Владимирская высота

61-й пехотный Владимирский полк 16-й пехотной дивизии 6-го армейского корпуса 11-й армии Юго-Западного фронта. Дивизия под командованием генерала-астраханца Е. Э. Трегубова сыграла видную роль в решении армейской задачи в ходе знаменитого Брусиловского прорыва – и в авангарде шел 61-й полк. Вспомним о подвигах его солдат и офицеров в ходе одного из боев – на основе донесения командира полка от 15 июня 1916 г.

В 10 часов 36 минут, увлекаемые примером своих офицеров, соперничавших в доблести, роты 4-го и 1-го батальонов лихо пошли в атаку - несмотря на ураганный артиллерийский (тяжелых и легких батарей) и сильный винтовочно-пулеметный огонь с фронта и флангов - и за 4 минуты прошли сквозь вражескую проволоку. При этом особенно отличились командующие 4-й ротой подпоручик Шверин и 14-й ротой прапорщик Лапшин - подавая пример своим ротам, они первые вскочили в окопы противника. Во вражеском окопе Лапшин пал смертью храбрых, а Шверин захватил миномет и бомбомет. Командующий авангардной полуротой 13-й роты прапорщик Мищенко, подавая личный пример мужества и отваги, первый взбежал на бруствер неприятельского окопа, захватив действующий пулемет - около которого упал, раненый в бок. В это же время командующий 2-й ротой прапорщик Бибик, увлекая личным примером свою роту, довел ее до удара в штыки и занял указанный ему участок позиции. Следом за авангардными полуротами на вражескую позицию ворвались и остальные полуроты, а также роты батальонных резервов - последние начали продвигаться вправо и влево, выбивая противника и расширяя прорыв.

При захвате неприятельских окопов и расширении прорыва отличился прапорщик Велеславов – в ходе атаки второй линии противника, увлекая за собой 6-ю роту и подавая ей пример беззаветного мужества, он первый вскочил в окоп противника, где и пал, сраженный вражеской пулей. Подпрапорщик Никонов и старший унтер-офицер Файницкий захватили действующий пулемет - убив 2 пулеметчиков противника. Некоторые роты дошли до дороги Воробьевка - Цебров, где под ураганным огнем тяжелой и легкой артиллерии противника около 12 часов 40 минут отразили первую вражескую контратаку со стороны Цеброва. Пехоту поддерживали легкие и тяжелые батареи.


Вторую контратаку противник начал в 14 часу со стороны Цеброва - силами около 3 батальонов. Атака была ожесточенной - противник, поддержанный ураганным огнем тяжелой и легкой артиллерии и пулеметов, дошел до русских рот, но владимирцы, воодушевленные примером начальника участка подполковника П.-Ф. А. Эше, вставшего на бруствер и лично руководившего боем, подпустили противника, в упор расстреливая его, а затем опрокинули штыками. В отражении атаки принимали участие 2-я, 4-я, 5-я и 6-я батареи 16-й артиллерийской бригады и 4-я тяжелая батарея.

Третья контратака велась противником при поддержке такого же мощного огня и примерно такими же силами и с таким же ожесточением. Она состоялась около 14 часов. В начале контратаки подполковник П.-Ф. А. Эше, стоявший на бруствере, был дважды ранен пулей в руку и сдал командование батальоном поручику Мартысевичу.


1. Пулеметчики выдвигаются.

Положение батальонов на высоте 369 было очень тяжелое - подносить патроны было очень трудно из-за заградительного артиллерийского огня противника. Воды для людей и пулеметов также оставалось мало. Почти все бойцы, подносившие патроны, гранаты и воду, были убиты или ранены при проходе через полосу заградительного огня противника.

В 17 часов 30 минут начальник дивизии отдал приказ о смене на высоте 369 (с наступлением темноты) владимирцев казанцами. Но до этой смены владимирцам надо было еще дожить - и выдержать еще одну контратаку, состоявшуюся после 18 часов.

Тяжелая и легкая артиллерия противника открыла ураганный огонь, и вскоре было обнаружено скопление австрийцев в ходах сообщения близ Цеброва - в контратаку пошло не менее 5 батальонов противника. Жалея патроны, владимирцы подпустили австрийцев на 100 - 120 шагов и лишь тогда открыли огонь по наступавшим цепям противника. Наши пулеметчики вылезли из окопа - действуя по приказу прапорщиков Горохова и Габерлинга. Оба офицера, стоя вне окопа под сильным огнем противника, лично руководили установкой и стрельбой пулеметов, указывая цели.

Чтобы было лучше видно наступавших австрийцев, роты также покинули окопы – взяв пример со своих офицеров: поручика Мартысевича и прапорщиков Супруна и Балакина. Четвертая контратака была отбита - австрийцы, не выдержав русского огня, отхлынули назад, оставляя убитых и раненых.

Но с фронта и справа от Цеброва австрийцы начали пятую контратаку (силами не менее 4 батальонов), поддерживаемую огнем тяжелых и легких батарей. Несмотря на огромные потери от артиллерийского, пулеметного и винтовочного огня, австрийцы, усиленные свежими силами, упорно хотели выбить русских с высоты. Патронов оставалось мало, а пулеметы без воды отказывались работать. Тогда по приказу капитана Николаева люди собирали в котелки мочу - которая и вливалась в кожухи пулеметов. Это дало возможность отбить огнем и пятую контратаку.

Но ураганный артиллерийский огонь противника создал огневую завесу, прервавшую сообщение с тылом - и поднос патронов на передовую прекратился.


2. Перевязочный пункт.

Русская артиллерия помогала своим огнем отражать контратаки противника, обстреливая австрийские закрытия севернее Цеброва.

В 22-м часу, пользуясь наступлением темноты, противник начал шестую контратаку - силами не менее 4 батальонов, поддержанную, как и раньше, ураганным огнем. В этой контратаке приняли участие и части противника, сидевшие в окопах на фланге. Противник наступал от Цеброва, от Воробьевки и со стороны русской позиции. С последнего направления австрийцы наступали с криком «свои» - только осветительные ракеты дали возможность определить, что это за «свои». Капитан Николаев приказал 4-й роте занять окоп фронтом на восток, а частью сил занял ход сообщения от первой линии окопов противника к его заставе - фронтом на север. Почти не имея патронов, но сохранив бодрость духа, офицеры и солдаты надеялись на свои штыки.

Эта контратака была отбита дружной штыковой атакой. С криком «ура» остатки рот выскочили из второй линии окопов противника и, во главе с капитаном Сергеевым, поручиком Мартысевичем и прапорщиками Супруном, Балакиным и Лобановым, бросились вперед. Австрийцы, не ожидавшие такого маневра, бросились назад, а часть их первой цепи побросала винтовки и сдалась в плен.


3. В атаку.

Наступила ночь, но артиллерийский и минометный огонь противника продолжался. Найдя большой запас ракет в австрийских окопах, владимирцы держали всю местность под непрерывным освещением. Воспользовавшись сравнительным затишьем, капитаны Николаев и Сергеев послали донесение командиру полка о положении дел на высоте 369. Последний сообщал, что батальон 64-го пехотного Казанского полка уже идет на смену.

Перед приходом казанцев противник после часа ночи провел седьмую контратаку - силами трех батальонов. Атака была отбита исключительно с помощью психологического воздействия – оставшиеся без патронов владимирцы выскочили на бруствер с криком «ура» и приготовились встретить врага - но последний, испытавший всю силу владимирских штыков, бежал...

В этот памятный для полка день особенно отличился капитан Николаев – благодаря его беззаветному мужеству, хладнокровию, твердости и распорядительности 3 батальона владимирцев крепко держали захваченную позицию и, хоть и таяли от ураганного огня и контратак противника, но не отдавали врагу своей позиции вплоть до смены свежими частями - в течение более 12 часов. Капитан Николаев был контужен и ушиблен, но не оставил строя, продолжая руководить вверенными ему частями и все время подвергаясь смертельной опасности.

Капитан Сергеев, принявший 4-й батальон после ранения подполковника Эше, также выказал присущие ему мужество, упорство и твердость. Он тоже был контужен, но не оставил строя и, подвергаясь опасности, подавал подчиненным пример личного мужества, успешно отражая контратаки противника.


4. Захваченные австрийские окопы. Подкреплены плетнями из хвороста.

Выдающимися были и подвиги нижних чинов.
Так, когда 2-я рота достигла 1-й линии австрийских окопов и хотела двигаться дальше, то оказалось, что за этой линией заложены фугасы. Невзирая на смертельную опасность, саперы рядовые Ярощук и Слепченко самоотверженно бросились вперед и перерезали провода от фугасов, открыв путь 2-й роте прапорщика Бибика.

Рядовой 13-й роты Ноздрачев был послан выяснить - насколько заграждения противника разрушены артиллерией. Подползая к заграждениям, Ноздрачев наткнулся на австрийский караул. Последний попытался захватить бойца. Ноздрачев не растерялся и открыл огонь по караулу, заставив австрийцев вернуться в свой окоп. После этого, осмотрев заграждения, Ноздрачев вернулся к своим.

Старший унтер-офицер 6-й роты Платон Мищенко, после того как ротный командир выбыл из строя, принял командование ротой. Мищенко воодушевлял солдат, при контратаках противника выводил остатки роты в штыковую атаку - и отразил вражеский натиск.

Когда заграждения противника были разрушены артогнем, вперед выдвинулись рабочие команды и гренадеры – они должны были расчистить проходы. Рядовые 14-й роты - Иван Мальцев, Антон Быков и Тимофей Шитковский - под ураганным артиллерийским и пулеметным огнем противника, пренебрегая смертельной опасностью, стоя во весь рост, расчищали проходы.

Младший унтер-офицер 14-й роты Сергей Гладкий, видя, что в прапорщика Лапшина целится австрийский офицер, бросился спасать жизнь ротного командира - но опоздал, так как прапорщик Лапшин уже упал замертво. Убийца прапорщика - австрийский офицер - бросился бежать, но Гладкий догнал его и заколол штыком.

Младший унтер-офицер 14-й роты Врублевский, видя, что прапорщик Мищенко, добравшийся до пулемета противника, ранен, один переколол расчет австрийского пулемета. Как отмечает документ, унтер-офицер отличался большой распорядительностью, являясь примером другим нижним чинам.


5. Партия пленных австрийцев.

Во время одной из контратак противника два ефрейтора 14-й роты: Василий Андреев и Николай Помыткин, первыми бросились на наступающего противника и лично закололи 11 человек. Когда же, подхватив почин двух ефрейторов, подбежала часть роты, удалось захватить в плен 54 австрийцев.

Санитар 14-й роты ефрейтор Иван Андреев под ураганным артиллерийским, пулеметным и винтовочным огнем противника, находясь в первых рядах, делал перевязки раненым и выносил тяжелораненых.

А младший унтер-офицер 15-й роты Поздеев в ходе одной из контратак противника один бросился на группу из 16 австрийцев - из них 6 заколол, а 10 взял в плен.

Подпрапорщик 15-й роты Чепурнов с рядовым Пастуховым бросились на 12 человек расчета миномета, загнали их в убежище и, обезоружив, захватили в плен.

Во время вражеских контратак прапорщик Кучеренко, вырвавшийся далеко вперед и окружённый австрийцами, расстрелял все револьверные патроны и отбивался от вражеских солдат лопаткой. И на помощь своему офицеру бросился рядовой 16-й роты Колесников - солдат заколол двух австрийцев. А когда подбежали еще пять нижних чинов, удалось захватить в плен 23 вражеских солдат.

Ефрейтор 4-й роты Иван Тарапун, несмотря на ураганный артиллерийский и пулеметный огонь противника, вынес на руках из проволочного заграждения тяжело раненного прапорщика Шаблинского – и офицеру была оказана медицинская помощь.

Отличились и владимирцы – пулеметчики.
Ефрейтор пулеметной команды Раздобудько, будучи ранен, продолжал носить патроны через огневую завесу в лощине восточнее высоты 369 - пока не был убит. А рядовой пулеметной команды Калякин, невзирая на огневую завесу противника, несколько раз проносил воду для пулеметов – причем будучи сильно контужен.

Рядовой пулеметной команды Кирпичев, несмотря на сквозное ранение руки, продолжал стрелять из пулемета – пока не был ранен пулей в бок.

Старший унтер-офицер пулеметной команды Бушуев, находясь под ураганным артиллерийским огнем, собирал у убитых патроны, вкладывал их в пулеметные ленты и руководил стрельбой пулеметов – причем все время находясь на бруствере под пулями противника.

Несмотря на ураганный огонь тяжелой и легкой артиллерии противника, ефрейтор пулеметной команды Сухоруков выкатил пулемет на открытое место и стал скашивать наступавшие австрийские цепи - пока тяжелым снарядом пулемет не был уничтожен. Геройский расчет погиб.

И даже пятеро саперов, приданных 15-й роте, во время контратак противника, схватив свободные винтовки, несколько раз бросались в штыки.

Это лишь один бой одного из массы пехотных полков русской императорской армии – офицеры и солдаты которой действовали слаженно и тактически грамотно, проявляя находчивость и массовый героизм.
Автор: Олейников Алексей


Читайте "Военное обозрение" в Яндекс Новостях

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также

Комментарии 13

Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти
  1. Квадратный (Иван Максимов) 1 февраля 2018 06:39
    Массовый героизм и тактическая грамотность – визитная карточка русской армии Первой мировой
    Офицеры и подпрапорщики вылазят на бруствер – чтобы под градом пуль руководить огнем своих солдат…
    Нет патронов – враг отбрасывается штыками…
    И даже отсутствие воды в кожухах пулеметов – не проблема…
    Сильная статья, спасибо!
    1. Чебуратор (Михаил) 1 февраля 2018 06:54
      7 контратак за день!
      Была на ВО статья помню Первая ядовитая. Там о 9 атаках за день.
      А тут наступление + 7 отбитых контратак.
      Не исключение выходит было, а правило.
      Воспитание, подготовка, боевой опыт = русская армия.
  2. Чебуратор (Михаил) 1 февраля 2018 07:00
    День из жизни пехотного полка русской армии Первой мировой.
    Честь и слава героям, за Отечество живот положившим!
  3. ПоручикТетеринъ 1 февраля 2018 07:23
    Замечательная статья! И написана прекрасным языком, я словно бы оказался там, в австрийских окопах вместе с русскими солдатами и офицерами. Выучка и мужество русских войск потрясает, а ведь это--уже не кадровая армия 1914 года, а восполненная после потерь Великого отступления армия 1916 года. Такие примеры массового героизма офицеров и нижних чинов Армии--лучший ответ распространителям русофобских мифов о том, что якобы "солдаты не хотели воевать". Автору--моя искренняя благодарность за проделанный труд!
    1. verner1967 (Алекс) 1 февраля 2018 14:01
      Цитата: ПоручикТетеринъ
      лучший ответ распространителям русофобских мифов о том, что якобы "солдаты не хотели воевать".

      И что меня удивляет до сих пор, взбунтовавшихся в 17-м в тылу солдат с прочим отребьем, подавляли верные правительству войска, присланные с ФРОНТА!!
      1. ПоручикТетеринъ 1 февраля 2018 15:35
        То, что бунты подавляли фронтовики вполне объяснимо. Солдаты на фронте прекрасно понимали, что их снабжение патронами, снарядами, медикаментами и т.д. зависит от порядка в тылу.
  4. Ольгович (Андрей) 1 февраля 2018 07:47
    Старший унтер-офицер 6-й роты Платон Мищенко, после того как ротный командир выбыл из строя, принял командование ротой. Мищенко воодушевлял солдат, при контратаках противника выводил остатки роты в штыковую атаку - и отразил вражеский натиск.

    Учебу истории в школах надо строить так, что бы унтера Платона Мищенко знали не меньше, чем политрука Клочкова: они совершали равнозначные подвиги по защите Отечества от захватчиков в ВтОВ и ВОВ.
    Спасибо автору за то что поднимает Героев из небытия на заслуженный ими пьедестал памяти. hi
  5. XII легион (Цезарь) 1 февраля 2018 08:23
    Упомянутый Е. Э. Трегубов имел сложную судьбу.
    В годы мировой войны дослужился до начдива (упомянутая 16 пд) и начальника штаба корпуса (24 АК, 6 СибАК). Генерал-лейтенант.
    А в период Смуты - начальник Главного управления военных сообщений Народной армии Комуча, начальник штаба и снабжения войск Западного фронта (18.10.1918—январь 1919) при Директории и А.В. Колчаке. Причем супруга Т., Трегубова Анна Михайловна, будучи сестрой милосердия в челябинском военном госпитале, заболела тифом и скончалась.
    С 26.10.1919 Трегубов - председатель военно-следственной комиссии в армии А.В. Колчака.
    Был схвачен ЧК и приговорен к расстрелу.
    Помимо наград за Японскую (Золотое Оружие, Св. Анна 2-й степени с мечами, Св. Владимир 4-й степени с мечами и бантом), имел за мировую - Св. Станислава 1-й степени с мечами; мечи к ордену Св. Владимира 3-й степени; Св. Анну 1-й степени с мечами; Св. Владимира 2-й степени с мечами и очень редкий орден - Белого Орла с мечами.
  6. parusnik (Алексей Богомазов) 1 февраля 2018 08:39
    ТРИЗНА
    Гол и наг лежит строй трупов,
    Песни смертные прочли.
    Полк стоит, глаза потупив,
    Тень от летчиков в пыли.
    И когда легла дубрава
    На конце глухом села,
    Мы сказали: «Небу слава!»—
    И сожгли своих тела.
    Люди мы иль копья рока
    Все в одной и той руке?
    Нет, ниц вемы; нет урока,
    А окопы вдалеке.
    Тех, кто мертв, собрал кто жив,
    Кудри мертвых вились русо.
    На леса тела сложив,
    Мы свершали тризну русса.
    Черный дым восходит к небу,
    Черный, мощный и густой.
    Мы стоим, свершая требу,
    Как обряд велит простой.
    У холмов, у ста озер
    Много пало тех, кто жили.
    На суровый, дубовый костер
    Мы руссов тела положили.
    И от строгих мертвых тел
    Дон восходит и Иртыш.
    Сизый дым, клубясь, летел.
    Мы стоим, хранили тишь.
    И когда веков дубрава
    Озарила черный дым,
    Стукнув ружьями, направо
    Повернули сразу мы.
    В.Хлебников
  7. Rotmistr (Дмитрий Панченко) 1 февраля 2018 11:56
    На меня произвело впечатление то, как горой стояли рядовые бойцы за своих офицеров
    Младший унтер-офицер 14-й роты Сергей Гладкий, видя, что в прапорщика Лапшина целится австрийский офицер, бросился спасать жизнь ротного командира - но опоздал, так как прапорщик Лапшин уже упал замертво. Убийца прапорщика - австрийский офицер - бросился бежать, но Гладкий догнал его и заколол штыком.


    Во время вражеских контратак прапорщик Кучеренко, вырвавшийся далеко вперед и окружённый австрийцами, расстрелял все револьверные патроны и отбивался от вражеских солдат лопаткой. И на помощь своему офицеру бросился рядовой 16-й роты Колесников - солдат заколол двух австрийцев.


    Ефрейтор 4-й роты Иван Тарапун, несмотря на ураганный артиллерийский и пулеметный огонь противника, вынес на руках из проволочного заграждения тяжело раненного прапорщика Шаблинского


    Вспоминаю эпизод, изложенный в книге К. Попова "Воспоминания Кавказского гренадера" о том как, вытаскивая труп павшего командира, погибли 6 разведчиков. И такими фактами полны воспоминания фронтовиков.
    Все это говорит о ЕДИНСТВЕ рядового и командного состава РИА.
    И те, кто подрывал в 17 году ее боеспособность - пошли по пути подрыва дисциплины армии и сеянии розни между рядовым и офицерским составом. Но подорвали в итоге безопасность государства.
    А русскую императорскую армию отличали слаженность действий, взаимоуважение, взаимовыручка между командирами и рядовыми и массовый героизм - что и показал крайне характерный этот боевой эпизод одного из массы полков русской армии ПМВ.
  8. Какой-то Компот (Невесть кто) 1 февраля 2018 14:13
    Пулемётчики - традиционно элита нашей пехоты.
    В наступлении - в передовых цепях, при отходе - сдерживают наседающего противника.
    Без них никуда)
    good
  9. Mamka pula (Татьяна) 1 февраля 2018 22:27
    Да, героические дела давно минувших дней
    Наших славных предков
  10. Главный Врач (Владимир Михайлович) 3 февраля 2018 13:36
    Спасибо за хорошую статью!
Картина дня