«Индейцы питали ужас перед этими псами…»

Испанцы, конечно, далеко не первые, кто додумался задействовать в войне собак. Но именно они вывели данную стратегию на принципиально новый уровень. Помогли в этом европейцам сами же индейцы. Миссионер Бернабе Кобо вспоминал: «Индейцы питали ужас перед этими псами, и если знали, что с испанцами идет хоть один пес, теряли всякое присутствие духа. А псы, обученные воевать и разрывать, становились храбрыми и злобными, как тигры».

Из Старого Света в Новый


Использовать собак в боевых действиях додумались еще в незапамятные времена. Есть свидетельства о четвероногих солдатах в армиях Египта, Вавилона и Ассирии. Собак использовали в караулах, охране гарнизонов и подавлении восстаний рабов. Причем животных для защиты от вражеских стрел, копий и мечей одевали в кожаные доспехи.

«Индейцы питали ужас перед этими псами…»


До наших дней дошли изображения египетского фараона Тутанхамона (1333-1323 года до нашей эры) во время боя. На них можно увидеть собак, которые защищают правителя от солдат противника. А вот в Ассирии мастифообразные псы стали постоянной боевой единицей. Они, например, участвовали в сражениях при Ашшурбанапале. Затем эстафету перехватили цари Персии: Кир II Великий, Камбис II и Ксеркс. Причем последний применял их в войне с Грецией.

Затем «псы войны» сыграли значимую роль и в римской армии. Как тут не вспомнить битву в Тевтобургском лесу, которая произошла в 9-м веке нашей эры. Да и потом, уже в средневековье, собак часто использовали для деморализации войск противника. Яркий пример: битва при Муртене в 1476 году (одно из главных сражений в Бургундских войнах). Но по-настоящему их «звездный час» пришел после того, как Колумб открыл Америку.

Епископ Бартоломе Лас Касас в своем «Кратчайшем рассказе о разрушении Западной Индии» писал: «Христиане своими конями, мечами и копьями стали учинять побоища среди индейцев и творить чрезвычайные жестокости. Вступая в селение, они не оставляли в живых никого. Были обучены и вымуштрованы отчаяннейшие псы, которые, завидя индейца, в мгновенье ока разрывали его на куски… Эти псы творили великие опустошения и душегубства».

Конкистадоры быстро поняли, что индейцы испытывают первобытный страх перед мощными и свирепыми собаками. Поэтому свои армии они в обязательном порядке комплектовали отрядами четвероногих солдат. Известно, что Гонсало Писарро (брат куда более известного Франсиско, покорителя империи инков) привез с собой порядка тысячи животных. Он рассчитывал, что они сумеют принести ему успех в перуанской экспедиции в 1591 году.



Вообще, первым же из европейцев, который думался использовать собак против индейцев, является Христофор Колумб. Первые огромные мастифы (точнее, мастифообразные собаки) появились в Эспаньоле (так испанцы называли Гаити) в 1493 году. Собаки стали постоянными участниками боевых действий. Известно, что мастифы помогли справиться с армией индейцев, которая пыталась помешать испанцам высадиться на Ямайку в 1494 году. Не обошелся Колумб без их помощи и в битве при Вега Реал в 1495 году.

Постепенно количество собак на Гаити увеличилось настолько, что они стали представлять угрозу уже не только для индейцев, но и для самих же испанцев. Мастифы сбегали, сбивались в одичавшие стаи и нападали на домашний скот, а также на людей. Поэтому испанцам пришлось начать охоту на своих еще недавних верных союзников.

Какой именно породы собак использовали испанцы? Установить это сейчас довольно сложно. Скорее всего, это была помесь мастифа с догом. Индейцы видели перед собой огромных (около метра в холке) гладкошерстных вислоухих псов на сильных лапах. При этом животные отличались злобным и агрессивным характером. К тому же испанцы со щенячества приучали их есть человечину!

Коренные жители Америки панически боялись монстров, которые яростно лаяли и в два счета расправлялись с любым противником. Любопытно вот еще что: часто бывало, что во время битвы собаки путали, где свои, а где чужие. Сказывались и похожие запахи, и экипировка. При покорении же Нового Света индейцы изначально оказались в проигрышном положении. Уж слишком сильно они отличались от завоевателей. Поэтому у мастифов не было возможности перепутать. Отличался и цвет кожи, и доспехи, а главное – запах. Индейцы из-за своей боевой раскраски представляли собой идеальную жертву. Поэтому завоеватели чаще всего использовали четвероногих солдат в сельве и горах. В общем, там, где толку от всадников было мало. Собаки помогали своим хозяевам избегать засад, а также преследовать коренных жителей Америки. Испанцам так сильно понравилось использовать животных, что они даже задействовали их в качестве палачей. Мастифов просто натравливали на людей, приговоренных к смертной казни. И этой расправы туземцы боялись сильнее всего. Даже сильнее, чем сожжения заживо.

Был у собак и еще один плюс. В случае крайней необходимости животные из солдат превращались в еду. Так, например, было с теми псами, которых взял с собой Гонсало Писарро. Во время его перуанской экспедиции как раз возникли проблемы с едой. И собаки… собаки спасли своих хозяев, пусть и ценой собственных жизней.




Особое воспитание

Итальянский ученый Улиссе Альдровани, опираясь на работы историка Флавио Бьондо, так описывал воспитание боевых псов: «Собаки должны быть обучены драться с самого раннего возраста. Тот или иной человек, на котором будет тренироваться собака, должен быть одет в защитное снаряжение из толстой кожи, которое не сможет прокусить собака. Затем пса натравливают на этого человека и через некоторое время спускают. Человек должен убегать, но затем позволить себя поймать: падая на землю, собака должна кусать человека за определенное место. На следующий день нужно сменить человека, за которым будет гоняться собака. Таким образом, собака должна быть обучена следовать за любым, на которого ей укажут.

После боя пса привязывают и кормят. Так животное превращается в первоклассного защитника. Время от времени на собаку нападают с обнаженным мечом, чтобы развить в ней смелость и приспособленность к любым ситуациям. После такого обучения собаку можно спускать на врага».

И хотя к дрессировкам по этой системе прибегали до покорения Нового Света, но без сомнения, испанцы много взяли из той методики. Правда, далеко не всегда боевые животные являлись гарантом победы. Так, например, Алонсо де Охеда, который слишком бездумно отнесся к собственной экспедиции, потерпел провал. В 1509 году он вместе с отрядом из семидесяти солдат, а также с парой десятков собак, высадился на побережье Новой Андалусии. Де Охеда хотел по-быстрому наловить индейцев, чтобы потом продать их в рабство. Но… туземцы оказались готовы к вторжению. Благодаря хитрым ловушкам они сумели сначала ликвидировать собак, а потом расправились и с испанцами. Выжить удалось лишь двоим, в том числе и незадачливому де Охеда.

А вот его «коллега» Хуан де Эскивель оказался более удачливым. В том же году он высадился на Ямайке. И после длительного противостояния заставил местных жителей капитулировать. Большую роль в той победе как раз сыграли собаки, которые «обладали почти такой же разрушительной силой, как и аркебузы». Писал о применении животных и епископ Лас Касас: «Правитель и касик острова, с палкой в руке, переходил с места на место и поторапливал своих индейцев, чтобы как можно лучше угодить христианам. Тут же стоял один испанец и держал на цепи собаку, которая при виде суетящегося касика с палкой все время порывалась броситься на него…, и испанец с большим трудом ее сдерживал, а потом сказал, обращаясь к другому испанцу: «А что если мы ее спустим?» И, сказав это, он или другой испанец, подстрекаемый самим дьяволом, в шутку крикнул собаке: «Возьми его!…». Собака, услышав слова «Возьми его!», рванулась, как закусившая удила могучая лошадь, и потащила за собой испанца, который, не в состоянии ее удержать, выпустил из рук цепь, и тут собака бросается на касика, хватает его за живот и, если мне не изменяет память, вырывает у него кишки… Индейцы подбирают своего несчастного правителя, который тут же испускает дух…; испанцы же забирают отличившуюся собаку и своего товарища и, оставив за собой столь доброе дело, спешат на каравеллу…»



А главной гордостью еще одного конкистадора, Васко Нуньеса де Бальбоа, была собака по кличке Леонсико. По воспоминаниям очевидцев, пес умел различать воинственных индейцев от дружелюбных. Это животное являлось настоящей звездой отряда де Бальбоа. Вот как описывал ее историк Гонсало Фернандес де Овьедо: «Нельзя не упомянуть о собаке по имени Леонсико (львенок), отпрыск не менее знаменитой собаки Бесеррико — Becerrico (теленок) с острова Сент-Хуан, которая принадлежала Бальбоа. Этот пес достался Бальбоа за более чем 2000 золотых песо […]. И действительно, собака заслуживала их больше, чем некоторые незадачливые компаньоны. Чутье собаки никогда не подводило: она легко различала воинственных и миролюбивых индейцев; а когда испанцы вынуждены были преследовать туземцев, Бальбоа приказывал собаке «Он там — ищи его!» и собака бросалась в погоню. Она так хорошо различала запахи, что вряд ли кто-то когда-либо смог от нее укрыться. Когда пес настигал жертву и она вела себя смирно он тащил ее за рукав или за руку и аккуратно вел его, не кусая. Но если человек сопротивлялся, пес раздирал его на куски. Десять христиан в сопровождении этой собаки были в большей безопасности, чем двадцать без него. Я видел эту собаку, когда Педрариас (Давила Педрариас — испанский конкистадор. В 1519 году казнил своего соперника Нуньеса де Бальбоа и основал город Панама) пришел на эту территорию в 1514 году и собака была еще жива… Пес был рыжего цвета с черным носом, среднего размера, не очень красиво сложенный, но плотный и мощный, с многочисленными ранами, которые он получил в ходе сражений с индейцами. Немного позже собака была подло отравлена. Конечно, осталось несколько собак этой же породы, но мне больше не встречались равные ему».

Любопытно вот еще что: Леонсико получал свою долю добычи, сопоставимую с долей пехотинца. Но доставалась она, конечно же, хозяину собаки. Но помимо Леонсико, у де Бальбоа были и другие собаки. Известно, что в 1513 году он натравил свору псов на индейцев, которые погибли от клыков за считанные минуты. Этот эпизод кровопролитного завоевания использовал Теодор де Бри на своей гравюре, которая стала одной из иллюстраций к книге де Лас Касаса «История Индии».



Правда, бывали и случаи, когда собаки только мешали. Например, однажды отряд все того же Педрариаса в Колумбии наткнулся на воинственно настроенных индейцев. Туземцы уже знали, что против них будут использованы собаки, поэтому подготовились. Разъяренные боевые псы не смогли пробиться к противнику, поэтому злость выплеснули на себя же. В итоге, конкистадор потерпел поражение в битве и лишился почти всех животных. Они просто перегрызли друг друга.

Против использования собак выступали также многие христианские священники. Отец Доминго Бетансос вспоминал: «бряцание оружия и злобный лай собак настолько ошеломляли индейцев, что так и оставили их глухими к христианской вере».

Но конкистадоры не обращали внимания на призывы священнослужителей. Они хотели победы и богатств и не думали о том, на какую участь они обрекают несчастных индейцев. Поэтому завоевание современной Мексики тоже происходило при помощи четвероногих солдат. Поначалу ацтеки, как и все другие индейские племена, испугались страшных и злых животных. Сохранилось свидетельство послов, в котором они рассказывали Монтесуме о собаках: «Псы их громадны, их плоские уши развеваются по ветру, языки их свешиваются из пасти, глаза их огонь извергают, глаза их искрятся, глаза их желты, ярко-желтого цвета, их брюхо поджарое, очень сильны они и телом могучи, неспокойны они, все бегают и тяжело дышат, все бегают, высунув язык, а окрасом они ягуару подобны, вся шкура у них в разноцветных пятнах».

Но после нескольких стычек страх перед собаками прошел. И ацтеки научились им противостоять, разбивая черепа и позвоночники четвероногим солдатам. Правда, империю ацтеков от гибели это все равно не спасло. Как не спасло затем и государство инков.

В мемуарах многочисленных конкистадоров сохранились клички собак, которые выделялись своими навыками. Например, первооткрывателю Флориды Хуану Понсе де Леону принадлежал упомянутый выше пес по кличке Бесеррико. По воспоминаниям очевидцев Бесеррико мог отыскать необходимого индейца в толпе соплеменников и ни разу не ошибся. И за свою жизнь загрыз около трехсот людей. За выдающиеся заслуги пес даже удостоился дворянской приставки «дон». В трактате «Краткая хроника уничтожения индейцев» об этой собаке говорится: «Он атаковал своих врагов с яростью и неистовством и защищал своих друзей с великой отвагой. Индейцы больше боялись десяти солдат в сопровождении Бесеррико, чем сотни солдат без него».

Сколько битв прошел Бесеррико, неизвестно. Очевидцы вспоминали, что все тело мощного пса было покрыто шрамами. И с ним связана одна любопытная история. После победы над туземцами острова Пуэрто-Рико некий Диего де Салазар решил немного развлечься и повеселить заодно других солдат. Испанцы ждали приезда губернатора Хуана Понца де Леона и от скуки уже были готовы на любые авантюры. Салазар дал клочок бумаги старой индеанке и велел как можно быстрее отправиться навстречу де Леону. Женщина подчинилась. Но стоило ей сделать несколько шагов, как Салазар приказал Бесеррико напасть на нее. Пес среагировал на команду, но… подбежав к женщине, он лишь понюхал ее и ушел. Салазар, как и все солдаты были ошарашены случившимся. Они не понимали, почему собака, которой не привыкать убивать, неожиданно ослушалась. Кто-то начал шептать, что произошло «божественное вмешательство». Историю рассказали де Леону. Он освободил старуху и запретил своим солдатам грабить местных индейцев. По легенде конкистадор сказал: «Я не позволю, чтобы милость и сострадание собаки превзошли таковые у христианина».



А про потомка Бесеррико – Леонсио – уже говорилось. Известно, что Васко Нуньес де Бальбоа приобрел его за две тысячи золотых монет. За эту сумму можно было приобрести тогда двух очень даже приличных коней. Но Бальбоа вложился в собаку и не прогадал.

* * *


Постепенно все войны прекратились. Но собаки все равно продолжили играть важную роль и для испанцев, и для индейцев. Они стали верными друзьями для одних, и для вторых. Причем туземцы очень быстро поняли, что вчерашние враги могут быть незаменимыми помощниками, например, в охоте. Помянутый выше падре Кобо писал: «Нет ни одного индейца или индеанки, сколь бы бедны они ни были, кто не держал бы дома собаку… и любят они собак не меньше, чем собственных детей, и спят с ними бок о бок, а выходя из дому, несут их на плечах; и право, невозможно сдержать улыбку, когда видишь, как индеанка ведет малолетнего сынишку за руку и несет здоровенного пса».



И хотя одни исследователи склонны считать, что именно кровожадные псы предопределили исход завоевания Нового Света, другие, с ними, конечно же, не согласны. В качестве примера они приводят случаи, когда именно завоеватели вели себя куда более жестоко, чем собаки. А французский натуралист Анри Мажен писал: «…как бы человек ни старался выучить собак истреблять людей, он никогда не достигнет того, что это животное сделается таким же испорченным существом, как он сам».
Автор:
Павел Жуков
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

24 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти