1942-й. Ржев. Волга. Лед и кровь

В ходе крупного советского наступления зимой 1941-1942 годов, целью которого был разгром немецкой группы армии "Центр", войска Калининского фронта под командованием генерала Ивана Конева силами пяти армий и одного кавалерийского корпуса(общая численность 1млн.59 тыс. чел.), имели перед собой задачу уничтожить противостоящую им 9-ю немецкую армию.

После того, как советские войска взяли Калинин, они на широком фронте перешли в наступление восточнее другого волжского города - Ржева. 4 января 1942 года, советские моторизованные бригады 29-ой и 4-ой ударной армий. обойдя противника, были уже в 8-ми километрах западнее Ржева.


1942-й. Ржев. Волга. Лед и кровь


Гитлер отдал 9-ой армии приказ: "9-ой армии ни шагу назад! Удержать рубеж на Волге, во чтобы-то ни стало!"

Зима парализовала все продвижения немецких войск. Но солдатам Красной армии она дала большое преимущество. У них были не только мотосани, способные передвигаться по глубокому снегу, зимнее добротное обмундирование, но прежде всего оружие, которое в отличии от немецкого, не отказывало на сильном морозе.
В середине января передовые отряды советского кавалерийского корпуса генерала Белова достигли района Сычевки к югу от Ржева и перерезали железную дорогу Ржев-Вязьма. Одновременно с этим, в район Вязьмы были десантированы три воздушно-десантные бригады, а 1-й гвардейский кавалерийский корпус прорвал оборону противника в районе Юхнова в северо-западном направлении и оказался в глубоком тылу немецких войск, идя на соединение с частями Калининского фронта.
Таким образом создалась реальная угроза полного охвата и окружения всей 9-ой немецкой армии.

Положение немцев было критическое - фактически 9-я армия оказалась в полукотле, с полностью измотанными солдатами, без подкреплений и резервов. Была нарушена система связи между частями и единая координация управления, прекратилось снабжение войск продовольствием и боеприпасами по единственной железной дороге и, вдобавок ко всему, выбыл из строя командующий армией - генерал-полковник Штраус.

16-го января 1942 года командующим 9-ой армией был назначен генерал танковых войск Вальтер Модель.

Небольшой, жилистый и подвижный, - он пользовался популярностью в частях 41-го танкового корпуса. Все знали, - где Модель, там ощутимо присутствует военная удача: там, где он, удаются самые смелые замыслы, разрешаются наиболее кризисные ситуации. И дело было не только в исключительно,й четкости отдаваемых им распоряжений - везде, на самых передних позициях, командующий появлялся лично. Он мог неожиданно выскочить из вездехода возле штаба батальона или выехать на коне по глубокому снегу на передовые рубежи, где воодушевлял, распекал, наставлял и в конце концов шел в атаку во главе батальона с пистолетом в руке. Во многом благодаря этому присутствию на передовой и решилась судьба предстоящей битвы.

Модель понимал, что одними оборонительными действиями ситуацию не изменишь. "Атакуйте, перехватывайте у противника инициативу, навязывайте ему свою волю", - такой рецепт прописывал подчиненным Модель. И хотя подавляющее численное превосходство было на стороне неприятеля (против его 9-й армии действовало пять советских -22, 29,30, 31 и 39-я армии), он перешел в наступление.

Оно началось при температуре 45 градусов ниже нуля. Полковые и дивизионные командиры просили командующего армией отложить операцию, на что Модель отвечал им:
- А зачем? Завтра или послезавтра теплее не станет. А противник своего наступления не свертывает.

План Моделя выглядел просто. Он послал усиленную 1-ю танковую дивизию и части вновь прибывшей дивизии "Рейх" из Сычевки в северо-западное направление к Осуйскому, чтобы нанести удар во фланг передовым советским частям. 22 января Модель отдал приказ 6-му корпусу атаковать из района к западу от Ржева, нанося удар по советским частям 39-ой и 29-ой армий. Одновременно 23-й немецкий корпус - отрезанный в районе Оленина - ударил с запада, идя на соединение с 6-м корпусом. Операция двух клиньев немецкого наступления против советского прорыва между Никольским и Соломином велась немецкими частями на пределе сил, но она удалась. 23 января солдаты головных частей 23-го корпуса и боевой группы майора Реке из состава 6-го корпуса пожимали друг другу руки.

Две "снежные дороги" проложенные красноармейцами через Волгу, были перерезаны, и советские корпуса из состава 29 и 39-й армий ( 7 стрелковых, 3-и моторизованных и 3-х кавалерийских дивизий) оказались отрезанными от своих тыловых коммуникаций и от баз снабжения.

Модель перехватил инициативу на поле боя между Сычевкой и Волгой, и не собирался больше отдавать ее противнику. Первое, что сделал новый командующий, - укрепил вновь приобретенный корридор , связывающий 6-й и 23-й корпуса. Советские войска отчаянно пытались пробить барьер и восстановить сообщение со своими отрезанными дивизиями. Модель не мог допустить этого.

Для реализации поставленной задачи он выбрал самого подходящего человека. Он умел находить нужных людей для выполнения особо трудных заданий. На сей раз им стал оберштурмбанфюрер Отто Кумм, командир полка "Дер Фюрер" из дивизии "Рейх". Кумма с его полком перебросили к Волге - в то самое место, где замершую реку перешла советская 29-я армия.

- Держитесь любой ценой, - приказал Модель Кумму, - Любой ценой, - подчеркнул генерал.
Кумм отдал честь.
- Так точно, господин генерал!

28 января Модель на южном участке фронта начал контрудар для полного окружения отрезанных частей 29 и 39 советских армий. Противник понимал, что было поставлено на карту и отчаянно сопротивлялся.

Драка шла не на жизнь, а на смерть. Каждая лесная избушка в глубоком снегу превращалась в крепость, руины любого дома в деревне - в адское пекло. Не раз создавались критические ситуации, разрешить которые удавалось лишь благодаря нечеловеческим усилиям смертельно уставших солдат. Днем Модель примерно час проводил за изучением карт, а оставшиеся десять находился в войсках. Везде, где он появлялся, у безумно измотанных командиров частей и рядового состава, словно бы открывалось второе дыхание.

4 февраля кольцо вокруг одиннадцати советских дивизий, представлявших главные силы двух армий, замкнулось.

Тем временем Кумм со своим полком численностью 650 человек занявший позиции у деревни Клепнино вдоль покрытой льдом Волги, день за днем отражал атаки рвущихся на соединение со своими окруженными дивизиями свежих частей Красной армии. Именно там, в том месте у Клепнино, решалась судьба битвы за Ржев.

Несмотря на свою малочисленность, полк Кумма был хорошо оснащен. На переднем крае стояла 88мм зенитка. Истребительно-противотанковая рота имела на вооружении 50мм противотанковые пушки. Рота тяжелых вооружений состояла из взвода легких пехотных орудий, а еще два взвода располагали 37мм противотанковыми пушками, а также батарея штурмовых орудий 189-го дивизиона. Но даже при таком раскладе, силы обороняющих все равно оставались более чем скромными по сравнению с массами атакующих советских частей, состоящих из нескольких стрелковых и танковых бригад.

На протяжении трех недель советские части постоянно атаковали днем и ночью. Однако они допустили вполне типичную для них тактическую ошибку - не сосредоточили все силы на одном участке прорыва, не определили для себя направление сосредоточения основных усилий. Они бросали в бой батальон за батальоном, потом полк за полком и, наконец, бригаду за бригадой.

К 3 февраля тринадцать 50мм противотанковых пушек лейтенанта Петермана подбили двадцать Т-34. За пять часов орудийный расчет стоявшей там пушки сменялся трижды, соседний расчет раздавил Т-34. Две дюжины подбитых советских танков замерли, не дойдя до немецких позиций.

На шестой день тридцать легких советских танков возникли перед позицией 10 роты. Они остановились в пятидесяти метрах, а затем начали стрелять по пехотным землянкам и пулеметным точкам. Они поливали их огнем целый час, а затем укатили обратно в лес. Через два часа в штаб батальона из расположения 10 роты приполз человек. Это был ротенфюрер(ефрейтор) Вагнер. Ему помогли подняться и ввели в помещение. Тяжелораненый, с отмороженными руками, он попытался встать и как положено доложить командиру батальона. Но упал и докладывал лежа на полу:
- Гауптштурмфюрер (капитан), из моей роты в живых остался я один. Все погибли.
Вагнер забился в конвульсиях, и через секунду 10-я рота окончательно перестала существовать.

На рубеже образовалась брешь шириной не менее километра. Командование 6-го армейского корпуса бросило на заделование дыры 120 человек - водителей, поваров, сапожников и портных. Эти 120 человек заняли позиции 10-й роты, но они совершенно не имели опыта ведения подобного рода боевых действий. После минометного обстрела советские солдаты бросились на них в атаку с криками "ура!". Этого оказалось чересчур много для нервов тыловиков. Они побежали и были один за другим перебиты как кролики.
Когда стемнело, красноармейцев от штаба полка Кумма в Клепенине отделяло всего 50 метров.

Начиная от командира полка и кончая водителями, все приготовились к отражению атаки, держа в руках карабины, автоматы и пулеметы. Штабистов поддерживали противотанковая пушка и солдаты 561-го истребительно-противотанкового дивизиона, сражавшиеся теперь как пехотинцы.

Сколько бы раз не бросались в атаку красноармейцы, им не удалось подойти к штабу ближе 15 метров. Слова боевых донесений из района боя поражают своей чудовищной простотой: \"На подходах к Клепенину валялись горы трупов\".

Корпус прислал на помощь пехотный полк. Но советские солдаты перебили его почти полностью. В ночь с 6 на 7 февраля неприятель в конце концов ворвался на позиции 2-ой роты силами батальона.Жесточайшая рукопашная продолжалась четыре часа. 2-я рота полка "Дер Фюрер" полегла вся до последнего человека.

В этот момент в Клепнино прибыл мотоциклетный батальон дивизии "Рейх". Вдобавок на помощь к Кумму были переброшены части 189-го дивизиона штурмовых орудий под командованием майора Муммерта. На позиции вышли 210мм минометы и обрушили огонь своих снарядов на прорвавшуюся \"русскую рощу\" советскую пехоту. Роща меняла хозяев десять раз. После одиннадцатой атаки она осталась в руках 14-го разведовательного батальона майора Муммерта.



Кумм уверенно держал позиции на северной оконечности большого котла. Деблокировочные бригады советской 39-й армии не сумели переправиться через Волгу. Они истекли кровью. Тысячами лежали тела погибших советских солдат на излучине Волги.
Сражение шло к концу. Советская 29-я армия и основная часть 39-ой были уничтожены. Модель, получивший 1февраля звание генерал-полковника, сумел переломить ход событий зимней битвы на Центральном фронте. О масштабах боев и их кровопролитности говорят следующие данные: 5 тысяч советских солдат и офицеров попало в плен, 27 тысяч осталось лежать на полях боев. Шесть советских стрелковых дивизий были полностью уничтожены, а еще девять и плюс к тому пять танковых бригад - серьезно потрепаны.

Немцы тоже понесли большие потери. 18 февраля, когда оберштурмбанфюрер Отто Кумм докладывал в штаб дивизии, Модель как раз оказался там. Он сказал Кумму:

- Я знаю, что от вашего полка, почти ничего не осталось. Но я не могу обойтись без вас. Какова на сегодня численность личного состава?

Кумм указал в сторону окна:
- Господин генерал-полковник, мой полк построен.

Модель выглянул в окно. Перед штабом стояло тридцать пять солдат и офицеров.
Автор:
Юрий Токарев
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

38 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти