Американская бомба против вражеского бункера

Последние несколько десятков лет развитие бомб и ракет идет далеко не по пути увеличения мощности. Современная «мода» требует не мощности, но точности. И вправду, хорошая точность с лихвой компенсирует недостаток мощности – главное попасть поближе к цели. Однако все это привело к неожиданным последствиям. Высокоточные боеприпасы в сочетании с продвинутыми средствами их доставки создают серьезные проблемы для противовоздушной обороны. Будем честны, некоторые страны просто не в состоянии обеспечить нормальное прикрытие своих объектов от ударов с воздуха современными боеприпасами. Самый простой выход – конечно, помимо наращивания мощи ПВО – кроется в уходе под землю. Строительство подземных бункеров является сравнительно простым и дешевым, но достаточно эффективным способом защитить командные и инфраструктурные объекты от ударов. Как следствие, существует необходимость поражать такие объекты. А это, в свою очередь, возвращает военно-конструкторскую мысль к немного подзабытым противобункерным бомбам.

Одними из первых подобных боеприпасов были английские бомбы «Толлбой» и «Гранд Слэм» времен Второй Мировой войны. Благодаря большой массе и форме эти бомбы в падении разгонялись до рекордных скоростей и буквально втыкались в землю на несколько десятков метров. Взрыв в толще грунта для подземных сооружений был гораздо опаснее, чем поверхностный. Самые известные жертвы английских противобункерных, или сейсмических по классификации того времени, бомб – немецкие бункеры для подводных лодок, железнодорожный тоннель недалеко от города Сомюр (Франция), а также многокамерная пушка «Фау-3». После окончания Второй Мировой войны на основе английских идей в США была создана бомба T-12 калибра 20000 килограмм. Однако развитие ядерного оружия вскоре остановило развитие особо мощных неядерных бомб, предназначенных для уничтожения подземных объектов. Как оказалось, лишь на время.


Возвращение к идеям противобункерной бомбы произошло в начале шестидесятых. Достижения военного строительства в то время снова стали требовать специального боеприпаса для ликвидации вражеских укреплений. Однако до некоторого времени все эти бомбы делались скорее для наличия, а не для реальных операций. Неправильность такого подхода стала ясна в конце 80-х. Тогда в воздухе уже витала грядущая война в Персидском заливе, а разведка стран НАТО недвусмысленно сообщала о большом количестве бункеров, имеющихся в распоряжении иракского командования. Кроме того, разведданные говорили о том, что имеющаяся противобункерная боеголовка BLU-109 с большой вероятностью не сможет справиться с уничтожением немалой долей иракских укреплений. BLU-109 не являлась самостоятельным боеприпасом и могла устанавливаться на «шасси» в виде различных управляемых ракет и бомб. В этой боеголовке было около 240 килограмм взрывчатого вещества, а литой стальной корпус с толщиной стенок в дюйм позволял ракете/бомбе с BLU-109 пробивать до метра железобетона.



На такой «меч» военные строители Ирака ответили простым и эффективным «щитом»: подземные сооружения под Багдадом и другими городами представляли собой множество разветвленных коридоров, на пересечении которых имелись крупные многоэтажные сооружения. Все они залегали на глубине не менее 15 метров, а в самых тонких местах толщина бетонных перекрытий составляла не менее 60-70 сантиметров. Очевидно, что ни одно американское управляемое оружие с модулем BLU-109 не могло справиться с таким сооружением. Первые же удары по объектам Хусейна подтвердили это.

По этой причине в октябре 1990 года инженеры подразделения ASD (авиабаза Эглин) получили задание на создание такой противобункерной бомбы, которая могла бы справиться с иракскими укреплениями. Сроки были самыми жесткими – на испытания бомба должна была отправиться уже следующей весной. Для пробития толстого слоя грунта и следующего за ним железобетона бомба должна быть достаточно тяжелой и прочной, иначе она разрушится, не дойдя до самого укрепления. Кроме того, для меньшего сопротивления воздуха, земли и бетона бомба должна иметь небольшое сечение. Наконец, поджимали сроки. Наиболее удобным решением сразу всех проблем могло бы стать использование имеющихся компонентов и материалов. Да только подобрать походящие было, как минимум, непросто. Кто-то из команды эглинских инженеров предложил обратить внимание на стволы артиллерийских орудий. По всем параметрам лучше всего подходили детали от 203-миллиметровых гаубиц M2A2 или M201. Более того, стволы этих орудий подходили не только по размерам, но и по материалу. По счастливому совпадению M2A2 и M201 делались из точно такого же сплава, что и носовая часть модуля BLU-109. Вышеозначенные гаубицы в то время активно списывались, поэтому недостатка в сырье конструкторы ASD не имели. Однако на базе Эглин не было соответствующих станков, чтобы обрабатывать твердый металл стволов. Поэтому обрезку, шлифовку и другие технологические операции поручили арсеналу Уотервлит, где, собственно говоря, и производилась утилизация старых орудий. Помимо обрезки по длине работникам арсенала пришлось рассверлить каналы бывших стволов – для совместимости с носовой частью боевого блока BLU-109 они должны были иметь диаметр 10 дюймов (25,4 мм).

На этом «приключения» эглинских инженеров не закончились. Как оказалось, на авиабазе было все необходимое оборудование для испытаний и использования авиабомб, но не для их сборки почти с нуля. Поэтому все нужные вещи приходилось делать доступными методами. Так, специальный изолятор на внутреннюю поверхность корпуса будущих бомб наваривался при помощи кустарно сделанного электронагревателя. Похожим «хулиганским» методом произвели и снаряжение первых бомб тритоналом: девятнадцатифутовые (5,8 метра) корпуса закрепили в вертикальном положении и стали буквально ведрами заливать расплавленное взрывчатое вещество. Наконец, на готовый боевой блок, получивший название BLU-113, установили систему наведения от бомбы GBU-24. Вся бомба в сборе получила наименование GBU-28.

Американская бомба против вражеского бункера


Работы на базе Эглин завершились испытаниями новой бомбы. Правда, вместо положенных 30 учебных бомбометаний было произведено всего одно. 24 февраля опытная бомба, будучи сброшенной с бомбардировщика F-111, вошла в землю на три десятка метров. Глубину измерили, записали в отчет, а бомбу выкапывать не стали – поджимали сроки и заниматься этим не было никакой возможности. Вторая бомба при помощи специальной тележки на рельсах была разогнана до скорости, на которой она должна входить в грунт, и запущена в направление бетонных плит. Бомба пробила весь 22-футовый (6,7 метра) пакет плит, после чего по инерции пролетела несколько десятков метров. Стало ясно, что проект удался. Поэтому военные затребовали не проводить дальнейших испытаний на полигоне, а опробовать новые бомбы на реальных целях.

В ночь на 28 февраля 91-го под покровом тьмы два бомбардировщика F-111 с бомбами GBU-28 на подвеске подошли к району Багдада. Работа самолетов была организована следующим образом: поиск цели происходит сообща, затем один из бомбардировщиков начинает подсвечивать ее лазером, а второй заходит на бомбометание. После попадания бомбы самолеты меняются местами и атаку проводит первый. Первая сброшенная бомба отклонилась от цели – неправильно сработал блок наведения. Зато вторая попала точно в подсвечиваемую точку и с характерным звуком ушла под землю. После того, как на месте падения осела пыль, ничто не говорило о произошедшей атаке, разве что осталось отверстие от бомбы. Зато через несколько секунд после падения бомбы из замаскированного вентиляционного устройства бункера пошел густой дым. Толкование последнего события было однозначным: бомба пробила бетонное перекрытие, взорвалась и уничтожила бункер, который загорелся и, по-видимому, в итоге выгорел дотла. Несмотря на всего лишь 50% успешных попаданий первое боевое применение бомб GBU-28 было признано удачным и их вскоре приняли на вооружение. От задания до первого боевого бомбометания прошло всего четыре месяца.



Окончание иракской войны начала девяностых ни капли не сказалось на создании новых противобункерных боеприпасов. Так, во время боевых действий в Югославии США в боевой обстановке испытали новую боевую часть BLU-116. Этот модуль устанавливался на бомбы семейства GBU-24. По габаритам новый модуль соответствовал BLU-109, с той разницей, что он имел немного меньший диаметр, а разница компенсировалась легким алюминиевым кожухом. Корпус собственно блока BLU-116 делался из специального стального сплава с добавками никеля и кобальта. Благодаря этому не только сохранилась пробиваемость бетонных перекрытий на уровне предыдущих модулей, но и появилась возможность пробивать несколько бетонных преград. В сочетании с новым взрывателем HTSF это позволяет произвести подрыв заряда на любом из этажей многоэтажного бункера: «умный» взрыватель анализирует чередование перекрытий и пустот.



В 2007 году было объявлено о начале испытаний новой противобункерной бомбы под индексом GBU-57. Также этот боеприпас известен под названием MOP (Massive Ordnance Penetrator – Массивный проникающий боеприпас). Длина новой бомбы примерно равна длинам более старых боеприпасов аналогичного назначения. Зато диаметр стал больше в несколько раз. Вместе с ним вырос и калибр. GBU-57 весит 30 тысяч фунтов (около 14 тонн), что в несколько раз тяжелее любой предыдущей американской противобункерной бомбы. Массогабаритные параметры GBU-57 мягко намекают на тот факт, что она предназначена для перевозки на стратегических бомбардировщиках – B-52 или B-2. Кроме того, большой вес и соответствующий ему разгонный блок позволяет бомбе, если верить официальной информации от разработчиков, пробивать до 60 (!) метров железобетона. 2400 килограмм взрывчатого вещества только усилят разрушения, причиненные бомбой. Однако в этой бомбе интересны не только характеристики. Дело в том, что в прошлом году Пентагон заказал два десятка GBU-57 и первая их партия уже пошла в войска. Понятно, что любое принятое на вооружение орудие должно иметься на складах. Но это ни капли не влияет на наличие самого логичного вопроса: чьи бункеры будут целью?

Помимо противобункерных бомб с тритоналом в США разрабатывались и разрабатываются боеприпасы аналогичного назначения, но оснащенные маломощным ядерным зарядом. Только по вполне понятным причинам такое оружие вряд ли будет использовано в какой-либо операции «по поддержанию демократии». Уж очень специфическое отношение у международного сообщества к ядерному оружию. Да и все потенциальные «враги демократии» вряд ли имеют такие подземные объекты, для поражения которых непременно нужна ядерная противобункерная бомба. Что, однако, тоже не снимает вопроса о целях для GBU-57 и ее меньших «собратьев».

Автор:
Рябов Кирилл
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

10 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти