Военное обозрение

Обманутые и оклеветанные защитницы Зимнего (часть 1)

10
Попытки исторически точно восстановить октябрьский штурм Зимнего дворца предпринимались и в советское время. Обычно работа активизировалась в канун очередного юбилея или к памятным датам. Например, летом 1967 года в период подготовки празднования 50-летия Октября всесильный «серый кардинал» в партийном руководстве М. Суслов направил письменное поручение в Эрмитаж о восстановлении подлинных событий, имен и фактов, связанных с захватом Зимнего. В рамках выполнения этого поручения было установлено, что штурма дворца фактически не было и точных данных о числе погибших не сохранилось. Попытки собрать письменные свидетельства о тех событиях у непосредственных участников и очевидцев показали, что в памяти этих ветеранов многие воспоминания о реальных событиях перемешались с увиденным на экране или прочитанным в книгах. Иными словами, эти воспоминания не всегда были достоверными.
Попутно были предприняты попытки историков из Эрмитажа выяснить роль ударниц женского батальона в тех далеких событиях. Однако эти факты так и не были достаточно изучены и документально установлены. Оно и понятно. Тогда были важны другие приоритеты и оценки исторических событий.


Обманутые и оклеветанные защитницы Зимнего (часть 1)


Прав ли был поэт революции

В советские времена в обязательную школьную программу по литературе входило изучении поэмы В. Маяковского «Хорошо!». Написана она была к 10-летию октябрьских событий 1917 года. В ней поэт революции упоминает среди защитников Временного правительства «бочкаревских дур» и в стихотворной рифме описывает, как охваченный страхом «бабий батальон» первым покинул свои позиции в Зимнем дворце. У многих до сих пор сохраняется такое представление о тех далеких событиях. Но так ли все обстояло на самом деле или Маяковский сознательно исказил истину в пропагандистских целях или в угоду властям?

Может ли так случиться, что пролетарский поэт, будучи современником и свидетелем тех октябрьских событий ошибался, назвав защитниц Зимнего дворца «бочкаревскими»? И да, и нет. Оборону дворца, вместе с другими подразделениями, сохранившими верность Временному правительству, держала 2-я рота Первого Петроградского женского батальона (далее – ППЖБ). Однако большинство его личного состава первоначально записалось по призыву Бочкарёвой в ее женское формирование. Позже, по воспоминаниям самой Марии Леонтьевны, изложенным в книге «Яшка», в результате раскола среди доброволиц примерно три четверти женщин ушли от Бочкарёвой. Поводом послужило то, что она «морды бьет как заправский вахмистр старого режима» и выступает против создания солдатского комитета. Часть этих доброволиц бесследно растворилась в хаосе тех дней. А около 500 человек составили основу будущего женского батальона в Петрограде. Так что отчасти прав был Маяковский, называя «бочкаревскими» ударниц на Дворцовой площади.

Вместе с тем точно известно, что ни Мария Бочкарёва лично, ни доброволицы из подчиненной ей женской команды смерти в октябрьских событиях в Петрограде участия не принимали. Оставшиеся в живых «смертницы» после своего первого и, одновременно, последнего боя с германцами в начале июля и до момента своего расформирования находились в ближнем тылу Западного фронта. Несмотря на утверждения самой Бочкарёвой о том, что она до последнего дня «держала свой участок фронта», подтверждений тому не обнаружено. Более того, 14 августа 1917 года, вновь назначенный Верховным главнокомандующим генерал Л. Корнилов, издал приказ, запрещающий участие женщин-доброволиц непосредственно в боевых действиях.

Женский батальон по всем правилам

Первый Петроградский женский батальон стал одним из двух женских добровольческих формирований, созданных в полном соответствии с требованиями отдельного положения «О формировании воинских частей из женщин-добровольцев». Документ был утвержден Военным советом 29 июня 1917 года. Вторым был Московский женский батальон смерти. Позже было разрешено сформировать еще и Кубанский женский ударный батальон. Помимо этого, разрешалось создать 11 женских команд связи в четырех крупных городах России. В пригороде столицы существовала еще и женская морская команда в числе 35 доброволиц. Морячки проявить себя ничем не успели и позже самороспустились.

Созданные после 29 июня женские добровольческие формирования на вполне законных основаниях входили в состав российской армии, находились на всех видах довольствия и проходили более длительное обучение по учебным программам пехоты с учетом военной практики тех лет. Батальоны имели полноценную штатную структуру и были укомплектованы по нормам военного времени.

По сведениям историка А. Сенина, утвержденная штатная численность ППЖБ составляла 24 офицера и военного чиновника, 1168 солдат, из них 85 – не строевых. Однако, как позже вспоминал командир 3-ей роты и помощник командира женского батальона капитан П. Шагал, фактически ППЖБ имел в своем составе 4 роты по 280 человек каждая. Имелась хозчасть, обоз и нестроевая рота, общей численностью 100 человек, а также штаб батальона согласно штату. При этом добровольцев было 1000 человек, 12 офицеров и 3 унтер-офицера. В батальоне имелось несколько команд: пулеметная, связи, саперная, конной и пешей разведки, общей численностью 170 человек. Все офицеры, кроме командира батальона, имели боевой опыт и награды, полученные в сражениях на войне с германцами. Командовал женским батальоном лейб-гвардии Кексгольмского полка штабс-капитан А. Лосков. Поскольку ППЖБ являлся отдельной воинской частью, он был наделен правами пехотного полка.

Размещался женский батальон на территории Инженерного (Михайловского) замка в одном дворцовом комплексе вместе с Николаевским инженерным училищем. Здесь имелись все необходимые условия для организации первичной военной подготовки женщин-доброволиц. На этой базе проводилось не только формирование ППЖБ. Впервые в мире в период с 1 по 4 августа 1917 года в Георгиевском зале Инженерного замка был проведен женский военный съезд. Доброволицы батальона стояли в почетном карауле при встрече делегатов съезда. А в день открытия съезда 1 августа был проведен военный парад силами личного состава женского батальона. По завершении всех мероприятий женского военного съезда ППЖБ убыл для продолжения боевой подготовки в летний лагерь вблизи железнодорожной станции Левашово Финляндской железной дороги.

Тяжело учиться - легче воевать

Прибыв к месту дислокации, сразу же поставили палатки и наладили полевую службу. Этот пустующий дачный пригород в 25 верстах от столицы хорошо подходил для военного обучения на местности и проведения стрельб. Через несколько дней реквизировали несколько дач для нужд батальона. В пределах одной дачи располагалась одна рота. Отдельную большую дачу выделили для штаба, офицерского собрания и канцелярии. Там же расположилась и офицерская столовая.

Началась ежедневная боевая и строевая подготовка. Как вспоминал командир 3-й роты, доброволицы прошли подготовку по курсу учебных команд, включая дневные и ночные переходы, а также маневры в составе своих подразделений. Порой, у офицеров и инструкторов возникали некоторые сложности в учебном процессе, поскольку им приходилось учить доброволиц основам военного дела, приспосабливая уставные требования и армейские условия жизни в батальоне к психофизиологическим особенностям его личного состава.

Батальон, располагаясь обособленно и вдали от революционных событий, настойчиво и добросовестно готовился к предстоящим боям с врагом на фронте. «В самой категорической форме я заявляю, - писал позже капитан Шагал, - что никакой политической окраски у батальона не было, как не было и никаких разговоров о будущем политическом устройстве России. Батальон был объединением лучших, честных русских девушек и женщин, которые хотели служить, даже неизмеримо больше — принести себя в жертву родине».

Почти два месяца ежедневных занятий дали свой результат. Женский батальон, в целом, был готов к отправке в действующую армию. Офицерами был подготовлен эскиз знамени ППЖБ, который был отправлен на утверждение в военное министерство. Знамя выглядело торжественно: на голубом щелке был размещен образ Божией Матери с лилиями вокруг и девизом «За Веру и Родину». На другой стороне знамени размещался восьмиконечный крест и надпись «1-й Петроградский женский батальон». Но так случилось, что дальнейшие события развивались настолько стремительно, поэтому утвердить проект и изготовить знамя просто не успели.

Боевая учеба близилась к завершению. В батальоне все ожидали намеченного на октябрь приезда военного министра для проверки готовности к отправке на фронт. При благополучном исходе этого предварительного смотра предполагался прием военной присяги и проведение парада-смотра с участием министров Временного правительства.

Однако вместо военного министра генерала А. Верховского с инспекцией в батальон приехал капитан А. Кузьмин - доверенное лицо самого Керенского. К тому же он занимал должность помощника командующего Петроградского военного округа по вопросам пропаганды среди солдат. В связи с частыми переменами в руководстве столичного военного округа ему не раз приходилось временно исполнять функции военного руководителя округа. Может быть, именно поэтому капитан Шагал ошибочно упоминает его как военного министра.

Смотр женского батальона прошел без замечаний, за что офицерам была объявлена благодарность. Напряженное почти трехмесячное военное обучение успешно завершилось. Доброволицы готовились к отправке на Румынский фронт, намеченной на 25 октября. Однако офицеры батальона понимали, что для тяжелой позиционной войны доброволицы не годятся. Но они могли бы нести охранную службу или применяться для выполнения тех или иных задач, предусмотренных для ударных частей. «Об этом мы все думали, - вспоминал П. Шагал, - и знали, что, другими словами, должны были идти на самоубийство».

Неожиданно из штаба столичного военного округа поступило распоряжение о срочном прибытии батальона 24 октября в Петроград на Дворцовую площадь для проведения строевого смотра перед отправкой ППЖБ на передовую и для участия в военном параде войск столичного гарнизона. Всем доброволицам были выданы обоймы с боевыми патронами. Как им разъяснили, это делается на случай пресечения возможных беспорядков во время проведения парада войск. Однако никто из ударниц даже и предположить не мог, какие бурные революционные события и суровые испытания ждут их в ближайшие дни в столице. С легкой душой и бодрым настроением они погрузились в вагоны и поезд отправился в неизвестность. Многим из них пришлось сложить голову, став невольными участницами зарождения новой российской ИСТОРИИ.

Продолжение следует...
Автор:
10 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо авторизоваться.
  1. Ольгович
    Ольгович 9 апреля 2018 07:32
    +6
    Женщины, пошедшие добровольцами на фронт на защиту Отечества могут вызывать только огромное уважение.
    1. kan123
      kan123 9 апреля 2018 13:04
      +2
      Женщины постоянно шли на фронт, санитарками и тд, а это уже какой то феминизм , бритые бошки, штаны, иммитация мужского поведения, только безмозглая, бабская.
  2. voyaka uh
    voyaka uh 9 апреля 2018 11:12
    +5
    Добавлю еще (при всем уважении к главной роли женского батальона
    в обороне Зимнего дворца), что кроме них, дворец защищала еще рота связистов.
    А там были почти все - евреи (как и во всех ротах связистов-телефонистов в 1-ую Мировую).
    Кто-то из политиков это подметил и записал в мемуарах (примерно): "все боролись за демократию,
    а когда понадобилось ее защищать с оружием в руках, на месте оказались только русские женщины и евреи".
    1. Роман Скоморохов
      Роман Скоморохов 9 апреля 2018 11:55
      +1
      Ну а как в таком деле без вас? Все нормально, все логично. hi
      1. voyaka uh
        voyaka uh 9 апреля 2018 11:59
        +3
        Причем с двух сторон, к сожалению sad .
        Я - целиком на стороне русских женщин и телефонистов.
  3. kan123
    kan123 9 апреля 2018 12:50
    +1
    дурами их весь педроград называл, потому что они себя тупо повели. Захвата Зимнего не было, стояла толпа рабочих и красноармейцев, (и почему то урок сбежалось с всего петрограда), и ждали когда в Зимнем договорятся как будут выходить - потому что они там сидели, и нужны какие то гарантии, что горнизон не порвут, на площади , при выходе. Пока шла эта бодяга, - в здание уже свободно заходили, пролезли через окно, потом какие то двери открывали - и на одном этаже, эти чокнутые дуры, взорвали гранату, и стали отстреливаться, решили там умереть "под забором" непонятно за что. Эти глупые смерти, понятно, какие имели последствия - там же захватывать нечего, и кто то гибнет, из за тупости каких баб. Их решили нашинковать, какой то тупой "бой" был, вперемежку с уговорами, а потом всех отпустили, "как звезданутых тупых баб". Но хотя захвата не было, историки все правильно сделали - символически это было "день который перевернул мир" - поэтому это событие выпукливали, - захват Зимнего, считалось актом, перехода власти, и это требовало, соотв. оформления, от историков.
    1. Монархист
      Монархист 9 апреля 2018 14:24
      0
      Уважаемый Каn, укажите пожалуйста источник информации. Вы пишите:"эти чокнутые дуры, взорвали гранату и стали отстреливаться", а почему они так поступили? Возможно, была провокация, а может быть т.с." жертвы долга". Я не владею информацией и лишь попытаюсь реконструировать. Могло быть так:они ехали на парад,а в Петрограде ( кстати я бы на месте губернатора СПб переправил название в : Петроград- более по русски),а там тот же капитан Кузьмин мог приказать заступить на караул во дворце и инструкция : открыть огонь в случае....,если в армии служили то должны помнить Устав Караульной Постовой службы.
      Вы сами говорите:"толпа рабочих и красноармейцев, точнее сказать солдаты запасники( у Самсонова было о них) красной армии ещё не было,(... урок сбежались со всего Петрограда).
      Кто там был среди рабочих и урок? Один господь бог ведает.
  4. Монархист
    Монархист 9 апреля 2018 13:30
    +3
    Цитата: Ольгович
    Женщины, пошедшие добровольцами на фронт на защиту Отечества могут вызывать только огромное уважение.

    Вне всяких сомнений
  5. Монархист
    Монархист 9 апреля 2018 14:47
    +1
    Спасибо автору за его работу. Действительно " Октябрьская революция"( где-то я читал,что и Ленин и Сталин не употребляли слов:" Великая Октябрьская революция" ,а просто'" октябрь 1917"или " Октябрьский переворот") напичкан идеологической трескотней и всё было примитивным и скудным,а потом киношники постарались, первым был Пудовкин,а теперь ...Если даже М. А. Суслов не смог выяснить,где правда,а где киношка.
    Как сейчас не относись к октябрю, но женщины из ППЖБ достойны как минимум понимания.
    Если бы советская власть рухнула не в 1991-19992,а 1927 или 1930 В. Маяковский бы совсем по другому писал или молчал бы.
    Жду продолжения.
  6. Старый26
    Старый26 9 апреля 2018 16:30
    +3
    Цитата: kan123
    дурами их весь педроград называл

    В 1972 я поступил в Ленинградский электротехнический институт им. Ульянова-Ленина. Проучился менее полугода и вынужден был уйти из-за климата (с югов да на север не лучшим образом сказалось на зрении). Но не об этом речь
    Общежития не дали - сняли родители комнату на Петроградской стороне. Когда-то была единая квартира, потом в результате уплотнений и прочего стала коммуналкой. Плюс, что было двое хозяев. У первых - двух сестер-старушек я и снимал комнату
    Пернувшись после сельхозработ, помывшись собрался в магазин, но был остановлен своими квартирными хозяками. Был приглашен на ужин, где мне удалось много интересного узнать. В частности о самом моменте революции и женском батальон
    О самом моменте революции говорили примерно так. "Стрелял вообще чуть ли не каждый день. Но в один день, проснувшись, узнали что произошла революция и власть перешла к большевикам"

    Второе. О женском батальоне. С их слов служить в этом батальон среди женщин определенного социального статуса было очень престижно. Никто их "дурами" не считал. Уже не помню, со скольки лет в батальон принимали, но эти обе сестры хотели идти служить в этот батальон. Для этого нужен был или паспорт, или если его еще не было - разрешительная записка от родителей. Младшей родители, разумеется никакую записку на дали, считая это дурью и блажью, а у старшей - спрятали паспорт. так они и не попали на службу в этот батальон. Увы, большая часть этой вечерней трех или четырехчасовой беседы уже стерлось из памяти (все же прошло 45 лет), но отдельные фрагменты - сохранились