Гвардии поручик об армии Древнего Египта. Часть 1. Об источниках

В нашей библиотеке имеется, без преувеличения, уникальная книга – автором которой является поручик лейб-гвардии Павловского полка Е. А. Посыпкин. Издание обер-офицером Русской армии фундаментального исторического труда является подтверждением слов очевидцев эпохи (в частности А. И. Деникина и Б. М. Шапошикова) о высоком военно-теоретическом уровне развития значительной массы русского офицерства – особенно тех из них, кто заканчивал специализированные учебные заведения, такие как Николаевская Академия Генерального штаба.

Поручик Е. А. Посыпкин анализирует военное искусство Древнего Египта – причем во взаимосвязи его элементов. Труд основан на богатейшем наборе источников – среди которых материалы и документы различных эпох, которые мы будем приводить в тексте. Орфографию сохраняем тех лет. Иллюстрации отсутствуют (имеются лишь карты) – но мы восполним этот вопрос, привлекая иллюстрации из других изданий, прежде всего из профессиональных исследований издательства «Оспрей». Возможно, отдельные положения текста устарели, но в основной своей массе они очень добротны и крайне интересны – и, надеемся, будут интересны широкому кругу читателей.


Гвардии поручик об армии Древнего Египта. Часть 1. Об источниках


Итак, отправляемся в путешествие по страницам истории Древнего Египта.

Источники

При пользовании источниками, как оригинальных египетских, так и исследований позднейших, в особенности классических авторов, Е. А. Посыпкин поставил себе главной целью изучение фактической стороны вопросов (периодизация на несколько царств с переходными или темными эпохами между ними известна) принимал за основу лишь то, что рассказывается самими древними египтянами - посредством их многочисленных памятников, а также то, что достоверно установлено современной наукой. Источниками для этой работы послужили, во-первых египетские памятники, заключающиеся в многочисленных надписях и картинах на стенах храмов, на отдельных стеллах, в гробницах и в папирусах, дающих много ценных сведений и, наконец, в орудиях, в военной утвари и в остатках различных военных построек, сохранившихся до настоящего времени. Во вторых, сочинения современных ученых - египтологов, которые являются и источниками, как например, издания различных текстов и пособий. Хотя они довольно редко бывают посвящены специально военным вопросам и, кроме того, среди их авторов нельзя найти почти ни одного лица с военным образованием - и посему, преклоняясь перед ученым авторитетом таких светил науки как Бругш, А. Ерман, Г. Масперо и мн. др., в вопросах чисто военных автор позволяет себе излагать свое мнение (но часто приводя ссылки на сочинение G. Maspero «Histoire ancienne des peuples de L Orient classique» по изд. 1876 г., но исправленного по изд. 1895 г.). И, наконец, в третьих, сочинения классических авторов, которые полезны в смысле различных косвенных и дополнительных указаний людей, видевших еще своими глазами последние проблески жизни некогда могучего государства. Но сочинениями этими надо пользоваться с большою осторожностью: так например, один из главнейших таких писателей, Геродот, был в Египте около 450 г. до Р. X., во время царствования Артаксеркса I и управления Египтом сатрапом Паузирисом, т. е. в период относительного спокойствия, которые бывали между постоянными восстаниями (Бругш. Ист. Ег. пер. Власт. С. 721, прим. 2.). Восстания эти, конечно, подавлялись, страна подвергалась разгрому, все более и более теряя свою самобытность - и вот почему Геродот не мог видеть настоящего, могущественного царства фараонов; он лишь видел агонию государственного организма, прожившего несколько тысячелетий.

Если прибавить к этому, что жрецы, которые были его проводниками по этой таинственной для греков стране, принадлежали к низшим служителям храмов, а потому сами не обладали никакими историческими познаниями (сравнить хотя бы порядок царствования царей по Геродоту и по памятникам), а Геродот к тому же не был достаточно знаком с египетским языком, то мы увидим, что сведения, почерпнутые у этого древнего ученого надо принимать только после строгой их оценки и сравнения с тем, о чем молчаливо свидетельствуют многочисленные памятники, рассеянные по всей долине Нила, а часто и далеко за пределами ее.



Итак, важнейшим источником является то, что дошло до нас от самих египтян. Даже памятники искусства важны в военном отношении. Египетское искусство было искусство полное, настоящее: оно все замечало и всем интересовалось, а потому оно не осталось равнодушно и к военной славе. Проникнутое монархическими принципами в самом лучшем смысле этого слова, оно не пренебрегало и маленькими людьми, и мелочами повседневной жизни (О. Perrot. Hist. de l'art; I. P. 38.).

Вот почему памятники, которые с замечательной верностью и подробностями рисовали даже и в мелочах все стороны жизни, важны и для изучения военного искусства - так как не обладая, быть может, той полнотой указаний, которую мы можем почерпнуть из дошедших до нас специальных надписей и папирусов, они, взамен того, дают живую окраску письменным сведениям, дополняя их своею картинностью и многими мелкими подробностями, хотя бы, например, военного быта, которых мы не узнали бы без них.



Замечателен взгляд на войну, который с древних времен установился в египетском обществе. Так, в одном из папирусов времен Аменемхета I, (XII дин., ок. 2500 г. до Р. X. Die Aegyptolegie. H. Brugsch. 1891.), царь говорит, что при нем: «перестали видеть постоянные сражения, тогда как раньше (Смутное время между VI и XII д. д.) дрались как бык, который не помнит и не знает прошедшего», что царь дал «возможность всем жить спокойно, как ученым, так и бедным; дал возможность обрабатывать землю и распространить везде радость" (Masp. Hist. anc. 1877, р. 102).

Эти слова ясно говорят, что египтяне сознавали то, что война сама по себе есть бедствие и признавали ее как неизбежное, а подчас и как необходимое, зло в государственной жизни, а в самой военной мощи своего государства они видели залог мира, необходимый для благоденствия страны.

Вообще древние египтяне были по природе мирным народом. Так Страбон говорит, что по своему недоступному географическому положению и потому, что страна производила достаточно всего для своих жителей, Египет был мирным государством. Приходилось лишь сдерживать разбойничьи набеги разных кочевников. Все это, конечно, относится к эпохе до, так называемого, Древнего царства, когда и противники египтян не представляли из себя серьезных врагов (кочевые народы). Воины с подобными народами, конечно, не могли развить воинственности (Erm. Aeg. u. aeg. Leb., II, s. 686).

Новое же царство, в противоположность предыдущим эпохам, отличалось сильно воинственным духом, чему имелись исторические причины.

Война за свержение ига Гиксосов сильно повысила воинственный дух народа и, после изгнания их, для удовлетворения оскорбленной гордости, оскорбленной владычеством семитов, Египет сам начинает предпринимать походы в Азию; развитие государственной жизни вызвало общение с соседними народами, которые тоже не всегда могли оставаться мирными - все это вызвало к жизни значительное развитие военного искусства и исторически складываются наступательные тенденции в военном деле.

Да и сами враги Египта изменились: вместо полудиких кочевников появляются вначале Гиксосы, полностью усвоившие египетскую культуру, затем сирийские народы, хетты и, наконец, ассирийцы. Это также дало сильный толчок к развитию военного искусства.

Воины гиксосского периода:


Колесница-бига.


Копейщик.


Лучник.

Походы в неприятельские земли стали в глазах правительства в высшей степени важным делом; в царствовании каждого царя они нумеровались в государстенных летописях, и их описание начертывалось на стенах храмов и других памятников (Erm. Aeg. u. aeg. Leb., II, ss 694, 695; L. D. III, 65).



Свои исследования поручик хронологически ограничил завоеванием Египта персами в 527 г. до Р. X. С этого времени когда-то сильное царство фараонов превратилось в персидскую провинцию, управляемую сатрапом, и Египет утратил значительную долю своей самобытности. Правда, Египет еще раз сделался после этого самостоятельным - но ненадолго, и в первой половине 4 в. до Р. X. вошел во всемирную Македонскую монархию.

Династия Птолемеев, утвердившаяся после великого завоевателя Александра Македонского, была греческая, внесшая греческая нравы, обычаи и искусства в эту страну - вот почему, с завоевания Египта Камбизом почти заканчивает свое существование и самобытное египетское военное искусство (Masp. Hist. аnс. 1876, р. р. 528 - 530).



Продолжение следует...
Автор:
Олейников Алексей
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

66 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти