Сговор на Суэце

Существуют свидетельства, что Война Судного дня была совместной спецоперацией США, Израиля и Египта

Сговор на Суэце

Советское оружие, которым обладали египетские солдаты и офицеры, было лучше американского, находившегося на вооружении израильтян



"Настоящая сенсация", — ахнул я, открыв черную дерматиновую папку со скоросшивателем, где таилась отгадка одной из удивительных загадок нового времени. Из папки, содержащей аналитическую записку в Политбюро, датированную 1975 годом, выглядывала одна из самых тайных тайн американской дипломатии и современного мироустройства. За долгое время знакомства с «Викиликс» и при открытии старых архивов я не видел материалов такого качества. Сейчас мы можем определенно сказать, каким образом мир, в котором мы живем, пошел по своему многотрудному пути. Этот исторический поворот произошел в 1973–1974 годах.

В то время Советский Союз был самой мощной, передовой державой мира. По темпам развития, по росту народного благосостояния, по растущей военной мощи ему не было равных. Соединенные Штаты и Великобритания переживали тяжелый кризис, Франция и Италия склонялись к Советам. Справедливо говорят, что к этому времени Советский Союз победил в холодной войне, хотя он не пытался унизить и сломить былых противников. Вьетнамская война подрывала Америку, американский народ был недоволен многочисленными жертвами, а советская военная техника в руках вьетнамцев подтачивала мощь Америки. Кубинцы наносили удар за ударом по позициям Запада в Африке. Вьетнамская война обрушила доллар, порвала его связь с золотом, и он покатился вниз.

Советский Союз строил новые ракеты, мечтал о покорении космоса, ввозил апельсины из Марокко, слушал джаз, пел песни и верил в светлый завтрашний день — совершенно оправданно. В эти годы были написаны самые светлые книги братьев Стругацких, полные радостных предчувствий. На Ближнем Востоке советское влияние было вездесущим; советские инструкторы и военные советники работали в Египте, Сирии, Ираке, а американцы едва держались на аравийской периферии, там, где в вечных песках король Фейсал и шейхи гоняли верблюдов по оазисам и смотрели, как иностранные компании качают нефть по пять центов за бочку. Америка опиралась и на Израиль, который был скорее обузой, чем пользой: его приходилось защищать, а неприятие сионистского государства соседями портило американцам игру.

В это время Генри Киссинджер и его коллеги продумали сложную многоходовку, которая была реализована в течение нескольких месяцев. В результате игроки поменялись местами за шахматной доской. Доллар упрочился и снова стал мировой валютой — но без золотого наполнения, Соединенные Штаты отыграли лидерство, нефтяные шейхи стали купаться в роскоши, Советский Союз потерял свои позиции на Ближнем Востоке и начал постепенно сползать в пучину. Социализм проиграл, капитализм стал куда радикальнее, чем в прошлом. И все это было результатом одной спецоперации на Ближнем Востоке.

Как нам стало известно из найденного меморандума, правители Египта, Израиля и Соединенных Штатов вступили в 1973 году в сговор. Они инсценировали и провели Октябрьскую войну — евреи называют ее Войной Судного дня, а арабы Войной Рамадана. В ходе этой войны единовластный правитель Египта Анвар ас-Садат изменил арабскому делу, предал своего боевого союзника, Сирию, и обрек ее армию на уничтожение, отдал палестинцев на съедение, предал дружбу с Советским Союзом. Соединенные Штаты отыграли Египет, а затем и прочие страны региона. Они инициировали неф­тяное эмбарго, которое больно ударило по карманам слишком хорошо живших простых американцев и европейцев, но принесло американским банкирам несчетные богатства. Израильское руководство пожертвовало двумя тысячами своих лучших солдат — они были посланы на смерть, чтобы помочь Америке овладеть регионом. Голда Меир, которую так любили евреи, не дрогнув, отдала своих солдат на растерзание в блиндажах на Суэце и в танковых боях у Китайской фермы. В благодарность Америка поддержала Израиль десятками вето в Совете Безопасности, миллиардами долларов помощи и дала ему зеленый свет для самых авантюрных планов. После вызванного изменой Садата поражения Сирия ушла в изоляцию и дошла до нынешних дней, когда этот режим — последний чудом уцелевший кусок прежнего Ближнего Востока — подвергается ежедневным атакам со стороны саудовских и американских ставленников.

Война Судного дня закончилась встречей на лужайке Белого дома, где новые и старые друзья Америки распространили pax americana на Ближний Восток. Для меня эта война была и удивительной страницей в личной биографии. Молодой десантник-парашютист, я участвовал в ней, пересекал Суэцкий канал, захватывал высоты Джабль Атака, выдерживал вместе с моими боевыми товарищами артобстрелы и отбивал ряды пехоты. Моя часть была заброшена на вертолетах в глубь пустыни и отрезала главную коммуникацию египтян между тылом и фронтом — шоссе Суэц-Каир. Мы остались стоять стеной между Первой и Третьей армиями Египта, и потом в нашем расположении, на 101-м километре от Каира, шли переговоры между египтянами и израильтянами. Я не понаслышке знаю все перипетии той далекой и, как сейчас выясняется, судьбоносной войны, изменившей путь развития человечества. И с немалой болью узнал сегодня, что я и мои боевые товарищи были разменной монетой в хитрой игре, которую мы все — и русские, и простые американцы, и израильтяне, и арабы — проиграли.

Свидетель

По воле случая в наши руки попал личный архив посла Виноградова. Владимир Михайлович Виноградов был послом СССР в Каире в дни войны 1973 года, а впоследствии сопредседателем Женевской мирной конференции по Ближнему Востоку, замминистра иностранных дел СССР и министром иностранных дел РСФСР. Виноградов был свидетелем многих интересных страниц истории: он налаживал отношения с послевоенной Японией, о будущей силе которой тогда никто не подозревал, при нем разразилась исламская революция в Иране, он знал шаха, много раз беседовал с аятоллой Хомейни, сообщил ему о вводе советских войск в Афганистан, пережил налет на посольство. Его рассказ об исламской революции в Иране, тоже обнаруженный нами в его архивах, еще привлечет к себе читателя и аналитика.

Виноградов оставил многочисленные материалы о своей службе в Каире. Тут и подробная запись его бесед с Анваром Садатом, и рассказ о том, как Садат пришел к власти, вытеснив всех сторонников Насера, а потом и изменив внешнеполитический и внутренний курс Египта. Полная публикация каирских дневников посла, человека высокой культуры, проницательного и много знавшего, еще раскроет перед читателями и исследователями секреты эпохи.

Но жемчужина архива — удивительный документ, написанный Виноградовым в 1975 году. Это машинопись с правкой чернилами, черновик меморандума под заголовком «Ближневосточная игра», видимо, направленного в высшее руководство страны. Долгое участие Виноградова в ближневосточной игре позволило ему понять суть происходившего, хотя и он не мог предвидеть, какие тяжелые последствия вызовет хитрая интрига Генри Киссинджера.


Среди записок бывшего советского посла в Египте Владимира Виноградова есть немало замечаний, позволяющих расшифровать историю американского проникновения на Ближний Восток и историю падения Египта


Школьная версия войны 1973–1974 годов такова. Президент Садат вместе с президентом Сирии Хафезом аль-Асадом (отцом нынешнего президента Башара) подготовили внезапный удар на расслабившийся Израиль в праздник Йом Кипур, или Судный день, когда половина израильской армии была в отпуске. Им удалось достичь определенных успехов, но затем дерзким броском израильский генерал Ариэль Шарон прорвал линию фронта, оказался в глубоком тылу противника, отрезал пути снабжения Третьей (стоявшей на восточном берегу Суэца) армии, окружил Суэц и угрожал Каиру. В этих условиях Совет Безопасности принял резолюцию о прекращении огня, а потом пошли переговоры, завершившиеся лужайкой Белого дома.

Владимир Виноградов, человек, который провел двести бесед с Садатом, а всю войну простоял в ставке командующего, отвергает эту официальную версию. Он доказывает, что нападение арабов на Израиль не было ни внезапным, ни неожиданным. Не был неожиданностью и рейд генерала Шарона. Все это было спланировано и задумано Генри Киссинджером, Голдой Меир и Анваром Садатом. Частью плана было и уничтожение сирийской армии.

Двадцать пять вопросов

Меморандум Виноградова начинается с двадцати пяти вопросов. Сначала он ставит под сомнение версию о внезапном нападении.

1. Решение о войне было принято еще в апреле 1973 года совместно Египтом, Сирией и Иорданией, а то, что знала Иордания, знала и Америка, а следовательно, и Израиль.

2. Советский Союз за несколько дней до 6 октября массово эвакуировал членов семей советских граждан, работавших в Египте и Сирии. Разве это могло остаться незамеченным американскими и израильскими агентами?

3. Под видом маневров египтяне сконцентрировали все свои войска для броска через канал. За два-три дня до начала военных действий нельзя было не заметить этой концентрации египетских войск.

Вслед за этим идут другие загадки.

…7. Почему египетские вооруженные силы, форсировав Суэцкий канал, не стали развивать наступление в глубь полу­острова, хотя на этом направлении им не противостояли серьезные израильские силы (их там просто не было)?

8. Почему египетские вооруженные силы вообще не имели планов дальнейшего наступления даже на тот случай, если форсирование канала будет удачным?

9. Почему США не оказали Израилю военную помощь немедленно после начала военных действий, а прождали несколько дней, прежде чем начать переброски самолетами по воздушному мосту? Почему США дали египтянам возможность потрепать израильские войска, начав решительно действовать с таким запозданием?

…12. Почему не были сомкнуты фланги Второй и Третьей египетских армий на Синае?

13. Как могло случиться, что первые израильские танки «незаметно» проскочили на западный берег Суэцкого канала?

14. Почему Садат упорно не желал принимать какие-либо решительные меры для ликвидации израильского прорыва?

…17. Почему на западном берегу в тылу египетских войск совсем не оказалось резервов?

Виноградов приступает к работе Шерлока Холмса, который, как помнит читатель, предлагал: «Отбросьте все невозможное — то, что останется, и будет ответом, каким бы невероятным он ни казался».

Он пишет: «Если считать Садата подлинным патриотом своей страны, ответов на самые простые вопросы не найдешь. Но если предположить другие мотивы поведения Садата, а также американцев и правящей верхушки Израиля, тогда получается такая картина, что даже вздрогнешь: получается картина сговора между Садатом, США и высшим руководством Израиля. Сговора, в котором каждый участник, однако, преследовал свои собственные цели. Сговора, в котором каждая сторона не знала всех деталей игры другой стороны. Сговора, в котором каждая сторона, несмотря на договоренность, стремилась переиграть другую. Вот если предположить это, то все недоуменные вопросы получают логичные и единственно возможные ответы».

Далее Виноградов со своей идеальной наблюдательной площадки посла в Каире описывает установки всех протагонистов.

Египет

Для Садата, пришедшего к власти после смерти Насера и взявшего антинасеровский курс, внутреннее положение становилось все более нетерпимым. Его авторитет катастрофически падал даже в среде «своих» — египетской буржуазии. Вовне он оказался в изоляции. Оставалась одна надежда — на отношения с США. Для того чтобы поладить с США, нужно отказаться от тесных отношений с Советским Союзом, а затем поправить свое шаткое положение внутри страны и за ее пределами с помощью Америки.

Что же может быть лучше для этой цели, чем военные действия? Нет, не война, а такие действия, которые не привели бы к поражению, но и помогли бы сохранить достоинство. Для Садата план действий ясен. Должны быть военные действия, они помогут «стравить давление», накопившееся в армии. Они должны показать, на что способны египетские вооруженные силы. Эти действия не должны быть рассчитаны на крупную победу, она не нужна, ее даже не может быть — ведь все говорят, что египетская армия оснащена советским вооружением невысокого качества. Издержки, военные неудачи и т. д. — все это будет списано на счет плохого советского вооружения и политической позиции Советского Союза, который можно будет обвинить в том, что он вырвал победу из рук арабов.

Поэтому задача перед войсками будет поставлена минимальная: форсирование Суэцкого канала, захват плацдарма — неважно, каких размеров, — и удержание его, пока американцы не вступят в игру. Их нужно было ввести на Ближний Восток.

США

Ветер национально-освободительного движения выкинул США с Ближнего Востока, а этот район весьма для них важен: здесь крупнейшие в мире запасы нефти, здесь стратегический Суэцкий канал, здесь ближние южные подступы к Советскому Союзу, здесь эпицентр антиколониальной борьбы. Здесь же находится и форпост США — Израиль, который держится на страхе арабов. Израиль надо поддерживать, но арабские государства становятся все сильнее.

Израилю надо действовать гибче; своей политикой — неуступчивой и грубой — он мешает Америке завязать отношения с арабскими странами. У США возникает двойная задача в отношении Израиля: сохранить его в качестве своей опоры, но и сбить спесь, заставить израильтян поступиться немногим для сохранения самого главного.

Надо получить возможность «спасти» Израиль, но сначала дать возможность арабам побить израильтян в контролируемом порядке: положить энное количество израильских жизней ради последующего «спасения» Израиля.

США, возможно, дали понять Садату, что они ничего не имеют против «ограниченных» военных действий. Так по иронии судьбы США знали о предстоящих военных действиях, а союзник Египта Советский Союз информирован не был.

Израиль

Израильская правящая верхушка не может не помогать главному покровителю и кормителю — Соединенным Штатам Америки.

При этом США нуждаются и в более прочном положении на Ближнем Востоке. Кто у них здесь еще в друзьях помимо Израиля? Один король Фейсал. Но если США войдут на Ближний Восток, уменьшится влияние Советского Союза, а с капиталистами всегда можно договориться, для них деньги не пахнут. Американцам надо помочь, это в интересах самого Израиля.

Слабое звено — Египет. Всем известно отношение Садата к прогрессивному движению внутри страны и к Советскому Союзу. К тому же это самое крупное арабское государство. А с Сирией можно попытаться разделаться и военным путем, тут шансы хорошие.

Совместно с американцами родилась идея уступить линию обороны вдоль канала и отойти к перевалам. Это предлагал еще план Роджерса в 1971 году. Но это, конечно, на крайний случай, а повоевать надо, не отдавать же ее без боя!

Что касается Сирии, то надо воспользоваться представившейся возможностью и разбить сирийские вооруженные силы наголову. Вот почему израильское высшее командование, получив сведения о небывалой концентрации египетских и сирийских войск, стянуло все войска к границам Сирии и не отправило никаких подкреплений на Синай, к Суэцкому каналу, откуда, казалось, надвигались намного более мощные египетские войска. Израильские солдаты на Синае должны были сыграть свою роль в политической пьесе — роль мучеников, заранее обреченных на заклание.

Ход игры

Игра Садата сорвалась с самого начала. Все пошло не так, как предполагалось, пишет Виноградов. Советский Союз решительно выступил на стороне арабских государств не только политически, но и поставками самого современного военного снаряжения. Фактически он пошел на риск конфронтации с США. На это Садат никогда не рассчитывал.

Другой удар: советское оружие, которым обладали египетские солдаты и офицеры, оказалось самого высокого качества. Оно было лучше американского, находившегося на вооружении израильтян.

(Как израильский солдат того времени, я должен подтвердить слова посла. У египтян были легендарные «калашниковы», а у нас старомодные бельгийские винтовки FN, у них пехота была оснащена «малютками», русскими противотанковыми ракетами, а у нас старыми безоткатными орудиями 105 мм для борьбы с танками. Пока не пришло новое американское оружие, мы не справлялись.)

Еще один удар: выучка войск, достигнутая в свое время под руководством советских советников и специалистов и по советским боевым наставлениям, во многих случаях превосходила израильскую. Плюс высокий моральный дух солдат и офицеров. Все это было неожиданно.


Египетские войска форсировали канал в несколько раз быстрее, чем было запланировано. Потери составили всего 10% — в то время как планировались в размере одной трети! Арабы побили израильтян. Это было плохой новостью для Садата: рушились планы игры. Что же теперь делать американцам? Садат, грубо говоря, переиграл сам себя, сыграл слишком хорошо.

И поэтому египетские войска, переправившись через канал, встали. Просто взяли и встали в трех-пяти километрах от канала — дальше военных планов не было. Израильских войск впереди тоже не было, основные силы Израиля были заняты на сирийском фронте. И Садат стал ожидать подхода израильских сил! Невероятно, но факт: он стоял и ждал, пока сирийцы примут на себя удар всей израильской армии! Он ждал, чтобы дать американцам возможность вступить в игру, а все планы были нарушены.

Израильское военное командование и политическое руководство встревожилось результатами первых дней военных действий, которые стали развиваться совсем не так, как предполагалось. Все было нацелено на Сирию, но собственные потери были велики, и каждый километр становился кошмаром. Выручал, правда, Садат: он стоял и не двигался, хотя все войска можно было перебросить в Сирию. Сирийцы отступили, но их вооруженные силы не были уничтожены, советская техника восполняла вышедшую из строя, а ведь целью Израиля было полностью уничтожить Сирию в военном отношении. Это не вышло, но cирийцы не могли больше наступать на Израиль. Теперь надо было наказать Садата — слишком эффективной оказалась его армия, а самое главное, во время этих дней он не только отдалился от Советского Союза, но, казалось, приблизился к нему: ведь недаром ему потоком, по воздушному мосту, направлялось оружие. А морские поставки? Советские суда шли в Александрию одно за другим.

Наступление израильтян на Сирию останавливается, войска ускоренным маршем бросаются на юг, на Синай, где их с нетерпением ожидает Садат.

Иордания могла перерезать этот уязвимый путь с севера на юг, но это не входило в планы игры американцев и Садата. Израильские войска беспрепятственно катились на юг.

Прорыв израильских войск на западный берег Суэцкого канала вообще самый темный эпизод этой войны. Здесь одно из двух: или потрясающая военная безграмотность египтян (а допустить это невозможно), либо преднамеренное действие (допустить это трудно, но возможно).

Бросается в глаза поразительное благодушие, даже равнодушие президента к самому факту проникновения израильских танков. На все вопросы, когда канал переплыли еще только пяток танков, он отвечал: ничего серьезного, это «политическая» (?!) операция. Даже когда на западном берегу образовался солидный израильский плацдарм, Садат не переставал повторять, что в военном плане эта группировка никакого значения не имеет!

Меры, которые вроде бы принимались для ликвидации прорыва, были просто смехотворными, президент не прислушался ни к одному совету, которые ему давали из Москвы. Он как бы нарочно впускал израильтян в Африку. Видимо, и самим израильтянам все это казалось весьма странным — так, во всяком случае, пишут очевидцы.

Почему же американцы не остановили израильтян? Ответ может лежать в их желании иметь рычаг для давления на Садата, пишет Виноградов.

Итоги

США «спасли» Египет, ликвидировав израильский прорыв на западный берег канала.

США дали возможность Израилю (с помощью Садата) нанести сильный военный удар по Сирии.

США путем последовавших затем соглашений о разъединении войск с Египтом и Сирией обезопасили Израиль, поскольку были созданы зоны с войсками ООН и вновь приняты обязательства o прекращении огня.

США возместили Израилю все его потери в войне (разумеется, в технике — людские потери Израиля не были важны для США).

США с помощью Садата вошли на Ближний Восток, пытаясь демонстрировать, что они единственно возможные миротворцы в этом районе.

Садат в оплату за услуги развернул антисоветскую кампанию с целью дискредитировать Советский Союз и все, что с ним связано. А это было одной из главных целей США.

Положение Садата в первые месяцы после Октябрьской войны внутри страны на гребне «побед» сильно укрепилось.

Египет в первые недели после войны по праву снова занял лидирующее место среди арабских государств.

Идее социализма в арабском мире был нанесен тяжелейший удар.

Но прошел год — и положение Садата закачалось. Авторитет Египта вновь упал, писал Виноградов в январе 1975 года.

Сирийцы быстро поняли игру Садата: еще 12 октября 1973 года, когда египетские войска, высадившись на восточном берегу Суэцкого канала, неожиданно перестали вести боевые действия, президент Сирии Хафез Асад сказал советскому послу, что он уверен в сознательном характере действий Садата, которые назвал предательством по отношению к Сирии.

О мнении Сирии Виноградову рассказал не только русский посол в Дамаске, но и премьер-министр Иордании Абу-Зеид Рифаи, который говорил, что Асад твердо уверен: прорыв израильтян на западный берег Суэцкого канала был совершен с согласия Садата — чтобы дать Киссинджеру повод вмешаться для осуществления своего далеко идущего плана разъединения войск и внедрения США на Ближний Восток.

По словам Рифаи, король Иордании Хусейн хотел вступить в войну и перерезать израильские коммуникации, но Садат заклинал иорданцев не двигаться. Иорданцы тоже подозревают Садата в нечестной игре, завершает Виноградов.

Хотя подозрения такого рода были распространены и ранее, меморандум Виноградова — первый серьезный документ участника событий, владевшего информацией. Среди записок Виноградова есть немало замечаний, позволяющих расшифровать историю американского проникновения на Ближний Восток и историю падения Египта — деиндустриализованного, обедневшего, раздираемого внутренними противоречиями и управляемого военной хунтой, тесно связанной с «фальшивой войной» 1973 года.
Автор:
Шамир Исраэль
Первоисточник:
http://expert.ru/
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

29 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти