Бой, которого не было

Бой, которого не было
Сражались ли друг с другом летом 1982 года новые советские и израильские танки


Как известно, боевое крещение танк Т-72 получил в 1982 году в Ливане. Для лучшего понимания описываемых событий имеет смысл кратко остановиться на их предыстории. Итак, 13 апреля 1975 года в Ливанской Республике вспыхнула гражданская война, продолжавшаяся 15 лет. К лету правительство страны полностью утрачивает контроль над происходящим, армия разваливается, а юг захватывают палестинские боевики - после изгнания из Иордании основные силы Организации освобождения Палестины базировались в Ливане. В апреле 1976 года Сирия вводит в Ливан 5 тысяч солдат, а спустя полгода - еще 30 тысяч в рамках так называемых Межарабских сил по подержанию мира, призванных остановить гражданскую войну. По сути же эти «силы» стали прикрытием сирийской оккупации 2/3 территории Ливана, продолжавшейся до 2005 года. С самого начала своего существования «Межарабские силы» на 85 процентов состояли из сирийцев, а вскоре кроме сирийцев в них вообще никого не осталось. В марте 1978 года в ответ на действия палестинцев Армия обороны Израиля проводит операцию «Литани» и оккупирует юг Ливана до реки Литани (кроме города Тира). В июне израильские войска покинули Ливан, передав контроль над приграничной полосой христианской милиции во главе с майором С. Хаддадом. В Южный Ливан были введены войска ООН.

В июле 1981 года обстановка вновь резко обострилась - 10 дней продолжались широкомасштабные палестинские артобстрелы еврейского государства с территории Ливана. Армия обороны Израиля вела ответный огонь и наносила авиаудары по позициям палестинцев. При американском посредничестве было заключено перемирие, соблюдавшееся в Ливане почти без нарушений до июня 1982-го. Однако палестинские боевики активизировали свои операции как в самом Израиле, так и в Европе.


4 июня 1982 года израильские ВВС нанесли удары по девяти объектам палестинских формирований в Ливане. Палестинцы открыли огонь по северу Израиля (Галилея), ВВС которого ответили новыми налетами. Вечером 5 июня Тель-Авив принял решение начать на следующий день операцию «Мир Галилее». 6 июня 1982 года в 11.00 сухопутные войска Армии обороны Израиля вошли в Ливан.

Бой, которого не было
Танки «Меркава» входят в Ливан



КТО ПОБЕДИТЕЛЬ? МНЕНИЯ РАЗОШЛИСЬ

Собственно, нет никакой необходимости исследовать весь ход этой войны. Нам интересен факт применения в процессе ее танков Т-72 сирийцами и «Меркава» Mk1 израильтянами. Интересен потому, что, во-первых, эти машины пошли в бой впервые, а во-вторых, потому, что надо же в конце концов выяснить кто кого. По поводу последнего обстоятельства в зарубежных и отечественных источниках встречаются самые противоречивые мнения. Так, например, известный американский историк Стивен Залога в своей книге «T-72 Main Battle Tank 1974-1993» сообщает следующее: «Впервые Т-72 использовался в бою в 1982 году во время вторжения Израиля в Ливан. Сирийская армия располагала примерно 250 машинами Т-72 и Т-72М. Сирийская 82-я танковая бригада, оснащенная в основном танками Т-72, действовала на территории Ливана. По утверждению сирийцев, рота 82-й бригады атаковала колонну израильской бронетехники и сумела поджечь 21 машину, заставив колонну отступить. Командир роты рассказывал позднее, что сирийские танкисты хвалили броню своих Т-72 за способность противостоять огню 105-мм пушек. Затем 82-я танковая бригада пыталась прорваться на выручку окруженной 1-й танковой дивизии. Однако попала в засаду, устроенную израильскими танками «Меркава» и истребителями танков М113 Nagmash, вооруженными ракетами «Тоу». Потери сирийцев в этом бою точно неизвестны, но сообщается о 19 танках, подбитых «Меркавами», и 11 танках, подбитых ракетами «Тоу». Танки «Меркава», вооруженные 105-мм пушками, могли успешно поражать Т-72 с помощью новых подкалиберных снарядов М111. То же можно сказать и о ракетах «Тоу». После войны израильтяне заявили о том, что им удалось захватить восемь танков Т-72, из которых два сирийцы бросили, даже не заглушив двигателей. Спустя несколько дней эта информация была официально опровергнута, хотя и кажется правдивой».

У отечественных авторов принципиально иная точка зрения, что неудивительно. В статье В. Ильина и М. Никольского «Ливан-82. Победил ли Израиль в этой войне?», опубликованной в № 1 журнала «Техника и оружие» за 1997 год, утверждалось следующее: «...танки Т-72 показали свое полное превосходство над бронетанковой техникой противника. Сказались большая подвижность, лучшая защищенность и высокая огневая мощь этих машин. Так, после боя в лобовых листах некоторых «семьдесятдвоек» насчитали до 10 вмятин от «болванок» противника, тем не менее танки сохраняли боеспособность и не выходили из боя. В то же время 125-мм снаряды Т-72 уверенно поражали неприятельские машины в лоб на дальности до 1500 метров. Так, по словам одного из очевидцев - советского офицера, находившегося в боевых порядках сирийских войск, после попадания снаряда пушки Д-81ТМ с дистанции приблизительно 1200 м в танк «Меркава» башня последнего была сорвана с погона».

Дальнейший ход событий в изложении авторов выглядит следующим образом: «Израильтяне предприняли «психическую» атаку, стремясь овладеть важнейшей стратегической коммуникацией - шоссе Бейрут - Дамаск. Однако это наступление было отражено с большими потерями с израильской стороны. Вновь отличились сирийские Т-72 из состава 3-й танковой дивизии. Ее командующий бригадный генерал Ф. Шафик по собственной инициативе выдвинул свое соединение из второго эшелона и нанес мощный контрудар в направлении города Адана. В результате 210-я танковая дивизия противника была отброшена от шоссе на 18-20 км и фактически разгромлена».

И, наконец, описывают авторы и такой, можно сказать, ключевой эпизод этих боев: «Лобовая броня «семьдесятдвоек» оказалась не по зубам и наиболее мощному западному противотанковому ракетному комплексу TOW. По утверждениям представителей сирийского командования, в боях лета 1982 года не был потерян ни один танк Т-72. Хорошо зарекомендовал себя и израильский танк «Меркава» Mk1, обеспечивающий отличную защиту для экипажа. Об этом свидетельствуют, в частности, воспоминания одного из участников боев, находившегося в составе сирийской армии. По его словам, батальон сирийских Т-72, совершая ночной марш, неожиданно «выскочил» на подразделение «Меркав», ждавшее прибытия топливозаправщиков. Завязался ожесточенный ночной бой на короткой дистанции. Сирийские танки, развившие высокий темп огня, быстро расстреливали свой боекомплект в барабанах автоматизированных боеукладок. Однако, к досаде сирийских танкистов, результатов их стрельбы не было видно: танки противника не горели и не взрывались. Решив больше не искушать судьбу, сирийцы, практически не понесшие потерь, отступили. Через некоторое время они выслали разведку, которая обнаружила поистине удивительную картину: на поле боя чернело большое число неприятельских танков, брошенных экипажами. Несмотря на зияющие в бортах и башнях пробоины, ни одна «Меркава» действительно не загорелась: сказались совершенная быстродействующая система автоматического пожаротушения с ИК-датчиками и огнетушащим составом «Талон 1301», а также отличная защита боеукладки, размещенной в задней части боевого отделения с разнесенным бронированием».

Бой, которого не было
Карта боевых действий в долине Бекаа — синим обозначены израильские силы, красным — сирийские. Обозначения сплошными линиями относятся к событиям 10-го июня, пунктирными — к событиям 11-го июня


Эти два взгляда на одни и те же события можно считать типичными. Западные источники взахлеб твердят о десятках подбитых Т-72, наши с неменьшим усердием - об уничтоженных «Меркавах». При внимательном же изучении описаний боевых эпизодов так и хочется произнести знаменитое изречение К. С. Станиславского: «Не верю!».

В самом деле, в приведенных отрывках столько ошибок, неточностей и противоречий, что невольно начинаешь сомневаться в их достоверности. Так, например, по состоянию на июнь 1982 года из сирийских частей, находившихся в Ливане, машины Т-72 имела только 81-я танковая бригада 3-й танковой дивизии. 81-я, а не 82-я! Бригады с номером «82» в сирийской армии вообще не существовало! Как не было танков Т-72 в двух других бригадах 3-й дивизии - 47-й танковой и 21-й механизированной, а также и во всей 1-й танковой дивизии. Кроме того, в Ливане нет города Адана, в направлении которого якобы наносила «инициативный» удар 3-я сирийская танковая дивизия. Причем наносила по несуществующей 210-й израильской дивизии. Несуществующей потому, что дивизия под таким номером в Ливанской войне не участвовала, если к тому времени вообще имелась в Армии обороны Израиля.

На фоне всех этих неточностей особенно впечатляюще выглядят «воспоминания одного из участников боев» о батальоне Т-72, который ночью «выскочил» на подразделение «Меркав». Особенно удивляет, что «участник боев» не указывает, что это было за подразделение (батальон, рота, а может быть, взвод?) и где на него Т-72 «выскочили». Не указывает «участник боев» и количество подбитых вражеских танков, несмотря на то, что, по его же словам, разведка впоследствии обследовала поле боя, можно сказать, утыканное чернеющими танками израильтян. В связи с этим интересно узнать: а с чего это они чернели? Сгорели? Но нет, ведь «участник боев» утверждает как раз обратное - несмотря на «зияющие в бортах и башнях пробоины, «Меркавы» не загорались»! Само по себе это довольно странно - какой бы совершенной ни была система ППО, она срабатывает один раз. Это значит, что от повторных попаданий танк вполне может загореться. Удивительно и другое: «разведчики» утверждают, что «Меркавы» были брошены экипажами. Получается, что экипажи не пострадали! Странно как-то. От описанного анонимным «участником» чудовищного обстрела должна была погибнуть уйма израильских танкистов. А такие потери скрыть невозможно, особенно в Израиле, где каждый человек на счету. Сопоставляя все эти несуразности, невольно начинаешь сомневаться в достоверности таких «воспоминаний». Впрочем, о чем-то подобном пишет и С. Залога, правда, он упоминает о «колонне бронетехники», разбитой сирийцами, и о 21 сожженной машине. Однако «подразделение «Меркав» и «колонна бронетехники» - это не одно и то же.

Бой, которого не было
Т-72 в музее Бронетанковых войск Израиля (Латрун). Получен из одной из стран Восточной Европы


СОВРЕМЕННАЯ ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Но это все цитаты, заимствованные из публикаций 90-х годов. Быть может, более современные источники внесут хоть какую-то ясность. Увы, но, в общем-то, в том же ключе высказывается и С. Суворов в своей статье «Бронетанковая техника в современных войнах» («Техника и вооружение вчера, сегодня, завтра», № 7, 2006): «Конечно, сравнивать Т-72, даже образца 1975 года выпуска (именно они преобладали в то время в сирийской армии), с М60А1 не совсем корректно. С американскими танками спокойно справлялись и имевшиеся у сирийцев Т-55. Но в войне летом 1982-го израильтяне представили на поле боя и более достойного противника - танк «Меркава» Mk1. Эта машина была поновее нашей «семьдесятдвойки». Но в тех случаях, когда они встречались с Т-72, тоже побеждала советская техника. Так, например, по словам участника тех событий офицера сирийской армии Мазина Фаури, на его глазах Т-72 одним выстрелом осколочно-фугасным снарядом (бронебойно-подкалиберные и кумулятивные в тот момент уже закончились) «снимал» башню с израильского танка «Меркава». Еще один сирийский танкист, учившийся в нашей бронетанковой академии, также подтвердил высокую живучесть Т-72 на поле боя: после того как завершился бой, он, увидев на броне своего Т-72 лишь отметины от бронебойно-подкалиберных снарядов израильтян, стал целовать броню своей машины, как любимую женщину. Как уже было сказано выше, пушка на «Меркаве» была 105-мм и ни один из применяемых на ней типов снарядов в те времена «не брал» в лоб Т-72».

Бой, которого не было
Карта боя, цифрами обозначены:
1 — Колонна Т-72;
2 — Позиции роты "Румына";
3, 4 — Другие роты батальона (командир батальона подполковник Ханегби находился на позиции 4);
5 — Утренняя вылазка отряда из роты "Румына".


С одной стороны, прогресс налицо: от «неизвестного советского офицера, находившегося в боевых порядках сирийских войск», до конкретного офицера сирийской армии. С другой - случай они описывают один и тот же, очевидно, стояли рядом. Или башни с «Меркав» слетали в массовом порядке? Вызывает изумление и фраза о том, что с М60А1 справлялись Т-55. А тогда зачем понадобилось создавать 115-мм пушки? Ведь это был наш ответ на появление английской 105-мм пушки, которая по могуществу существенно превосходила отечественную 100-мм Д-10, установленную на Т-54 и Т-55. Конечно, на определенных дистанциях «сотка» справлялась с М60А1, но исходя из этой логики, с американским танком могла справиться и «тридцатьчетверка»! Все дело в дистанции. Другой вопрос, что М60А1, используя свой прицельный комплекс, в который входил дальномер, мог обстрелять Т-55 или Т-62 с дистанции 1,5-2 км, а они его - с 0,8-1 км. Уравнялись шансы только с появлением Т-72. Так что как раз с М60А1 его и надо сравнивать, тем более что на тот момент эта машина еще составляла основу танкового парка армии США. «Абрамсов» у американцев было еще немного, да и «Меркавы» не составляли большинства в танковых частях израильской армии в Ливане. Основными противниками сирийских танкистов были танки МАГАХ-3 (М48А3, модернизированные в Израиле до уровня М48А5), МАГАХ-5 (М48А5) и МАГАХ-6А (М60А1). Причем все эти машины оснащались комплектами навесной динамической защиты «Блэзер». Были ими оборудованы и танки «Шот-Каль» («Центурионы» с дизелями), также воевавшие в Ливане. Так что в смысле защищенности израильские танки имели известное преимущество перед сирийскими (читай - советскими). Вооружены же все машины Израиля были 105-мм танковыми пушками. Поэтому сводить все к противостоянию Т-72 и «Меркавы» как минимум неправильно.

Что же касается непосредственно Т-72, то гореть он может так же, как и другие типы танков. Если броня пробита, то топливо и порох в зарядах вспыхивают и взрываются на всех танках одинаково, вне зависимости от типа и страны производства. Нет никаких сомнений и в том, что броня Т-72 может быть пробита 105-мм снарядом, в том числе и лобовая. Все зависит от дистанции и угла встречи снаряда с броней. А это обеспечивается во многом уровнем профессиональной подготовки танкистов, который у израильтян был выше. Однако чтобы поразить Т-72 с его более толстой броней, им, естественно, нужно приложить больше усилий. На длинных дистанциях 105-мм снаряды действительно броню Т-72 не пробивали, и в этом вышеприведенные источники друг другу не противоречат.

Ничего удивительного в этом нет: израильский 105-мм снаряд М111, по заверениям его разработчиков из фирмы IMI, мог поражать стальную броню толщиной до 150 мм при наклоне в 60о от вертикали или примерно 300-мм вертикальный броневой лист на дистанции до 1500 м. Более старые американские 105-мм бронебойно-подкалиберные снаряды М392 и М728, преобладавшие в боекомплектах танков Израиля, имели бронепробиваемость ниже. Защита же сирийских Т-72 примерно соответствовала советскому «объекту 172М» образца 1974 года, то есть 410 мм броневой стали по башне и 305 мм по корпусу, приведенных к вертикали. Таким образом, исходя из лобовой брони корпуса, можно говорить, что на дистанции огневого боя свыше 1500 м танк Т-72 был неуязвим для 105-мм бронебойно-подкалиберных снарядов при условии их попадания в лобовую проекцию корпуса и башни. Так что сирийскому танкисту действительно было за что целовать броню Т-72. Кстати сказать, дистанция, на которой ведется танковый бой, обычно характеризуется таким параметром, как дальность прямого выстрела. Для Центрально-Европейского театра военных действий она составляет 1800 м. Значение ее для Ливана автору неизвестно, но есть все основания предполагать, что с учетом резкопересеченной гористой местности этой страны она существенно меньше.

Бой, которого не было
Колонна танков «Меркава» Мк1 в Ливане, июнь 1982 г.


СКОЛЬКО ПОДБИЛИ?

Однако главный вопрос остается открытым: были ли в Ливане подбиты Т-72 и если да, то сколько? Диапазон оценок весьма велик: от 30 танков у Залоги до полного отсутствия потерь у Ильина и Никольского. Кто же прав? Попробуем разобраться.

Все источники, и отечественные, и зарубежные, в том числе и израильские, сходятся в том, что машины Т-72 во время Ливанской войны имелись только в 3-й сирийской танковой дивизии, заменившей остатки 1-й танковой дивизии на подступах к шоссе Бейрут - Дамаск в ночь с 10 на 11 июня. Большая часть сил 1-й танковой дивизии к этому времени была окружена в южной части долины Бекаа. Таким образом, можно утверждать, что Т-72 принимали участие в боях только начиная с 11 июня 1982 года. Если принять за отправную точку время 0.00 11 июня, то воевали они в ходе Ливанской войны лишь 12 часов, так как в 12.00 11 июня было объявлено перемирие. Вскоре, правда, бои возобновились, но центр военных действий сместился к Бейруту и его окрестностям, где ни сирийские войска, ни тем более палестинские силы танков Т-72 не имели. Более того, после объявления перемирия 3-я сирийская танковая дивизия покинула Ливан.

Так с кем же успели повоевать «семьдесятдвойки» за 12 часов. Ни о каком участии в контрударе не может идти речи, так как не было и самого контрудара. Сирийское командование ставило перед собой более скромные задачи. На 11 июня сирийцы имели в долине Бекаа две танковые дивизии и несколько батальонов коммандос. Одна из двух танковых дивизий (1-я) уже лишилась почти всей своей техники и была фактически небоеспособна. Уже с 9 июня, уничтожив систему сирийской ПВО в долине Бекаа, израильские ВВС обеспечили себе преимущество в воздухе. Наступать из долины на господствующие высоты двумя дивизиями против четырех израильских практически без поддержки самолетами и зенитного прикрытия для сирийцев самоубийственно. Поэтому перед войсками была поставлена задача не дать израильским соединениям выйти на шоссе Бейрут - Дамаск к моменту прекращения огня в 12.00 11 июня.

Исходя из мест расположения противоборствующих сторон на утро 11 июня, можно с уверенностью утверждать, что единственным соединением Армии обороны Израиля, которое столкнулось с 81-й сирийской танковой бригадой, являлась сводная дивизия «Коах Йоси». Это соединение было создано в ночь с 9 на 10 июня для истребления сирийских танков в долине Бекаа и имело ярко выраженную противотанковую направленность. Оно состояло из сводной танковой бригады (два батальона танков «Шот-Каль» - 50 единиц) и двух противотанковых бригад: резервных 409 и 551-й парашютно-десантных. Кроме того, этой дивизии были подчинены и все боевые вертолеты с ПТУР, выделенные ВВС для поддержки корпуса Бен-Галя. Таким образом, сирийским Т-72, продвигавшимся по горному массиву Джабель Барук, пришлось столкнуться с подразделениями, более подготовленными для борьбы с ними. Далее имеет смысл обратиться к свидетельству реального участника событий, на тот момент старшего сержанта и командира джипа М151 с пусковой установкой ПТУР «Тоу» из 409-й парашютно-десантной бригады. Его воспоминания помещены на сайте www.waronline.org: «Утром 11 июня наш батальон находился в нескольких километрах севернее деревни Амик у подножия Джабель Барук на северо-западе долины Бекаа, на дороге, ведущей на север. Мы расположились непосредственно у дороги (с северо-востока) и в находящемся к югу болоте. Техника нашей роты (джипы с ракетами ТОW) занимала подготовленные позиции в болоте, также развернутые на северо-восток. В нашем районе находился также взвод танков «Шот», не принимавших участия в бою. В тот день не было особой активности. В 10 утра небольшой отряд из нашей роты выдвинулся на восток к группе сирийских танков (видимо, Т-62), стоящих на месте, выстрелил, попал в два из них и вернулся обратно в район болота без потерь. Около 12 дня (когда должно было начаться перемирие) части батальона, находившиеся выше нас, то есть на склонах Джабель Барук, и с ними комбат, подполковник Ханегби, заметили колонну танков, приближающуюся к нам, и приготовились, разделив сектора обстрела. Но, видимо, все переговоры по рации велись на ротной частоте и не дошли до других рот. Наша рота совершенно неожиданно услышала на батальонной частоте приказ комбата: «Всем Самцам, говорит Главный Самец, столкновение с фронта, огонь!». Мы в спешке поднялись на огневые позиции и увидели колонну танков (только потом, спустя несколько часов, мы узнали, что это были Т-72), идущую по дороге - в этом месте дорога делала резкий изгиб, и с наших позиций колонна выглядела, как гигантская Г. Первый танк находился где-то в 800 метрах от нас, сирийцы были совершенно открыты и не подозревали о нашем присутствии. Мы немедленно открыли огонь по всему, что видели, - наводчики даже не дожидались окончания приказа на открытие огня, а выпустили ракеты уже при первых словах приказа. Те, кто находился на склоне горы, действовали более упорядоченно. Огневой удар был очень мощен, сильнее, чем что-либо из виденного мною раньше, десятки пусковых труб выплевывали огонь в направлении всего, что двигалось. Было несколько промахов, по-видимому, из-за волнения наводчиков и плохого наведения пусковых установок, но большинство ракет попало в цель. Передние сирийские танки были поражены множеством ракет и сразу загорелись, причем больше всего попало в первый танк колонны. Вопреки нашим предвоенным опасениям обычные (неусовершенствованные) TOW без проблем пробивали броню этих танков в лоб и тем более в борт, а поскольку ракеты были выпущены тремя подразделениями, развернутыми по фронту длиной около километра, каждый танк был с высокой вероятностью поражен с нескольких направлений. Кроме того, на склоне, над поворотом дороги, мы заметили несколько вкопанных старых танков - эти танки не приняли участия в бою и, возможно, были вообще без экипажей, но мы также поразили их ракетами, на всякий случай. Уцелевшие сирийские танкисты очень умело и слаженно включили задымление, и этот дым вместе с дымом от горящих танков закрыл от нас колонну, так что стало трудно находить цели. Сирийцы также открыли огонь из орудий и пулеметов во все стороны, так как не знали, где мы находимся. Мы могли видеть только первый танк: он взорвался, выпустив огромный гриб дыма, и башня взлетела в воздух на 30 метров (видимо, сдетонировал боекомплект). Этот танк продолжал гореть несколько часов, боеприпасы продолжали детонировать, и, по-моему, от этого танка остался только оплавленный кусок железа. Всего в этом бою были поражены 9-12 танков».

Из всех свидетельств очевидцев последнее вызывает наибольшее доверие. Хотя бы потому, что указано место и время, понятно, кто кого и как подбил. Факт этого боестолкновения подтверждают и другие израильские источники, упоминается он в публикации американского журнала Armor в 1988 году. Да и вообще все выглядит более чем правдоподобным: колонна 81-й сирийской танковой бригады попала в засаду и ее головная часть была расстреляна. Поражение Т-72 противотанковыми ракетами не удивляет - как уже упоминалось, у экспортных танков была монолитная стальная броня башни. При этом даже первая модификация ракеты «Тоу» BGM 71A имела бронепробиваемость 600 мм и 300-400-мм броня «семьдесятдвоек» не являлась для нее преградой. Окажись на месте Т-72 любой другой танк с монолитной (то есть немногослойной) броней, например М60А3 или «Леопард-1», результат был бы тот же.

Кстати сказать, израильтяне собирались эвакуировать один подбитый в Джабель Барук Т-72. Был даже экстренно изготовлен специальный трейлер. Однако опасение, что сирийские коммандос устроят засаду у подбитых танков, заставило отказаться от этих намерений. Сирийцы вскоре сами эвакуировали подстреленные машины, кроме головной, оставшейся на нейтральной полосе. Судя по всему, именно ее фотографиями в те дни пестрели западные средства массовой информации. Тщательное изучение различных источников, ссылок и воспоминаний позволяет утверждать, что в Ливане было потеряно 11-12 танков Т-72. Большая часть - в описанном выше бою. По-видимому, только одну машину подбили из 105-мм пушки подкалиберным снарядом в борт и стрелял скорее всего «Шот-Каль», то есть «Центурион».

Бой, которого не было
Съехавший в кювет (а возможно и подбитый) танк "Меркава"

ОНИ НЕ ВСТРЕТИЛИСЬ

Ну а что же «Меркавы»? В операции «Мир Галилее» участвовало шесть батальонов, вооруженных танками этого типа (всего около 200 единиц). Ими были укомплектованы 75, 77 и 82-й батальоны 7-й танковой бригады, 126 и 429-й батальоны 211-й танковой бригады, 198-й батальон 460-й танковой бригады. Кроме того, около двух рот машин «Меркава» имелось в 844-й учебной танковой бригаде.

75 и 82-й батальоны 7-й танковой бригады воевали в составе 252-й дивизии, продвигаясь вдоль хребта Антиливан, и встретили прекращение огня в районе города Янта. 77-й танковый батальон в ходе войны четыре раза менял подчинение. Сначала он был придан пехотной бригаде «Голани» (то есть находился в 36-й дивизии) и участвовал в захвате района Бофор, а позже - восточной части высот Набатия. Потом 77-й батальон был передан другой пехотной бригаде, а позже - сводной дивизии «Коах Варди» и закончил войну в составе сводной дивизии «Коах Йоси» в районе озера Карун, куда прибыл во второй половине дня 11 июня. 211-я танковая бригада действовала в составе 91-й дивизии на побережье, поддерживая своими машинами пехоту, зачищавшую города Тир и Сидон. Бригада встретила прекращение огня в районе Бейрута. 198-й танковый батальон 460-й бригады участвовал во взятии Джезины, а потом двигался в направлении Машгара (к западу от озера Карун). Там, по всей видимости, его и застало прекращение огня. 844-я танковая бригада входила в состав дивизии «Коах Варди».

Даже беглого взгляда на карту Ливана достаточно, чтобы прийти к следующему выводу: ни одна «Меркава» не подбила ни одного Т-72 и ни один Т-72 не подбил ни одну «Меркаву», потому что они просто не встретились в бою. Общие же потери «Меркав» оцениваются в 13-15 подбитых машин, из которых 6-7 утрачены безвозвратно. В основном новейшие израильские танки были поражены противотанковыми ракетами, и это несмотря на разнесенное бронирование. Как минимум один был уничтожен 115-мм подкалиберным снарядом пушки машины Т-62. Можно было бы считать, что потери «Меркав» сопоставимы с потерями Т-72, если бы не такой факт: израильские танки воевали в течение всей войны - и до 11 июня, и после, а Т-72 - только полдня.

В заключение закономерен вопрос: почему же израильские танкисты живописуют бои с Т-72, а их сирийские коллеги с постоянством, достойным лучшего применения, твердят о подбитых «Меркавах»? Все очень просто - до Ливанской войны ни один израильский танкист в глаза не видел Т-72 и ни один сирийский - «Меркаву». Разве что на фотографиях, порой весьма некачественных. Но о наличии таких машин друг у друга противники знали и ждали их появления. Поэтому чуть ли не каждый сирийский танк принимался за Т-72, а каждый израильский - за «Меркаву». Дело, в общем-то, не новое, вспомним Вторую мировую войну, когда чуть ли не каждый немецкий танк считался «Тигром», а каждая самоходка - «Фердинандом».
Автор: Михаил БАРЯТИНСКИЙ
Первоисточник: http://www.vpk-news.ru" class="text" rel="nofollow" target="_blank">http://www.vpk-news.ru


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 0

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня