukoft 6 апреля 2017 09:27
        Согласен с вами, а случалось это потомучто у испанцев было мировозрение дворян. По которому работать западло, мое дело служить. Что заработал так потрать. Что у нас есть сейчас, люди работают, но все тратят. Берут в кредит дорогие машины и сотовые телефоны. Бережливость же пошла от протенмтанской этики. Показывать на вид своё богатство считалось плохим тоном. У католиков такого небыло. Только не могу понять, первые массовые мануфактуры и города это северная Италия, сеньоров своих переселили в города, но всеравно там рулили аристократы и дворяне, хотя прослойка буржуа и ремесленников была существенной
        1. krass 6 апреля 2017 10:14
          Цитата: ukoft
          Только не могу понять, первые массовые мануфактуры и города это северная Италия, сеньоров своих переселили в города, но всеравно там рулили аристократы и дворяне, хотя прослойка буржуа и ремесленников была существенной

          Проблема в раздробленности Севреной Италии.
          Практически города - государства -- они там до конца 18 века друг с другом воевали . Англия в отличии от них была практически едина, под управлением одной короны.
Картина дня