А или Г ?

Война 1914 – 1918 гг. представляла собой столкновение 2 мощных коалиций – Антанты и Центрального (Германского) блока. Германия заключила в 1879 г. военную коалицию с Австро-Венгрией, и в 1882 г. к ней примкнула Италия. Возник Тройственный союз, направленный против Франции и России, который, после того как Италия в 1915 г. присоединилась к Антанте, а Турция и Болгария выступили на стороне Австро-Венгрии и Германии, превратился в Четверной. Оппонент Германского блока - Антанта - в своей основе оказался преимущественно оборонительным союзом, являясь реакцией на сколачивание Тройственного союза и попыткой не допустить германской гегемонии в Европе. В 1891 г. после подписания соответствующего соглашения появился Франко-русский союз. Основой для военного взаимодействия союзников стала заключенная 5 августа 1892 г. военная конвенция. В 1904 г. было подписано франко-английское, а в 1907 г. – русско-английское соглашения.

Знаковую для Антанты Франко-Русскую военную конвенцию подписали начальник Генерального штаба России Н. Н. Обручев и помощник начальника Генерального штаба Франции Р. Ш. Ф. Буадеффр.

Согласно этой конвенции Россия обязывалась выдвинуть против Германии 800-тысячную армию, этим облегчив положение французской армии, численность которой должна была составить 1 млн. 300 тыс. человек. Конвенция декларировала взаимопомощь союзников друг другу всей мощью свободных сил и средств, и предполагала одновременность мобилизационных усилий союзников. Главным врагом союзников объявлялась Германия.


Франко-русское военное соглашение, восстанавливая военный баланс сил в Европе, было действенным противовесом Тройственному союзу. Главный его недостаток заключался в том, что оно носило общий характер.

Англия также придавала партнерству с Россией большое значение. Она прекрасно понимала, что Франция даже при поддержке английских экспедиционных войск, не сможет противостоять германской военной мощи. Англо-русские противоречия, соответственно, были нивелированы: Англо-русское соглашение 1907 г. затрагивало проблемы Афганистана, Тибета и разграничения сфер влияния в Персии.

Для Франции же союз с Россией не только изменил ее положение в Европе на более благоприятное по сравнению с другими государствами, - он стал важнейшей предпосылкой существования этой страны как великой европейской державы [История Первой мировой войны. М., 1975. С. 56].

Первая мировая была коалиционной войной, и в ней ее участникам приходилось «разрываться» между выполнением собственных стратегических задач и реализацией союзнического долга. Учитывая, что основная масса армии Германии – ключевого игрока Германского блока – с большой степенью вероятности оказывалась на Французском фронте, России приходилось уделять вопросу стратегического воздействия на Германию в начале войны особое значение. Нужно было в максимальной степени повлиять на обстановку на Французском фронте, не позволив противнику вывести французскую и британскую экспедиционную армии из строя в самом начале войны.

Соответственно и Французский Генеральный штаб хотел добиться от русской армии быстрейшего наступления именно на германском ТВД. Рассчитывалось время, необходимое для того, чтобы усилия русских войск смогли серьезно повлиять на обстановку на Французском фронте. Предполагалось, что русская армия сможет войти в первый боевой контакт с германскими войсками на 14-й день, наступление против Германии начнется на 23-й день, а влияние действий русской армии на Французский фронт начнет чувствоваться примерно на 35-й день после начала мобилизации - когда русские войска на германском фронте достигнут рубежа Торн – Алленштейн [Емец В. А. О роли русской армии в первый период мировой войны 1914— 1918 гг. // Исторические записки. Вып. 77. М., 1965. С. 61].

Значительное внимание уделялось сокращению мобилизационного времени [Сухомлинов В. А. Воспоминания. Мн., 2005. С. 21]. Французы, желая чтобы Россия удержала на своем фронте 5 - 6 немецких корпусов, в свою очередь, обещали при нанесении немцами главного удара на Русском фронте, перейти в решительное наступление.

Но нормы Конвенции носили слишком общий характер, подвергаясь обсуждениям и уточнениям, – это касалось объема помощи, сроков, организации связи между союзниками, решению транспортных вопросов и пр. Незыблемым оставался оборонительный характер соглашения – оно вступало в силу лишь при условии «враждебной инициативы» со стороны Германии. Проблема обеспечения единства действий союзников не затрагивалась, что приводило к несогласованности усилий, создавая благоприятную стратегическую обстановку для держав Германского блока. Обсуждение и уточнение положений военной Конвенции, проводившееся на секретных совещаниях начальников генеральных штабов России и Франции, так и не смогло снять эти вопросы [Данилов Ю. Н. Великий князь Николай Николаевич. М., 2006. С. 138].

Все вышесказанное сказалось на русском стратегическом планировании, пытавшемся увязать общекоалиционные интересы с российскими. Принятый в 1912 г. план стратегического развертывания Действующей армии предусматривал два варианта: «А» (Австрия) - в соответствии с которым главный удар направлялся против Австро-Венгрии, и «Г» (Германия) - когда главные военные усилия русской армии направлялись против Германии. Решающим обстоятельством при выборе варианта было то, куда направится основная часть немецкой военной мощи – против Российской империи (в этом случае вступал в действие вариант «Г») или Французской республики (тогда вступал в силу вариант «А»).

Согласно варианту «А» русские войска на германском фронте должны были, нанеся поражение немецким войскам в Восточной Пруссии, овладеть этим регионом в качестве плацдарма для последующих действий. Австро-Венгрия должна была быть разгромлена. Таким образом, предусматривалась операция с ограниченными целями против Германии и операция с решительными целями против Австрии (путем нанесения ударов по сходящимся направлениям на Перемышль-Львов с дальнейшим наступлением на Краков).

В соответствии с вариантом «Г» планировался переход в решительное наступление против германских войск в Восточной Пруссии, в то время как действия русских войск на австрийском фронте должны были лишь сдерживать противника, не допустив его в тыл войскам, действующим против Германии.

Исходя из количественных критериев сосредоточения русских войск, необходимо отметить, что вопреки согласованиям на предвоенных совещаниях, русское стратегическое планирование видело главного противника не в Германии, а в Австро-Венгрии – это диктовалось собственно русскими стратегическими интересами. Военный историк и участник войны генерал-лейтенант Н. Н. Головин совершенно справедливо считал, что главный удар против Австрии нисколько не противоречил нормам Франко-Русской конвенции, т. к. первый удар против Австрии – это непрямое стратегическое воздействие на главного врага – Германию [Головин Н. Н. Из истории кампании 1914 г. на Русском фронте. План войны. Париж, 1936. С. 36]. И угроза разгрома австро-венгерских войск, оперирующих в более благоприятном для маневренных боевых действий ТВД (Галиции) с более высокой степенью вероятности вызовет переброску германских войск с Французского фронта на помощь своему союзнику, чем вторжение русских войск в менее маневродоступный ТВД (Восточная Пруссия).

И действительно – немцы не смогли игнорировать поражение союзника под угрозой проигрыша войны всем блоком. В долгосрочной перспективе именно это и произошло – немцам пришлось наращивать свои силы против России под угрозой военного ослабления Австрии.

Но вместе с тем в краткосрочной перспективе именно русское вторжение в Восточную Пруссию привело к наиболее быстрой реакции противника, что в кратчайшие сроки отразилось на обстановке на Французском фронте.

Россию упрекали (и упрекают) за разброс имевшихся сил - 2 армии (35% сил) против Германии и 4 армии (55% сил) против Австрии, забывая о коалиционной природе войны – ведь России также нельзя было допустить поражения Франции, как и Германии – Австрии. В случае разгрома Франции Германия перебрасывала все высвободившиеся войска на Русский фронт и совместно с австрийцами сминала русских. Причем русские успехи, достигнутые в противостоянии с Австрией, не могли компенсировать вывод Франции из войны Германией. Сокрушив Австро-Венгрию, Россия оказывалась один на один с германской и остатками австро-венгерской (в ближайшей перспективе также и турецкой) армиями, в то время как Французского фронта больше не существует. Профессор и военный специалист А. А. Свечин также отмечал, что вторжение в Восточную Пруссию продиктовывалось инстинктом самосохранения – ведь Германия в начале войны поворачивалась к русской армии спиной, и чем больнее для противника был бы укус последней, тем скорее немецкие руки выпустят схваченную за горло Францию [Свечин А. А. «А» или «Г» ? // Военное дело. 1918. № 25. С. 12].

Но в предвоенный период в России среди компетентных кругов имелось недовольство стратегическим планированием, и уже в этот период считалось, что план войны во многих отношениях был невыгоден для России, часть сил которой сосредоточивалась против почти пустого пространства германского фронта, в то время как Австро-Венгрия направляла в это время свои главные силы против России [Валентинов Н. А. Сношения с союзниками по военным вопросам во время войны 1914—1918 гг. Ч. 1. М., 1920. С. 13].

Но Россия сознательно приносила в жертву возможность нанесения быстрого и решительного поражения одному из своих противников ради интересов всей коалиции.

Вместе с тем, она и по объективным причинам (вопросы мобилизации и транспортной инфраструктуры) не могла выполнить обязательств о сосредоточении на германском фронте 800-тысячной армии.

Так, в соответствии с планом 1912 г. германский (Северо-Западный фронт) должен был располагать лишь 450 тыс. штыков и сабель (и то лишь к 40-му дню мобилизации). К 15-му дню планировалось сосредоточить до 350 тыс. человек (реально было еще меньше).

По условиям развертывания своих вооруженных сил Россия на 15-й день мобилизации могла одновременно сосредоточить против Австро-Венгрии и Германии лишь 27 пехотных и 20 кавалерийских дивизий (то есть треть сил; для переброски следующей трети было необходимо еще 8 дней, а последние отмобилизованные соединения прибывали на фронт до ноября 1914 г.) [Емец В. А. Указ. соч. С. 64].

Военная наука требовала ждать сосредоточения всех войск – ведь в противном случае наспех наступавшие войска оставались без второочередных частей и соединений, тыловых структур и тяжелой артиллерии. Но реальная перспектива быстрого разгрома союзника обязывала руководство России жертвовать национальными интересами ради общесоюзных. И в основу русских оперативно-стратегических планов закладывалась помощь союзникам по Антанте [Там же. С. 65].

Принятый Генштабом России план одновременного удара по Австро-Венгрии и Германии, отвечал, казалось бы, задачам нанесения решительного поражения главным силам австрийской армии и оказания эффективной помощи Франции путем быстрого наступления в Восточной Пруссии. Но это планирование наталкивалось на непреодолимые трудности - главной из которых была недостаточность сил русской Действующей армии на начальном этапе войны. Огромный театр военных действий, постепенность подвоза сосредотачиваемых войск при маневренных боевых действиях – накладывали значительный отпечаток на первые операции русской Действующей армии. Недостаточность сил и недоотмобилизованность русских войск привели к более скромному, чем планировалось, результату в Галицийской битве и поражению в Восточной Пруссии.

Так, ожидалось, что войскам Северо-Западного фронта, насчитывавшим на бумаге 30 дивизий (в реальности – на треть меньше), будут противостоять 16 - 25 немецких дивизий. Фактически же 16 германских дивизий, по огневой мощи эквивалентных 20 - 22 русским дивизиям и опиравшихся на восточно-прусские оборонительные рубежи, легко могли противостоять наступлению более многочисленного противника. На Юго-Западном фронте 42,5 русских дивизии (причем с более поздними сроками готовности) должны были противостоять 44 - 47 австро-германским. Для обеспечения превосходства над австрийскими армиями русское командование планировало осуществить войсковые переброски со Среднего Немана.

Очевидно, при такой расстановке сил было трудно ожидать решающего успеха даже на одном операционном направлении, не говоря об обоих. Но союзнический долг обязывал действовать активно.

Советский военный специалист Н. А. Таленский, характеризуя «стратегическую раздвоенность» русского оперативно-стратегического планирования, отмечал, что значимость Северо-Западного фронта с точки зрения собственных интересов России, позволяла сократить силы, противостоящие Германии, осуществляя на этом фронте оборонительные действия, и нарастить силы, действующие против Австро-Венгрии. Но Генштаб был связан условиями Конвенции, которая определила минимальный состав группировки, развертываемой против Германии в 700 -800 тыс. человек [Таленский Н. А. Первая мировая война 1914—1918 гг. М., 1944. С. 15].

Но именно эта «стратегическая раздвоенность» фактически и привела к срыву довоенного стратегического планирования Германского блока. Ведь у Германии и ее союзников был шанс победить в войне на два фронта, реализовав преимущества действий по внутренним операционным линиям, разгромив противников по частям. Проще говоря, вывести из войны Францию, воспользовавшись разницей в сроках между русской и французской мобилизациями. Главный расчет был на это - ведь исходя как из экономических, так и из политических предпосылок, Германия (и тем более Австрия) длительную войну на истощение вести не могли.

Россия, опрокинув все расчеты противника, осуществила быстрое вторжение в Восточную Пруссию, при этом нанеся австрийцам тяжелейший удар в Галиции – и этим более чем существенно повлияла на австро-германское довоенное стратегическое планирование.

А или Г ?

1. Место России в Антанте.


2. Военно-политическое руководство держав-союзниц России в Первой мировой войне.
Автор: Олейников Алексей


Читайте "Военное обозрение" в Яндекс Новостях

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также

Комментарии 26

Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти
  1. parusnik (Алексей Богомазов) 2 мая 2017 07:30
    Война за передел мира.., кто хотел жирные куски получить, получил..Кого надо было убрать, что бы под ногами, сильнейшим не мешал, убрали..
    1. venaya (Вячеслав) 2 мая 2017 09:41
      Война за передел мира..,
      Вот только в этой войне нашей стране отвели самую не завидную роль. Нашу армию использовали в своих целях, после чего разгромили и обокрали саму страну. Считаю, что всё началось с правления финансами графа Витте: ввёл золотой рубль, тем самым посадил страну на иностранные кредиты - отсюда по финансовой линии появились дурацкие обязательства по военной линии перед Францией (и др.). В этих обстоятельствах, приходиться рассматривать всю несуразицу как при планировании, так и при дальнейшем осуществлении военных операций. Получается что трудно да и просто не возможно выискать армейские ошибки, ошибкой лучше считать само вовлечение страны в эту бойню, как безсмысленную так и трагическую и для армии и для самой страны в придачу. Есть ли большой смысл рассматривать частные ошибки, если всё было запрограммировано заранее и не нами. Неужели кто-нибудь может считать что была хоть какая-то возможность выиграть в той войне?
      1. g1v2 (Виталий) 2 мая 2017 12:53
        ВОЙНА НАЗРЕВАЛА ЕЩЕ С СЕРЕДИНЫ 19 ВЕКА. Тч она была неизбежна. Вопрос был только в раскладе сторон. Естественно никто не ожидал такой бойни и никто оказался к ней не готов. Недооценили технический прогресс. request В стороне оказаться вряд ли получилось. Могли оказаться и в одиночестве против Германии и Австро-Венгрии. А насчет союзов. В Крымской войне мы вполне успешно воевали против объединенных сил Франции, Великобритании , Османской империи и Сардинского королевства. Потери коалиции были больше наших . Территориально - они заняли часть Крыма , мы взяли Карс . В остальных местах успеха коалиция не добилась . Но потом Австро-Венгрия и Пруссия , которых мы считали если не союзниками, то доброжелательными нейтралами выставили нам ультиматум , угрожая вступить в войну против нас. Воевать против ВСЕЙ ЕВРОПЫ наши уже не решились. Все унизительные для нас пункты Парижского трактата были требованиями как раз немцев , с которыми мы даже не воевали. request Тч могли ли мы доверять немцам? Заключение союза с Францией было необходимым, чтобы вся Европа снова не объединилась против нас , как за полвека до этого. В общем выбор был простой - или мы с Францией против Австро-Венгрии и Германии или снова вся Европа против нас. request Великобритания темнила до последнего будет она воевать или нет, но потом решила притормозить Германию, как тормознула нас в 1855 году. А могла и снова воевать против нас. Тч воевать в таком раскладе нам было выгоднее чем в других.
        Так же как в ВОВ расклады могли быть разными. Великобритания вполне могла воевать против нас вместе с Гитлером . request Но карта снова легла в нашу пользу. Знали бы англы как закончится война - напали бы на нас однозначно. Выстояли бы мы тогда? ХЗ. Но все вышло в нашу пользу и мы вышли из волйны мощнее , чем входили. Могло ли так произойти в ПМВ? ХЗ. Теоретически мы вышли бы из нее банкротами с огромными долгами, но с другой стороны могли бы пограбить Германию и прирасти землей от Австро-Венгрии. request История не знает сослагательного наклонения. Тч все произошло так , как произошло.
        1. Монархист (Лабинский Слава) 2 мая 2017 19:18
          Виталий, Вы верно заметили:"Война назначала ещё с середины 19 в... Вопрос был только в раскладе сторон".
          Ленин и Ко.очень много кричали о захватнической войне, Николай 2 бредил турецкими прошивками и прч. А если задуматься то Россия оборонялась и если по итогам войны предполагали контроль над прошивками - умно.
          Сейчас либирасты почти один в один повторяют фантазии большевиков в 1917. Они как рассуждают:Восточная Прусия и Курилы в состав СССР не входили,а значит мы "империалисты"
          1. g1v2 (Виталий) 2 мая 2017 19:40
            Да я сам империалист и милитарист. request Тч ничего страшного в этом не вижу. Как говорил Вова Ульянов , империализм - высшая стадия развития капитализма. Соответственно если мы строим капитализм,то империализм - это то к чему надо стремиться. request Ну а насчет проливов , то дело не в том, что кто-то бредил ими. Это была логичная необходимость для Империи. Основной экспорт из России шел через проливы. Основные наши порты , через которые шел хлеб на биржи были тоже на Черном море. Из-за того что проливы контролировала враждебная нам Турция. нам приходилось продавать зерно на Дунае - отсюда серьезные потери . Тч проливы давали нам возможность выхода на любые рынки. Другое дело, что никто нам их бы не отдал даже в случае победы. Это , да. Но хотя бы Турцию и Австрию бы опустили . Тч мотивы то в основном всегда прагматичные - просто пропаганда их замалчивает, да и не все получается так как хочется. hi
        2. voyaka uh (Alexey) 3 мая 2017 14:53
          "Но все вышло в нашу пользу и мы вышли из войны мощнее , чем входили"////

          Это - спорно. Слишком большие потери населения в войнах сказываются еще примерно 100 лет
          после войн. Мощнее стала Росссия или нет станет понятно в середине 21 века.
          Пример: Франция. Огромные потери в Первой Мировой. Прошло 100 лет.
          Мощнее Франция той (1918) или нет?

          Поэтому милитаризм и империализм ("Да я сам империалист и милитарист")
          следуем проводить с минимальными военными
          потреями своего населения. Иначе - все псу под хвост...
      2. Монархист (Лабинский Слава) 2 мая 2017 18:40
        Venay, Вы затронули интересный вопрос: вступление России в мировую войну. П. А. Столыпин прилагал максимум усилий,чтоб оттянуть начало мировой войны,но у кайзера в одном месте чесались:скорее воевать.
    2. DimerVladimer (Дмитрий Владимирович) 2 мая 2017 13:29
      Ну и кто там и что хотел переделывать? Опять штамп из советских учебников.

      Накопившиеся противоречия, вылились в войну. А далее как говорил Портос - "я дерусь, потому что дерусь".
      1. василий50 (дмитрий) 2 мая 2017 13:58
        Автор доказательно описал и начало войны и подготовку к ПМВ. Но всё равно находятся те кто облегчённо воспринимает сложнейшие события. Вплоть до фанфаронства героя романа. То как РОССИЙСКУЮ ИМПЕРИЮ старательно втягивали в войну написано много.
        То что немцы планировали превратить РОССИЙСКУЮ ИМПЕРИЮ в колонию не скрывалось. Тем боле уже была озвучена теория о *недоразвитости*славян и все успехи приписывались немцам. *Даже Пётр учиться ездил в Германию*, и вообще немцы создали РОССИЙСКУЮ ИМПЕРИЮ и потом сидели на троне.
        В Германии и Австрии того периода много чего писали о расовой теории, и следовали собственным установкам. Сегодня известны методы изменения этнического состава в Австрии, но мало пишут про граждан РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ оказавшихся в странах Тройственного союза. Так отрывочные сведения. А ведь это были состоятельные люди и дворяне. Не многие сумели остаться в живых. Самая показательная судьба была у театральной труппы Станиславского.
        1. рич (дмитрий) 3 мая 2017 00:02
          Желания всех стран-участников этой войны отлично передаются словами Шарикова в "Собачьем сердце" М.Бугакова - отобрать и поделить
  2. Cartalon (Михаил) 2 мая 2017 07:45
    Есть что обсудить, не упомянуто вмешательство Николай Николаевича в развёртывание уже по его ходу, он пытался создать группировку для наступления на Берлин, что ни к чему хорошему не привело естественно. Отвлечение германцев на восток было скорее ошибкой Мольтке, чем заслугой русских, отойди 8арм на Вислу, русские завезли бы в крепостях.
    1. армеец (Солтан Алексей) 2 мая 2017 08:04
      На мой взгляд это было и ошибкой Мольтке и заслугой русских. Не было бы такой стрессовой ситуации - не было бы и отвлечения.
      Насчет группировки на Берлин имеете в виду действия Николая Николаевича во время развертывания?
      1. Cartalon (Михаил) 2 мая 2017 08:33
        Так ситуация стрессовой стала потому что таковой её сочли, потеря Восточной Пруссии ни как мешала продолжению войны.
        Зарм из района Варшавы вроде бы хотели на Берлин нацелить и для этого надёргали корпуса из наступающих группировок.
        1. армеец (Солтан Алексей) 2 мая 2017 09:06
          Это да.
          Но и Мольтке не был диктатором - так что говорить что сдали нервы у одного человека, не приходится. А в стратегическом плане потеря Восточной Пруссии немцами гарантировала русским северный фланг польского балкона и безопасность Прибалтики.
          Статья то кстати о развертывании к началу войны. А августе-ноябре было много чего интересного. И о целях для свежей 9-й армии можно говорить, и о "походе на Берлин" (в придачу к двум направлениям появлялось третье). Но на Висле надо было закрепиться
          1. Cartalon (Михаил) 2 мая 2017 09:35
            При падении Франции не имело значение где там русские закрепились, 9 армия могла наступать на Берлин, только в том случае если бы 2 армия наступила бы по левому берегу Вислы вот это было бы уже опасно, правда после переброски германских войск с запада уйти с левого берега было бы трудно.
            1. армеец (Солтан Алексей) 2 мая 2017 09:44
              Имел в виду что у немцев были стратегические причины не сдавать Восточную Пруссию - помимо слабых нервов.
              Или может предвидели что Франция не падет и хотели подстраховаться на востоке?
              Факт наличия двух активных главных фронтов уже таил в себе массу неожиданностей.
              1. Cartalon (Михаил) 2 мая 2017 10:09
                Ну знаете они войну начали исходя из того что Франция падёт.
                1. армеец (Солтан Алексей) 2 мая 2017 10:27
                  Они стремились к тому что Франция падет, но о завещании Бисмарка помнили.
                  А Мольтке, кстати, действовал как будто был запрограммирован на неуспех
                  1. Cartalon (Михаил) 2 мая 2017 11:06
                    Не знаю чего там они помнили, учитывая фразу Гольца о мозгах и мечах, а Мольтке хотел победить везде и в Эльзасе и во Фландрии и в Пруссии.
  3. ПоручикТетеринъ 2 мая 2017 09:27
    Статье плюс, а автору--моя искренняя благодарность за труд!
  4. Curious (Victor) 2 мая 2017 13:25
    Сумбурная статья какая-то. Автор сразу записывает Россию в Антанту, как само собой разумеющийся факт. Чем закончился для России этот "факт" хорошо известно. Поэтому очередное описание планов, приведших к полному краху Империи, даже в свете их влияния на австро-германское довоенное планирование выглядит эдаким историческим оксюмороном.
    Куда интереснее было бы рассмотреть вопрос "Могла ли Россия не воевать с Германией?"
    "Жизненные интересы России и Германии нигде не сталкиваются и дают полное основание для мирного сожительства этих двух государств. Будущее Германии на морях, то есть там, где у России, по существу наиболее континентальной из всех великих держав, нет никаких интересов. Заморских колоний у нас нет и, вероятно, никогда не будет, а сообщение между различными частями империи легче сухим путем, нежели морем. Избытка населения, требующего расширения территории, у нас не ощущается, но даже с точки зрения новых завоеваний, что может дать нам победа над Германией? Познань, Восточную Пруссию? Но зачем нам эти области, густо населенные поляками, когда и с русскими поляками нам не так легко управляться. [...]

    Совершенно то же и в отношении Галиции. Нам явно невыгодно, во имя идеи национального сентиментализма, присоединять к нашему отечеству область, потерявшую с ним всякую живую связь. Ведь на ничтожную горсть русских по духу галичан, сколько мы получим поляков, евреев, украинизированных униатов? Так называемое украинское или мазепинское движение сейчас у нас не страшно, но не следует давать ему разрастаться, увеличивая число беспокойных украинских элементов, так как в этом движении несомненный зародыш крайне опасного малороссийского сепаратизма, при благоприятных условиях могущего достигнуть совершенно неожиданных размеров".
    Это из записки П.Н. Дурново.
    Вот вопрос для дискуссии.
    1. Cartalon (Михаил) 2 мая 2017 13:35
      Автор говорит о оперативных планах а не высоких материях, а по поводу записки Дурново, мировое господство Германии вряд ли то что нужно для процветания России
      1. Curious (Victor) 2 мая 2017 13:42
        Ну и как, процвела Россия благодаря поражению Германии?
        1. Cartalon (Михаил) 2 мая 2017 14:33
          Ну без условно под германским руководством всё было бы просто замечательно
          1. Curious (Victor) 2 мая 2017 17:44
            А Вы других вариантов не приемлете, либо крах империи, либо под германское руководство? Дальше мыслей нет?
  5. DimerVladimer (Дмитрий Владимирович) 2 мая 2017 14:09
    Россия, опрокинув все расчеты противника, осуществила быстрое вторжение в Восточную Пруссию


    Несмотря на превосходство в силах (немецкие силы так же небыли отмобилизованы), командующие 1-й и 2-й армиями не верно оценили обстановку и были разбиты по частям, что характеризует крайне низкое взаимодействие на уровне фронта, низкую компетентность как командующих армиями, так и командования фронтом.
  6. Комментарий был удален.
Картина дня