Волчьи ворота. Декабрь 1999 года – еще одна черная страница в истории Чеченской войны

Аргунское ущелье – одно из самых крупных по протяженности ущелий Кавказа, образованное прорывом бурных вод Аргуна. Сегодня здесь планируется размещение горнолыжного курорта, а ведь совсем недавно эта местность поливалась кровью российских солдат. Вокруг свистели пули, поблескивали в зеленых зарослях стекла снайперских прицелов, словно из-под земли появлялись «духи». В конце декабря 1999 года 84-му разведывательному батальону и группам специального назначения был отдан приказ о штурме «Волчьих ворот» - так именовался вход в ущелье.

Волчьи ворота. Декабрь 1999 года – еще одна черная страница в истории Чеченской войны



Разведывательный 84 батальон прибыл на территорию Чечни еще в сентябре 1999 года, состоял он в основном из солдат с невысокой профессиональной подготовкой, лишь небольшая часть батальона включала профессиональных офицеров и контрактников. Однако именно благодаря этой сравнительно небольшой группе военных потери батальона вплоть до декабря 1999 года были минимальными. Некоторые из офицеров уже имели опыт военных действий в пяти и даже семи горячих точках. К декабрю даже неопытные молодые солдаты получили необходимый опыт и могли грамотно действовать даже в сложных непредвиденных ситуациях. Незадолго до операции в Аргунском ущелье, 84 батальон использовался в качестве штурмового на Гикаловских высотах. К моменту штурма 84 разведывательный батальон представлял собой серьезную силу, способную выполнить поставленную перед ней боевую задачу.

Волчьи ворота к началу 2000 года являлись важной стратегической точкой. Этот район, по сути, был воротами в южные области республики, поэтому боевики готовились к столкновению задолго до начала штурма. Многочисленные маскированные окопы, врытые глубоко в землю вагончики и укрытия, растяжки – все это было подготовлено в ожидании федеральных войск. Во главе горцев стоял опытный и закаленный в боях Хаттаб, отлично знавший местность, имевший в своем распоряжении широкую агентурную сеть. Многие из участников штурма «Волчьих ворот» убеждены, что среди агентов Хаттаба были и отдельные российские командиры, получавшие немалое вознаграждение за передачу информации.

84-му батальону совместно с отрядами спецназа было поручено выяснить количество и расположение сил боевиков на данном участке. Разведку предполагалось провести боем. Близ ущелья располагалось мирное селение Дуба-Юрт, которое относилось к «договорным», что означало соблюдение жителями нейтралитета. В договорные поселения федеральные войска не имели права вводить военную технику, однако фактически соглашение соблюдалось лишь федеральным командованием, в то время как местные жители оказывали активную поддержку силам Хаттаба.

Для выполнения задачи разведывательному батальону поручалось занять высоты над Дуба-Юртом для обеспечения свободного подхода мотострелков. План последующих действий был довольно прост: использовать полученные данные, вытеснить боевиков в долину, после чего уничтожить на открытой местности. Для успешной реализации плана батальон был разбит на 3 сводные группы, каждая из которых состояла из двух отрядов спецназа и одного отряда разведывательного батальона. Штурмовики с кодовым именем «Арал» во главе со старшим лейтенантом Араловым, должны были выступать совместно с разведотрядом «Ромашка» под командованием старшего лейтенанта Соловьева. Штурмовой отряд «Байкул» под руководством старшего лейтенанта Байкулова, действовал с разведывательной группой «Сова» 84-го батальона во главе со старшим лейтенантом Каляндина. Третий отряд состоял из группы старшего лейтенанта Тарасова под кодовым наименованием «Тарас» и разведывательной группы «Акула» старшего лейтенанта Миронова.

Казалось, операция была продумана до мелочей, даже частота радиосообщений была определена единая, чтобы группы могли слышать сообщения друг друга и координировать свои действия. По плану впереди должны были двигаться отряды спецназа, за ними разведгруппы, которые периодически обязаны были останавливаться и ожидать пехоту. Продвижение сводных групп предполагалось поддерживать авиацией и артиллерией. Недалеко сосредоточили танковый полк.

Александр Соловьев в своем интервью признается, что уже на стадии подготовки операции, он сталкивался с малообъяснимым поведением командования, а именно подполковника Митрошкина. Ему до сегодняшнего дня не понятно, почему на рекогносцировку командиров вывезли в сам Дуба-Юрт, ведь действия планировалось проводить на высотах. Отдельные обрывки фраз, переданные майором, наталкивают на мысль о предательстве в кругах командования. Другой стороны другой участник Владимир Паков утверждает, что и командира группировки «Запад» и самого подполковника Мирошкина и других командиров он знает хорошо и в их предательство не верит. По его мнению, боевики, имея в своем распоряжении более совершенные приборы связи, настроились на частоту, что подтверждается фактами радиоигры в ходе штурма.

Начало операции было намечено на вечер 29 декабря, однако отряду Соловьева пришлось выступить утром, так как боевиками оказалась обнаружена группа спецназовцев, которым командование решило оказать помощь. Численность отряда составила всего 27 человек, из которых 16 принадлежало к разведывательному батальону. Группа продвигалась на двух БМП, затем движение продолжили пешком. Двигаться быстро по предгорным районам в полной экипировке не получалось. Кроме того боевики открыли по наступающим сплошной огонь, поэтому пришлось укрываться за броней и постепенно продвигаться к лесу. Обнаружить зажатых в огненное кольцо Хаттаба спецназовцев оказалось не сложно, так как связь у группы еще оставалась, но пересечь простреливаемую зону и занять высоту сводная группа смогла лишь по истечении шести часов.

Александр Соловьев вспоминает, что на подступах к высоте оказались минные поля, установленные российскими специалистами. И вновь майор задает вопрос о том, почему их не предупредили о наличии растяжек, обнаружить которые помогла лишь случайность. Отряд Соловьева потерял двух человек ранеными, в то время как в штурмовой группе одного солдата убили. Поставленная задача была выполнена, трое раненых спецназовцев были доставлены в лагерь и переданы медиками. Во время транспортировки группа Соловьева потеряла еще одного бойца, которого ранило выстрелом снайпера. Как только первая сводная группа вышла из района и построилась, ее вновь бросили на спасение отряда Захарова.

30 декабря в середине дня все три сводные группы выступили – операция началась. Соловьеву и его бойцам вновь пришлось брать высоты, оставленные накануне по приказу полковника Митрошкина. Уже на этом этапе к командирам постепенно пришло понимание того, что боевики прослушивают радиосвязь и хорошо осведомлены о плане штурма. На местах, определенных на карте, наступающих ожидали засады. Проверка страшной догадки подтвердилась. Вторая сводная группа, с состав которой входили «Байкул» и «Сова», в это время находилась под ожесточенным огнем из минометов. Ранним утром группа Тарасова оказалась в засаде и подавала сигналы о помощи, ведя ожесточенный бой. Группу старшего лейтенанта Шлыкова командование направило на штурм высоты 420.1. В это время сводные группы вели бои на направлении к спецназовцам Тарасова. Боевики продолжали активную дезинформацию в эфире в результате чего «Нара», так именовалась группа Шлыкова, также попала в засаду в центре Дуба-Юрта.



Артиллерия не могла обеспечить качественного прикрытия ввиду плохой видимости. В селении российская колонна расстреливалась из гранатомета, солдаты выбивались снайперами. Эфир наполнился криками о помощи. Однако задействовать авиацию оказалось невозможно, так как Дуба-Юрт покрывала густая пелена тумана. На помощь Шлыкову выступила «Акула», но вторая колонна была немедленно обстреляна при входе в селение. Разведчики рассредоточились и решили отстреливаться.

Зажатым в огне боевиков группам оказал поддержку комбат Владимир Паков. Не дожидаясь приказа командования им, с молчаливого согласия полковника Буданова, были направлены к месту сражения 2 танка с экипажами. По мнению Соловьева, без поддержки техники из кольца бойцы выйти бы не смогли. По-видимому, боевики не ожидали в селе появление танков, поэтому их появление вызвало замешательство и переломило ход сражения. Шесть часов ожесточенного боя практически уничтожили центр деревни.


Первый день года 84 разведывательный батальон и опаленные огнем противника спецназовцы встретили, подсчитывая потери. Штурм Волчьих ворот унес жизни десяти разведчиков и еще двадцать девять человек были ранены. Однако после кровопролитного боя, командование разведывательного батальона ожидало новое сражение- сражение со следователями особого отдела. Только Александра Соловьева вызывали на допрос около одиннадцати раз, причем, по его словам, оказывали сильнейшее психологическое давление. Выяснилось, что никаких официальных приказов о разведывательной операции 29-31 декабря 1999 года не существовало, вину за гибель людей и провал штурма попытались возложить на непосредственных командиров. Особенно интересовались кандидатурой Пакова, самовольно использовавшего танки и оказавшего решающее влияние на исход боя.

Сотрудники особого отдела удалились из расположения батальона и спецназа исключительно из опасения возможности срыва солдат, так как среди людей царила уверенность в генеральском предательстве. Вооруженные солдаты могли в любой момент преступить черту устава и расправиться с теми, кого считали предателями. Следствие виновных так и не установило, за гибель людей ответственности не понес никто.

В бою за Волчьи ворота погибли:
1. сержант В. Щетинин;
2. младший сержант С. Куликов;
3. рядовой В. Серов;
4. сержант А. Захватов;
5. рядовой Н. Адамов;
6. сержант В. Ряховский;
7. сержант С. Яскевич;
8. рядовой С. Воронин;
9. рядовой Э. Курбанолиев;
10. сержант В. Шаров.

От тяжелых травм, полученных в бою, скончался рядовой А. Коробке.

В ходе штурма проявилось мужество российских рядовых и офицеров, но операция оказалась заведомо неудачной. Отряды вступили в бой с противником, превосходящим по численности, вооружению и техническому оснащению. Косность руководства в принятии решений также сыграла печальную роль. В некоторых случаях помощь гибнущим под обстрелом группам не оказывалась из страха быть наказанными за самовольные действия, приказы отдавались несвоевременно. Вопрос об осведомленности боевиков о всех действиях российских групп был поставлен уже в первые дни боя, была выявлена даже причина такой информированности – доступность радиочастоты. Однако решения проблемы так и не последовало. В попытках обвинить в смерти бойцов непосредственных командиров также особенно виден страх высшего руководства за собственное благополучие. На фоне всего произошедшего не удивительно, что большинство участников боевых действий до сегодняшнего дня считают трагедию, разыгравшуюся в Аргунском ущелье, предательством.
Тайны чеченской войны. Волчьи ворота (Россия, РЕН ТВ) 2010 год

Автор:
Елена Гордеева
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

17 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти