Военное обозрение

300 000 мин на хрупкие женские плечи

10
16 сентября 1943 года Новороссийск был окончательно освобождён от немецко-фашистских захватчиков. Вот только не было ни торжественных встреч, ни благодарных жителей… Город представлял собой пепелище с чадящими повсеместно пожарами. По данным Госкомиссии город был уничтожен на 96,5%. Та часть населения, которую не успели эвакуировать в Геленджик, фашисты принудительно угнали в качестве рабсилы в рейх. Секретарь Краснодарского крайкома Селезнёв писал в ЦК ВКПб, что лишь на второй день после освобождения в развалинах города удалось обнаружить местную жительницу с тремя детьми.




Справка государственного архива Краснодарского края о факте насильственного выселения жителей

Инфраструктура была полностью уничтожена. Воздух был наполнен гарью и смрадом от разлагающихся тел. Город наводнили крысы, а в пригородах хозяйничали шакалы-падальщики. Бухта была захламлена потопленными судами, их частями и обломками сбитых самолётов. Железнодорожные пути местами были разбиты, а местами просто завалены изуродованными вагонами. В городе не функционировала ни одно предприятие, да и рабочих рук не было.



Руины новороссийской промзоны восточного берега Цемесской бухты

Но самое страшное было впереди. Освобождённый город был тотально заминирован. Цементные заводы, порт, элеватор, городские парки, автотрассы, даже виноградники Мысхако (а в каменистых почвах Причерноморья виноград растёт лучше картошки) были нашпигованы смертоносным железом. Начало «Голубой (готской) линии» было заминировано с немецкой основательностью, и это без учёта авиабомб и неразорвавшихся снарядов. Возвращающиеся в город по призыву партии и Комсомола граждане во время разборки завалов ежесекундно рисковали.



Памятник Коминтерну, увенчанное фигурой вождя мировой революции, уцелевший во время войны

Не прошло и недели со дня освобождения, как на улице Революции 1905 года взорвался один из немногих относительно целых домов. Взрыв убил более 10 мирных жителей.

Армейские сапёры не могли остаться в городе, увлекаемые вслед за советскими войсками, преследовавшими немцев. Разминировав несколько ключевых объектов и трасс, сапёры оставили город. Поэтому перед секретарём Горкома ВКПб Петром Васевым встала задача не только восстановительных работ и снабжения Новороссийска продовольствием, но и разминирования.

Большинство мизерного вернувшегося населения Новороссийска составляли женщины. В итоге руководство решило сформировать добровольческие бригады разминирования на базе ОСОАВИАХИМа. Естественно большинством добровольцев были девушки, чей возраст не превышал и 25-ти лет. В ноябре 1943 года штаб по разминированию возглавила Анастасия Комиссаренко, до войны она зарекомендовала себя хорошим и деятельным организатором, возглавляя школу ПВХО (противовоздушной и противохимической обороны). Именно она собрала первый отряд добровольцев для обучения минному делу, что само по себе было трудно. Спустя неделю после освобождения население города не превышало и 800 человек.

300 000 мин на хрупкие женские плечи


Жители Новороссийска возвращаются в родного город, в то, что от него осталось

Флотские инструктора, откомандированные лично контр-адмиралом Георгием Холостяковым после встречи с Комиссаренко, обучали фактически на практике во время работ по разминированию. Отличников обучения записывали на дополнительные занятия, чтобы позже ряды инструкторов пополнялись самими добровольцами. Достаточно ярко вопрос снабжения добровольцев освещает тот факт, что лучшие ученики по окончании курса премировались пачкой табака, а, учитывая чисто женский коллектив, табак иногда заменяли куском мыла.

Условия, в которых приходилось работать, на самом деле были исключительно тяжёлыми. Никаких спецпайков добровольцы не получали, вопрос обмундирования также не был решён. Девушкам приходилось обвязывать разбитые ботинки 42-43-го размера телефонными проводами, чтобы те не слетали при ходьбе. Одеты девушки были в фуфайки поверх платьица. Декабрь 1943 года, как и любая обычная новороссийская зима, начался с дождей и ледяного ветра. Фуфайки размокали после целого дня работы, а ночью в подвалах и землянках просто не успевали высохнуть. И на следующее утро девчата натягивали сырые фуфайки и снова отправлялись «в поле». Особенно трудно пришлось отдельному отряду Ларисы Чесноковой, направленному на разминирование горных районов и части «Голубой линии». Чтобы не тратить время на дорогу до места разминирования, девушки решили ночевать прямо там, в блиндажах и землянках. Весь световой день извлекали мины, а по ночам жгли костры, отпугивая шакалов и волков.

Основная работа осуществлялась с помощью щупа. Во-первых, в начале на весь отряд приходилось только два миноискателя. Во-вторых, земля была настолько изрезана осколками и пулями, что миноискатель реагировал буквально на всё.

Несмотря на все эти трудности, отряд рос и вскоре насчитывал свыше 200 минёров, не считая инструкторов. Всё больше становилось представителей мужского пола, почти все «мужчины» отряда были вчерашними школьниками, некоторые несовершеннолетними. Уже к 1944 году одна из самых результативных минёров Надежда Шляхова за разминирование 428 мин «Голубой линии» была представлена к медали «За боевые заслуги». К числу «асов» отряда разминирования принадлежала и Нина Калашникова, бывшая партизанка, и сама Лариса Чеснокова, которая довела свой личный счёт мин до 1300 штук.



Автомобили на расчищенных дорогах между руин города. В первые месяцы после освобождения единственным транспортом, снабжающим город, были две "полуторки". Другого сообщения с "большой землёй" не было.

Вместе с тем как рос отряд, также разрасталась и территория разминирования. Новороссийский отряд командировали в Анапу, Кабардинку, Геленджик и даже в Туапсе. Анастасия Комиссаренко вспоминала, что ей довелось поработать с типами мин и боеприпасов почти всех государств Европы: противотанковые мины, противопехотные (натяжного и нажимного принципа), фугасы с электровзрывателями и многое другое. Классификацию оставляю на откуп профессионалам минного дела, здесь речь идёт о людях. Некоторые мины подрывались прямо на месте. Комиссаренко вспоминала, как минёры подцепляли подобные мины крюком на верёвке и, отойдя на 50-70 м, падая, делали рывок, детонируя мину. Смертоносное железо, которое нельзя было взрывать на месте или безопасней и легче было обезвредить, каждый вечер вывозили на машине, которые в качестве своеобразного сигнального знака «украшали» красными флажками.

Город потихоньку начинал возрождаться, росло население. И вот тут пришла очередная беда. На новороссийских улицах услышали первый детских смех, а вместе с ним первые детские смерти. К сведению тех, кто любит рассуждать про «пили бы баварское», просвещённые европейцы, отступая из города, любили минировать детские игрушки, оставшиеся в развалинах домов, а также кухонную утварь. Так на территории цемзавода «Пролетарий» один блестящий новенький чайник чуть было не погубил самих минёров. Пришлось ОСОАВИАХИМу начать ещё и разъяснительную работу среди населения.

Но апофеозом минной «принципиальности» немцев было обнаружение крупного фугаса под родильным корпусом городской больницы. В различных источниках факт обнаружения описывается несколько различно, с разными подробностями, правда, не исключающими друг друга. Так, саму закладку обнаружила минёр Лиля Тарасова, но к тому времени она была отстранена от службы в отряде, потому что сама была беременна. Поэтому по данным научной конференции «Место подвига – Новороссийск» непосредственное разминирование было поручено Нине Калашниковой, которая, освещая стены факелом, и спустилась в подвал. Она обнаружила заложенные в стенах подвала крупные фугасы с электровзрывателями, подключёнными к электролинии.

К счастью, палаты вплоть до 1945 года освещались «коптилками», сделанными из гильз снарядов. Стоило дать горбольнице электричество и фугасы похоронили бы и рожениц, и новорождённых.

За всё время разминирования отряд новороссийских минёров, подавляющая часть которого состояла из представительниц «слабого» пола, обезвредил свыше 300 000 боевых мин. А в 1944 году был признан лучшим на всей Кубани.
Автор:
10 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.

Уже зарегистрированы? Войти

  1. parusnik
    parusnik 21 июля 2017 07:52
    +5
    Благодарю, весьма интересная страница нашей истории..Жаль, памятника нет этим женщинам -минёрам, а они по сути дали жизнь Новороссийску..
  2. Иван Тартугай
    Иван Тартугай 21 июля 2017 08:22
    +4
    Цитата из статьи:
    Взрыв убил более 10 мирных жителей.

    Наверняка были потери и среди девушек-саперов, возможно и немалые.
    Есть ли в Новороссийске памятник или мемориальная доска посвященная девушкам-саперам Новороссийска?
    А то нынешняя власть вешает доски Маннергейму, пытается посставит памятники Колчаку, Краснову. А настоящих героев, защитников Родины умышленно игнорирует, умышленно не замечает.
    1. bubalik
      bubalik 21 июля 2017 12:24
      +4
      Наверняка были потери и среди девушек-саперов, возможно и немалые.

      ,,,За весь период работы «команда Комиссаренко» не имела ни одного ЧП, все девушки оставались целыми и невредимыми, это говорило об их высоком профессионализме и, наверное, везении.
      http://www.novodar.ru/index.php/publ-muzcemprom-p
      unkt/5369-izgrraz-02-2012
      Мельдзер Антонина Владимировна – старший научный сотрудник музея г.Новороссийск
      1. Иван Тартугай
        Иван Тартугай 21 июля 2017 12:54
        +5
        Цитата: bubalik
        «команда Комиссаренко» не имела ни одного ЧП


        Разминировать и убрать 300000 мин, снарядов, авиабомб, мин-ловушек и ни одного ЧП, это почти фантастика. При разминирование Павловска в Ленинградской области, где оно тоже производилось девушками-саперами, так там потери были большие.
        Но если даже и не было потерь, все равно эту опасную боевую работу девушек-саперов можно было бы отметить если не памятником, то хотя бы мраморной мемориальной доской.
        Но Маннергейм для настоящей власти ближе и родней.
        1. bubalik
          bubalik 21 июля 2017 13:02
          0
          Разминировать и убрать 300000 мин, снарядов, авиабомб, мин-ловушек и ни одного ЧП, это почти фантастика.
          ,,, request за что купил, за то и продал,,, да наверно потери были,,
  3. den-protector
    den-protector 21 июля 2017 09:38
    +1
    Чертовы гейропейцы и их современные поклонники-перевертыши! Нет слов, одни выражения на них....
  4. Авенич
    Авенич 21 июля 2017 11:19
    0
    Стоило дать горбольнице электричество и фугасы похоронили бы и рожениц, и новорождённых.

    Дикое варварство.
  5. bubalik
    bubalik 21 июля 2017 12:05
    +2
    Армейские сапёры не могли остаться в городе, увлекаемые вслед за советскими войсками, преследовавшими немцев. Разминировав несколько ключевых объектов и трасс, сапёры оставили город.

    ,,Ввиду массового минирования городских кварталов, примененного гитлеровцами в Новороссийске, и огромного количества снарядов, мин и авиабомб, выпущенных обеими сторонами в ходе боев за город, необходимо было быстро разминировать и очистить улицы, дворы и постройки от большого количества неразорвавшихся боеприпасов.
    Подготовка к этому важному мероприятию началась еще до перехода войск в наступление. Для разминирования города были выделены подразделения 13-й инженерной бригады, с которыми проводились специальные занятия. При этом много внимания уделялось тренировке саперов в розыске мин замедленного действия, в распознавании мин-сюрпризов и обезвреживании мин, поставленных с элементом неизвлекаемости. Для руководства работами был создан штаб по разминированию, состоявший из начальника штаба и восьми его помощников (офицеров-минеров). Тщательно изучив план города, опросив бывавших в нем граждан и использовав сведения, полученные от военнопленных, штаб разработал детальный план разминирования города. Вся территория города и его пригородов была разделена на восемь участков, каждый из которых был закреплен за выделенными для разминирования подразделениями; подразделениям указаны границы участков, наиболее важные объекты и ориентировочные сроки окончания работ. Планом предусматривалось создание четырех пунктов сбора заявок от местного населения на проведение разградительных работ. На каждый такой пункт было выделено по 6 минеров для срочного выполнения заявок, не терпящих отлагательства и представляющих непосредственную угрозу для войск и местного населения.
    Разминирование города началось на рассвете 16 сентября, когда еще шли бои по уничтожению остатков гитлеровского гарнизона.
    В первый день все усилия были направлены на обеспечение беспрепятственного проезда через город войскового транспорта. Надо было убрать с основных магистралей города груды кирпича от обрушенных домов, баррикады, перекрывающие улицы, обезвредить сотни противотанковых и противопехотных мин, неразорвавшиеся бомбы и снаряды. Все это необходимо было сделать быстро и умело, чтобы не создалось перерыва в снабжении войск, преследующих отступающего врага.
    Затем отряды разминирования приступили к планомерной очистке города от минных заграждений и от неразорвавшихся боеприпасов. Работы велись двумя эшелонами: первый эшелон производил разведку и обозначение минных заграждений, а двигавшийся за ним второй эшелон — разминирование и уничтожение неразорвавшихся боеприпасов.
    По списку, составленному при участии представителей городского комитета ВКП(б) и городского исполкома, была произведена тщательная проверка, в том числе и на мины замедленного действия, пятидесяти одного городского объекта (в основном административных зданий и корпусов промышленных предприятий). На этих объектах было снято 16 фугасов натяжного действия с общим количеством взрывчатого вещества около 5 т. Мин замедленного действия обнаружено не было.
    Разминирование закончилось 25 сентября. За это время в городе и на его окраинах были сняты и обезврежены 33291 мина и 129 фугасов, собрано и уничтожено несколько тысяч неразорвавшихся снарядов и авиационных бомб. Штаб по разминированию города организовал выставку минно-подрывной техники противника, обнаруженной при разминировании; при ней были открыты краткосрочные курсы по подготовке минеров из местных жителей для обезвреживания мин в случае их обнаружения после ухода войск.

    Баданин Б.В. На боевых рубежах Кавказа
  6. bubalik
    bubalik 21 июля 2017 12:16
    +2
    Но апофеозом минной «принципиальности» немцев было обнаружение крупного фугаса под родильным корпусом городской больницы. В различных источниках факт обнаружения описывается несколько различно, с разными подробностями, правда, не исключающими друг друга. Так, саму закладку обнаружила минёр Лиля Тарасова, но к тому времени она была отстранена от службы в отряде, потому что сама была беременна. Поэтому по данным научной конференции «Место подвига – Новороссийск» непосредственное разминирование было поручено Нине Калашниковой, которая, освещая стены факелом, и спустилась в подвал. Она обнаружила заложенные в стенах подвала крупные фугасы с электровзрывателями, подключёнными к электролинии.

    «Отряд работал на территории городской больницы, при первом осмотре всё было чисто, однако, возникло подозрение, что что-то не досмотрели. Все сомнения развеяла Лиля Тарасова, считавшаяся лучшим специалистом в отряде, у неё было особое чутьё. В это время, она была отстранена от дел, по уважительной причине – ждала ребёнка. Лиля внимательно всё осмотрела и задержалась у ямы, уходившей под стену родильного отделения. Под слоем грязи оказались, аккуратно уложены листы рубероида, под ними – толовые шашки. В самом низу ямы – детонатор, от него провода вели в одну из больничных палат и там были подключены к электросети. Расчёт простой: как только повернут включатель, всё взлетит на воздух».

    Старший научный сотрудник музея Антонина Владимировна Мельдзер
  7. bubalik
    bubalik 21 июля 2017 13:28
    0
    Флотские инструктора, откомандированные лично контр-адмиралом Георгием Холостяковым после встречи с Комиссаренко


    ,,,В один из коротких приездов с анапского десантного КП мне передали, что придет представиться начальник созданного в городе штаба по разминированию. Сообщили фамилию товарища - Комиссаренко. Я ожидал почему-то увидеть пожилого мужчину из несгибаемых старых служак, вроде флотского ветерана Карнау-Грушевского, возглавлявшего [376] раньше штаб МПВО. Но явилась довольно молодая женщина с осоавиахимовскими знаками различия в петлицах гимнастерки.

    - Это вы и есть начальник штаба? - не сумел я скрыть удивления.

    - Так точно. Назначили меня.

    Я узнал, что Анастасия Георгиевна Комиссаренко окончила перед войной школу Центрального совета Осоавиахима, была начальником городской школы ПВО. А с минным делом, как сама призналась, знакома мало и собиралась учиться вместе с будущими минерами-добровольцами, команды которых сейчас комплектовала. Рассказала, что трудно с людьми: мужчин в городе раз-два и обчелся, идут в команды в основном женщины, а тех, у кого маленькие дети, брать не разрешено - работа опасная...

    Познакомив Комиссаренко с инженер-полковником Пекшуевым, я попросил Петра Ивановича выделить ей толковых сержантов-инструкторов - это было главное, в чем нуждался городской штаб.

    Забегая вперед, хочу тут же сказать, что около трехсот новых минеров, обученных методом практического показа (большинство их составляли молодые девушки), через два месяца приступили к самостоятельной работе. В рапортичках, которые Комиссаренко ежедневно присылала и в штаб базы, фигурировали тысячи мин, снарядов, гранат, извлеченных из-под земли, обнаруженных в подвалах, заводских цехах, штольнях, разных тайниках. Новороссийские городские команды участвовали потом в расчистке также и других участков Голубой линии. Работы - смертельно опасной, не обходившейся без отдельных трагических случаев, - хватило не только до конца войны, но и дольше. Некоторые девушки обезвредили по четыреста и больше противотанковых и противопехотных мин каждая - счет, достойный бывалых фронтовых саперов!..

    Анастасия Георгиевна Карачевцева (Комиссаренко), поднявшая тогда многих своих землячек на благородное патриотическое дело, поныне живет в Новороссийске. Теперь она - персональный пенсионер.

    Холостяков Георгий Никитич. Вечный огонь